Завещание Фредди Меркьюри

Титульный лист завещания представляет собой документ о передаче права на управления имуществом душеприказчикам (Grant of Representation). Его предоставляет соответствующий отдел Высокого суда согласно территориальной подведомственности (District Probate Registry). В данном случае указан оксфордский отдел.

Этот документ необходим для того, чтобы душеприказчики имели право приступить к выполнению своих обязанностей по управлению имуществом покойного и исполнению завещания. Джону Либсону и Джеймсу Генри Бичу это право было передано 13 мая 1992 г.

Фамилия и инициалы должностного лица, подписавшего документ, отсутствуют – только подпись. Место для штампа пустое. Могу предположить, что поскольку завещание выставлялось на публичное обозрение, его могли не демонстрировать в целях избежания возможности подделок.

С другой стороны очевидно, завещание было отсканировано. В этом случае гораздо проще было бы не убирать печати, а просто пустить по ним защитную полосу. Поэтому их отсутствие наводит на мысль, что их, возможно, и вовсе не было.

Также в ряде случаев не проставлены знаки препинания. Это можно списать на качество отсканированной копии. Сюда же относится и нумерация страниц внизу, когда не все страницы отчетливо видны или не видны вообще.

В этом же органе регистрируется само завещание в присутствии завещателя и двух свидетелей. Кстати, совсем не обязательно, чтобы этими свидетелями были душеприказчики. И по документам на право управления наследством, и по завещаниям ведется учетная информация, где фиксируются данные факты, и их копии.

Завещание, согласно британскому законодательству, допускается хранить в банках (за исключением ячеек), Главном отделе Высокого суда по семейным делам (Principal Registry of the Family Division of the High Court of Justice), у солиситоров (одна из разновидностей адвокатов, юридических консультантов в Великобритании) или у себя дома. Однако в последнем случае необходимо, чтобы душеприказчики были уведомлены о месте хранения. Опаснее всего хранить завещание дома или у солиситера (особенно, если он твой душеприказчик).

Существует достаточно жесткая процедура изъятия завещания у солиситера, банка или Высокого суда: кроме завещателя никто не имеет право истребовать завещание. Когда наследодатель умирает, душеприказчику необходимо пройти определенную процедуру, чтобы получить завещание на руки, если в этом есть потребность. Таковая, как правило, имеется, поскольку в завещании указываются его исполнители и данный факт необходим для подтверждения своего статуса с целью получения документа на право управления, описанного выше.

Подписи завещателя и свидетелей на листах завещания вызывают массу вопросов.

Так, подпись на 1-м листе Либсона отличаются от подписей на др. страницах, которые также должны принадлежать ему. На 1-м листе можно разобрать 3 подписи – и третья, судя по всему, принадлежит Фредди. Четко видна буква "F". Однако в сравнении с той подписью Фредди, что продемонстрирована на последней, 13-й стр. завещания, она очень отличается. Еще больше она отличается от классического автографа Фредди Меркьюри (существует немного другой вариант – тот, что воспроизводится на обложке бокс-сета и ряда официальных изданий, но отличия совсем небольшие). Конечно, подпись человека со временем может измениться, но не до такой же степени…

Общеизвестно, что, подписывая листы какого-либо документа, недопустимо менять по ходу подпись. Вторая из трех подписей, принадлежащая Бичу, одинакова везде.

Подписи Бича и Либсона (если эта загогулина принадлежит ему) практически неидентифицируемы. Если у Бича еще более-менее похоже на подпись, то подпись Либсона таковой вообще нельзя назвать. Это безвыходная ситуация: подпись у человека сложилась, зафиксирована в ряде документов, менять ее нельзя, иначе встанет вопрос о том, чья она. Но и в том виде, в котором она подана – это прямой путь к фальсификации.

Такого способа удостоверения подписью завещания завещателем я еще не видела нигде: 1-я стр. и последняя, а подписи свидетелей – на всех.

Две суммы в 8 с лишним млн. фунтов стерлингов, которые указаны на титульном листе - это не денежный счет, а все примерно оцененное состояние Ф. в пределах Великобритании. Согласно поданным сведениям, максимальный размер состояния в Великобритании составил 8649940.00 фунтов стерлингов, минимальный – 8255434.00 фунтов стерлингов.

При этом состояние в Германии, Швейцарии, США не оценено. Количество денежных средств на банковских счетах не указано, равно как и банки, страны, где они размещены. Только общая фраза "личные сбережения". Из недвижимости, кроме дома в Лондоне, упомянута квартира в Нью-Йорке (с адресом), квартиры в Монтре и Мюнхене не упомянуты вообще. В соответствии с принципом единообразия, раз уж началось перечисление недвижимого имущества, нужно упомянуть и др. объекты, а также решить вопрос с душеприказчиками и действиями в отношении этих квартир, как это было сделано в отношении нью-йоркской квартиры.

Завещание начинается с "I, Freddie Mercury…". То же самое, что начать завещание с "Я, Наташа Королева…". Закону безразличен творческий псевдоним. Для этого есть паспорт. В паспорте, по некоторым сведениям, Ф. указан двояко – как "Фредерик Меркьюри" и "Фредди Меркьюри" (хотя эти данные нужно проверять – самого паспорта нет). В этом случае предпочтительнее выбрать полное имя. Кстати, на "титулке" тоже указано, что завещатель – "Frederick Mercury otherwise Freddie Mercury".

Получается, что в паспорте Фредди Меркьюри написано "Frederick Mercury, otherwise Freddie Mercury" + профессия;
В свидетельстве о смерти - "Frederick Mercury, otherwise Frederick Bulsara" + профессия;
В завещании - "Frederick Mercury, otherwise Freddie Mercury".

Несовпадение имен в официальных документах – это уже явное нарушение.

Далее – "Я … отменяю все дополнения к завещанию и завещательные распоряжения и объявляю следующее в качестве моей последней воли". Это стандартная фраза, указывающая на то, что у Ф. было ранее другое завещание.

Первым пунктом идет фраза "I wish to be cremated" - без каких-либо дальнейших пояснений. Данный пункт выглядит аляповато – ни слова о том, каким образом, кто обязан проследить, чтобы все это было исполнено, в какие сроки, в присутствии кого и пр.

По умолчанию эта обязанность возлагается на душеприказчиков. Однако если лицу настолько важен факт кремации, что он ставит пункт о нем на первое место в завещании, то логично было бы подробно его расписать, особенно в контексте того, насколько подробно излагаются все последующие вопросы.

В завещании известного советского танцовщика А. Годунова, обстоятельства смерти которого в США до сих пор не выяснены, с этим пунктом похожая история. «It is my wish and desire to be cremated. I direct my Executor to take such steps as necessary to carry out my wish and intenrion».

История его смерти довольно скандальна – пресса пестрела заголовками о СПИДе, убийстве, просто указанием на отсутствие причины смерти. Со стороны близких имеются прямые и открыто высказываемые подозрения на убийство, падающие на душеприказчицу. С исполнением завещания – полная неразбериха. Она выкрала личный архив, распродала вещи, мебель и неизвестно, что сделала с прахом. Высказываются мысли, что как раз кремация и стала основным прикрытием для убийства: тело не было осмотрено патологоанатом, вскрытие не проводилось, хотя по американским законам должно было. Естественную причину смерти (в 45!) констатировал … шериф, приехавший на вызов … на основании внешнего осмотра. Годунова нашли спустя 3-4 дня после предполагаемой смерти у себя в квартире. Его тела никто, кроме Арлин Медан (душеприказчицы), шерифа и медсестры, нашедшей его, не видел. Медсестру как ветром сдуло. То же самое и в отношении девушки, с которой он встречался до самой смерти – они пропали из поля зрения и нигде не мелькали. Даже их имена. Скрылась и сама душеприказчица, успев запретить вскрытие и без ведома всех по срочному звонку перенести кремацию на более ранний срок. Труп кремировали, а те, кто мог посмотреть на него хотя бы в гробу, лишились этой возможности.

В свидетельстве о смерти, которое можно и нужно было опротестовать в свое время в суде, причиной смерти указан хронический алкоголизм с сопутствующим гепатитом. То же самое, что написать «покойный умер от безответной любви». Годунов действительно имел проблемы с алкоголем, но преувеличенные. Мог спокойно год не пить вообще без всякой кодировки, нет сведений о срыве съемок или балета, правонарушений или приводов в полицию. Он жил насыщенной жизнью, и алкоголь явно не был основанием пустить все под откос. Имела места ситуация, которую можно охарактеризовать как «контролируемый запой». К тому же человек, который с 9 лет и до смерти ежедневно тренируется, тренирует других и рассчитывает в 50 станцевать «Корсара» вряд ли тянет на умирающего хроника.

После тяжелой встречи с родственниками, по одним сведениям он запил, и позже его труп нашли в квартире. По мнению других, которые были с ним очень близки профессионально и по жизни, виделись почти каждый день, Александр Борисович был в отличной форме, не походил на человека в депрессии и уж точно не собирался умирать. Поэтому и новость о его смерти была огромной неожиданностью. Тело в морге им отказались показать.

Сомнений в подлиности завещания Годунова не высказывается (все оставил родным – матери, брату и племянникам), но то, что по причине безграничного и странного доверия к своей секретарю-душеприказчице, которое отмечали при его жизни, оно превратилось в инструмент для махинаций (а может быть, и не только) с ее стороны – очевидно. Александр Борисович сам в последние годы жизни высказывал мысль, что хочет быть кремирован и развеен над океаном, и эти неосторожные слова наряду с «I direct my Executor to take such steps as necessary to carry out my wish and intenrion» потенциально могли развязать руки Медан, а также оправдать перенос кремации.

Чем еще примечательно завещание Годунова – все «штемпсики» имеются, хотя публике была представлена, разумеется, только копия.

Первый пункт гласит:

"Я, ALEXANDER BORIS GODUNOV, проживающий в Лос-Анджелесе, штат Калифорния, объявляю следующее своей последней волей и отменяю все дополнения к завещанию и завещательные распоряжения и объявляю следующее в качестве моей последней воли".

Опять же – стандартная шапочка, НО - указание полного имени завещателя.

Первый пункт второго подпункта: «I declare that I am single. I have no children dead or deceased».

Браво юристу, составлявшему завещание, поскольку данный пункт впоследствии может стать хорошим орудием в борьбе против лже-детей и лже-жен, претендующих на часть состояния. Лицам, располагающим значительным имуществом, он очень не помешает. Удивительно, что он отсутствует в завещании Фредди. Вспомним историю с некой самозванкой Кейси Меркьюри 1968 г.р., объявившейся в начале 90-х после смерти Фредди. Она называла себя его дочерью, которая получилась в результате короткого романа студента Фредди Балсары и ее матери. Даме не повезло: свидетельство о рождении, куда был вписан Фредди, сделали уж слишком топорно, чтобы с этим на что-то претендовать. А если бы качество не подкачало? К тому же развитие генетики и медицинской экспертизы, связанной с этим, в те годы существенно отличалось от современного. Головная боль из-за судебных процессов и установлением правды наследникам по завещанию гарантирована.

Я допустила возможность проведения сравнительно-правового анализа завещаний, свидетельств о смерти Меркьюри и Годунова и связанных с ними обстоятельств смерти, поскольку оба проживали в государствах (соответственно – Великобритании и США), принадлежащих к одной правовой системе и общие принципы в праве и законодательстве прослеживаются.

В принципе, личность Годунова и его трагическая судьба похожи на Фредди. Практически ровесники. Оба сменили место жительства и умерли на чужбине. Умерли, не оставив собственной семьи в 45. Сложные, неоднозначные отношения с родителями. Годунов очень доверял своему секретарю, которую позже назначил душеприказчицей. Как и Ф., в короткие сроки после подписания странно умер. Насколько исполнено завещание – неизвестно. Родственники не предпринимают в этом отношении никаких действий.

Родители отреклись от него после побега в 1979 г. в США, но это не стало препятствием для того, чтобы тянуть из него деньги и дорогие подарки. Это не было ни для кого тайной, как и тот факт, что узнав о смерти сына, родня первым делом поинтересовалась о том, когда они смогут получить наследство. Его хоронили друзья.

Увязывая это со странностями при оказании Ф. помощи в последние дни, выдвину гипотезу в свете весьма сомнительного завещания, что кому-то было выгодно, чтобы это завещание вступило в силу, не было изменено, следовательно, нужно не допустить возможности завещателя сделать это. А отсюда следует закономерный вывод: зачем рисковать, продлевая жизнь?

Примечательно также, что, согласно британским законам, кремация в случае смерти от инфекционного заболевания обязательна, и СПИД к этой категории относится. Таким образом, если Фредди Меркьюри умирал от СПИДа, то кремировать его после смерти должны были вне зависимости от его личного мнения, желания, вероисповедания и т.д. Надобности в пункте о кремации нет. Как юрист, Джим Бич обязан был объяснить это клиенту.

Таким образом, можно сделать предположение, что:

1. Кремация тела была необходима для сокрытия обстоятельств болезни и смерти покойного.

2. Настоящей причиной смерти мог быть и не СПИД – иначе странный пункт не был бы вписан в верхнюю строку завещания.

2.1. Этим пунктом Бич и Либсон назначаются Ф. душеприказчиками. Формально претензий нет.

2.2. В случае необходимости для управления имуществом в Нью-Йорке Ф. дает право указанным душеприказчикам назначить дополнительного душеприказчика из фирмы Wintrop, Stimson, Putnam & Roberts. Выбирает и назначает это лицо старший по возрасту партнер компании Wintrop, Stimson, Putnam & Roberts. Поэтому в этом случае термин "мои душеприказчики", применяемый далее в завещании, должен включать и это лицо, согласно п. 2.2.

Фредди назначает этим же пунктом, если понадобится зарубежное (внешнее) или дополнительное управление, в той степени, насколько это позволяет право штата Нью-Йорк, завещателей в Великобритании быть зарубежными исполнителями завещания в Нью-Йорке, чтобы оказать помощь вышеуказанным нью-йоркским душеприказчикам.

Но при этом никто из душеприказчиков в Англии не имеет право на двойное вознаграждение как внутренний и внешний душеприказчики. Заметим, что этот вопрос (вознаграждение) вообще никак не урегулирован, хотя должен был бы.

НО: Формально, согласно п. 2.1, душеприказчиком в Великобритании может быть только Либсон, поскольку адрес Бича указан швейцарский, а очевидной оговорки о душеприказчиках в Великобритании не сделано. Недоработка составителя?

Обычно душеприказчиками стране проживания завещателя не назначаются нерезиденты, поскольку может возникнуть ряд чисто юридических заморочек.

Внешние или дополнительные душеприказчики должны иметь такие же права и обязанности и нести такую же ответственность, как и внутренние, включая освобождение от уплаты пошлин в любом суде. Они также должны иметь дополнительные права, предоставляемые законами штата Нью-Йорк, и по завершении управления они должны передать оставшееся имущество душеприказчикам в Великобритании.

3. Здесь идет расшифровка употребляемых далее имен и понятий:

3.1. - 3.4 – Мэри Остин, родители (Боми и Джер Балсара), сестра. Имя сестры, Кашмиры Кук, дано в сокращенном виде (Кэш) и в таком виде присутствует далее по завещанию. Нарушение. Кроме того, во всем завещании второе имя было упомянуто лишь у Бича. У всех остальных – только первые (и то сокращенные). Отсутствие вторых имен – еще одно нарушение. Если лицо имеет второе имя (что весьма распространено на Западе), его нужно указать. У отца Фредди оно было (Боми Рустомджи Балсара, так оно фигурирует в завещании самого Боми и в его некрологе, опубликованном в 2004 году), но не указано. У самого Фредди полное настоящее имя – Фарух Боми Балсара (если предположить, что он сменил имя – Фредерик Боми). Питер Фристоун также имеет второе имя, указанное, кстати, в свидетельстве о смерти (Питер Лесли), однако в завещании он назван просто Питером Фристоуном. А Хаттон – так вообще нет слов. Рубаха-парень, свой в доску: и в завещании остался просто Джимом… Хорошо ещё, что не Джимми. Между тем, его первое полное имя, фигурирующее в других документах – Джеймс.

Что мне вообще нравится в английской манере завещания – привязка в целях идентификации лица к месту проживания. Ни даты рождения, места рождения и пр. – ничего нет.

3.5. Vesting Day (срок вступления в законные права, срок давности – фактически срок исполнения завещания, передачи имущества в собственность наследников, время, когда можно вступить в права наследования) – 50 лет или более ранний срок, установленный по полностью свободному усмотрению душеприказчиков.

Зачем Фредди ввел в завещание пункт, который так развязывает руки душеприказчикам и представляет собой путь к полной зависимости от них наследников?

4. Дом (Garden Lodge) или если он будет продан, другой дом или квартиру, который используется как постоянное место проживания на момент смерти, вместе с его содержимым и личными сбережениями завещается Мэри Остин.

Этот пункт также выглядит очень странно. Опять же можно списать на то, что юрист был двоечником и допустил в завещании юридическую конструкцию, в которой не было необходимости…

Поясню. В нормальном завещании всегда много "если", пояснений, разъяснений, деталей, чтобы по возможно максимально предусмотреть все ситуации. Особенно связанные с форс-мажором. В завещании Ф. это тоже есть. Если умрут родители, имущество отходит тому-то, если умрет тот-то - вот этому. При этом под этим необходимо подразумевать вот это, а под этим - то.

Однако в нашем случае в такой конструкции "если дом будет продан, Мэри получает какое-нибудь другое жилье, которое используется как постоянное место проживания" нет необходимости, поскольку, в отличие от вышеописанного варианта со смертью наследников, в случае с домом никакого форс-мажора нет. Обстоятельства, связанные со сменой жилья, обуславливаются человеческой волей и разумом, которые не входят в категорию форс-мажора. Фредди сам планирует свое будущее, и если он одним пунктом завещает, а другим фактически отменяет его, то у него не все в порядке с головой.

Получается бред: Мэри, я хочу завещать тебе дом и все, что в нем. Но если я вдруг на пороге смерти куда-нибудь перееду, ты получишь "хрущевку". Явные противоречия между этими пунктами. И отсутствуют столь частые и распространенные во всем тексте завещания оговорки, что же делать с предметами внутри Гарден Лодж в этом случае. Вот здесь они обязательно должны иметь место.

Что еще удивляет – непрофессиональный юридический язык. «Если дом будет продан…». А если он будет подарен или отчужден иным способом? Можно догадаться, что здесь имелось в виду утрата права собственности Фредди в отношении дома, его отчуждение, но тогда именно так и следует это обозначить – «если дом будет отчужден». Юристы используют этот термин, обыватели чаще говорят о продаже. Но кто же тогда составлял завещание – специалист или, скажем так, любитель?

Абсурд подобной терминологии выплывает при моделировании, проигрыше возможной ситуации на практике. Подари, к примеру, Фредди дом кому-либо при жизни, права на него, согласно этому пункту, у Остин остаются. Поскольку он был подарен, а не ПРОДАН. А впереди – судебный процесс между ней и несчастным хозяином дома.

Опись содержимого дома отсутствует, хотя там находились предметы искусства и антиквариат минимум на несколько миллионов фунтов стерлингов. Можно было бы сделать приложение или указать документы, которые содержат перечень имущества, их местонахождение. В завещании такие нюансы обычно не указываются, иначе оно раздуется до объема многотомника. Однако никаких ссылок на подобные документы в указанном завещании нет.

Дом со всем содержимым завещать действительно можно, но в данном случае необходима опись, поскольку предметы действительно ОЧЕНЬ дорогие и их правовой статус может вступить в противоречие с правовым статусом другого имущества. К примеру, распродавая все предметы искусства (поскольку душеприказчикам предписано распродать иное имущество и разделить сумму между наследниками – об этом ниже), можно в эту категорию включить и то, которое находилось в доме Ф., не зная ТОЧНО их перечень. Одну вещь Ф. мог временно перевезти в свои апартаменты в др. городах и там забыть. Допустим, нравилась ему одна статуэтка и таскал он ее везде с собой. Внезапно ухудшение - и в результате статуэтка, всегда находившаяся в его доме, остается в Монтре и, соответственно возникают проблемы с отходом ее в цепкие ручки Мэри. С такой непредсказуемой болезнью довольно опасно составлять завещание подобным образом.

Помимо этого, неясно, сколько конкретно и чего находится в доме Ф. Можно элементарно украсть из дома некоторые предметы искусства. Зашел гость, увидел табакерку 18 века – и в карман. Минус вещь. А отвечать за сохранность, согласно завещанию, придется г-ну Бичу. Либсон, похоже, играет какую-то роль только де-юре.

Мэри завещаются также личные сбережения, находящиеся в банках или у третьих лиц (подразумеваются долги, в отношении которых Ф. выступает кредитором). Но тогда это практически все состояние Ф., если учесть, что все средства миллионеры имеют привычку хранить в банках, а не под подушкой. Остаются доли в частных компаниях и авторские права. Плюс недвижимость – квартира, которую он купил и обустраивал на паях с Барбарой Валентин, квартиры в Монтре и Нью-Йорке.

Личные вещи наследодателя предполагаются, когда говорится о "внутренностях" дома, отходящих к Мэри. Тот самый архив Фредди, который должен существовать, в любом случае попадает к ней. Мэри будет распоряжаться этим эксклюзивом и таким образом получит возможность держать нужную информацию при себе.

5. То же самое в отношении Logan Mews. Но он отходит ей в любом случае, независимо от того, перестанет ли Garden Lodge быть основным местом жительства Фредди или нет (п. 4).

Крайне безграмотно юридически. В случае, если Garden Lodge будет продан другому собственнику, ему придется уживаться вместе с Мэри. Возникает также вопрос: кому в этому случае переходит "содержимое" основного дома? По внутренней логике завещания, оно попадает в категорию движимого имущества, которое делится между наследниками согласно дальнейшим пунктам завещания.

6.

6.1 – 6.4 – Оставляет Джо Фанелли, Джиму Хаттону и Питеру Фристоуну по 500.000 фунтов стерлингов и Терри Гиддингсу – 100.000 фунтов стерлингов.

Их имена следовало включить в п.3 как всех, кому что-либо завещается. Как уже было сказано, только Фристоун назван полным именем (но без второго). Все остальные – на уровне Пети и Васи. Этот пункт вызывает у меня не то, что вопросы, а уверенность, что его вставили произвольно. Не указано, из каких средств выплачивать эти суммы. А это не много, не мало – 1.600.000 – 1/5 от размера состояния в Великобритании.

50% состояния отходит Мэри Остин. 25% - Боми и Джер Балсара. 25% - Кеш Кук. Кто будет из своей доли платить трём слугам и водителю? Если не из их доли, то из чьей? Не оговорено.

Не оговорено, как следует поступить, если кто-либо из них скончается. Кому в этом случае отходит причитающаяся сумма? Наследникам Фредди? Родственникам Хаттона, Фристоуна и Фанелли? В отношении других лиц, упомянутых в завещании, нагорожено столько, что черт ногу сломает в этих конструкциях, здесь – ноль. И это при том, что один на пороге смерти (Фанелли), а другой стоит за ним следующий (якобы смертельно больной СПИДом Хаттон).

То, что Хаттон про свою болезнь выдумал – очевидно. Но Джо Фанелли действительно умер. Может, и не от СПИДа, но отчего-то умер. Кто унаследовал миллион долларов? Успел ли он получить эти деньги? Кому они достались?

Огромная сумма висит в воздухе. И вообще, если обратить все эти громкие проценты - 25, 50 – родителям и сестре остается пшик. Одна надежда на прибыль от творчества.

И учитывая щедрость Фредди, странно, что другим слугам, друзьям и пр. он не завещал ни фунта – а эти люди получают такие огромные суммы. Причём действительно висящие в воздухе.

7.1. Завещает, чтобы его доли в частных компаниях, за исключением квартиры в Нью-Йорке (в огороде бузина, а в Киеве дядька), которая представлена долями акций в компании "United States Corporation" (далее – "Доли США" - привет п.3!), продали и обратили в денежные средства душеприказчики, имея при этом абсолютное право по своему свободному усмотрению отложить продажу и обращение этих акций в деньги, не неся при этом никакой ответственности за убытки.

На первый взгляд, этот пункт кажется вполне приемлемым и логичным, за исключением оговорки об ответственности – это ни в какие ворота не лезет (причем и далее в отношении возможной ответственности душеприказчиков все идет в том же духе): в бизнесе бывают разные ситуации – то курс упадет, то стоимость акций вырастет, их можно будет выгоднее реализовать, то банкротство нагрянет или дефолт и пр.

Однако есть одно большое "но". Это доли в квиновских компаниях. Переводя на обычный язык, душеприказчики могут произвольно отложить реализацию этих долей, а следовательно – исполнение завещания. На тот период, пока завещание не исполнено, они должны управлять вверенным имуществом. А управлять им они могут так долго, как пожелают. Прибавьте к этому право ограничить Vesting Day – и полный комплект получается. Наследники могут и не дождаться, когда же наследство попадет в их руки. Пожалуйста, вот вам пятый член Queen, мистер Бич. Либсон имеет право устраниться от обязанностей душеприказчика. Мне вообще его роль как душеприказчика видится чисто номинальной.

Это открывает путь для давления на наследников.

7.2. Из вышеуказанных долей (вместе со всем др. имуществом они имеются "Trust Fund" - трастовый фонд, наследство на управлении или просто наследство – привет, п.3) которые должны находиться в руках душеприказчиков, чтобы:

7.2.1. выплатить до Vesting Day суммы следующим лицам:

7.2.1.1. 50% - Мэри Остин.

7.1.2.2. 25% - сестре при условии, что в случае ее смерти до Vesting Day (т.е. если она не успеет вступить в законные права на наследство), и у нее останется переживший ее ребенок/дети (если более 1 – завещаются равные доли) наследует ее долю в этих 25%. И это положение распространяется на все доли Кашмиры, которые завещаются ей Ф. в дальнейшем по завещанию.

Ф. явно проявлял беспокойство в отношении своих племянников, если несколько раз в течение всего завещания делал эти оговорки. Но завещание под условием недопустимо, такие пункты не имеют правовой силы. Нужно уточнить, подпадает ли этот случай под понятие завещания под условием.

Обращает на себя внимание отсутствие имен племянников. В принципе они не нужны, если Ф. было все равно, каким племянникам они достанутся. Сестра находилась в том возрасте, когда детей еще можно завести или усыновить/удочерить. В этом случае они тоже попадали бы в долю.

7.2.1.3. 25% - родителям или выжившему до Vesting Day. При этом их доли не указываются. Боюсь, что после такого завещательного распоряжения, если бы родители не разобрались между собой, пришлось бы обращаться в суд, чтобы он разделил доли. Нарушение - не завещается имущество коллективу лиц (за исключением юридического. лица). Следует указать доли, как было сделано в отношении племянников.

Следующий абзац и отсыл к пунктам не вполне понятны. Здесь точно говорится о прирастании долей в случае смерти определенных этими пунктами наследников до Vesting Day. Что я могу сказать уверенно: если наследники, упомянутые в 7.2.1.2 и 7.2.1.3 умрут, Мэри отходят их доли.

Далее, в случае смерти Остин (7.1.2.1), сестры (7.1.2.2) и родителей (7.1.2.3) все переходит, согласно п. 7.1.2.2 о прирастании долей … племянникам. Если же все лица, указанные в 7.1.2.2 (в т.ч. племянники) и 7.1.2.3 умрут – только тогда пережившей их Остин.

Далее – еще интереснее. В случае смерти лиц, указанных в п. 7.2.1.1. (Остин) и 7.2.1.3 (родители) их доли отходят поровну Национальному обществу помощи умственно отсталым детям и Королевскому фонду исследований рака. А это – 75 %. Это положение никак не затрагивает п. 7.1.2.2 – т.е. Кашмиру и ее детей. Если она умирает, все по-прежнему отходит племянникам, а не фондам.

Обратим внимание и на тот факт, что в отличие от детей сестры, дети любимой, которой он отписывает в 2 раза больше (а если еще и дом, предметы искусства учесть…), Фредди как завещателя абсолютно не волнуют. На протяжении всего завещания им не уделено ни слова.

Если учитывать, что этот Vesting Day могут определять сами душеприказчики, получается весело. Можно хорошо играть долями и наследством в целом.

7.2.2 В Vesting Day каждый наследник должен получить права на долю капитала в будущем доходе от наследства (в первую очередь, под этим доходом подразумеваются отчисления от продаж, связанных с реализацией авторских прав), равную долям, указанным ранее. Исходя из логики и контекста, это доли, на которые наследники имели право непосредственно перед Vesting Day.

Но этого Vesting Day нужно дождаться: душеприказчики имеют возможности задержать исполнение завещания.

8. После оплаты похорон и связанных с этим расходов, долгов, налогов…. (стандартная формулировка) все оставшееся состояние (Residuary Estate – привет, п. 3) (которое, во избежание сомнений должно включать "Доли США" - квартиру в Нью-Йорке), должно быть разделено в след. долях:

8.1. Остин – 50%.

8.2. Сестре – 25 %, при условии, что если она умрет ранее Ф., здесь применяются правила пункта 7.2.1.2 о племянниках, которые я ранее расписала. Однако здесь есть и отличия: в п.7.2.1.2 – если Кашмира умрет до Vesting Day, здесь – до смерти Ф. Очень странная оговорка. У Кашмиры, если она умрет до Ф., вообще никаких прав на долю в его наследстве не возникает по определению. Тут логичнее смотрелось бы – "до Vesting Day".

На что еще нужно обратить внимание: племянникам отходит доля Кашмиры по достижении ими 18 лет. До этого, по праву, этой долей распоряжаются душеприказчики. А теперь вспомним п. 7.1.2.2. Между ними нет единообразия и это ничем не оправдывается. В первом случае (7.1.2.2.) ничего не сказано о возрасте племянников, в котором они могут получить причитающие суммы. Здесь – 18 лет.

И к чему здесь употреблено слово "абсолютно" - "абсолютно равные доли". Достаточно просто сказать "равные доли". Абсолютно равные доли невозможно выделить в принципе. Это непрофессионально с точки зрения юридического языка.

8.3. Родителям – 25 %. Их доли также не указаны.

Странно, что нет оговорок вроде упомянутых ранее "до Vesting Day", "до смерти завещателя" и в то же время есть понятие "survivor of them" - выживший к какому моменту – смерти Ф., Vesting Day, еще что-то?

9. Вновь правила прирастания долей, аналогично уже указанному ранее пункту.

Если до смерти Ф. умрут сестра (п. 8.2) и родители (п. 8.3), все оставшееся состояние отходит Мэри, если будет жива на момент смерти Ф.

Подозрительны эти пункты с увязкой насчет смерти завещателя. Родители, к примеру, переживут сына, но умрут до Vesting Day – кому в этом случае отойдет их доля? Запутано завещание так, что мало не покажется. На первый взгляд, все крайне просто, и на это покупаются, а если копнуть глубже… Нужно попробовать смоделировать различные ситуации и посмотреть, что кроется за этой странной фразой – "до смерти", кто больше наживается.

Что делать с племянниками – непонятно. В силу расширительного толкования норм они подпадают под 8.2 – т.е. если умрет и сестра, и ее дети, и родители – только в этом случае все отходит Остин. Также не оговорены их права.

10. В случае смерти всех указанных выше лиц Residuary Estate делится между фондами в равных долях. Фонды те же, что и указаны ранее. И они точно не умрут.

11. Если эти фонды реорганизуются, прекратят существование, изменят название (стандартный перечень для такого рода оговорок), средства пойдут в тот фонд, который наиболее соответствует пожеланиям наследодателя.

Опять полная свобода действий ввиду размытости трактовки, ведущая к возможности договориться с определенным фондом, вступить с ним в долю за право передать ему наследство Фредди и пр. Безбрежные возможности для коррупции и финансовых махинаций.

12.1. Весь доход от имущества должен прирастать к долям строго в день его возникновения. И здесь + в п.12.2 делается оговорка о неприменении 2-х актов, которые нужно было бы обязательно изучить: Act 1870 и правила прецедента по делу "Chesterfield`s Trusts Howe V Dartmouth and Allhusen V Whittell". Возможно, это стандартная оговорка, применяемая в завещаниях.



Далее начинается второй блок завещания, в котором описывается правовой статус душеприказчиков. Что сразу становится заметным – усложнение юридического языка и конструкций. Здесь определенно приложил руку хороший спец. Права, обязанности и ответственность душеприказчиков еще предстоит подробнейшим образом изучить и проанализировать, соотнести с тем, что мы имеем на сегодняшний день с наследством Фредди и в особенности – персональным составом и деятельностью компаний, в которых он имел долевое участие. Пока же хочу обратить внимание на некоторые особо показательные пункты.

13. В дополнение к правам, установленным законодательством, Ф. определяет дополнительные права душеприказчиков:

13.1. Право по своему усмотрению отложить продажу определенной вещи, не неся при этом ответственности за убытки.

Неплохо. Откладывается продажа части имущества - откладывается исполнение завещания. В таких случаях должны делаться оговорки типа "если это диктуется необходимостью", "придерживаясь воли завещателя" и т.п., но абсолютно свободное усмотрение…

Только Остин может получить часть причитающегося ей имущества сразу, поскольку ей завещан дом и все внутри его (забегая далее - если против этого не будут возражать душеприказчики).

13.2. Шокирующий пункт. Фактически Ф. дает полное право использовать Trust Fund так, как вздумается душеприказчикам. При этом они имеют полные и неограниченные права.

Далее идет в том же духе: тратить средства на обеспечение безопасности наследства, давать средства кредит по своему усмотрению и пр.

В п. 13.6 сказано, что до момента вступления в наследство им предоставляется право использовать любое движимое имущество в целях ремонта или страхования, либо иным образом, как пожелают душеприказчики. Они уполномочены также разрешать занимать любую землю или строение, входящие в состав наследства, по договору аренды или с разрешения душеприказчиков под условием уплаты налогов за пользование или другими условиями, которые душеприказчики сочтут необходимыми.

А теперь вспомним слова Мэри Остин, что с получением наследства были проблемы и окончательно она получила все причитающееся ей лишь в 1999 г. Получается, что до этого, согласно, п. 13.6, она ПРОСТО ПОЛЬЗОВАЛАСЬ домом, который ей передали душеприказчики, с их разрешения. Она въехала туда в марте 1992 г., в то время как душеприказчики, согласно титулке завещания, были уполномочены судом на выполнение своих функций только в мае того же года. Кто в этом случае позволил ей занять дом? Кто позволил ей уволить всю прислугу? Джим Бич?

Джим Хаттон писал о проблемах с получением своей доли и долей прислуги, и о том, что якобы у Мэри не было денег на содержание дома, и она планировала продать часть его содержимого. Он удивлялся: не может быть, чтобы Фредди не оставил ей никакой наличности. По завещанию получается именно так: дом ей с разрешения душеприказчиков можно передать во временное пользование, а вот с получением денежных средств придется подождать. К Хаттону мало доверия, но отмечу, что этот пункт – хороший путь к шантажу: захотим – разрешим въехать в дом, не захотим – не разрешим.

13.7. Право перевести любую часть (части) наследства за пределы Великобритании.

Крайне интересно, но непонятно, в каких целях и кто будет управлять им за пределами страны – внешние или внутренние душеприказчики.

13.8. Также довольно забавный пункт. Им душеприказчикам предоставляется право передать любое имущество из Trust Fund, чтобы удовлетворить иск из средств наследника без его согласия на это.

В завещаниях часто встречаются оговорки об удовлетворении исковых заявлений из средств наследства, но более конкретно говорится о том, из средств, причитающихся какому наследнику. Либо указывается, что суммы взыскиваются в равной степени со всей долей в наследстве. Иначе это опять же путь к произвольному "обдиранию" как липку того наследника, которого изберут душеприказчики и…. правильно: возможности его шантажа угрозой уменьшения его доли.

13.10. Право душеприказчиков давать ссуду (аванс) из полагающейся доли имущества любому наследнику без согласия другого, стоящего выше него в очереди наследников.

См. п. 13.6 – из той же оперы. Кому захочу – дам, не захочу – не дам.

13.11.1 Весьма и весьма загадочный пункт, уходящий далеко в сторону от идей завещания и наследования как таковых в принципе. Речь идет о возможности использования средств Ф. для ведения бизнеса - в том числе, бизнеса душеприказчиков. Тогда становится вполне ясным п. 13.7. о праве перевода имущества за границу и отсутствие указаний на вознаграждение душеприказчиков. Это вознаграждение становится не нужным в принципе. Они и так получили миллионы покойного в своё полное и бесконтрольное распоряжение.

В следующих пунктах речь идет о правах душеприказчиков, связанных с акциями и членством в компаниях. И вновь – неограниченная свобода усмотрения душеприказчиков.

13.13. право дать в долг любую сумму из средств Trust Fund любому наследнику или компании, в которой заинтересованы душеприказчики, по свободному усмотрению.

13.14. В этом пункте трудно разобраться. Либо отсутствуют, не пропечатались четко знаки препинания, либо это сложно сконструированное предложение. Речь идет об управлении компаниями, назначениях и каких-то сомнительных действиях с долями в этих компаниях и передаче их управляющим, что подтверждает следующий пункт 13.14.2, где говорится о душеприказчиках, которые станут directors in any company и их правах.

13.15-16. О праве свободно распоряжаться средствами наследства в вопросах ремонта, страхования, поддержания имущества в надлежащем состоянии и др. Это, в принципе, стандартный пункт, вводимый в завещания в целях того, чтобы имущество было передано наследникам в нормальном виде и качестве. Но опять же - свободное усмотрение. Такое ощущение, что это слово взяли и скопировали во все пункты, касающиеся прав душеприказчиков. Даже там, где это и так подразумевается – как в данном пункте. Что же. Это не беграмотность юриста-составителя, а дополнительная гарантия отделаться от возможных претензий по поводу рациональности расхода средств из Trust Fund. О, если бы этот специалист поработал и с первой частью завещания!..

13.20. Право в любое время (до или в Vesting Day) отменить или изменить любые из положений, касающихся управления имуществом, закрепленные в п. 13 или внести новые положения, касающиеся управления, которые душеприказчики сочтут целесообразными.

Это означает полную свободу действий душеприказчиков. Все, что было написано ранее об их дополнительных правах, можно перечеркнуть и написать новые.

Странно – такого рода пункты об изменениях правового статуса душеприказчиков, содержатся (если они вообще присутствуют в каких-либо завещаниях) в конце, а не в середине, поскольку далее идет продолжение перечисления прав душеприказчиков.

Почему этот пункт, которому здесь не место, "закрался" в середину?

14. Право действовать не лично, а нанимать в этих целях специальных работников. Ответственность за их действие душеприказчики не несут. Однако все стратегически важные материальные вопросы по-прежнему остаются в руках душеприказчиков.

15. Вкратце за все последствия и пр. душеприказчики ответственности не несут, если не будет доказана их недобросовестность. Интересно было прочитать, что за "последствия ошибок или забывчивости" никто ответственности не несет. Все вопросы ответственности сведены к жесточайшему минимуму.

16. Излагаются вопросы гарантий оплаты работы душеприказчиков по управлению имуществом, но никакой конкретики. Голый стандарт, скелетик, который в любом завещании детализируется, иначе смысл в нем вообще отпадает.

17. Тоже примечательный пункт, касающийся покупки душеприказчиками доли в компаниях. Если другие душеприказчики не будут возражать, душеприказчик может купить доли в частных компаниях при условии публичных торгов и по цене не ниже той, которую укажет аудитор.

18. Важный пункт: полномочия, предоставляемые душеприказчикам по завещанию или закону должны выполняться большинством из них. Но если их всего 2? Добавим 3-го в Америке, на возможность назначения которого в случае необходимости прямо указал Ф., и голос Либсона становится не нужен. Плюс ко всему, сами душеприказчики могут назначать новых или дополнительных душеприказчиков, самоустраняться. Здесь большие возможности поварьировать с этим самым «большинством голосов» и проводить ту политику, которая нужна кому-либо из них.

19. Право назначать нового душеприказчика (душеприказчиков) принадлежит душеприказчикам. Причем можно назначить душеприказчика (душеприказчиков) в любой части мира. См. – квартира в Мюнхене, Монтре, где они понадобились бы для упрощения процесса исполнения завещания. Но непонятно, как быть с компанией Wintrop, Stimson, Putnam & Roberts и их правом назначить в США душеприказчика. Почему здесь было сделано исключение? Имеем коллизию. Но похоже, что приоритет на стороне Бича и Либсона – они могут сменить того, кто был назначен Wintrop, Stimson, Putnam & Roberts.

Соотнесем п. 18 и п. 19. Если решения принимаются большинством душеприказчиков, как принять решение о том, есть ли необходимость в американском душеприказчике, когда душеприказчиков двое? Чей голос является приоритетным – Бича или Либсона? Предположим, что потребности в данном зарубежном душеприказчике не возникло и основные душеприказчики не воспользовались правом, предоставленным завещателем – как далее будут приниматься решения, если их по-прежнему двое?

Подписано 17 сентября 1991 г. (это должна быть рука завещателя) в присутствии 2-х загогулин. Фамилии свидетелей отсутствуют. Можно только догадываться, что ими были Бич и Либсон.

Место подписания похоже на "8 Hampden Avenue". Ф.И.О. лица, удостоверившего завещания, также не указано. Штамп отсутствует. Остальные слова непонятны.

На всех листах внизу стоит дата -05/08/91. Переводя на русский календарь – 08.05.91. Составлено в мае 91-го. Промежуток между составлением и подписанием – 4 месяца.



Итак, анализ завещания приводит к достаточно неприятному выводу – оно поддельное.

Как минимум, речь идёт о частичной фальсификации (то есть к реальному завещанию, подписанному Фредди, добавляются дополнительные пункты от душеприказчиков). В нормальное завещание, которое мог подписать Фредди, навтыкали отсебятины, которая не пляшет с общей логикой завещания. Вроде того же cremated. Или же взята общая схема добротного завещания, и разбавлена. Отсюда сложные юридические конструкции - и рядом с ними глупости.

Похоже, завещание было переписано в соответствии с будущим мифом о великой любви к Мэри Остин и о трёх слугах – ближайших друзьях, один из которых скоро будет объявлен его главным любовником. Отсюда – и значительная часть состояния, переходящая именно Мэри, и вписанные в завещание Хаттон, Фристоун и Фанелли. Ещё одно доказательство того, что известный миф был написан не в редакциях английских таблоидов, а в офисе Queen Productions.

Отсутствие в завещании упоминаний об антиСПИДовых фондах (но есть антираковый) также наводит на мысль об истинных причинах смерти Фредди и его реальном диагнозе.

Учитывая всё, что происходило в последние дни жизни Фредди и в первые дни после его смерти, завещание становится неприятным открытием, которое далее потянуло целую цепочку логично складывающихся фактов:

Последний день жизни Фредди. От его имени составляется заявление о наличии СПИДа и призыве поддержать борьбу – хотя такое заявление логичнее было бы обнародовать вместе с сообщением о смерти человека. Сам Фредди уже физически не может ни подтвердить это, ни опровергнуть. Текст заявления или его наброски нигде и никогда не мелькали. Между тем, для такого рода заявлений не помешало бы и присутствие нотариуса. Пресса проглатывает наживку – и к дому сбегаются толпы репортёров, и ещё большие толпы поклонников и просто зевак. В суматохе, под предлогом защиты покойного и его близких от навязчивого внимания ими же вызванных папарацци, проводится, как потом заявили сами же биографы и Фристоун, "военная операция" - при поддержке полиции (которая при этом не выполнила свой прямой долг, не направив хотя бы констебля для осмотра тела). Никем не удостоверенное и не виденное тело как улика с помощью подписи Аткинсона и подписанном с такими же нарушениями свидетельства о смерти вывозится в неизвестном направлении и кремируется. Джим Бич обеспечивает себе на всякий случай алиби, покидая страну перед смертью Фредди. Похоже, именно поэтому приезда Бича не дожидались. Поэтому даже Фристоун как само собой разумеющееся выложил в книге этот эпизод, хотя мог быть привлечен к ответственности. ОН НЕ ВИДИТ В ЭТОМ НИЧЕГО ИЗ РЯДА ВОН ВЫХОДЯЩЕГО. Вероятно, он не чувствовал никакой угрозы для себя, участвуя в вывозе тела и получении странного свидетельства о смерти.

В этих условиях частично или полностью сфальсифицированное завещание становится орудием для того, чтобы давить на тех, от кого нужно бы получить признание. В таком контексте становится понятным поведение как Хаттона и Фристоуна, которые честно отрабатывали свой голливудский гонорар, так и Мэри Остин, для которой получение дома и нескольких миллионов стало платой за участие в афёре в роли "единственной женщины в жизни развратного гея". А также родственников, которые рады были получить хоть что-то из состояния Фредди, и ради этой огромной для среднего человека суммы были согласны закрыть глаза на кое-какие неприятные вещи.

Думается, что родителей не могли не упомянуть в завещании, боясь вызвать подозрения и возмущение. Вряд ли заранее можно было предугадать, насколько удачно пройдет посмертная афера. Фредди сам лично мог неоднократно говорить о своем намерении оставить часть родителям.

С Хаттоном тоже были осторожны – если Мэри хотя бы хорошо знали, и в сказку о "любви всей жизни" ещё могли поверить, то особые привилегии человеку, которого вообще никто не знал, могли вызвать скандал и массу ненужных вопросов. А скандал в этой ситуации был совершенно не нужен. Поэтому Хаттона упомянули на равных долях с Фристоуном и Фанелли, и вводили в игру постепенно.

А далее все идет по отлаженному сценарию.

В начале вокруг смерти Фредди организуется беспрецедентная истерика со стороны гей-сообщества, взбешенного поведением "этого негодяя и труса", который смертельно оскорбил их, скрыв свою нетрадиционную ориентацию и диагноз. Параллельно в прессе появляются скандальные интервью Мэри Остин. Все это сопровождается заявлениями официальных и околоофициальных лиц, которые с плохо скрываемой радостью говорят, что смерть от СПИДа звезды такого масштаба, как Фредди Меркьюри, наконец-то дает возможность публично поговорить об этой болезни, проблеме притеснения людей нетрадиционной ориентации, и необходимости организации антиСПИДовых фондов. Представители EMI при этом пренебрегают своими прямыми обязанностями и заявляют, что против сплетен о Меркьюри они выступать не намерены.

Следом по ТВ организуют выступление Брайана Мэя и Роджера Тейлора, которым позволяется высказать возмущение по поводу таблоидной грязи – параллельно с произнесением агитационных речей на знакомые до боли темы – борьба со СПИДом, ориентация Фредди, уважение к нетрадиционалам, антиСПИДовые фонды и пожертвования на борьбу с болезнью, которая угрожает буквально каждому…

Далее последовал трибьют, целью которого в первую очередь, по словам одного из организаторов, было не почтение памяти Фредди, а борьба с пресловутым СПИДом и воспитание уважения к гомосексуалистам.

Затем разыгрывается новая пьеса: истерия вокруг отсутствия обнародованном завещании Фредди пожертвований на борьбу со СПИДом – заявление фонда Терренса Хиггинса о том, что Фредди всегда поддерживал антиСПИДовую борьбу – и новый виток пропаганды… (Кстати, этот фонд имеет прямое отношение к знаменитой книге Рика Ская "The Show Must Go On" – первой скандальной биографии Фредди Меркьюри, что прямо заявлено на обложке ее британского издания. Кроме того, в него идут деньги за ряд релизов Queen). На гребне скандала создается странный фонд "The Mercury Phoenix Trust", деятельностью которого давно пора бы поинтересоваться правоохранительным органам Великобритании.

Несмотря на то, что в этот фонд регулярно, у всех на глазах уходят огромные суммы, о его деятельности неизвестно ровным счетом ничего. Нет ни единого реального дела, ни одного отчета, ни одного проведенного мероприятия, ни одной построенной больницы, отгруженной партии лекарств, или хотя бы проплаченного лечения хоть одного больного. Нет даже "результатов научных исследований", которыми обычно закрывают подобные дырки.

НИЧЕГО. Только общие сведения о руководящем составе и столь же общие слова о страдающих от СПИДа жителях Африканского континента и необходимости просветительских мероприятий по проблеме СПИДа и безопасному сексу.

Единственным их "отчетом" стал минутный ролик в документальном фильме Champions Of The World (1995), в котором был показан проходящий под знойным африканским солнцем урок о том, как выглядит ВИЧ-инфицированный больной. Урок закончился раздачей презервативов.

Подобное мероприятие стоит около ста долларов. Если учесть дорогу (хотя вопрос, была ли она вообще, или ролик снимали в ближайшем павильоне DORO) – то тысячу. Так где же остальные деньги?

Можно по-разному относиться к деятельности Боба Гелдофа, но он отчитался за каждый грош, полученный в благотворительных акциях. Структура и деятельность фонда по борьбе со СПИДом имени Элтона Джона также ясны и прозрачны.

Но в данном случае мы видим пример просто тотальной бесконтрольности. Очевидно, что этот фонд – банальная ширма, занимающаяся выкачиванием денег из доверчивых граждан и "отмыванием" неправовых доходов. И держится она исключительно на личном авторитете Брайана Мэя и Роджера Тейлора – и на мифе о Фредди.

Произошло то, о чём на Западе в кулуарах давно говорят люди, имеющие отношение к музыкальному бизнесу – смерть Фредди Меркьюри использовали, чтобы получить деньги на антиСПИДовые фонды и на борьбу за права гомосексуалистов.

И то, и другое удалось. Через вышеупомянутые фонды, на фоне разрастающейся эпидемии СПИДа и сотен тысяч умирающих от отсутствия элементарных лекарств, по всему миру отмываются миллиарды долларов. А движения за права геев и лесбиянок через использование образа Меркьюри добились просто невиданных привилегий. Собственно, они этого и не скрывают – как заявил еще в 2000 году в пресловутой "Untold Story" "любимый муж" Хаттон, отношение к гомосексуалистам кардинально изменилось за эти годы именно благодаря смерти Фредди...

Итак, перед нами – грандиозная уголовная афёра, которой позавидовали бы голливудские сценаристы – с сокрытием медицинской информации, уничтожением трупов, подделкой документов, в том числе завещания, присвоением огромных денежных сумм, принадлежащих покойному миллионеру, созданием липовых фондов, сознательной клеветой и фальсификацией биографии покойного… и, как сейчас становится известно, с физическим устранением свидетелей, способных рассказать хоть немного правды.

Рядовые исполнители этой афёры – Джим Бич, Гордон Аткинсон, руководство Queen Productions с явным участием и покровительством корпорации EMI и Фонда Терренса Хиггинса, руководители ряда СМИ (возможно, и Руперт Мердок), а также множество статистов этого спектакля – некоторые слуги Фредди Меркьюри (Джим Хаттон, Питер Фристоун, Терри Гиддингс), его бывшая любовница Мэри Остин, фотограф Мик Рок, певец Питер Стрейкер, музыкальный критик Пол Гамбаччини, "писатели" Дэвид Эванс и Дэвид Миннс, и многие другие.

Заказчиков ещё предстоит установить.

В заключение хотелось бы процитировать небольшое стихотворение, как нельзя лучше иллюстрирующее нашу ситуацию.

- Так, гражданин, права на ваше имя,
А вот техпаспорт выдан не на вас.

- Ах, виноват, доверенность... сейчас...
Да вот она, с бумагами другими.

- А цвет и номер кузова машины
По паспорту не эти. Почему?

- А вот, извольте, чек из магазина,
И на ремонт квитанция к нему.

- А это что торчит из-под сиденья?
Там автомат?! И выстрелов следы.

- А вот вам разрешенье на храненье
И примененье в случае нужды.

- Багажник приоткрыт у вас - проверьте.
О, господи, да это труп зажат!

- А вот как раз свидетельство о смерти
И на доставку транспортный наряд.

- Но кто ж его вот так упаковал,
С воткнутой в попу лампою паяльной?

- Покойник был большой оригинал.
Вот завещанье - он того желал.
Заверено оно нотариально.