8581
24
Концепт-кары часто называют автомобилями будущего, однако через год-другой после премьеры публика о них, как правило, забывает. Будущее вообще нередко идет совсем по другому сценарию, нежели мечтали дизайнеры, и вспоминать о прошлом им не всегда выгодно.
Но мы все же попробуем вернуться на два десятилетия назад, чтобы оценить с нынешней колокольни степень, так сказать, «сбычи мечт». Итак, десять самых ярких концептов 1995 года, того времени, когда — страшно сказать — в широком употреблении еще не было терминов «платформа» и «кроссовер».
Chrysler Atlantic
Одного из самых впечатляющих дебютантов года проблематично назвать автомобилем будущего, поскольку его стиль навеян прошлым. Креативный тандем Боба Лутца и Тома Гейла, ставших за несколько лет до этого крестными отцами монстра Dodge Viper, задумал возродить на новом уровне легендарный Bugatti Atlantic 1938 года, и крайслеровские дизайнеры создали настоящую икону неоклассики.
×
Atlantic поражал не только смелостью обводов, но и размахом: его колесная база превышала 3,2 метра, а под капотом стоял рядный восьмицилиндровый двигатель, «слепленный» из двух агрегатов от Dodge Neon. Передние колеса имели посадочный диаметр 21 дюйм, а задние — 22, что, можно сказать, предвосхитило нынешнюю моду на большие «лапти». Прямого серийного последователя Atlantic, естественно, не получил, но без него едва ли могли появиться такие модели, как Plymouth Prowler, Chrysler PT Cruiser и Dodge Ram. Увы, сегодня ретротема опять ушла в прошлое, как и сама идентичность «Крайслера».
Eagle Jazz
Самый интересный концепт основательно забытой марки, также принадлежавшей «Крайслеру», стал своего рода лебединой песней: отделение Eagle прекратило свое существование в 1998 году. Флагманской моделью тогда был Eagle Vision, технически идентичный Chrysler Concorde и Dodge Intrepid — у него и позаимствовали платформу, заменив, однако, переднюю подвеску McPherson на более «драйверскую» двухрычажную. Короткие свесы обеспечивали небольшую габаритную длину, около четырех с половиной метров, а высота машины лишь немного превышала 1,3 метра при 18-дюймовой размерности колес.
Стиль — немного «ретро», немного «био», что было тогда модно, но в целом создавалась довольно яркая индивидуальность, коей так не хватало тогдашним серийным «Орлам». Особенно примечательна задняя часть кузова: очертаниями она напоминает современный Porsche Panamera, а организацией доступа в багажник — Skoda Superb. Можно откинуть либо заднюю дверь целиком, как у обычного хэтчбека, либо небольшую створку внизу, как у седана. Вот так, Eagle уже нет, а «фишки» концепт-кара, равно как и имя Jazz (все помнят про Хонду?) живут своей жизнью.
Ford GT90
Фордовский взгляд на славное прошлое получился диаметрально противоположным крайслеровскому. Концептуальный суперкар преподнесли публике как духовного преемника Ford GT40, гоночной легенды 60-х, но стиль той поры подвергся радикальному переосмыслению в духе новой философии New Edge, придуманной шеф-дизайнером Клодом Лобо.
Говорят, облик машины, ощетинившейся острыми гранями, ему навеяли самолеты-невидимки Stealth, да и некоторые элементы конструкции были выполнены с использованием аэрокосмических технологий. Задние колеса вращал располагавшийся перед ними 720-сильный двигатель V12 с четырьмя турбонагнетателями, и разгон до 100 км/ч занимал чуть более трех секунд.
Говорят, облик машины, ощетинившейся острыми гранями, ему навеяли самолеты-невидимки Stealth, да и некоторые элементы конструкции были выполнены с использованием аэрокосмических технологий. Задние колеса вращал располагавшийся перед ними 720-сильный двигатель V12 с четырьмя турбонагнетателями, и разгон до 100 км/ч занимал чуть более трех секунд.
Изначально планировалось выпустить GT90 малой серией, но он так и остался концептом, влияние которого можно обнаружить в дизайне первого Ford Focus, если внимательно приглядеться. Серийный же наследник GT40, все же появившийся годы спустя, исповедовал совершенно другую философию, не столь экстремальную.
Audi TT
Прагматичные немцы из Ингольштадта представили в 1995 году не просто шоу-кар, а предсерийный прототип Audi TT. Правда, и здесь не обошлось без «американского следа»: первичная разработка стиля маленького переднеприводного спорткара велась в калифорнийском дизайн-центре интернациональной командой, причем к ней приложили руку и Петер Шрайер, нынешний шеф-дизайнер Kia, и Мартин Смит, позднее «руливший» фирменным стилем в «Опеле» и «Форде».
Но все же вдохновение они явно черпали в немецких корнях: школа Баухаус, чистая техническая красота, традиции гоночных болидов Auto Union и т. д. Получился действительно своего рода шедевр, одним из главных достоинств которого была индивидуальность и непохожесть на все остальные модели, украшенные четырьмя кольцами.
Но все же вдохновение они явно черпали в немецких корнях: школа Баухаус, чистая техническая красота, традиции гоночных болидов Auto Union и т. д. Получился действительно своего рода шедевр, одним из главных достоинств которого была индивидуальность и непохожесть на все остальные модели, украшенные четырьмя кольцами.
Однако сильного прямого влияния на дальнейшее развитие имиджа марки «тэтэшка» не оказала, за исключением, может быть, дизайна алюминиевого малыша А2. Да и сама модель в каждом новом поколении приближалась к общему мейнстриму, утрачивая аутентичность.
BMW Z18
Баварские конкуренты также выкатили на подмостки небольшую двухдверку спортивного толка, но с другим акцентом. Родстер BMW Z18 примечателен не столько дизайном, наиболее ярким элементом которого стали колеса с отдельными крыльями на манер мотоциклетных (время рискованных экспериментов Бэнгла еще не пришло), сколько технической концепцией.
Фактически этот автомобиль предвосхитил появление всех нынешних «иксов»: комбинация большого дорожного просвета, «зубастых» шин и полного привода до тех пор была совершенно нетипичной для BMW.
Фактически этот автомобиль предвосхитил появление всех нынешних «иксов»: комбинация большого дорожного просвета, «зубастых» шин и полного привода до тех пор была совершенно нетипичной для BMW.
Причем игрушечная на вид машинка была укомплектована самым что ни на есть взрослым силовым агрегатом — 4,4-литровой «восьмеркой» мощностью 355 л. с. Еще одной особенностью концепта была модульная конструкция кузова: предполагалось, что, меняя съемные пластиковые панели, можно будет превратить открытую двухместку в купе «2+2» либо в пикап. Много лет спустя эта идея трансформировалась в выпуск, по сути, одного кроссовера с двумя вариантами кузова — BMW Х5 и Х6.
Mercedes-Benz VRC
Тема трансформации кузова была весьма популярной в конце двадцатого века - не оставил ее без внимания и Mercedes-Benz. Совместно с итальянским ателье Coggiola он разработал автомобиль с обозначением VRC (Vario Research Car), способный превращаться из обычного седана, близкого по габаритам к С-классу (правда, двухдверного), в универсал, пикап и кабриолет.
Тип кузова менялся, как говорится, легко и непринужденно, посредством монтажа заднего «колпака» той или иной конфигурации, который крепился при помощи электромагнитных и механических замков. Как нам теперь известно, концепция «четыре в одном» не прижилась в массовом производстве, но многие новшества, использованные на Mercedes VRC, в дальнейшем нашли конвейерное применение.
Тип кузова менялся, как говорится, легко и непринужденно, посредством монтажа заднего «колпака» той или иной конфигурации, который крепился при помощи электромагнитных и механических замков. Как нам теперь известно, концепция «четыре в одном» не прижилась в массовом производстве, но многие новшества, использованные на Mercedes VRC, в дальнейшем нашли конвейерное применение.
В числе таковых — рулевое управление «по проводам» (привет, Infiniti Q50!), система навигации с цветным жидкокристаллическим дисплеем и главное — передний привод, тогда еще новаторский для «Мерседеса». Что же касается стиля, в этом плане VRC не стал откровением, но продолжение некоторых линий можно увидеть в серийных моделях.
Isuzu Deseo
Японская компания Isuzu двадцать лет назад, напротив, смело экспериментировала со стилем, активно пользуясь услугами европейских дизайнеров. Один из них, англичанин Саймон Кокс, и считается автором целой серии концепт-каров, в их числе — Isuzu Deseo. К тому времени в активе Кокса уже были концепты XU-1 и VehiCROSS, и последнему через пару лет даже посчастливилось быть выпущенным небольшим тиражом, — а вот Deseo подобной чести не удостоился, хотя намерения были.
А жаль, ведь в серийной версии этот крепыш мог бы составить конкуренцию кроссоверу Honda CR-V, благо по замыслу разработчиков он должен был иметь три ряда сидений. Впрочем, в серию едва ли пошли бы оригинальные боковые двери без средних стоек, равно как и столь смелые обводы, да и алюминиевый кузов консервативный японский производитель явно не осилил бы, не говоря уж об отсутствии подходящей легковой «тележки». Тогдашнему бы Саймону Коксу — да в нынешний Land Rover, уж там-то он смог бы реализовать свои идеи... Хотя и Infiniti, где он сегодня трудится шеф-дизайнером, немногим хуже.
А жаль, ведь в серийной версии этот крепыш мог бы составить конкуренцию кроссоверу Honda CR-V, благо по замыслу разработчиков он должен был иметь три ряда сидений. Впрочем, в серию едва ли пошли бы оригинальные боковые двери без средних стоек, равно как и столь смелые обводы, да и алюминиевый кузов консервативный японский производитель явно не осилил бы, не говоря уж об отсутствии подходящей легковой «тележки». Тогдашнему бы Саймону Коксу — да в нынешний Land Rover, уж там-то он смог бы реализовать свои идеи... Хотя и Infiniti, где он сегодня трудится шеф-дизайнером, немногим хуже.
Mazda SU-V
Еще один несбывшийся кроссовер выставила на Токийском автосалоне 1995 года Mazda. В отличие от Isuzu Deseo, концепт по имени SU-V выглядел совершенно реальным автомобилем, и полноприводную платформу имел реальную. Причем если на фото машина кажется большой и солидной, то на самом деле ее габаритная длина составляла всего 4,15 метра, почти как у пятидверной Toyota RAV4, которая, кстати, дебютировала в том же 1995-м.
Но вырастить конкурента не удалось, ибо производственные возможности «Мазды» и «Тойоты» всегда были несопоставимы, да и в плане дизайна SU-V не имел большого «запаса прочности». Тогда еще и в помине не было ни революционного «зум-зума», ни эксцентричного Ван ден Акера в роли шеф-дизайнера.
Но вырастить конкурента не удалось, ибо производственные возможности «Мазды» и «Тойоты» всегда были несопоставимы, да и в плане дизайна SU-V не имел большого «запаса прочности». Тогда еще и в помине не было ни революционного «зум-зума», ни эксцентричного Ван ден Акера в роли шеф-дизайнера.
Фирменный стиль был довольно размытым, и концепт не оказал существенного влияния на его формирование. По большому счету, и упомянули мы о нем, чтобы показать, какое время может порой пройти между концепцией и ее реальным воплощением, которым в данном случае можно считать новейшую Mazda CX-3.
Renault Initiale
Сегодня Лоренс Ван ден Акер, как известно, обосновался в Renault, а двадцать лет назад там безраздельно царил Патрик Ле Кеман, исповедовавший весьма оригинальные и небесспорные идеи. Их яркой декларацией стал экстравагантный концепт Initiale, который и сегодня не выглядит старомодным, в отличие от большинства концептов тех лет. Возраст выдают разве что большие окна: это сейчас дизайнеры не стесняются жертвовать обзорностью ради пущей внушительности, а тогда это было не принято, даже на представительских автомобилях.
Ле Кеман стремился создать нечто, в корне отличное от всех «Мерседесов» и «Роллс-Ройсов», и этой цели его дизайнеры, несомненно, достигли. Весьма необычной была и техническая начинка — десятицилиндровый 3,5-литровый двигатель, как в тогдашней «Формуле-1», и полный привод. Она стала попроще, когда из Initiale «вырос» серийный Renault Vel Satis, не имевший, впрочем, большого успеха даже у себя на родине. Но определенное влияние на развитие фирменного стиля этот автомобиль оказал, недаром его имя было присвоено новому концепт-кару в 2013 году.
Hyundai HCD-III
Для корейских автопроизводителей лихие 90-е были временем активного обучения и адаптации в мировом автопроме, дабы конкурировать на равных с европейцами, японцами и американцами. С этой целью была основана калифорнийская дизайн-студия Hyundai, третьим по счету произведением которой и стал концепт с «говорящим» названием (HCD = Hyundai California Design).
Если два его предшественника представляли собой в первую очередь упражнения в стилистике, то HCD-III был наделен любопытным функционалом: он имел изменяемый клиренс (причем без всякой пневматики, чисто механическая система), полный привод и оригинальный кузов пикап-кабриолет с матерчатой задней частью крыши.
Если два его предшественника представляли собой в первую очередь упражнения в стилистике, то HCD-III был наделен любопытным функционалом: он имел изменяемый клиренс (причем без всякой пневматики, чисто механическая система), полный привод и оригинальный кузов пикап-кабриолет с матерчатой задней частью крыши.
Разумеется, на конвейер все это не попало, но на публику произвело сильное впечатление, да и с профессиональной колокольни вызвало уважение к разработчикам. Многие пеняют на чрезмерное увлечение биодизайном, но он стал важной ступенькой лестницы, по которой корейцы поднимались на уровень ведущих мировых компаний-законодателей моды.
Источник:
Ссылки по теме:
- Автомобильный дизайн Азии
- Знаменитые клиновидные машины Марчелло Гандини
- Великолепный дизайн автомобилей Stutz
- Хвостатые Кадиллаки
- Мечты прошлого о будущем
