1544
5
Три расхожих мифа о Венесуэле, которые можно столь часто встретить в публикациях СМИ.
Три мифа о Венесуэле
Кризисная ситуация в Венесуэле стала поводом для огромного количества комментариев постсоветских блогеров, экспертов и рядовых граждан. К сожалению, они, как правило, свидетельствуют о полной некомпетентности армии новоявленных «латиноамериканистов», которые впервые открыли для себя существование этого далекого государства, и обычно судят о его жизни по крайне ангажированным публикациям мировых СМИ.Конечно, информации о событиях в латиноамериканской стране сравнительно много. Однако она почти всегда искажена, часто не соответствует действительности, и не дает реального представления о происходящих в этой стране процессах, об их причинах и реальных последствиях – как для Венесуэлы, так и в измерении глобальной политики, которая напрямую затрагивает интересы украинцев и россиян.
Чтобы исправить эту ситуацию, стоит опубликовать краткий разбор наиболее расхожих мифов о венесуэльской политике, которые стали общим местом для блогосферы и постсоветских медиа.
Чтобы исправить эту ситуацию, стоит опубликовать краткий разбор наиболее расхожих мифов о венесуэльской политике, которые стали общим местом для блогосферы и постсоветских медиа.
Миф первый. Николас Мадуро – диктатор, который подавил гражданские свободы венесуэльцев.
За все время президентского правления Уго Чавеса и Николаса Мадуро власть не сделала ни одной серьезной попытки по-настоящему подавить политическую оппозицию. Представители оппозиционных партий всегда сохраняли свое влияние – особенно на региональном уровне, в силу федерального устройства Венесуэлы, которое предоставляет входящим в нее штатам широкие права местного самоуправления. Античавистские политики постоянно присутствовали в Национальной ассамблее, занимали должность мэра Каракаса и были губернаторами различных штатов – включая стратегически важный штат Сулия, который является центром национальной нефтедобычи. Они даже контролировали в этом качестве муниципальную полицию, которая преследовала сторонников Чавеса.
«Оппоненты Чавеса занимают высокие посты: губернаторов штатов, мэров, членов законодательных органов, судей и шефов полиции – то есть, они способны существенно усугубить конфликт в этой стране» – сообщала об этом Al Jazeera.
Большинство влиятельных СМИ годами находились под оппозиционным контролем – как и значительная часть частного сектора экономики. Античависты из числа представителей венесуэльской элиты всегда сохраняли разветвленную сеть своих партийных организаций и имели собственные вооруженные структуры, которые избивали, и даже убивали чавистов во время уличных акций.
«Согласно данным доклада ICG, подавляющее большинство жертв политического насилия начиная с 1999 года являются сторонниками Чавеса. Сотни крестьян, таких же как Хермес Эскалона, были убиты лишь за попытку реализовать политику, приоритетную для правительства Чавеса и ведущую к независимости страны от иностранного импорта продовольствия. Тот факт, что богатые землевладельцы смогли безнаказанно убить сотни чавистов, уже многое говорит о власти богатых в этой стране и об их способности прибегнуть к насильственным мерам», – констатировал все тот же катарский телеканал.
Даже после того, как Конституционный суд Венесуэлы прекратил действие венесуэльского парламента за грубые нарушения конституции Боливарианской республики, власти отказались от масштабных арестов и преследований оппозиционных депутатов – которые продолжали проводить свои заседания, изображая себя альтернативной властью в стране.При этом, сам Мадуро дважды одержал победу на демократических президентских выборах – а то, что оппозиция отказалась участвовать в последнем голосовании, в основном объясняется тем, что она трезво оценивала свои шансы на выборах, и не смогла выдвинуть общенационального кандидата, способного реально победить на них действующего президента.
Таким образом, венесуэльский режим выглядит по-настоящему либеральным на фоне большинства постсоветских стран – особенно, если сравнивать его с Украиной, где оппозиция полностью исключена из реальной политики.
«Оппоненты Чавеса занимают высокие посты: губернаторов штатов, мэров, членов законодательных органов, судей и шефов полиции – то есть, они способны существенно усугубить конфликт в этой стране» – сообщала об этом Al Jazeera.
Большинство влиятельных СМИ годами находились под оппозиционным контролем – как и значительная часть частного сектора экономики. Античависты из числа представителей венесуэльской элиты всегда сохраняли разветвленную сеть своих партийных организаций и имели собственные вооруженные структуры, которые избивали, и даже убивали чавистов во время уличных акций.
«Согласно данным доклада ICG, подавляющее большинство жертв политического насилия начиная с 1999 года являются сторонниками Чавеса. Сотни крестьян, таких же как Хермес Эскалона, были убиты лишь за попытку реализовать политику, приоритетную для правительства Чавеса и ведущую к независимости страны от иностранного импорта продовольствия. Тот факт, что богатые землевладельцы смогли безнаказанно убить сотни чавистов, уже многое говорит о власти богатых в этой стране и об их способности прибегнуть к насильственным мерам», – констатировал все тот же катарский телеканал.
Даже после того, как Конституционный суд Венесуэлы прекратил действие венесуэльского парламента за грубые нарушения конституции Боливарианской республики, власти отказались от масштабных арестов и преследований оппозиционных депутатов – которые продолжали проводить свои заседания, изображая себя альтернативной властью в стране.При этом, сам Мадуро дважды одержал победу на демократических президентских выборах – а то, что оппозиция отказалась участвовать в последнем голосовании, в основном объясняется тем, что она трезво оценивала свои шансы на выборах, и не смогла выдвинуть общенационального кандидата, способного реально победить на них действующего президента.
Таким образом, венесуэльский режим выглядит по-настоящему либеральным на фоне большинства постсоветских стран – особенно, если сравнивать его с Украиной, где оппозиция полностью исключена из реальной политики.
×
Миф второй. В Венесуэле происходит революция или майдан, который отстранил Мадуро от власти
На самом деле, последние протестные выступления в Венесуэле не превышали своим размахом другие массовые акции противников Николаса Мадуро, которые регулярно проходят в Каракасе и других городах страны – что само по себе свидетельствует о высоком уровне демократических прав и свобод.
Многотысячные уличные акции античавистов происходили в течение всего прошлого года, а выступления против Мадуро, которые были организованы в 2014 и 2017 годах были более массовыми и сопровождались ожесточенными столкновениями, которые привели к жертвам среди сторонников и противников власти.
Однако, это длительное противостояние находилось вне поля зрения постсоветских СМИ, которые практически не освещали положение в Боливарианской республики. И теперь, когда западная пресса пытается преподнести последние митинги оппозиции в качестве беспрецедентного народного восстания, которое свалило режим. На самом деле, правительство Мадуро продолжает контролировать государственную власть, а малоизвестный политик Хуан Гуайдо, выпускник Университета Джорджа Вашингтона (где также учился Михаил Саакашвили), представитель откровенно зависимой от США партии, который провозгласил себя временным президентом страны, укрывается на территории колумбийского посольства.Таким образом, речь скорее идет об имитации «революции» – в которой пытаются убедить весь мир, включая и жителей постсоветских стран – сравнивая события в Каракасе с украинским майданом. Об этом свидетельствует и то, что круг поддержавших Гуайдо стран ограничивается политическими союзниками США – вплоть до Украины и Грузии, которые также подключились к глобальной компании поддержки венесуэльской оппозиции.
Принципиально важным отличием от предыдущих эпизодов политического кризиса является то, что Гуайдо был признан в этом качестве президентом США Дональдом Трампом, а также президентами Колумбии, Бразилии и Аргентины, которые являются политическими сателлитами Вашингтона.
Это говорит об угрозе вооруженного вторжения США на территорию Венесуэлы. Оппозиция, которая около двадцати раз пыталась совершить государственные перевороты против Чавеса и Мадуро – абсолютный мировой рекорд для 21 века – очевидно не может переломить ситуацию в свою пользу, и в этих условиях делает открытую ставку на внешнюю агрессию, вместе с ужесточением санкций против своей страны.
Многотысячные уличные акции античавистов происходили в течение всего прошлого года, а выступления против Мадуро, которые были организованы в 2014 и 2017 годах были более массовыми и сопровождались ожесточенными столкновениями, которые привели к жертвам среди сторонников и противников власти.
Однако, это длительное противостояние находилось вне поля зрения постсоветских СМИ, которые практически не освещали положение в Боливарианской республики. И теперь, когда западная пресса пытается преподнести последние митинги оппозиции в качестве беспрецедентного народного восстания, которое свалило режим. На самом деле, правительство Мадуро продолжает контролировать государственную власть, а малоизвестный политик Хуан Гуайдо, выпускник Университета Джорджа Вашингтона (где также учился Михаил Саакашвили), представитель откровенно зависимой от США партии, который провозгласил себя временным президентом страны, укрывается на территории колумбийского посольства.Таким образом, речь скорее идет об имитации «революции» – в которой пытаются убедить весь мир, включая и жителей постсоветских стран – сравнивая события в Каракасе с украинским майданом. Об этом свидетельствует и то, что круг поддержавших Гуайдо стран ограничивается политическими союзниками США – вплоть до Украины и Грузии, которые также подключились к глобальной компании поддержки венесуэльской оппозиции.
Принципиально важным отличием от предыдущих эпизодов политического кризиса является то, что Гуайдо был признан в этом качестве президентом США Дональдом Трампом, а также президентами Колумбии, Бразилии и Аргентины, которые являются политическими сателлитами Вашингтона.
Это говорит об угрозе вооруженного вторжения США на территорию Венесуэлы. Оппозиция, которая около двадцати раз пыталась совершить государственные перевороты против Чавеса и Мадуро – абсолютный мировой рекорд для 21 века – очевидно не может переломить ситуацию в свою пользу, и в этих условиях делает открытую ставку на внешнюю агрессию, вместе с ужесточением санкций против своей страны.
Миф третий. Николас Мадуро не имеет народной поддержки, рассчитывая на Кубу, Китай и Россию
Впечатляющая живучесть чавистского режима, который, не смотря ни на что, удерживает власть в стране в течение последних двадцати лет, объясняется именно тем, что он опирается на поддержку значительной части венесуэльцев. Николас Мадуро отличается от Виктора Януковича не только в идеологическом смысле – у него есть сторонники, которые готовы за него побороться, а в стране нет никаких иностранных штыков, на которых он рассчитывал бы держаться. Даже критикуя действующую власть – за коррупцию и катастрофические провалы в ее экономической политике – миллионы людей не желают победы правой оппозиции, не считая ее приемлемой альтернативой существующему правительству.
Все дело в том, что переворот ставит под угрозу то, что они получили при Чавесе – бесплатное образование и здравоохранение, которое прежде было недоступным для многочисленных представителей неимущих слоев населения, а также многочисленные льготы – включая возможность получить социальное жилье, которое позволило многим людям переселиться из трущоб Каракаса в добротные тропические «хрущевки». Мы с друзьями смогли лично оценить качество этих новых квартир, проживая там во время поездки в Венесуэлу.
Многие венесуэльцы не питают симпатии к США, и не в восторге от циничного вмешательства во внутренние дела своей родины. Кроме того, они слишком хорошо помнят времена, когда нынешняя оппозиция была властью. Почти тридцать лет назад – 27 февраля 1989 года – в столице страны вспыхнуло народное восстание «Каракасо». Жители мегаполиса вышли на протесты против резкого повышения цен на бензин, проезд в транспорте, продукты и товары первой необходимости – и уже на следующий день праволиберальное правительство ввело в бедные кварталы войска, которые расстреляли участников акции. В результате только по официальным данным погибло 276 человек – включая детей и женщин, а оппозиция заявила, что армия убила более 2000 венесуэльцев. Однако это не вызвало никакой реакции в Вашингтоне – хотя именно бойня в Каракасе окончательно подтолкнула молодого офицера Чавеса к борьбе за политическую власть в стране.
Вместе с тем, президент Мадуро опирается на поддержку армии, в которой до сих пор достаточно сильны чавистские настроения – поскольку, в отличие от таких стран, как Чили, личный состав вооруженных сил Венесуэлы традиционно рекрутировался из низов общества, представляя собой что-то вроде социального лифта. К сожалению, в ситуации постоянных попыток переворота поддержка армейских кругов становится во многом решающей. И чтобы действительно отстранить от власти Мадуро, его политическим оппонентам нужно нейтрализовать ее через военную интервенцию или с помощью фигуры местного Пиночета, склонив армию на свою сторону.
Получится ли это – покажет ближайшее время.
Все дело в том, что переворот ставит под угрозу то, что они получили при Чавесе – бесплатное образование и здравоохранение, которое прежде было недоступным для многочисленных представителей неимущих слоев населения, а также многочисленные льготы – включая возможность получить социальное жилье, которое позволило многим людям переселиться из трущоб Каракаса в добротные тропические «хрущевки». Мы с друзьями смогли лично оценить качество этих новых квартир, проживая там во время поездки в Венесуэлу.
Многие венесуэльцы не питают симпатии к США, и не в восторге от циничного вмешательства во внутренние дела своей родины. Кроме того, они слишком хорошо помнят времена, когда нынешняя оппозиция была властью. Почти тридцать лет назад – 27 февраля 1989 года – в столице страны вспыхнуло народное восстание «Каракасо». Жители мегаполиса вышли на протесты против резкого повышения цен на бензин, проезд в транспорте, продукты и товары первой необходимости – и уже на следующий день праволиберальное правительство ввело в бедные кварталы войска, которые расстреляли участников акции. В результате только по официальным данным погибло 276 человек – включая детей и женщин, а оппозиция заявила, что армия убила более 2000 венесуэльцев. Однако это не вызвало никакой реакции в Вашингтоне – хотя именно бойня в Каракасе окончательно подтолкнула молодого офицера Чавеса к борьбе за политическую власть в стране.
Вместе с тем, президент Мадуро опирается на поддержку армии, в которой до сих пор достаточно сильны чавистские настроения – поскольку, в отличие от таких стран, как Чили, личный состав вооруженных сил Венесуэлы традиционно рекрутировался из низов общества, представляя собой что-то вроде социального лифта. К сожалению, в ситуации постоянных попыток переворота поддержка армейских кругов становится во многом решающей. И чтобы действительно отстранить от власти Мадуро, его политическим оппонентам нужно нейтрализовать ее через военную интервенцию или с помощью фигуры местного Пиночета, склонив армию на свою сторону.
Получится ли это – покажет ближайшее время.
Источник:
Разумеется в Венесуэле есть проблемы -например продовольствие и это не вина Мадуро, эта проблема существовала всегда, а сейчас в условиях блокады она всего лишь усилилась. Гиперинфляция вызванная обрушением национальной валюты иностранными спекулянтами и т.д.
Если наивные хомячки думают, что уйдет Мадуро, придут транснациональные корпорации и потечет в рты мармелад -разочарую, будет не частичная нищета( как сейчас) а полная. Будут трупы умерших с голоду и убитых гуайдистами. Будет полное разграбление ресурсов иностранными компаниями ...будет как в Конго.
Это сколько? 70 центов в месяц? Литр молока в Каракасе стоит 95. Батон белого 71 цент. Я смотрю, местные специалисты по Сирии резко стали экспертами по Венесуэле? Сами сочиняют мифы, сами их героицЬски развенчивают.
Да хрен вы что правдивое и хорошее напишите.
После этого, пенсионный возраст придется поднять еще на пяток лет, чтобы выдержать неуемную страсть нашего наполеончега к защите всех ныне существующих диктаторов и узурпаторов.