23982
2
Неуставные отношения в армии после реформы не исчезли. Наоборот, контрактники, которые теперь руководят срочниками, часто более жестоки, чем были «деды».
Массовый расстрел в забайкальской части представители Минобороны сразу после случившегося объяснили «нервным срывом», связанным исключительно с личными обстоятельствами срочника Рамиля Шамсутдинова, а не с прохождением службы. В среду в СМИ разошлись слова солдата, которые он якобы сказал на допросе, о том, что ему угрожал изнасилованием младший офицер и таким издевательствам раньше подвергались другие срочники. Позднее отец Шамсутдинова, встречавшийся с сыном, подтвердил, что и ему на такую угрозу Рамиль намекал, сказал, что его довели до крайней точки и он жалеет лишь о том, что убил двух случайных солдат. В Минобороны категорически опровергают возможность существования тюремных порядков в армии и называют информацию «вбросом». Представитель «Комитета солдатских матерей» заявила, что вообще никакой дедовщины сегодня в армии нет. Другие правозащитники считают иначе.
Валерия Приходкина, правозащитник:
«Сегодня „Офицеры России“ и некоторые комитеты солдатских матерей превратились в ГО НКО — государством организованные некоммерческие объединения, которые служат не людям, а интересам государства. Их спонсируют, кормят, тянут во всякие общественные советы, комиссии, палаты. Но поскольку они обслуживают исключительно интересы государства, то и не видят нарушений. Поэтому с проблемами люди обращаются к правозащитникам.
Я уже бесконечно давно занимаюсь вопросами дедовщины и вижу, что никуда она не девалась, а такие случаи происходят с системным постоянством. Более того, лицо дедовщины стало страшнее. Государство платит по 5 млн рублей за каждого убитого в армии — поэтому молчат многие семьи. Их устраивает, что жизнь в армии оценивается в эту сумму.
Проблема дедовщины стала даже серьезнее, чем во времена двухлетней службы в армии. Сегодня в армии нет „молодых“ и старослужащих, а есть те, кто унижает, и те, кого унижают.
Причиной происходящего стали все эти „реорганизации“ и реформы, которые уничтожили институт офицеров — тех, кого специально обучали работе с пацанами-призывниками, кого обучали педагогике и психологии. Сейчас этих офицеров нет, их заменили контрактниками. Но кто идет на контракт? Люди без образования. Выпускники детских домов, кто не успел попасть в тюрьму. Деревенские мальчишки, которым некуда возвращаться — дома у них работы нет, жилья нет, перспективы нет. Они остаются на контракте с большим удовольствием и верховодят в армии.
Я прочитала уже рассказы этого мальчика, Рамиля Шамсутдинова, о том, что его обещали „опустить“. Эти слова — это бандитские, „воровские“ термины. Именно армия у нас является хранителем „воровских традиций“. Что в ГУФСИНе все держится на „воровских понятиях“, что в армии. Да даже в тюрьме нет такого, что происходит в армии.
Надо возвращать настоящих офицеров в армию — обученных, таких, чтобы они были социально обеспечены, имели семью, чтобы служба была для них работой на всю жизнь. А не таких, что приходят на два года на контракт, чтобы наворовать и уехать в свой аул или в деревню. Только тогда будет порядок».
Я уже бесконечно давно занимаюсь вопросами дедовщины и вижу, что никуда она не девалась, а такие случаи происходят с системным постоянством. Более того, лицо дедовщины стало страшнее. Государство платит по 5 млн рублей за каждого убитого в армии — поэтому молчат многие семьи. Их устраивает, что жизнь в армии оценивается в эту сумму.
Проблема дедовщины стала даже серьезнее, чем во времена двухлетней службы в армии. Сегодня в армии нет „молодых“ и старослужащих, а есть те, кто унижает, и те, кого унижают.
Причиной происходящего стали все эти „реорганизации“ и реформы, которые уничтожили институт офицеров — тех, кого специально обучали работе с пацанами-призывниками, кого обучали педагогике и психологии. Сейчас этих офицеров нет, их заменили контрактниками. Но кто идет на контракт? Люди без образования. Выпускники детских домов, кто не успел попасть в тюрьму. Деревенские мальчишки, которым некуда возвращаться — дома у них работы нет, жилья нет, перспективы нет. Они остаются на контракте с большим удовольствием и верховодят в армии.
Я прочитала уже рассказы этого мальчика, Рамиля Шамсутдинова, о том, что его обещали „опустить“. Эти слова — это бандитские, „воровские“ термины. Именно армия у нас является хранителем „воровских традиций“. Что в ГУФСИНе все держится на „воровских понятиях“, что в армии. Да даже в тюрьме нет такого, что происходит в армии.
Надо возвращать настоящих офицеров в армию — обученных, таких, чтобы они были социально обеспечены, имели семью, чтобы служба была для них работой на всю жизнь. А не таких, что приходят на два года на контракт, чтобы наворовать и уехать в свой аул или в деревню. Только тогда будет порядок».
Источник:
Ссылки по теме:
- Знакомые парня, который расстрелял сослуживцев, считают его жертвой дедовщины и издёвок
- Почему в советской армии носили галифе?
- Почему в армии запрещены телефоны?
- Почему в армии нельзя носить бороду?
- Почему на флоте служили дольше?
реклама
У меня к Валерии Приходкиной вопрос: где она смогла почитать рассказы Рамиля Шамсутдинова? У него смартфон в камере и он выкладывает свои посты в интернет? Ах, адвокат рассказал? А не он ли выдумал линию защиты?
И другой, ещё более главный вопрос.
Я постоянно натыкаюсь на рекламу юр. фирм и медклиник, которые обещают отмазать от армии, но ни разу не слышал, чтобы КСМ и другие правозащитные организации проводили среди призывников работу по разъяснению их прав и, главное, что делать, если подвергся издевательствам и куда обращаться, если командование не реагирует.
Парень знал телефоны горячей линии КСМ в Чите? Кто-нибудь ему объяснял, что на крайний случай, можно просто сбежать из части и обратиться за помощью к правозащитникам или гражданским властям? Или они реагируют только на хайп, на "горячее"?
Солдатские матери у нас плохие, по мнению Валерии? Ну, какие есть.
Говорит, что обещали изнасиловать и вообще до него тут уже насиловали- т.е. все знают, кто и кого тут насиловал и с этими лицами ходят в караулы, работают, едят? Это бред.
Дедовщина там наверняка есть и может быть и даже жестковатая, с битьём табуретками и какими либо способами угнетения, но в изнасилования я не верю, скорее всего придумал после содеянного ибо автомат отобрали и теперь придётся отвечать.
а ты-то сам был там??
После такого становится понятно, что згачит профессиональная армия, для которой чеченские террористы это самые настоящие бандиты, которые не могут ничего сделать с настоящими обученными солдатами.
Это всё к тому, что сегодняшние кортофелечистетили ничего не умеют, это не воины, это куски мяса...
Это то же самое как сказать "Сердюков ниче не брал"
"Корупции в России нет"
"Мы построили базу на луне"
"Он вам не Димон"
"Генералов ФСБ миллиардеров в России нет"
"Бузошва ушла из ДОМа2"
"В школах начали учить детей"
"Интернет в России ограничивается исключительно для защиты психики детей"
"Пенсионный возраст у нас теперь 30 лет"
"Медицина России лучшая в мире"
"В "пятерочке" нет минитюрьмы"
"Песков ничего не знает о том, что говорит Кадыров"
"Соловьев виллы честно заработал"
"Васильева честно заработала на работе все что у нее изымали грузовиками"
"Суперджет Российский самолет"
"У России есть фабрики по производству российских смартфонов"
"Пенсионеры не знают куда деньги девать"
"В России теперь есть дороги"
"Система "Платон" она исключительно для заботы о водителях, а не обдиралово"
"Вверху светофора на перекрестке зеленый сигнал"
"Мухи летают в космосе"
И еще куча всего, много всяких достижений. :-)
Можете минусовать, те кого я этим обидел. Обиженки.
Срочную служил 1989-1991. 11 ОДШБр (тогда она еще не была гвардейской, хотя, конечно, приятно, что все же Гвардейская теперь!). В своем комментарии я хочу поговорить просто о дедовщине.
Как это ни прискорбно, в Советской Армии, особенно конца 80-х дедовщина процветала махровым цветом. Мои друзья все тоже служили в Армии, в разных родах войск. Друзей у меня было много, что позволило мне сделать некоторую градацию дедовщины по войсковому признаку.
Итак, самые "дедовские" рода войск Советской Армии, начала 90-х:
1. ВДВ. Дедовщина плюс негласные традиции воинских частей десантников. Дедовщина самая жесткая и беспрекословная. Активно поддерживалась офицерами.
2. ВВ. Дедовщина плюс воровские понятия, обусловлено местами прохождения срочной службы. Хуже уже не придумать.
3. Стройбат. Дедовщина, усиленная таким понятием, как "землячество". Засилье черножопых призывников. Не "священный долг", а два года общего режима по вполне зоновским понятиям... За какие грехи пацанов (зачастую просто не отличавшихся здоровьем) отправляли на эту узаконенную каторгу, мне до сих пор не ясно.
4. Ракетчики. Сильные дедовские традиции. Но без особых крайностей.
Опишу свой опыт дедовщины в ВДВ, по понятным причинам, поскольку там служил...
Дедовщина в ВДВ отличается от других родов войск по причине особой боевой и психологической подготовки десантников. Основной упор делался на боевую подготовку. Любое проявление индивидуальности жестко подавлялось. При первом построении, например, ротный осведомился: "Кто моет полы?" Я не видел причин не мыть полы, так-то меня родители приучили мыть полы у нас в доме. Но довольно многие, особенно призывники с Кавказа и им подобные отказались. К ним был применен жесткий прессинг по строевой подготовке на плацу и регулярным кроссам и марш-броскам. Ночью старослужащие также применяли макание несогласных головой в унитаз при общем построении нас новобранцев в умывальнике, что должно было вызвать всеобщее презрение к несогласным. Все эти мероприятия проводились с негласного одобрения младших офицеров.
Спустя пару недель, полы мыли все.
Стирка, глажка обмундирования, носков, трусов, подшив старослужащих, чистка сапог и ботинок - все насаждалось, как нечто незыблемое.
Вот тут я пошел в отказ. Ночью дневальный поднял меня и сказал, что меня ждут в умывальнике (тут я сразу обмолвлюсь о том, что по прибытию в часть мы с пацанами договорились "Стоять друг за друга"! Однако ни кто ни за кого и не пытался стоять. Ты был всегда один...) Вот и в этот, первый раз я был один. Мне предложили вычистить и так уже сверкающие сапоги. Просто пару раз провести по ним обувной щеткой. Я отказался. Бить начали сразу, уже без предупреждений. Пару раз успел залепить по ненавистным рожам. Потом меня смачно и со вкусом топтали ногами (по счастью босыми, тапки поскидали). После сил у меня хватило, чтобы добрести до койки, на второй ярус к себе я залезть уже не смог, благо с нижнего яруса двое салаг пустили между ними спать (у нас шконки сдвоенные были) и горячо интересуясь расспрашивали, как дело было. А мне так хотелось зарядить им по их любопытным рожам, да сил уже ни на что не оставалось. И я сказал, что, в основном, деды про них расспрашивали, а я, типа, ничего не сказал. Они тут же заткнулись и я заснул.
Утром ротный спросил, чего у меня лицо такое "колоритное". Я сказал, что любовался луной в окне, засмотрелся и упал со второго этажа шконки.
Потом данная ситуация повторялась раз 8-10, я точно уже не помню, да и сейчас не помню. Помню, что болело все тело и реально хотелось помереть. Мне казалось, что Там уж точно будет все хорошо, тихо и спокойно. Правда, что и мысли были замочить этих гадов. Да отметал я их, как-то воспитание еще советское было, воспринималось как табу (потом воспитание исправилось, правда, в НКАО, куда я по рапорту откомандировался. Там уже человека убить стало, что высморкаться, да и то, правда, не сразу... Но это уже другая история...).
А потом, просто, как-то все само по себе кончилось. Перестали меня донимать. Переключились на более лояльных салаг. А я стал одиночкой. Все из нашего призыва, кто по прежнему обхаживал дедов, вроде как уважали меня, но сторонились. И дружбы уже не было.
Такая вот армейская история...
Я в штабе округа служил и в наш отдел стекались все сводки происшествий по округу. Ни дня без ЧП, ни одной недели без выявления фактов "неуставщины", каждый месяц несколько человек гибло: суицид, нарушение ТБ, суррогатный алкоголь, конфликты между сослуживцами. И это заметьте была СА, пусть даже конца 80-хх - начала 90-хх.