4266
4
Фельдшер скорой помощи — о том, как на скорую берут работать наркоманов.
— Ваш новый водитель. Прошу любить и жаловать, — начальник колонны подозвал к себе ещё довольно молодого мужчину. — Будет работать на вашей подстанции.
***
— Да что ж это такое! — пятиминутка шумела. — Ящики в машинах страшно оставлять! Мало того что линейный контроль на той неделе лишнюю ампулу кому-то подбросил, чтоб хоть за что-нибудь наказать, так ещё и этот теперь. То спирт пропадёт, то весь ящик зачем-то обшарит. Всё выяснял, где у нас реланиум с трамалом (сильнодействующие препараты, приравненные по отчётности к наркотическим — Прим. автора) лежат. Машину водит, как чёрт на душу положит. И вечно кажется, что он под кайфом рулит. Где вы таких берёте?
— В тюрьме. — Все повернули голову к фельдшеру. — Он мне сам рассказывал, что только отсидел пятнашку. Да и наколки у него — такие только на зоне делают.
— Он хороший водитель, — начальник колонны растерянно стоял перед медиками, изредка бросая взгляд на заведующую.
— Вот и возьмите его своим личным водителем, раз он такой хороший, — пятиминутка опять зашумела. — Может, разок об столб вас долбанёт — в следующий раз умнее станете.
— Ничем вы не рискуете. И хватит напраслину возводить. Работает человек, и слава богу. Сейчас и так с водителями туго. Радуйтесь, что хоть кто-то пришёл.
— А что? Теперь прям с улицы берут? — дотошный фельдшер наседал на начальника колонны. — Я слышал, что при СССР надо было две категории иметь, стаж в такси не меньше трёх лет и классность не ниже второй. Или я от жизни отстал? Может, уже и права не нужны?
— Короче, — начальник колонны засобирался, — берите что дают и радуйтесь, что есть.
***
***
— Да что ж это такое! — пятиминутка шумела. — Ящики в машинах страшно оставлять! Мало того что линейный контроль на той неделе лишнюю ампулу кому-то подбросил, чтоб хоть за что-нибудь наказать, так ещё и этот теперь. То спирт пропадёт, то весь ящик зачем-то обшарит. Всё выяснял, где у нас реланиум с трамалом (сильнодействующие препараты, приравненные по отчётности к наркотическим — Прим. автора) лежат. Машину водит, как чёрт на душу положит. И вечно кажется, что он под кайфом рулит. Где вы таких берёте?
— В тюрьме. — Все повернули голову к фельдшеру. — Он мне сам рассказывал, что только отсидел пятнашку. Да и наколки у него — такие только на зоне делают.
— Он хороший водитель, — начальник колонны растерянно стоял перед медиками, изредка бросая взгляд на заведующую.
— Вот и возьмите его своим личным водителем, раз он такой хороший, — пятиминутка опять зашумела. — Может, разок об столб вас долбанёт — в следующий раз умнее станете.
— Ничем вы не рискуете. И хватит напраслину возводить. Работает человек, и слава богу. Сейчас и так с водителями туго. Радуйтесь, что хоть кто-то пришёл.
— А что? Теперь прям с улицы берут? — дотошный фельдшер наседал на начальника колонны. — Я слышал, что при СССР надо было две категории иметь, стаж в такси не меньше трёх лет и классность не ниже второй. Или я от жизни отстал? Может, уже и права не нужны?
— Короче, — начальник колонны засобирался, — берите что дают и радуйтесь, что есть.
***
— Две минутки мне уделите, пожалуйста, — фельдшер перехватил начальника водителей, когда тот уже садился в личный автомобиль. — Вы с огнём-то не шутите. Водила реально наркоманит. Давайте убирайте его, пока бед не натворил.
— Он хороший водитель, — начальник колонны с неприязнью посмотрел на фельдшера. — И не тебе решать, кто у вас будет работать. Понятно?
— Понятно. Тогда давай сразу договоримся, — фельдшер взял начальника за пуговицу и притянул к себе. — Если из-за этого водителя кто-то из наших пострадает, я лично приеду к вам в управление и сверну тебе башку. Я умею. Усёк? Всего хорошего.
***
— Вы что творите?! — заведующая, прямо в кабинете, закуривала подряд уже третью или четвёртую сигарету. — Мне главврач звонил. На вас начальник колонны пожаловался. Требовал уволить за хамство и за то, что вы угрожали его убить. Я еле-еле вас отмазала от разбирательства. Объяснила, что были тяжёлые сутки, очень тяжёлая ночь, что вы на нервах, а вообще человек положительный, хоть и шумный. Вроде поверил. Сказал, что с начальником колонны сам поговорит, а меня обязал сделать вам внушение.
— Зря отбили, — фельдшер изобразил на лице расстройство. — Надо было наоборот сделать. Сказать: "Да! Он больной. Он всем организмом контуженный. И раз что-то пообещал, то обязательно сделает".
— Идите, пожалуйста, — заведующая взмолилась. — Откуда вы такой взялись на мою голову?
— Из медучилища, — фельдшер демонстративно отдал честь и строевым шагом проследовал к выходу.
***
— Сколько ещё за него работать! — водители обступили старшего смены. — Три недели на больничном! И не первый раз уже. Он так и будет теперь? За четыре месяца дай бог две недели отработал…
***
— Он хороший водитель, — начальник колонны с неприязнью посмотрел на фельдшера. — И не тебе решать, кто у вас будет работать. Понятно?
— Понятно. Тогда давай сразу договоримся, — фельдшер взял начальника за пуговицу и притянул к себе. — Если из-за этого водителя кто-то из наших пострадает, я лично приеду к вам в управление и сверну тебе башку. Я умею. Усёк? Всего хорошего.
***
— Вы что творите?! — заведующая, прямо в кабинете, закуривала подряд уже третью или четвёртую сигарету. — Мне главврач звонил. На вас начальник колонны пожаловался. Требовал уволить за хамство и за то, что вы угрожали его убить. Я еле-еле вас отмазала от разбирательства. Объяснила, что были тяжёлые сутки, очень тяжёлая ночь, что вы на нервах, а вообще человек положительный, хоть и шумный. Вроде поверил. Сказал, что с начальником колонны сам поговорит, а меня обязал сделать вам внушение.
— Зря отбили, — фельдшер изобразил на лице расстройство. — Надо было наоборот сделать. Сказать: "Да! Он больной. Он всем организмом контуженный. И раз что-то пообещал, то обязательно сделает".
— Идите, пожалуйста, — заведующая взмолилась. — Откуда вы такой взялись на мою голову?
— Из медучилища, — фельдшер демонстративно отдал честь и строевым шагом проследовал к выходу.
***
— Сколько ещё за него работать! — водители обступили старшего смены. — Три недели на больничном! И не первый раз уже. Он так и будет теперь? За четыре месяца дай бог две недели отработал…
***
— Да сколько ж можно! — медики обступили заведующую. — Ведь каждый день вызывает! И не по разу. И всем одно и то же втирает: "Кольните релашку в вену. Мы ж работаем вместе. Мы ж свои. Одной крови. Должны друг другу помогать". А сам водяру хлещет прям при нас…
***
— Алло, — заведующая набрала телефон начальника колонны. — Вы б приехали. И ваши шумят. И мои шумят. Надо что-то решать с водителем вашим. Сегодня же и приезжайте.
— А фельдшер этот у вас ещё работает?
— Работает, работает. У него сегодня дневная смена.
— Тогда я завтра приеду. С утра. Сегодня дел много, — начальник колонны первым повесил трубку.
— Или завтра у него смена? Не помню, — по инерции продолжая размышлять, заведующая тоже положила трубку телефона.
***
— Ну, что у вас опять за проблемы?
Шумная компания водителей и медиков, что-то бурно обсуждавшая, мгновенно затихла, когда начальник колонны подошёл к курилке.
— Да никаких проблем, — начальник вздрогнул и завертел головой в поисках путей к отступлению. К курилке подходил тот самый фельдшер. — Уже никаких. Всё само собой решилось.
— Это как? — начальник обрёл дар речи.
— Да очень просто. Повесился ваш протеже. Ночью. В состоянии белой горячки. Наши на констатацию выезжали. Так что если ещё будут хорошие водители — присылайте. Только о нашем уговоре помните. Договорились?
***
— Алло, — заведующая набрала телефон начальника колонны. — Вы б приехали. И ваши шумят. И мои шумят. Надо что-то решать с водителем вашим. Сегодня же и приезжайте.
— А фельдшер этот у вас ещё работает?
— Работает, работает. У него сегодня дневная смена.
— Тогда я завтра приеду. С утра. Сегодня дел много, — начальник колонны первым повесил трубку.
— Или завтра у него смена? Не помню, — по инерции продолжая размышлять, заведующая тоже положила трубку телефона.
***
— Ну, что у вас опять за проблемы?
Шумная компания водителей и медиков, что-то бурно обсуждавшая, мгновенно затихла, когда начальник колонны подошёл к курилке.
— Да никаких проблем, — начальник вздрогнул и завертел головой в поисках путей к отступлению. К курилке подходил тот самый фельдшер. — Уже никаких. Всё само собой решилось.
— Это как? — начальник обрёл дар речи.
— Да очень просто. Повесился ваш протеже. Ночью. В состоянии белой горячки. Наши на констатацию выезжали. Так что если ещё будут хорошие водители — присылайте. Только о нашем уговоре помните. Договорились?
Источник:
Ссылки по теме:
- Китай, которого вы не знали
- Ученые отвечают на вопрос, сколько должны длиться идеальные занятия любовью
- 5 интересных фактов о фильме «Кавказская пленница, или Новые приключения Шурика»
- 5 интересных фактов о фильме «Москва слезам не верит»
- 5 интересных фактов о фильме "Жмурки"
Ни разу в жизни Вас, ребята не вызывал самому себе или своим детям и надеюсь впредь так и будет.
В семье у нас нет ни одного медика, мои отец и мать офицеры, дед по матери - моряк, взял Прагу и Берлин. Дед по отцу освободил Белоруссию.
Логик должен понимать, что от наличия и вовремя подоспевшего адекватного медика зависит наличие ещё одного шанса на выживание.
Желаю Вам, ребята, пореже торопиться на вызовы. Сам скорую пропускаю при встрече даже без спецсигналов.
Работайте, братья!