6261
13
Эрнест Бо родился в России в 1882 году. По происхождению француз, он рос и воспитывался в России, которая стала для него Родиной. Так как его отец был парфюмером, то будущее Эрнеста уже с рождения было определено – он будет парфюмером, если в наследство получит, хороший «нос», в противном случае – он будет управляющим парфюмерного дома.
В 1907 году Эрнест Бо становится ведущим парфюмером дома «Ралле». Генетически заложенная в нём любовь к парфюмерному делу и усердие в труде сделали из него парфюмера высокого класса. Но началась Первая мировая война – Эрнеста призывают в армию. Воспитанный в духе верности Отечеству, впитав русский дух, русскую удаль, он получает за храбрость несколько орденов, среди них орден Святого Владимира с мечами и бантом. В 1918 году приходят известия – в Россию не возвращайся, фабрика национализирована, жизнь в опасности.
Эрнест Эдуардович в свои 36 лет, молодой красавец, потерявший всё своё состояние, начинает жизнь с нуля. Он снова на заводе Ралле, но только уже не в России, а во Франции, в Грассе. Он продолжает любимое дело, изучает новые достижения в парфюмерии, а во Франции есть чему научиться, ведь Франция – это цитадель парфюмерного искусства.Эрнест обращает внимание на искусственные заменители дорогих масел. В дальнейшем, он следом за Франсуа Коти начал использовать альдегидные ароматы, которые в то время обрели популярность.
Ничто так отчетливо не вызывает в нас воспоминания давно прошедших событий, как запахи, связанные с ними. И тогда, когда через многие годы вспоминается прошлое, то воскресает в памяти веяние аромата!... Наверное воспоминания юности, весеннего счастья в далёкой заснеженной России, помогли создать Эрнесту Бо великий шедевр искусства парфюмерии.
Эрнест Эдуардович в свои 36 лет, молодой красавец, потерявший всё своё состояние, начинает жизнь с нуля. Он снова на заводе Ралле, но только уже не в России, а во Франции, в Грассе. Он продолжает любимое дело, изучает новые достижения в парфюмерии, а во Франции есть чему научиться, ведь Франция – это цитадель парфюмерного искусства.Эрнест обращает внимание на искусственные заменители дорогих масел. В дальнейшем, он следом за Франсуа Коти начал использовать альдегидные ароматы, которые в то время обрели популярность.
Ничто так отчетливо не вызывает в нас воспоминания давно прошедших событий, как запахи, связанные с ними. И тогда, когда через многие годы вспоминается прошлое, то воскресает в памяти веяние аромата!... Наверное воспоминания юности, весеннего счастья в далёкой заснеженной России, помогли создать Эрнесту Бо великий шедевр искусства парфюмерии.
×
Духи Шанель№5, созданные им для гениальной Коко, сделали и его знаменитым во всей парфюмерии. Этим духам суждено было стать самым выдающимся изобретением в парфюмерии ХХ-го века среди альдегидных ароматов. Как вспоминает русский парфюмер Константин Веригин, работавший совместно с Эрнестом Бо в эмиграции,– «…он работал с поразительным терпением, сотни раз повторяя пробы, даже если они были удачны с самого начала, постоянно стремясь к совершенству…».
«Я создал эти духи в 1920 году, когда вернулся с войны. Часть моей военной кампании прошла в северных странах Европы, за Полярным кругом, во время полуночного солнцестояния, когда озера и реки излучают особую свежесть. Этот характерный запах я сохранил в своей памяти,…».
Габриэль Шанель – знаменитая кутюрье Коко. Её образ олицетворяют созданные Эрнестом Бо духи. Аромат Chanel No. 5, которым дышишь и не можешь надышаться. И в памяти встаёт женский облик, полный власти, шарма и обаяния – вечно молодой образ Шанель. Этими духами Эрнест Бо ещё более увековечил Коко Шанель. Но в этих духах есть и частица России.
«Я создал эти духи в 1920 году, когда вернулся с войны. Часть моей военной кампании прошла в северных странах Европы, за Полярным кругом, во время полуночного солнцестояния, когда озера и реки излучают особую свежесть. Этот характерный запах я сохранил в своей памяти,…».
Габриэль Шанель – знаменитая кутюрье Коко. Её образ олицетворяют созданные Эрнестом Бо духи. Аромат Chanel No. 5, которым дышишь и не можешь надышаться. И в памяти встаёт женский облик, полный власти, шарма и обаяния – вечно молодой образ Шанель. Этими духами Эрнест Бо ещё более увековечил Коко Шанель. Но в этих духах есть и частица России.
После создания аромата Chanel No. 5, пришла слава и популярность. Эрнест Бо мог позволить себе жить в роскошной квартире. Но вместе с этим пошли и завистливые разговоры в адрес Эрнеста Бо и Шанель. Каких только версий не придумала «народная молва» для того, чтобы умалить славу Эрнеста Бо, не говоря уже о Коко Шанель. А главная причина – это конкуренция модных домов. Помимо дома «Шанель», Эрнест Бо работал и для дома «Буржуа». Он создал такие ароматы как Chanel №22, Gardenia, Bois de Isle, Cuir de Russie.
Его лучшие произведения искрятся радостью, окрыляют мечту, преображают нашу жизнь, они приносят счастье, унося от повседневной серости. К парфюмерии Эрнест Бо относился как к искусству и своих коллег он учил анализировать и раскладывать запах на составные части, запоминая все элементы, удерживать в памяти, составлять гамму, которой необходимо следовать при создании аромата.
Эрнест Бо – француз и русский, в котором сочетались лучшие качества французской и русской культур, для которого и Франция и Россия были дороги. Он был необычайно красив, безукоризненно одет, умел радоваться жизни. У него был мужественный вид и великолепная осанка. Кроме любви к парфюмерии, у него было много и других интересов – он был собирателем антиквариата, знатоком шампанского.
Его лучшие произведения искрятся радостью, окрыляют мечту, преображают нашу жизнь, они приносят счастье, унося от повседневной серости. К парфюмерии Эрнест Бо относился как к искусству и своих коллег он учил анализировать и раскладывать запах на составные части, запоминая все элементы, удерживать в памяти, составлять гамму, которой необходимо следовать при создании аромата.
Эрнест Бо – француз и русский, в котором сочетались лучшие качества французской и русской культур, для которого и Франция и Россия были дороги. Он был необычайно красив, безукоризненно одет, умел радоваться жизни. У него был мужественный вид и великолепная осанка. Кроме любви к парфюмерии, у него было много и других интересов – он был собирателем антиквариата, знатоком шампанского.
Эрнест Бо интересовался искусством – собрал уникальную коллекцию картин, книг, мебели, ковров, серебра, икон, а также русского фарфора из знаменитых сервизов. Кроме этого, он коллекционировал лучшие вина Франции и был известен как chevalier du Tastevin (член Ордена рыцарей дегустации). В его подвалах хранилось более двух тысяч бутылок самых лучших марок. Ему нравилось радовать своих гостей, угощая лучшими винами, объяснять их достоинства. Как истинный француз Эрнест Бо умел видеть в женщинах красоту, и был любим ими.
Он был остроумный и галантный. Как истинный русский Эрнест Бо обладал и русской удалью, и русским великодушием, щедростью и гостеприимством, любил русскую природу, музыку, литературу. Эрнесту Бо нравилось в русском человеке его видение мира, умение передать его красоту. Он умел всегда найти возможность поддержать русских эмигрантов – иногда за антиквариат он давал специально завышенную цену, или же помогал устроиться на работу.
От него исходила притягательная сила. Он был вежлив и внимателен со своим коллегами, относился с большим уважением к каждому, за что все его любили. В беседе он свободно высказывал своё мнение, с деликатностью и остроумием делал замечания. В нём чувствовалась высокая образованность и культура. Иногда он делился своими воспоминаниями о прошлом — у него был настоящий дар рассказчика. Кроме ордена святого Владимира, Эрнест Бо был награждён орденом Почётного легиона, английским Военным крестом.
Он был остроумный и галантный. Как истинный русский Эрнест Бо обладал и русской удалью, и русским великодушием, щедростью и гостеприимством, любил русскую природу, музыку, литературу. Эрнесту Бо нравилось в русском человеке его видение мира, умение передать его красоту. Он умел всегда найти возможность поддержать русских эмигрантов – иногда за антиквариат он давал специально завышенную цену, или же помогал устроиться на работу.
От него исходила притягательная сила. Он был вежлив и внимателен со своим коллегами, относился с большим уважением к каждому, за что все его любили. В беседе он свободно высказывал своё мнение, с деликатностью и остроумием делал замечания. В нём чувствовалась высокая образованность и культура. Иногда он делился своими воспоминаниями о прошлом — у него был настоящий дар рассказчика. Кроме ордена святого Владимира, Эрнест Бо был награждён орденом Почётного легиона, английским Военным крестом.
В первой половине XIX века во Франции родился тот, кому предстояло стать одним из самых известных, а потом совершенно забытых дамских угодников. Он угождал и продолжает угождать решительно всем дамам и девицам, вдовам и даже императрицам, невзирая на их возраст, семейное положение и, мало того, даже никогда с ними не встречаясь.
...Генрих рос смышленым и предприимчивым молодым человеком. Он получил хорошее образование, разбирался в химии, парфюмерном деле и коммерции, но, как говорила его тетя Жанель, во Франции пробиться на вершину оказалось невероятно трудно. Тогда молодой Генрих Брокар решил рискнуть: он попросил денег у отца и сообщил, что уезжает. Отец поинтересовался куда? И Генрих поведал отцу, что его друг Жорж Николь едет в Россию: он намеревается основать в Санкт-Петербурге магазины модного платья. И он решил составить ему компанию в дороге и открыть в Москве парфюмерное дело с производством и собственной торговлей. Отец подумав, согласился с поездкой, надеясь, что сын не посрамит славного имени Брокаров.
...Генрих рос смышленым и предприимчивым молодым человеком. Он получил хорошее образование, разбирался в химии, парфюмерном деле и коммерции, но, как говорила его тетя Жанель, во Франции пробиться на вершину оказалось невероятно трудно. Тогда молодой Генрих Брокар решил рискнуть: он попросил денег у отца и сообщил, что уезжает. Отец поинтересовался куда? И Генрих поведал отцу, что его друг Жорж Николь едет в Россию: он намеревается основать в Санкт-Петербурге магазины модного платья. И он решил составить ему компанию в дороге и открыть в Москве парфюмерное дело с производством и собственной торговлей. Отец подумав, согласился с поездкой, надеясь, что сын не посрамит славного имени Брокаров.
Россия встретила Генриха очень радушно, и скоро он убедился, что не зря выбрал именно Москву — хлебосольную и широкую, а не холодный чиновный Петербург. Работящий и оборотистый, умевший быстро решать нужные дела, Генрих Брокар 15 мая 1864 года основал в Москве предприятия по производству парфюмированного мыла.
Сначала Генрих выпускал всего три сорта мыла: знаменитое “Детское” с выдавленным на нём русским алфавитом — на каждом кусочке по буковке! — “Янтарное” и “Медовое”. Продукция быстро начала пользоваться повышенным спросом, и от выпуска ста кусков в день Брокар перешел к расширению производства и разработке новых сортов, из которых русским красавицам особенно понравилось “Греческое”.
Обладая тонким вкусом и отличными познаниями в парфюмерии, Генрих Брокар решил вырабатывать его из лучших сортов орехового масла. И не ошибся — мыло получило головокружительный успех у интеллигентной публики, а вскоре им начали пользоваться даже при дворе. Тем временем Брокар уже смело выбросил на рынок новинки: “Шаром” и “Народное”, всего за копеечку!
Сначала Генрих выпускал всего три сорта мыла: знаменитое “Детское” с выдавленным на нём русским алфавитом — на каждом кусочке по буковке! — “Янтарное” и “Медовое”. Продукция быстро начала пользоваться повышенным спросом, и от выпуска ста кусков в день Брокар перешел к расширению производства и разработке новых сортов, из которых русским красавицам особенно понравилось “Греческое”.
Обладая тонким вкусом и отличными познаниями в парфюмерии, Генрих Брокар решил вырабатывать его из лучших сортов орехового масла. И не ошибся — мыло получило головокружительный успех у интеллигентной публики, а вскоре им начали пользоваться даже при дворе. Тем временем Брокар уже смело выбросил на рынок новинки: “Шаром” и “Народное”, всего за копеечку!
К началу XX века фабрику француза стали уважительно именовать “Империя Брокара”. Её владелец имел весьма разносторонние таланты и неизменно угождал русским женщинам всех возрастов и сословий. Русские красавицы искренне благодарили своих любимых за духи, производства фабрики Брокар, духи Генриха всегда вызывали восхищение. Уже пожилой Брокар не посрамил славы своих предков. В 1913 году его “империя” обладала восемью золотыми медалями, полученными на всемирных выставках в Париже, Ницце, Барселоне и других мировых центрах парфюма. Только об одном сожалел известный парфюмер — в коллекции высоких наград его “империи”, которую теперь отлично знали не только в России, но и за её пределами, не хватало звания “Поставщика Двора Его Императорского Величества”. Даже два золотых российских герба, украшавшие этикетки фирмы и пожалованные Брокару в знак признания его заслуг и качества продукции, не могли утешить обрусевшего француза.
Однажды в конце 1890-х годов Генриху вспомнилось детство: уютный дом во Франции, весёлый, усатый, ещё совсем молодой отец и старая тётка Жанель, утонувшая в глубоком кресле, стоявшем в полутёмном углу гостиной. Да, хорошие были времена. Но однажды среди ночи, он переполошил весь дом своими криками “Нашел!”. Он рассказал перепуганной жене, что Бог дал ему тот же сон, как в детстве и он понял, что нужно делать. Надо создать букет! Какой букет, недоумённо спрашивала его жена. Букет для императрицы! — торжествующе закричал парфюмер и, накинув халат, побежал в кабинет: немедленно звонить главному художнику своей “империи”. На следующий день они уже спорили до хрипоты: выйдет или нет. Он просил его сделать так, как он просит, а запах — это уж его дело. Он уверял , что императрица не устоит!
Спустя неделю в кабинет главы парфюмерной фирмы доставили совершенно необычную вещь: прекрасную хрустальную вазу, полную цветов: алых роз, нежных пармских фиалок, нарциссов, ландышей. И все они с необычайным искусством были изготовлены из цветного воска и выглядели почти неотличимо от живых. В день рождения вдовствующей императрицы Марии Федоровны она получила от фирмы знаменитого московского парфюмера Брокара весьма необычный подарок: эту самую вазу с изумительно сделанными восковыми цветами, каждый из которых источал свой натуральный аромат. Запахи легко и приятно кружили голову и сливались в необычайный букет.
Спустя неделю в кабинет главы парфюмерной фирмы доставили совершенно необычную вещь: прекрасную хрустальную вазу, полную цветов: алых роз, нежных пармских фиалок, нарциссов, ландышей. И все они с необычайным искусством были изготовлены из цветного воска и выглядели почти неотличимо от живых. В день рождения вдовствующей императрицы Марии Федоровны она получила от фирмы знаменитого московского парфюмера Брокара весьма необычный подарок: эту самую вазу с изумительно сделанными восковыми цветами, каждый из которых источал свой натуральный аромат. Запахи легко и приятно кружили голову и сливались в необычайный букет.
Императрица повелела назвать новые духи “Любимый букет императрицы”, а Брокар получил наконец вожделенный высочайший указ, которым ему жаловали звание “Поставщика Двора Его Императорского Величества”. Духи стали легендой и приобрели несравненную популярность в России и за её рубежами. Новые веянья Говорят, Генрих Брокар увидел во сне не только удивительный восковой букет, благоухающий духами, но и нечто более страшное, однако не стал об этом никому говорить. Наверное, правильно сделал.
В 1917 году фабрику национализировали: легендарная “Империя Брокара” превратилась в “Замоскворецкий парфюмерно-мыловаренный комбинат N 5”. Хорошо, у людей в кожанках и с наганами хватило ума не поставить к стенке главного парфюмера Августа Мишеля, работавшего ещё с самим легендарным Брокаром, создавшим множество новых неповторимых ароматов. Как ни странно, именно француз Мишель не стерпел такого безобразия и в 1922 году выступил с предложением. Не дело, так называть парфюмерное предприятие, совсем недавно имевшее заслуженную мировую славу. Уж коли большевикам так охота новых традиций и решений, пусть назовут фабрику “Новая заря”. Большевики подумали и согласились: вроде звучало вполне подходяще и в духе времени. Так с лёгкой руки другого старого французского парфюмера “Империя Брокара” стала “Новой зарёй”.
Но Мишелю не давали покоя легендарные духи, созданные самим Брокаром. Конечно, он прекрасно понимал: новые “командиры производства” не только не согласятся сохранить их прежнее название, но даже не смогут точно выдержать технологию изготовления. Духи станут хуже, чем при Генрихе Брокаре, но Август мечтал оживить легенду. Поэтому внёс новое предложение: “Духи можно переименовать в “Красную Москву””. И люди в кожанках вновь согласились. Вот такая необычная история у всем известных духов “Красная Москва”. Покупая их, знайте: в фигурном флаконе в форме Кремлёвской башни заключены мечты Генриха Брокара, императрицы Марии Федоровны и грёзы множества давно ушедших от нас русских красавиц. Возможно, именно поэтому бывшие духи “Любимый букет императрицы” теперь имеют чуть горьковатый запах.
Источник:
Метки: истории парфюмерия
https://www.historyworlds.ru/gallery/vojjny-narodov/pervaja-mirovaja-vojjna/cvetnye-fotografii/https://www.historyworlds.ru/gallery/vojjny-narodov/pervaja-mirovaja-vojjna/cvetnye-fotografii/