Тут я вижу, как Битык, воспользовавшись тем, что все поглощены едой, незаметно подползает к старику, толкает его ручонкой в бок, кладет перед ним не совсем еще обглоданную кость. На лице Карарбаха появляется подобие улыбки. Их взгляды встречаются. Старик и ребенок довольны. Но все это не ускользает от Лангары. Она сердито отбирает у старика кость. Битык еле успевает увернуться от ее шлепка.
Тут я вижу, как Битык, воспользовавшись тем, что все поглощены едой, незаметно подползает к старику, толкает его ручонкой в бок, кладет перед ним не совсем еще обглоданную кость. На лице Карарбаха появляется подобие улыбки. Их взгляды встречаются. Старик и ребенок довольны. Но все это не ускользает от Лангары. Она сердито отбирает у старика кость. Битык еле успевает увернуться от ее шлепка.
Лицо Карарбаха мрачнеет. Но он не смеет протестовать.
– Лангара, почему ты не позволяешь давать Карарбаху даже кости? Разве он не заслуживает получить такую же долю мяса, как и все мы? – спрашиваю я.
– Так лучше ему, – отвечает она спокойно. – Сытый становится ленивым.
– Но он же совсем голодный; Ты ему даже лепешки не дала.
– Не все меряй брюхом, – отвечает она. – Амакан (*Амакан – медведь) всю зиму ничего не ест, однако все его боятся… Тебе надо знать: у кого есть все, тот не научится скрадывать зверя, делать ловушки, разбираться в следах. Он даже огня себе не разведет. А без этого в тайге человек что дупляная лиственница, валит ее ветер куда хочет. – Немного помедлив, она продолжает: – Если Карарбаха кормить досыта, он скоро уйдет к предкам.
– Старик болен? – встревожился я. На лице Лангары досада. Она дожевывает мясо, торопливо вытирает рукавом губы.
– Нет, он не болеет. Но послушай меня, его отец, – она тычет пальцем в старика, обсасывающего кость, – когда имел столько лет, как Карарбах, еще меньше получал пищи на стойбище и досыта ел только, когда сам добывал зверя. Он все время охотился, много ходил, искал пищу и долго жил, как десять раз олень.
– Десять поколений! Это сто лет.
– Может, и больше.
– Так что же, по твоему, помогло ему прожить столько лет?
– Ты, как ненян (*Ненян – теленок), глупый, – сердится старуха. – Потому, что голод не давал ему сидеть в чуме, велел ходить по тайге, искать зверя, птицу. Он таскал тяжелую поняжку, спал на морозе, не ленился, много работал. Человек и в старости должен уважать труд, как и пищу. Такой долго живет. Это ты хорошо помни.
– Значит, ты не кормишь Карарбаха, чтобы он не ленился, ходил на охоту?
– Вот теперь ты правильно говоришь, Не думай, что мы жадные, мяса ему не даем. Нет, оборони бог! Так лучше, чтобы его не скоро забрала смерть. Раньше было: если старик лишний в чуме, понимаешь, без пользы жил, его хорошо кормили, не давали работать, и он скоро пропадал. А Карарбаху нельзя уходить к предкам. Он лучше всех знает, где есть хорошее пастбище, как лечить оленей, где добыть зверя. Без него нам всем худо будет кочевать в тайге. Лучше половину стада потерять, чем Карарбаха. Но будет сытый – непременно обленится, забудет тропы, ноги потеряют силу, не станет охотиться, скоро пропадет.
– А так вы его заморите голодом, – перебиваю я старуху.
– Что ты! – протестующе замахала она руками. – Если старик шибко хочет мяса, он идет на охоту. Когда ему есть фарт и он добудет зверя, там он один раз кушает, сколько хочет брюхо, и свежей печенки, и губы, и теплой крови…
"Злой Дух Ямбуя" Г. А. Федосеев
- Сумаховое табу: почему не стоит носить желтый в присутствии императора Японии
- Меряченье: странная и необъяснимая болезнь жителей Севера
- На улицах Хьюстона появились гигантские расписные черепа
- Архангельский Робертино Лорети: как юный певец из глубинки покорил жюри престижного телеконкурса
- Жених уважил традиции, преподнеся избраннице мощную оплеуху - свадьба аплодировала стоя
ДЕпутаты 10000 лет до нас жрали в три горла, и 10000 лет после нас буду жрать. Вспомни тот-же древний Рим.
------------------------------------
А бабка права. У меня у жены мама болела много, с кровати уже не вставала почти, всех извела ворчанием. 75 лет. Вся на таблетках. Летом её захотелось клубничку посадить. Нашли участок 6 соток недалеко от дома. Тут она семян накупила, там лопаточек и удобрений всяких, я участок распахал, грядок ей наделал. клубника только взошла, но там кабачков и тыкв натыкала, тут морковки, свеколки, три остановки от дома участок.
И километр еще по дачам. Так к концу лета она пешком вприпрыжку на нее гоняла три раза в неделю без всяких автобусов. Сумка на колесиках - и понеслась. по 15 кг кабачков за раз притаскивает и на 4 этаж сама затаскивает. сейчас 79 лет, с апреля с дачи не вылезает по конец октября. И ничего. Малинник уже вырастила, пол-огорода викторией засадила всякой разной. Вишни., сливы. И бабка спортивная вся стала, И максимум - картошку помогает посадить и выкопать. Остальное всё сама.
А ведь могла как ты - про депутатов плохих ныть сидеть, и тихо дома помирать.