Солянка для Майдана. Часть 101

Орёл и кролик (к сожалению, не басня)

- О, великий, горячо любимый, обожаемый Орёл. Опять я у Твоих когтей с нижайшей просьбой. Выручай, Отец родной, хотя бы в последний раз!

Не один к Тебе сейчас приполз — приволок с собой крыску-Ярыску. Ведь Ты же мне её на хозяйство и поставил, с неё Сам и спрашивай. Мне — не по чину. Не знаю я, куда она прошлые, твои и друзей твоих, займы и дары подевала. Я из них лишь чуток морковки погрыз. Ушами клянусь!

Не о себе, сером, пекусь! Всё для Тебя, для Твоей небесной власти над степным зверьём! Мы с шоколадным зайцем в Степи — Твои верные слуги (он, кстати, не приехал — опять косой задрых в капусте, это — не компра, это — инфа к размышлению Твоему: кто из Твоих холопов вернее). Но на нас ведь степняки всё чаще смотрят да облизываются. Мы-то им (да и Ты) свободу и «жратвы от пуза» обещали, а эти бараны до сих пор верят. Хотят опять в стадо сбиться. Ведь каждому ослу не объяснишь, что табуниться только против хомяка-Яняка можно было, а против Твоей власти — посягательство на свободу. «Шугать» их приходится, у кротов темнить. Но и стража наглеет — и она жрать хочет.

Тут же, как назло, ещё беды в Степи сошлись.

Во-первых, по приказу Твоего сожителя грифа-Эмвифа, чтоб в прошлые разы от него корм в долг получить, мы степным жителям плату за норы в несколько раз подняли. А чтоб сразу нас не растерзали, по Твоему же совету, зверью субсидии посулили, чтоб потом их «зарубить» по любой причине. Теперь вот срок пришёл: или почти всем в них отказывать, или рассылать «листочки» с новыми тарифами. Ты, Орёл, знаешь мою отвагу, но здесь и мне страшно. Что нищета платить сможет? Здесь, выходит, так каждому на хвост наступим, что от голодных челюстей прошлыми байками о воздушных замках на Твоих орлиных высях можем не отбрехаться.

Во-вторых, не сочти за недовольство, но птицы, уже из Твоего, Государь, гнезда, с нас же, Твоих рабов, требуют одолженный корм возвратить. Они что — забыть не могут? Или хотя бы ещё погодить? Каркни на них! А то ведь мы будем вынуждены объявить дефолт Степи. «Оно» им и тебе надо?

Так что «рятуй», Отец родной! Мы, птенцы Твои, в когтях Твоих валяемся, коготки Твои облизываем. Не смотри, что по рождению из млекопитающих (какое противное слово, мы от всех своих корней открестились!), пред Тобой даже пресмыкаться рады! Ты нас родил, взрастил, выхолил, править лесной живностью поставил. Проси, что хочешь — всё отдадим, всё, что только не есть в Степи, да и саму Степь с пашнями, с подземными кладовыми, с омывающими её реками и морем, уже зовём всех Твоих стервятников в Степи гнездоваться! Всё для Тебя! Не покинь в трудную минуту, Кормилец! Защити, накорми и (ближе к зиме) обогрей!

В крайнем случае — поддержи хоть до момента, как дарственную на всё, что есть у степного зверья, на Тебя переоформим. И чужое олигархическое зверьё не только в свою, но и в Твою пользу пощипаем! Не дадим им дальше степных жителей обворовывать, сами с Тобой будем! Спаси и сохрани! А то ведь Сам знаешь: злой Мишка из соседнего леса так и ждёт, когда Твоих птенчиков-зайчиков степняки «хомячить» с голодухи будут.

Ой, боязно нам! С одной стороны эти степняки зубами клацают, с другой — Твои сожители из Твоего гнезда, как липку, ободрать собрались, с третьей — лесной Мишка, того и гляди, заявит, что и Степь — его родовая вотчина, а с четвёртой — свои бузотеры-ослушники, которые на окраине Степи вольницу устроили, ничего нам не платят, а лишь мышей, нами на них посланных, ловят да давят.

Не пойми чего дурного, Высочайший, мы не в претензии, но сам посуди — как к Тебе вся фауна относиться будет, коль узнает, что Ты птенцов своих духовных на съедение степной черни бросил, а то и Степь медведю отдал?

- Послушай, мой яйцеголовый крол! Птенцов у меня без тебя — море. И настоящих, поднебесных, а не всякой земной «тли». И услышь меня, наконец, раз слеповат! Не очки, так пусть ухи-лопухи помогут!

Ты у меня давно не у когтей, а в когтях! Оттого Степь и так отдашь — куда денешься? Я вас с шоколадным зайцем для этого в ней и поставил. Или обманули меня, что в Степи вы — самые хитрые и храбрые? Что лишь вам под силу степное зверьё не только обдурить, но и запугать? Смотри — на ваши норы очередь стоит!

И сколько можно мне корм в ваши бездонные закрома сыпать? Со времени хомяка-Яняка зерно в вашу Степь сыплю, а урожая всё нет, одни убытки! На кой мне такое «поле чудес»? На кой такие надсмотрщики над «биомассой»? Вот и вновь канючить приплёлся, да ещё и с этой крысой. Я же надеялся, что совсем от неё избавился. Назад не возьму, несъедобная она!

А за тебя ведь совсем недавно ручался, что через годы твой долг отдам. Хорошо, сыскался олух. Но где таких на все твои аппетиты набрать? Даже мне благодаря таким, как вы с зайцем, «помощникам» всё меньше доверяют! Скоро самому своих же кровных птенчиков кормить нечем будет, не то что тебя — тварь приблудную. Так что будешь много верещать — мигом из когтей в клюве окажешься!

Нет, для вида я тебе, как всегда, чуток отсыплю. Или посулю. Будет тебе что своим сорокам для разглашения наплести. Для того, чтоб дома сразу на куски не порвали, да и эти, из вольного степного края, чтоб мышей твоих совсем не растоптали. Мышами — по любому получишь. Ты лучше их на своё зверьё напусти — пусть скрытые закрома «пошукают», повыдавливают запасы. Вот и протянешь ещё время, а не лапки.

И с грифом-Эмвифом сам договаривайся. У него, знаешь ли, аппетит особый. На падаль, если забыл. А тебя он давно хвалит. Так что не советую у нас в гнезде задерживаться. И мочиться со страху здесь нельзя, крепись! Зайцу привет! Слава героям!

Константин Одессит,
Центральное информационное агентство Новороссии
Novorus.info