9614
16
«Самый остроумный писатель современности», как его постоянно называли критики и читатели, ушел из жизни на 67-м году 12 марта 2015 года. Пратчетт скончался дома, в кругу семьи, рядом с женой и дочерью. Последние годы он страдал от редкой формы болезни Альцгеймера, но продолжал работать: надиктовывал свои книги ассистенту или пользовался программами распознавания речи.
Как и многие писатели-фантасты, Пратчетт был очень плодовит. Например, цикл «Плоский мир» насчитывает 40 романов, 5 рассказов, 4 карты и атласа, 10 справочников и поваренную книгу. Эта серия разошлась тиражом более 50 миллионов экземпляров. Терри Пратчетт является рыцарем ордена Британской империи. В 2009 году Пратчетт попросил об эвтаназии. «Я живу в надежде, что смогу прыгнуть раньше, чем меня столкнут», — говорил он. Однако воплотить свой план ему не удалось.
Одним из персонажей его фантастических миров был Смерть, который забирал души, когда песок в часах-жизнеизмерителях заканчивался.
Как и многие писатели-фантасты, Пратчетт был очень плодовит. Например, цикл «Плоский мир» насчитывает 40 романов, 5 рассказов, 4 карты и атласа, 10 справочников и поваренную книгу. Эта серия разошлась тиражом более 50 миллионов экземпляров. Терри Пратчетт является рыцарем ордена Британской империи. В 2009 году Пратчетт попросил об эвтаназии. «Я живу в надежде, что смогу прыгнуть раньше, чем меня столкнут», — говорил он. Однако воплотить свой план ему не удалось.
Одним из персонажей его фантастических миров был Смерть, который забирал души, когда песок в часах-жизнеизмерителях заканчивался.
Обложка книги «Мрачный Жнец»
…есть смерть и есть налоги, только налоги гораздо хуже, потому что смерть случается один раз в жизни, а налоги — каждый год.
…есть смерть и есть налоги, только налоги гораздо хуже, потому что смерть случается один раз в жизни, а налоги — каждый год.
×
Обложка книги «Вор времени»
Пройдут годы, и ты узнаешь, что все ответы в итоге сводятся к простому «потому».
Пройдут годы, и ты узнаешь, что все ответы в итоге сводятся к простому «потому».
Обложка книги «Безумная звезда»
— Как ты думаешь, в этом лесу есть что-нибудь съедобное? — Да, — горько отозвался волшебник. — Мы.
— Как ты думаешь, в этом лесу есть что-нибудь съедобное? — Да, — горько отозвался волшебник. — Мы.
Обложка книги «Стража! Стража!»
Мое основное правило: строй темницу так, чтобы тебе самому захотелось провести в ней ночку-другую.
Мое основное правило: строй темницу так, чтобы тебе самому захотелось провести в ней ночку-другую.
Обложка книги «Эрик»
— И вовсе не обязательно было пинать меня! — прошипел Эрик, когда хозяин удалился к себе за стойку. — Ты совершенно прав. С моей стороны это был абсолютно добровольный жест.
— И вовсе не обязательно было пинать меня! — прошипел Эрик, когда хозяин удалился к себе за стойку. — Ты совершенно прав. С моей стороны это был абсолютно добровольный жест.
Обложка книги «Движущиеся картинки»
Вместо верблюжьей шеи его глазам предстала едва прикрытая девичья попка. «Так, — подумал Виктор, — мои дела явно идут на поправку». — Почему, — спросила ледяным голосом Джинджер, — я лежу на верблюде? — Понятия не имею. А у тебя были другие планы?
Вместо верблюжьей шеи его глазам предстала едва прикрытая девичья попка. «Так, — подумал Виктор, — мои дела явно идут на поправку». — Почему, — спросила ледяным голосом Джинджер, — я лежу на верблюде? — Понятия не имею. А у тебя были другие планы?
Обложка книги «Carpe Jugulum. Хватай за горло»
— То, что нас не убивает, делает нас сильнее! — А то, что убивает, делает нас мeртвыми!
— То, что нас не убивает, делает нас сильнее! — А то, что убивает, делает нас мeртвыми!
Обложка книги «Последний континент»
— Он что, вызвался добровольцем? — Пока нет, но мы в него верим.
— Он что, вызвался добровольцем? — Пока нет, но мы в него верим.
Обложка книги «Пирамиды»
— Я понимаю, ты несведущ в этикете, но вовсе не обязательно называть меня сэр. При обращении ко мне можно просто опуститься на колени и коснуться лбом земли.
— Я понимаю, ты несведущ в этикете, но вовсе не обязательно называть меня сэр. При обращении ко мне можно просто опуститься на колени и коснуться лбом земли.
Обложка книги «Цвет волшебства»
— Мы забрели в зону с сильным магическим индексом, — объяснил он. — Когда-то давно здесь образовалось мощное магическое поле. — Вот именно, — ответил проходящий мимо куст.
— Мы забрели в зону с сильным магическим индексом, — объяснил он. — Когда-то давно здесь образовалось мощное магическое поле. — Вот именно, — ответил проходящий мимо куст.
Обложка книги «Мор, ученик Смерти»
— Все потому, что время поддается регулировке, — ответил Смерть на удивленный вопрос Мора. — На самом деле оно не так уж и важно. — Я всегда считал его важным. — Люди приписывают ему такую важность только потому, что именно они изобрели его.
— Все потому, что время поддается регулировке, — ответил Смерть на удивленный вопрос Мора. — На самом деле оно не так уж и важно. — Я всегда считал его важным. — Люди приписывают ему такую важность только потому, что именно они изобрели его.
Обложка книги «Шляпа, полная небес»
Просто ужас, когда твои собственные мысли объединяются против тебя.
Просто ужас, когда твои собственные мысли объединяются против тебя.
Обложка книги «Роковая музыка»
Смерть направил лошадь туда, где ждали его человеческие жизни. Приятно сознавать, что ты нужен людям.
Смерть направил лошадь туда, где ждали его человеческие жизни. Приятно сознавать, что ты нужен людям.
— Один вождь даже специально пришел в тюрьму к премьер-министру и сказал: «Друг, вы можете выкопать это место и вышвырнуть его за Край света, будь спок».
— А почему он пошел именно в тюрьму?
— Всех политиков сразу после выборов мы отправляем в тюрьму. А вы разве нет?
— Но зачем?
— Очень экономит время.
Терри Пратчетт ;)
- Да.
- Я ВАШ ПОКЛОННИК...
Капрал Маркоу (Морковка) - сильно!
Сундук - мечта!
Орангутанг - вот она моя жизненная позиция!
p.s. Ook! (Уииик!)
тяжелая утрата(
Человек создал мир и подарил его читателям.
Пусть его путь через пустыню будет кратким
RIP Терри Пратчетт
после цитаты (перевираю, пишу как запомнила):
- он сказал что турист... я не знал что такое турист, но подозревал что синоним "идиот" ...
я поняла - это МОЙ кумир!!
а Писк - мой любимчик...
— Нет.
— А-а.
Ринсвинд с опаской посмотрел на грибы. Они действительно выглядели очень большими, и шляпки у них были красного цвета, все утыканные белыми пятнышками. По сути, эти грибы относились к той разновидности, которую местный шаман (он как раз пытался завязать дружбу со скалой в нескольких милях от этого места) стал бы есть только после того, как привязал бы себя за ногу к большому камню. У Ринсвинда не было другого выхода, кроме как вылезти под дождь и приглядеться к грибам.
Он опустился на колени в опавшие листья и заглянул под одну из шляпок.
— Нет, для еды они совершенно не годятся, — слабо сказал он через некоторое время.
— Почему? — крикнул Двацветок. — У них что, пластинки не того цвета?
— Ну, не совсем.
— Тогда, наверное, на ножках не такие пленки?
— Вообще-то, с виду с ними все в порядке.
— Значит, шляпка. Эти пятнышки крайне подозрительны, — догадался Двацветок.
— Я в этом не уверен.
— Так почему же их нельзя есть?
Ринсвинд кашлянул.
— Все дело в крошечных дверцах и окнах, — удрученно произнес он. — Первый и главный признак.
"Порядочные люди, — мрачно подумал Гальдер, — поставили бы в конце подобного заявления восклицательный знак".
Ничего.
Чтобы осознать это, людям потребовалось некоторое время.
Это мог быть только Смерть. Никто другой не разгуливает по городу с пустыми глазницами. Коса, небрежно переброшенная через плечо, тоже давала ключ к разгадке личности незнакомца. Пока Ринсвинд в ужасе пялился на это явление, парочка влюбленных, смеясь над какой-то только им двоим понятной шуткой, прошла прямо сквозь фигуру и, похоже, ничего не заметила.
Смерть, лицо которого навсегда застыло в мрачной маске, также выглядел удивленным.
– РИНСВИНД? – уточнил он голосом низким и тяжелым, словно подземный грохот захлопывающихся свинцовых дверей.
– М-м, – отозвался волшебник, пытаясь скрыться от безглазого взгляда.
– НО ПОЧЕМУ ТЫ ЗДЕСЬ? – (Бум-бум, опустилась надгробная плита в кишащей червями цитадели под старыми горами…)
– М-м, а почему меня здесь не должно быть? – спросил Ринсвинд. – Хотя чего я тебя расспрашиваю, у тебя, наверное, куча дел, так что если ты…
– Я БЫЛ УДИВЛЕН, УВИДЕВ ТЕБЯ, РИНСВИНД, ПОТОМУ ЧТО У МЕНЯ НА ЭТУ САМУЮ НОЧЬ УЖЕ НАЗНАЧЕНА ВСТРЕЧА С ТОБОЙ.
– О нет, только не…
– ПРОКЛЯТЬЕ, И САМОЕ ДОСАДНОЕ В ЭТОЙ ИСТОРИИ ТО, ЧТО Я ОЖИДАЛ ВСТРЕТИТЬ ТЕБЯ В ПСЕВДОПОЛИСЕ.
– Но это за пять сотен миль отсюда!
– ЭТО ТЫ МНЕ ГОВОРИШЬ? НАСКОЛЬКО Я ПОНИМАЮ, ОПЯТЬ ВСЯ СИСТЕМА ПОЛЕТЕЛА К ЧЕРТЯМ. ПОСЛУШАЙ, А МОЖЕТ, ВСЕ-ТАКИ ЕСТЬ ХОТЬ КАКОЙ-НИБУДЬ ШАНС?…
Ринсвинд попятился, выставив вперед руки. Торговец сушеной рыбой, стоящий за ближайшим прилавком, с интересом наблюдал за прохожим психом.
– Никаких шансов!
– Я МОГ БЫ ОДОЛЖИТЬ ТЕБЕ ОДНУ ОЧЕНЬ БЫСТРУЮ ЛОШАДЬ.
– Нет!
– ЭТО БУДЕТ СОВСЕМ НЕ БОЛЬНО.
– Нет!
Ринсвинд бросился бежать. Смерть проводил его взглядом и горько пожал плечами.