Уроки Зимбабве

На днях Дональд Трамп заметил, что движение «Блэк Лайвз Мэттер» является расистским и марксистским. Леваки немедленно ответили, что Дональд Трамп сам расист, однако тот факт, что БЛМ — марксисты, никому оспаривать и в голову не пришло. Именно при помощи марксизма Демпартия США разжигает сейчас у своего электората ненависть к среднему классу.

Трагедия Зимбабве важна тем, что наглядно отвечает на вопрос «зачем нам капиталист».

Логика у негров была примерно такой. Белые люди не работают: они просто владеют землёй. Хлеб даёт земля и труд негров, работающих на земле. Белые фермеры — паразиты, которые забирают себе выращенный неграми хлеб, делясь с ними жалкими крохами от урожая. Негры не могут конкурировать с белыми, так как для этого надо купить землю и тракторы, а зарплата у негров слишком мала, чтобы можно было на что-либо накопить.

Вы, конечно, узнаёте этот старый логический ход. Ещё у Николая Некрасова было в издевательском эпиграфе к «Железной дороге»:

Ваня (в кучерском армячке). Папаша! кто строил эту дорогу?
Папаша (в пальто на красной подкладке). Граф Петр Андреевич Клейнмихель, душенька!
(Разговор в вагоне).

И в самом деле. Граф Клейнмихель навряд ли уложил своими руками хоть одну шпалу, навряд ли выкопал лично хотя бы один кубоаршин земли. Всю работу сделали русские рабочие, тогда как граф просто набил себе карманы казёнными деньгами, не уставая издевательски повторять свой девиз: «усердие всё превозмогает».

Как сказал Карл Маркс, критерий истины есть практика. В XX веке с подачи Николая Некрасова и других людей с большими сердцами многие страны попробовали обойтись без «графа Клейнмихеля». С завидным постоянством каждый раз выяснялось, что рабочие без графа с наградной тростью никаких железных дорог не строят, так как объединить десятки тысяч людей в единый организм — архисложная задача, справиться с которой социалисты неспособны.

Судя по воспоминаниям современников, граф Клейнмихель обладал скверным характером, отличался вспыльчивостью и жестокостью. Тем не менее факты остаются фактами: граф сумел построить железную дорогу между Москвой и Петербургом, уложившись при этом всего лишь в восемь лет и 67 млн рублей.

Даже сейчас, в 2020 году, многим кажется, будто ничего особенного в этом нет, будто можно посадить в высокое кресло любого «порядочного человека с профильным образованием», и этот случайный специалист сделает всё ещё и лучше графа Клейнмихеля, потому что «будет умнее», и потому что «не будет набивать свой карман».

Пример Зимбабве и других социалистических стран показывает, что даже если случайный человек сумеет удержаться от воровства, то уж стройка под его контролем в любом случае остановится или развалится. Мы хорошо знаем, что нормальные люди безбожно затягивают даже простой ремонт в собственной квартире, который они могут сделать или своими силами, или с привлечением двух-трёх строителей. Представьте теперь, что нужно управлять не крошечным объектом, на котором работают три человека, а огромной стройкой, на которой трудятся десятки тысяч людей! Любое распоряжение руководителя неизбежно будет проходить через пять-шесть инстанций, значительно искажаясь и ослабевая. Потребуются хорошие способности, чтобы стройка вообще хоть как-то двигалась, и будет нужен настоящий талант, чтобы стройка хотя бы приблизительно укладывалась в сроки и в сметы.

Если на войне очень многое зависит от боевого духа солдат, то во время мирного строительства на первый план выходят способности «офицерского состава». Иногда мы имеем право сказать, что такая-то война была выиграна простым народом под руководством посредственного полководца. Со стройкой так не бывает: даже самые ответственные в мире рабочие завалят дело, если ими будут руководить бездарные начальники.

Конкретно про графа Клейнмихеля пишут вот что:

Чрезвычайную энергию, решительность и твёрдость отмечали даже его недоброжелатели. Он обожал писать детальнейшие инструкции, очень аккуратно оформленные и не оставляющие простора для толкования. Того же самого он добивался от подчинённых.

Главным делом Петра Андреевича было сооружение железной дороги между Петербургом и Москвой. До него считалось, что в России строить железные дороги невозможно из-за погодных условий и отсутствия специалистов. Лишь немногие инженеры стажировались за границей, где набирались опыта железнодорожного строительства. Большинство же российских архитекторов и чиновников имело весьма приблизительное представление о технологии постройки.

Пользуясь расположением царя, Клейнмихель сумел оградить сооружение дороги от всяких бюрократических проволочек, обеспечил стройку инструментами, в том числе и первыми американскими землеройными машинами (хотя основные работы все равно выполнялись вручную). Понимая, что требуется выполнить огромный объём работ, Клейнмихель активно привлекал к ним вольнонаемных крестьян. Строительство велось в предельном темпе, условия труда были невероятно тяжёлыми. Рабочие жили в шалашах и землянках, часто вспыхивали эпидемии. Правда, оплата труда была неплохой, поэтому десятки тысяч людей постоянно трудились на сооружении «железки».

Граф Клейнмихель, видимо, не был приятным в общении человеком. Хоть Николай Некрасов, по свидетельствам современников, и сгустил краски в своём знаменитом пасквиле «Железная дорога», — повышенной смертности среди рабочих не было, — однако плохую репутацию граф заработал вполне заслуженно. Так, однажды, не получив вовремя лошадей на почтовой станции, он насмерть забил станционного смотрителя.

Преступление заслуживало сурового наказания, но Николаю I пришлось простить графа, так как других сановников, способных быстро и хорошо строить, в распоряжении императора не было. Веком позже, когда управленческая слабость большевиков поставила под угрозу само существование СССР, такая практика стала нормой: казни за срыв планов начальства поставили на поток. (В качестве доказательства можно сослаться, например, на известную переписку Шолохова со Сталиным, в которой подобные расправы описываются подробно).

Чтобы смягчить проблему дефицита хороших руководителей, человечество изобрело капитализм, который устроен так, что умелые собственники богатеют, а неумелые собственники беднеют. При капитализме во главе ферм, заводов и других бизнесов преимущественно стоят не наследственные аристократы и не опытные аппаратчики, а хорошие организаторы, способные либо грамотно управлять своим делом лично, либо привлекать к управлению грамотных людей. Попытка объявить собственников лишним звеном, заменить их на горлопанов-активистов, заканчивается всегда одинаково: экономика рушится, страну накрывают голод и нищета.

Некоторые скажут сейчас: «чего же вы хотите, это Зимбабве, там негры». Лично я полагаю, что расисты неправы как с моральной, так и с фактической стороны. Социализм стабильно проваливался даже в регионах, в которых негры были абсолютной экзотикой.

Прямо сейчас, самодовольно игнорируя опыт Зимбабве и других стран-катастроф, строить у себя социализм собираются США. Когда там начнутся первые массовые раскулачивания, я сделаю пометку на календаре. Полагаю, американским социалистам потребуется для полного разрушения экономики не более нескольких лет.