886
2
Только несчастье раскрывает тайные богатства человеческого ума; для того чтобы порох дал взрыв, его надо сжать. Тюрьма сосредоточила все мои способности, рассеянные в разных направлениях; они столкнулись на узком пространстве, – а вы знаете, из столкновения туч рождается электричество, из электричества молния, из молнии – свет.
– О чем вы думаете? – спросил аббат с улыбкой, принимая задумчивость Дантеса за высшую степень восхищения.
– Во-первых, о том, какую огромную силу ума вы потратили, чтобы дойти до цели. Что совершили бы вы на свободе!
– Может быть, ничего. Я растратил бы свой ум на мелочи. Только несчастье раскрывает тайные богатства человеческого ума; для того чтобы порох дал взрыв, его надо сжать. Тюрьма сосредоточила все мои способности, рассеянные в разных направлениях; они столкнулись на узком пространстве, – а вы знаете, из столкновения туч рождается электричество, из электричества молния, из молнии – свет.
Александдр Дюма. Граф Монте-Кристо
– Во-первых, о том, какую огромную силу ума вы потратили, чтобы дойти до цели. Что совершили бы вы на свободе!
– Может быть, ничего. Я растратил бы свой ум на мелочи. Только несчастье раскрывает тайные богатства человеческого ума; для того чтобы порох дал взрыв, его надо сжать. Тюрьма сосредоточила все мои способности, рассеянные в разных направлениях; они столкнулись на узком пространстве, – а вы знаете, из столкновения туч рождается электричество, из электричества молния, из молнии – свет.
Александдр Дюма. Граф Монте-Кристо
....
Все взрослые смотрели на нас тогда свысока. Они видели, что У нас в прошлом не было ничего особенно выдающегося, и не хотели видеть, что перед нами было целое будущее. Если кто-нибудь из нас умирал, о нем плакали только мать и несколько близких, если кого-нибудь исключали за запрещенную книжку из учебного заведения, без прав поступить в какое-либо другое, то не только исключители, но даже и окружающие не представляли себе, что, может быть, этим гасят в науке одного из предназначавшихся ей светочей.
Морозов Н.А. Повести моей жизни, 1965 г. (том 1)
Все взрослые смотрели на нас тогда свысока. Они видели, что У нас в прошлом не было ничего особенно выдающегося, и не хотели видеть, что перед нами было целое будущее. Если кто-нибудь из нас умирал, о нем плакали только мать и несколько близких, если кого-нибудь исключали за запрещенную книжку из учебного заведения, без прав поступить в какое-либо другое, то не только исключители, но даже и окружающие не представляли себе, что, может быть, этим гасят в науке одного из предназначавшихся ей светочей.
Морозов Н.А. Повести моей жизни, 1965 г. (том 1)
Морозов Н.А. Популяризатор науки, литератор, ученый-энциклопедист, революционер, почётный член АН СССР (1932), учасник Великой Отечественной войны.
Владел 11 языками, им написаны сотни статей и десятки книг по астрономии, космогонии, физике, химии, математике, геофизике, метеорологии, воздухоплаванию, авиации, истории, философии, политической экономии, языкознанию.
Часть работ, Николай Александрович написал во время заключения.
В общей сложности Морозов провел в тюрьме 29 лет в одиночной камере, причем 25 из них без перерыва.
Владел 11 языками, им написаны сотни статей и десятки книг по астрономии, космогонии, физике, химии, математике, геофизике, метеорологии, воздухоплаванию, авиации, истории, философии, политической экономии, языкознанию.
Часть работ, Николай Александрович написал во время заключения.
В общей сложности Морозов провел в тюрьме 29 лет в одиночной камере, причем 25 из них без перерыва.
реклама
