1089
1
Несколько веков Польша была мощным славянским государством. Оно обладало всеми возможностями для «собирания земель» и превращения в империю. Причём приобрело эти возможности намного раньше Московского царства. Так что на месте Российской империи, затем СССР и современной Российской Федерации вполне могла оказаться Польша. А Москва была бы просто центром одного из регионов.
Однако Польша не смогла основать империю, не сумев преодолеть пределы роста национального государства.
Первый фактор – это неравноправие народов и религий
Польша долгое время имела в своём составе особую окраину, на которой жило особое служивое сословие – казаки. Были они, преимущественно, православными. Быть православным означало ограничение карьерных возможностей продвижением среди казачьего сообщества. Стать выше поляков-католиков было трудно. Явное неравноправие религий поддерживало разобщённость населения страны.
Для сравнения, в Российской империи православие было обязательным условием только для монарха. Представители всех прочих религий служили и дослуживалось до генералов и министров. В результате шли мощные процессы ассимиляции, а также то, что советские историки назовут довольно пафосно «дружбой народов», а если по-простому, то спокойное соседство.
Если уж за сотни лет Польша смогла «задружиться» с казачками, живущими под боком, то что говорить об экспансии в Новороссию (как её потом назовут), Сибирь, Дальний Восток, Среднюю Азию или на Кавказ. Очевидно, что в каждом новом регионе каждому следующему народу поляки выкатывали бы свой безграничный гонор, заносчивость и спесь. А в ответ, что закономерно, получали бы то, что им давали казачки, т.е. сплошную череду восстаний, а в промежутках между ними тихий саботаж и подготовку к новым бунтам.
Да что тут говорить. Польская элита и сегодня отличается неуёмным экспансионизмом и ощущением собственного превосходства. Они с вожделением поглядывают на Западную Украину и ставят под сомнение мировое устройство, возникшее по итогам 2-й мировой войны. Раздутым от собственной важности панам жадность отключила мозг и мешает понять простую вещь: не получится отрицать по частям. Если уж дело дойдёт до передела, то есть огромный риск потерять западную часть Польши, а также б.Пруссию. В очередной раз в истории элита Польши может обдурить сама себя.
Для сравнения, в Российской империи православие было обязательным условием только для монарха. Представители всех прочих религий служили и дослуживалось до генералов и министров. В результате шли мощные процессы ассимиляции, а также то, что советские историки назовут довольно пафосно «дружбой народов», а если по-простому, то спокойное соседство.
Если уж за сотни лет Польша смогла «задружиться» с казачками, живущими под боком, то что говорить об экспансии в Новороссию (как её потом назовут), Сибирь, Дальний Восток, Среднюю Азию или на Кавказ. Очевидно, что в каждом новом регионе каждому следующему народу поляки выкатывали бы свой безграничный гонор, заносчивость и спесь. А в ответ, что закономерно, получали бы то, что им давали казачки, т.е. сплошную череду восстаний, а в промежутках между ними тихий саботаж и подготовку к новым бунтам.
Да что тут говорить. Польская элита и сегодня отличается неуёмным экспансионизмом и ощущением собственного превосходства. Они с вожделением поглядывают на Западную Украину и ставят под сомнение мировое устройство, возникшее по итогам 2-й мировой войны. Раздутым от собственной важности панам жадность отключила мозг и мешает понять простую вещь: не получится отрицать по частям. Если уж дело дойдёт до передела, то есть огромный риск потерять западную часть Польши, а также б.Пруссию. В очередной раз в истории элита Польши может обдурить сама себя.
Второй фактор – отрицание «ведущей роли партии и правительства»
Поляки до сих пор гордятся своей многовековой вольницей. Якобы это пример многовековых демократических традиций. Сильно сомневаюсь, что самодурство и анархию можно считать демократией. Тем более, что полуанархистские правила затрагивали только верхушку, но совершенно не распространялись на низшие уровни, которые жили в положении почти бесправных холопов.
Неуважение к своему государству закономерно привело к быстрому достижению пределов управляемости на основе шляхетской вольницы. Даже казаков они так и не смогли привести в стабильное состояние. Экспансия куда-то дальше была бы заведомо бесполезным предприятием.
В конце концов, обожравшись дурно понятой «свободы» страна сначала растеряла свой потенциал, затем стала игрушкой в руках соседей и, наконец, прекратила своё существование в 18-м веке.
Своё государство поляки снова получили как подарок судьбы в начале 20-го века – в результате мощных внутренних проблем в Австро-Венгрии, Германии и Российской империи. Точно так же по итогам 2-й мировой войны союзники договорились сохранить Польшу как отдельное государство.
Кстати, о восстановлении Польши после 2-й мировой войны. Сами польские элиты не смогли толком ничего сделать. Наоборот, в очередной раз продемонстрировали многослойную дурь.
Сидя в Лондоне, спровоцировали восстание в Варшаве нарочно так, чтобы не успели прийти советские войска, к тому же истощённые долгим наступлением через всю Белоруссию. Если бы эмигрантскому правительству удалось поставить под свой контроль Варшаву, то можно было бы объявить о восстановлении Польши и диктовать свою волю СССР. Судя по тому, что восстание готовилось и началось без согласования с Москвой, лондонские сидельцы не собирались учитывать советские интересы в войне против Германии.
Следующий заворот извращённой логики появился уже после провала восстания. Якобы, наоборот, советские войска обязаны были поспешить прийти в Варшаву на помощь восстанию. Само эмигрантское правительство в 1939-м с помощью всей польской армии не продержалось даже 2 недели, и сбежали. А вот крови советских солдат им не жалко – пусть на халяву им вернут тёплые кресла во властных кабинетах.
Логичное решение – договориться с СССР на приемлемых условиях – заносчивым эмигрантам в голову не пришло. Вместо этого авантюра с восстанием с пролитием рек польской (и еврейской) крови.
Так что пусть сначала поляки определятся: или они сами могут, или вместе с СССР, однако учитывая советские интересы. Хотя гадать уже не приходится: сами – не смогли.
Неуважение к своему государству закономерно привело к быстрому достижению пределов управляемости на основе шляхетской вольницы. Даже казаков они так и не смогли привести в стабильное состояние. Экспансия куда-то дальше была бы заведомо бесполезным предприятием.
В конце концов, обожравшись дурно понятой «свободы» страна сначала растеряла свой потенциал, затем стала игрушкой в руках соседей и, наконец, прекратила своё существование в 18-м веке.
Своё государство поляки снова получили как подарок судьбы в начале 20-го века – в результате мощных внутренних проблем в Австро-Венгрии, Германии и Российской империи. Точно так же по итогам 2-й мировой войны союзники договорились сохранить Польшу как отдельное государство.
Кстати, о восстановлении Польши после 2-й мировой войны. Сами польские элиты не смогли толком ничего сделать. Наоборот, в очередной раз продемонстрировали многослойную дурь.
Сидя в Лондоне, спровоцировали восстание в Варшаве нарочно так, чтобы не успели прийти советские войска, к тому же истощённые долгим наступлением через всю Белоруссию. Если бы эмигрантскому правительству удалось поставить под свой контроль Варшаву, то можно было бы объявить о восстановлении Польши и диктовать свою волю СССР. Судя по тому, что восстание готовилось и началось без согласования с Москвой, лондонские сидельцы не собирались учитывать советские интересы в войне против Германии.
Следующий заворот извращённой логики появился уже после провала восстания. Якобы, наоборот, советские войска обязаны были поспешить прийти в Варшаву на помощь восстанию. Само эмигрантское правительство в 1939-м с помощью всей польской армии не продержалось даже 2 недели, и сбежали. А вот крови советских солдат им не жалко – пусть на халяву им вернут тёплые кресла во властных кабинетах.
Логичное решение – договориться с СССР на приемлемых условиях – заносчивым эмигрантам в голову не пришло. Вместо этого авантюра с восстанием с пролитием рек польской (и еврейской) крови.
Так что пусть сначала поляки определятся: или они сами могут, или вместе с СССР, однако учитывая советские интересы. Хотя гадать уже не приходится: сами – не смогли.
Третий фактор – слабая стойкость
Стойкость, проявляемая в трудное время, является важнейшим условием сохранения и развития государства. Конечно, время от времени крупные потери несут и империи. Однако они обладают способностью «держаться до конца».
Недостаток стойкости у поляков тесно связан со вторым фактором. Действительно, самодуры паны растаскивают Польшу на кусочки, единоначалия почти не признают, и, что самое важное, сами стойкости не проявляют. Слишком легко поддаться мысли «А оно мне надо?» (кстати, именно эту мысль хотят привить и нам сегодня, чтобы подорвать стойкость)
Конечно, поляки не особый подвид людей и могут проявлять стойкость. И в своей истории показали это не раз. Но стойкость самих элит почти всегда была «ниже плинтуса». Та же война в сентябре 1939-го года хорошо это показала. Поэтому ничего удивительного, как часто сильная страна оказывалась поверженной своими внутренними распрями или соседями.
Недостаток стойкости у поляков тесно связан со вторым фактором. Действительно, самодуры паны растаскивают Польшу на кусочки, единоначалия почти не признают, и, что самое важное, сами стойкости не проявляют. Слишком легко поддаться мысли «А оно мне надо?» (кстати, именно эту мысль хотят привить и нам сегодня, чтобы подорвать стойкость)
Конечно, поляки не особый подвид людей и могут проявлять стойкость. И в своей истории показали это не раз. Но стойкость самих элит почти всегда была «ниже плинтуса». Та же война в сентябре 1939-го года хорошо это показала. Поэтому ничего удивительного, как часто сильная страна оказывалась поверженной своими внутренними распрями или соседями.
В конечном итоге
Я прихожу к мысли, что расцвет Польши – это не следствие её достоинств, а результат временного ослабления ближайших соседей. Как только окрепли немецкие государства, в первую очередь Пруссия и Австрия, а также Российская империя, то Польша двинулась в обратном направлении – в сторону слабости и раздробленности.
На мой субъективный взгляд, история Польши являет странное противоречие потенциальных возможностей и реальных результатов. Из-за великопольского шовинизма и католического радикализма поляки так и не основали великую славянскую империю. За них это сделала Россия. А из-за самодурства элит они уже не раз теряли даже своё национальное государство.
Единственное исключение из правил – подъём Польши в составе социалистического блока. Но великопольский гонор элит оказался живучим, да и в простонародье этот гонор также широко распространён. Видимо, в Польше традиционно надеются, что однажды реальность всё таки придёт сама собой в соответствие с раздутым самомнением.
На мой субъективный взгляд, история Польши являет странное противоречие потенциальных возможностей и реальных результатов. Из-за великопольского шовинизма и католического радикализма поляки так и не основали великую славянскую империю. За них это сделала Россия. А из-за самодурства элит они уже не раз теряли даже своё национальное государство.
Единственное исключение из правил – подъём Польши в составе социалистического блока. Но великопольский гонор элит оказался живучим, да и в простонародье этот гонор также широко распространён. Видимо, в Польше традиционно надеются, что однажды реальность всё таки придёт сама собой в соответствие с раздутым самомнением.
Источник:
Почему моська не трахнула слона !
К чему обсуждать все эти "могла бы, сделала бы" если бы у бабушки были я.й.ца она бы была бы дедушкой.
Польша никогда не была государством. В Польше не было власти. Т.н. власть короля была ограничена сеймом намного сильнее и очень намного раньше например Англии.
Соответственно каждый шляхтич тянул государственное одеяло на себя, а в те годы необходимо было единоначалие.
А теперь... самомнение осталось вот и гадят всем подряд.