В истории колониальной Америки салемские процессы над ведьмами остаются одним из самых мрачных и хаотичных периодов. Северо-восточные колонии тогда погрузились в пучину страха и паранойи, раздутой пуританскими догмами. Любое подозрение в колдовстве или поклонении дьяволу каралось смертью.
Искрой, из которой разгорелось это пламя, отчасти стала рабыня Титуба, принадлежавшая священнику Сэмюэлу Пэррису.
Ранние годы жизни Титубы окутаны завесой тайны. Историки сходятся во мнении, что она происходила из индейского племени Центральной или Южной Америки, возможно, с Барбадоса. Попав в рабство, она оказалась на плантации Томпсона, где стала кухаркой. После смерти владельца плантации Титуба перешла во владение к Сэмюэлу Пэррису, который в 1680 году привёз её в Массачусетс. Её роль в последующей охоте на ведьм оказалась роковой: женщина оказалась среди первых обвинённых, а её показания заложили основу для всего судебного кошмара.
В 1689 году Сэмюэл Пэррис стал пастором в деревне Салем и переехал туда с семьёй. Титуба заботилась о его детях, особенно сблизившись с девятилетней Элизабет. В начале 1692 года Бетти и её кузина Эбигейл Уильямс стали страдать от припадков и боли, а также периодически бесследно исчезать. Не найдя медицинского объяснения, лекари объявили, что на детей наведена порча.
Девочки обвинили в колдовстве Титубу и двух других женщин, изгоев общины — Сару Гуд и Сару Осборн, утверждая, что видели их образы в видениях. Суды того времени приняли эти спектральные доказательства как неоспоримое свидетельство вины.
На допросах Сара Гуд и Сара Осборн яростно отрицали свою причастность, но их защиту разрушила сама Титуба. Она выступила с яркими и эмоциональными показаниями, заявив, что дьявол являлся ей, чтобы навредить детям, и что у него были сообщницы — обе обвиняемые. В сохранившихся записях говорится:
Сара Гуд и Осборн хотели, чтобы я причинила вред детям, но я не стала... Нет, там были четыре женщины и один мужчина, они мучили детей, а всё свалили на меня, и сказали, что если я не стану вредить детям, они сделают зло мне.
Необразованная Титуба сумела убедить своими рассказами весь Салем, посеяв семена всеобщего подозрения.
История Титубы быстро обрастала новыми деталями. Число её «сообщников» выросло с двух до четырёх, затем до девяти и, наконец, почти до пятисот. С каждым допросом её повествование эволюционировало, делая её всё более ценной для суда. Она описывала странных существ, сопровождавших дьявола, и говорила о некоей книге, заполненной именами заключивших с ним договор. По словам Титубы, она не могла разобрать в ней другие имена, кроме уже арестованных женщин. Эта расплывчатость позволяла ей при желании вплести в свою историю кого угодно.
К концу процессов 19 человек были повешены, ещё пятеро умерли в тюрьме. Сама Титуба также оказалась в заключении, но её разоблачения отводили от неё главный удар, позволяя избежать или отсрочить смертный приговор. Находясь в тюрьме, она стала образцом для многих других «кающихся грешников», которые в своих признаниях использовали фрагменты её показаний.
В конце концов, Титуба попыталась отречься от своих слов. Она заявила, что дала ложные показания под давлением, после того как Сэмюэл Пэррис избил её и заставил лжесвидетельствовать. Когда же её судили за сговор с дьяволом, присяжные оправдали её. Тюремные расходы за неё оплатил неизвестный благодетель, с которым она, предположительно, навсегда покинула эти места, оставив после себя лишь чёрную тень, накрывшую Салем.
Её история — это история уязвимости, выживания и трагической роли в механизме коллективной паники.
Источник:
Если взять карту и нанести точки процессов над колдунами и ведьмами, то буквально черными окажутся такие страны как: Нидерланды, Англия, Швеция и так далее.
Буквально на 1-н процесс в Австрии будет 10 процессов в Пруссии.
При этом СМИ сделали так, что все помнят испанскую инквизицию, хотя у католиков никогда не было такого накала как у реформаторов и испанская инквизиция некогда и близко не приближалась к Кальвину который даже врача Сервета сжег дважды...