11277
3
Кали хочаш жыць у щасци, трэба красци, красци, красци! (беларуская поговорка)
Я непьющий. Отвращение к алкоголю по отцовской линии. У нас другое. Мой прадед воровал, мой дед воровал, мой отец воровал и я — воровал, ворую и воровать буду. А как ещё. Чтобы красть, у меня самая хорошая профессия: подсобный рабочий, или как все зовут меня «подсобник». Принеси подай, подвези, доставь. Я по всему цеху гуляю, на любой склад могу зайти, что нужно взять, и это не привлекает внимания. Но это не главное, а главное что в мои обязанности входит еще вывозить мусор. В этом мусоре я вам вынесу, что хочешь. А это важно, когда работаешь как я, под заказ.
Но вынести из цеха это только ползадачи. А как вынести с режимного завода, где пропускная система, вертушки и охрана с револьверами на шнурах. Скажу вам прямо, я этой техникой владею в совершенстве.
Летом в основном работаешь ниже пояса, потому что летом на тебе одежды мало, и тетка из вохры, которая сидит в окошке на вахте, видит только твой верх. Это несколько затрудняет задачу, но и в штаны, если работать профессионально, можно взять комплектующих на один телевизор полностью. Зимой же я поднимал иногда до трех комплектов, если, конечно, без силовых трансформаторов. Единственное, что я никогда не мог, так это пронести кинескоп и шасси. Шасси – говно, кусок железа – десять рублей в Юном Технике, а вот хороший кинескоп, без прожога и с чистой картинкой, можно найти только у нас в девятнадцатом цеху.
Один штымп, из тех, что всегда крутится возле Юного Техника как–то мне говорит:
— Можешь сделать кинескоп?
— Не знаю, — говорю я ему. — Тебе от Немана или от Зорьки.
— От Зорьки.
— От Зорьки задорого, — говорю, — тебе будет. От Зорьки кинескоп сорок восемь по диагонали и трубка у него подлиннее твоего хрена. Его в штаны не положишь.
Он спрашивает:
— Сколько за кинескоп от Зорьки хочешь? Но только чтобы целочка, прямо с конвеера.
Я зрядил ему полтинник, чтобы отвязался, а он говорит:
— Согласен.
Но вынести из цеха это только ползадачи. А как вынести с режимного завода, где пропускная система, вертушки и охрана с револьверами на шнурах. Скажу вам прямо, я этой техникой владею в совершенстве.
Летом в основном работаешь ниже пояса, потому что летом на тебе одежды мало, и тетка из вохры, которая сидит в окошке на вахте, видит только твой верх. Это несколько затрудняет задачу, но и в штаны, если работать профессионально, можно взять комплектующих на один телевизор полностью. Зимой же я поднимал иногда до трех комплектов, если, конечно, без силовых трансформаторов. Единственное, что я никогда не мог, так это пронести кинескоп и шасси. Шасси – говно, кусок железа – десять рублей в Юном Технике, а вот хороший кинескоп, без прожога и с чистой картинкой, можно найти только у нас в девятнадцатом цеху.
Один штымп, из тех, что всегда крутится возле Юного Техника как–то мне говорит:
— Можешь сделать кинескоп?
— Не знаю, — говорю я ему. — Тебе от Немана или от Зорьки.
— От Зорьки.
— От Зорьки задорого, — говорю, — тебе будет. От Зорьки кинескоп сорок восемь по диагонали и трубка у него подлиннее твоего хрена. Его в штаны не положишь.
Он спрашивает:
— Сколько за кинескоп от Зорьки хочешь? Но только чтобы целочка, прямо с конвеера.
Я зрядил ему полтинник, чтобы отвязался, а он говорит:
— Согласен.
Короче, бля, поставил передо мной инженерно–организационную задачу. И я ее решил. Надел длинное выходное драповое пальто. А что, по вашему, если подсобник, так не может в хорошем пальто на работу пойти. А под пальто запустил ремни, кинескоп вставил между ног и на эти ремни его подвесил. Все просчитал и просчитался.
Специально дождался толпы, когда работяги из механических цехов повалят. Это пролетариат — самый прогрессивный класс трудящихся. Они, бывает, в один захват вертушки по три человека залазят и кидают этой бабе, которая сидит в своей кабинке в вохровской униформе, пропуска прямо в морду, она только успевает их ловить. В пятницу после смены уже бухие все. Я к ним в эту кучу затесался и медленно, вместе со всеми пошел. Я люблю это чувство классовой ненависти, которое охватывает тебя в толпе выпивших рабочих, когда они покидают завод — место эксплуатации человека человеком. Но в этот раз мое в поведение закралась ошибка. Пролетарии начали меня со всех сторон давить и сломали вакуумный стеклянный конус у меня между ног. Ебнуло так, что вохровка, с которой я уже поравнялся, которой, в ее х**ную морду уже приготовился метнуть пропуск, упала за плексиглазовой стенкой со своего стула, а все кто стоял со мной рядом тоже полегли.
Специально дождался толпы, когда работяги из механических цехов повалят. Это пролетариат — самый прогрессивный класс трудящихся. Они, бывает, в один захват вертушки по три человека залазят и кидают этой бабе, которая сидит в своей кабинке в вохровской униформе, пропуска прямо в морду, она только успевает их ловить. В пятницу после смены уже бухие все. Я к ним в эту кучу затесался и медленно, вместе со всеми пошел. Я люблю это чувство классовой ненависти, которое охватывает тебя в толпе выпивших рабочих, когда они покидают завод — место эксплуатации человека человеком. Но в этот раз мое в поведение закралась ошибка. Пролетарии начали меня со всех сторон давить и сломали вакуумный стеклянный конус у меня между ног. Ебнуло так, что вохровка, с которой я уже поравнялся, которой, в ее х**ную морду уже приготовился метнуть пропуск, упала за плексиглазовой стенкой со своего стула, а все кто стоял со мной рядом тоже полегли.
А дальше меня судили. На суд пришло много людей, эту историю уже знали, всем было интересно. Судья взял для суда большой зал. Все выступали и зал смеялся и, которые выступали, смеялись вместе с публикой и даже прокурор сдержано улыбался. А адвокатша, когда выступала, сказала, что просит уменьшить наказание, потому, что во–первых преступное действие — хищение социалистической собственности было незаконченным по независящим от меня обстоятельствам, и поэтому идет через пятнадцатую, а во–вторых я уже и так был наказан и пострадал, и приложила медицинскую справку. Судья был настроен хорошо и только под конец спросил у меня, понимаю ли я в чем была моя ошибка. Я сказал, что понимаю, потому что закрепил кинескоп неправильно – экран на живот а трубу выпустил между ног, как хвост, сзади, поэтому напиравшие на спину работяги мне трубу и заломали. А нужно было монитор под жопу, а трубу вперед, как будто у меня член стоит и страховаться руками. Зал опять начал ржать, а судья только махнул рукой, мол что с дурака возьмешь. Дали мне два года исправительных по месту работы с высчетом двадцати процентов. А мне эти проценты, я извиняюся пох... Главное, чтобы не сняли с подсобников, потому что я воровал, ворую и воровать буду.
Ссылки по теме:
- Самые странные попытки разбоя и грабежа за последнее время
- Умная бомба с блёстками и незабываемым запахом для воров посылок
- В Башкирии смешной мышебобр напал на рыбаков и стащил у них рыбу
- Пьяный вор-философ из Иваново познал тщетность бытия
- Московский грузчик пытался заработать на краже тележек из супермаркета
В советские времена отправляли таксистов работать на Заволжский завод(месяц работаешь, потом в Горький едешь, получаешь новую Волгу и едешь домой уже пахать на ней в такси), делали там двигатели для ГАЗов, для всех ГАЗов и грузовых, и легковых, и кроме того на этом заводе делали вкладыши для коленвала ВАЗа и МОСКВИЧА, а это было дифицитом, как и всякие другие кольца и т.д., так вот ребята наши после смены реально так загружались, по полной, еле ноги передвигали, а впереди всей нашей команды шёл я....и почему то охровцы считали что меня дано ОБЯЗАТЕЛЬНО всего-всего проверить)))) а мужики спокойно всё выносили, вот как то так.
Уговор бал такой, что охрану специально не предупреждать и аппарат потом вернуть. Дело было зимой. Ребята договорились со скорой. Машина заехала на завод. АГВ завернули в тулуп, положили на носилки, в изголовье шапка, внизу валенки торчат. Все накрыто простыней.И с сиреной скорая выехала. АГВ поставили в сквере у завода и позвонили начальнику охраны, чтобы забрали.
Мужик захотел вынести с работы осциллограф. На тот момент это была штука объемная и тяжелая. Ну и теперь хитрый план. Мужик идет к начальству - выпишите мне пропуск на КТ315 (это 10-копеечный транзистор меньше ногтя размером). Начальники поржали (мол, Михалыч е.анулся ты совсем, в карман с мелочью трудно бросить?), но пропуск мужику выписали. А дальше мужик прет через проходную оциллограф, на котором красной краской написано "Инв. КТ315".
из советских баек,
один мужик работал в цехе где было много свинцовых прутов, а путь домой у него пролегал через пустырь, где толпами бродили бродячие собаки и кидались на прохожих, вот мужик со смены всегда брал с собой пруток чтобы собак отпугивать, в советское время на это внимания так особо-то не обращали, на проходной сонная бабка, в итоге у него в дома, частный сектор ессно, собралось много тонн свинца.
а конец сей истории рассказывает разный, кто-то говорит что когда у завода горел план по свинцу, мужик предложил свои запасы и с завода отправили несколько грузовиков с грузчиками к нему домой, благодаря этому выполнили план,
а другие рассказывают, что мужик уже на пенсии был когда грянули 90е, ну и цветмет везде начали принимать, вот мужик и сдал свою гору свинца, наварился машину купил иномарку
Лучше с.п.и.з.д.и.т.ь и молчать, чем просить и унижаться.
И вот я хочу спросить у хозяев на работе на много разбогатели, вынеся каждый гвоздь?
Сейчас работая в Германии, какие-то мягко говоря неформалы срезали на нескольких этажах протянутые кабеля, как сказали в полиции в сумме получило 200 килограмм не очищенных кабелей по 0.7 евро. Назвать их ворами я не могу, эти пирадосы могли бы подойти ко мне, я бы свои 140 евро им заплатил.
340 кило выходит, обрезки, остатки да и остальное сдаю, нормально получается))