Непотопляемый и несгораемый Станкевич

Тогда он подкатывал на черном "Мерсе" в сопровождении джипа-охраны ( по свидетельству писателя Юрия Полякова) в элит-фитнесс -клуб . Легко платил сто долларов за нищеброда Полякова и государственно плавал в бассейне, решая гос. делишки. И чуть не сгорел в первых соляриях. Это тоже красочно описывает Поляков.

Станкевич тогда был советником Ельцина и экс-вице-мэром Москвы. И уже подумывал, как валить - припекало под либералами.

Натворил он по мерзости много. Но по мелочи. Вот обратилась к нему дочка Патоличева (министра внешней торговли СССР) с просьбой помочь оставить в собственности квартиру отца.

Он “помог” — и забрал квартиру себе» (Московский комсомолец. 04.07.1997). Квартира Патоличева абсолютно реальна и сейчас. Станкевич оформил её на свою жену, которая с середины 90-х успешно сдавала её за скромный прайс в 8 тысяч долларов в месяц.

А в 1994 г. прокуратурой Москвы было вообще возбуждено уголовное дело по обвинению С. Б. Станкевича в получении в лондонском отеле взятки в размере 100 тысяч долларов за услуги, которые он оказал главе частной фирмы «Интертеатр» Отари Сохадзе при проведении в 1991 г. международного музыкального фестиваля на Красной площади.

С. Б. Станкевич возглавлял оргкомитет фестиваля и посодействовал через А. Н. Шохина о выделении «Интертеатру» 6 миллионов долларов инвалютного резерва страны и 3,6 миллиона долларов от Госбанка.

Но дело не пошло. Кто-то прикрыл Станкевича, видно сказал, что он честный человек - ну сколько получается это процентов при получении 10 миллионов ? Какой-то дохлый один процент. Когда Касьянов официально брал 3 процента. А иные демократы и до 20 процентов дотягивали.

Да, еще маленький нюанс - когда он получал польское гражданство ( уж очень запекло), то заявил, что его предок-поляк был активным участником восстания 1863 г. против поработительницы-России, и потому рассчитывает на безопасное убежище в Польше.

Поляки не согласились, обрекли бедного Станкевича на тусклое существование. А народ слушает его, внимает.. Гуру, однако..

До большой политики

Сергей Борисович Станкевич закончил исторический факультет Московского педагогического института им. Ленина.

Три года преподавал в Институте нефти и газа им. Губкина. Потом долгие девять лет был научным сотрудником Института Всеобщей Истории АН СССР, где в 1983 г. защитил кандидатскую диссертацию по современной истории США

В 1987 начал партийную деятельность, вступив в Коммунистическую партию Советского Союза. В районном комитете КПСС Станкевич работал в комиссии по контрпропаганде (1987-1989): составлял справки об идеологической направленности различных неформальных групп и возможных методах работы коммунистов среди них. Вскоре, увлекшись демократическими тусовками, сам стал одним из неформалов: сначала членом группы «Народное действие», чуть позже - членом Московского народного фронта. В первую встречу Ельцина с Московским народным фронтом (1988), Станкевич буквально был очарован будущим президентом России.


Ельцин произвел на меня очень сильное впечатление. Я был к тому времени кандидатом исторических наук, диссертацию защитил по западному парламентаризму, много знал о том, как действуют «там» механизмы публичной политики и массовых избирательных кампаний. Меня удивляло, как партийный аппаратчик, привыкший к административному диктату, суконному языку и послушно аплодирующей аудитории, буквально на ходу кует совершенно новый образ народного вожака, не сломленного репрессиями борца, формирует особый стиль – грубовато-шутливый и доверительно-искренний.

«Плюнем бюрократу в рожу, голосуем за Сережу!»

Такая увлеченность Ельцинскими идеями и желание «одемократизировать» Советский Союз сыграли важную роль в становлении Сергея Борисовича депутатом СССР, а позже и Моссовета. Сыграла свою роль и КПСС, куда Станкевич тогда еще входил: его считали «засланным казачком» в Народном Фронте, потому не особо беспокоились за его демократические замашки. Неформалы же тем временем бегали по улицам и раздавали листовки с лозунгами «Плюнем бюрократу в рожу, голосуем за Сережу!». Станкевич ловко воспользовался ситуацией и в итоге получил желаемое – депутатский мандат.

В 1990 наш герой покинул КПСС, поняв, что ничего хорошего там его не ждет, и с этого же года до 1992 был первым зампредом Моссовета Гавриила Попова (притом, что на выборах председателя Станкевич набрал больше голосов, нежели Попов). Эта должность сводилась в основном только к презентациям себя-любимого, игре на публику и «разрезанию красных ленточек»

В презентациях Станкевич искал не бесплатных бутербродов. Он презентовал себя. А для этого годились не только разрезания шелковых ленточек. Ради представления публике Станкевич готов был весь Моссовет вывезти на картофельные поля. Его образ с ведром только что выкопанной из колхозной земли картошки был возвышен и целеустремлен. Политики-демократы и московский люд, годами выгоняемый в поля, были едины в своих заботах.

В том же году (1990) Станкевич, который внес «большой вклад в развитие общественно-политической мысли в своей стране», оказался удостоен премии Американского центра международного лидерства.

Свою американскую награду Сергей Борисович оправдал с лихвой на должности советника президента Ельцина. Показательна его «работа» в августовский путч 1991. Поскольку он входил в ближайшее окружение Бориса Николаевича, то, конечно активно сопротивлялся пытавшимся спасти Союз ГКЧП. Вернее, сопротивлялся – это сильно сказано, скорее он дрался за микрофон или мегафон, дабы без устали вещать на публику о неправомочности действий путчистов. Стоит заметить, тогда к нему действительно пришла популярность, его немного картавый голос стали узнавать горожане.

Сразу после событий путча, по решению Моссовета Станкевич руководил сносом памятника Дзержинскому на Лубянской площади в Москве, а также занимался выселением аппарата Центрального комитета коммунистов из здания на Старой площади.

Разлад с Ельциным и польское убежище

В роли советника Ельцина Станкевич пробыл всего пару лет, до 1993 в виду «некоторых расхождениях во мнениях». Но наш герой не растерялся, вступив в Партию российского единства и согласия (ПРЕС), и пройдя в Госдуму в том же году (1993)

Интересно, что в июле 1992 года Сергей Борисович участвовал в организации широкомасштабного оперного фестиваля «Красная площадь приглашает» и, оказав депутатское давление на Госбанк РФ, походатайствовал о выдаче госкредитов структуре-организатору. После полного провала фестиваля против организатора возбудили уголовное дело, в которое входило не только хищение в особо крупных размерах, но и дача взяток, в т.ч. и Станкевичу. Не смотря на факт получения взяток, зампред Моссовета все равно в 1993 году избрался в Госдуму. Но, видимо, переживая за возможность своего ареста, Станкевич в 1995 вместе семьей бежал в Польшу, причем по поддельным паспортам.

С 1996 года Станкевич был объявлен в Международный розыск, и через год в Варшаве его даже на месяц задержали, однако не выдали России и дали политическое убежище. До конца 1999 года жил в Польше, пока по ходатайству своих польских «друзей» российские власти не сняли обвинения со Станкевича.

Почему сейчас?

Прошло почти 15 лет с момента возвращения Станкевича на родину, а на широком экране или в газетах его имя начало всплывать совсем недавно. Он буквально завсегдатай «Вечера с Владимиром Соловьевым» или «Права голоса» на ТВЦ, «Специального Корреспондента»….

А все потому, что сейчас идеальный момент для демократов первых и последующих "волн" вновь заявить о себе, презентовать себя, «улыбаться и махать», что отлично получалось в свое время у Станкевича. Из передачи в передачу Сергей Борисович пытается наставить нас с вами на путь истинный – на западный путь: «без Европы мы никто!», «надо идти Западу на уступки» и прочее-прочее…

Вся его речь в эфире не сводится к каким-то конструктивным предложениям и аргументам, скорее - к набору штампов каждого российского либерала. Видимо, ни Соловьев, ни Бабаян не рискуют отказать уже немолодому демократу, который еще хочет покрасоваться перед публикой. Да и такие его появления на передачах еще раз напоминают людям о тех надеждах на позитивные перемены, которые мистер Станкевич, как и его либеральные соратники, в 90-е не оправдали. Не берусь сказать, старались ли они вообще.