Окопная правда генерала Зарудина

Окопы, окопы, окопы… Сколько их за всю войну было им и его подчиненными вырыто, сколько раз они спасали Зарудину и его сослуживцам жизнь, а затем молчаливо прощались с уходящими дальше войсками. И уж кому, как не ему, с 18 лет прошедшему с «матушкой-пехотой» дорогами войны от Тулы и почти до самого Берлина, не знать всей горечи этой окопной правды!

— Я начал войну с солдатами в окопах и блиндажах, и закончил ее с солдатами в окопах и блиндажах. И так 730 суток, — вспоминает о своих фронтовых буднях Юрий Федорович. — Ни одному не «тыкнул», только на «вы».

Да, совсем непросто приходилось 18-летнему младшему лейтенанту Юрию Зарудину, когда в декабре 1941 года он уже принял командование стрелковым взводом в 58-й стрелковой дивизии 50-й армии Западного фронта. Многие из подчиненных годились ему в отцы, но командирский авторитет тогда приобретался не с возрастом, а с боями. Там, на войне, каждый был как на ладони. И уж на что точно не имел права Зарудин, так это на малейшее проявление собственной слабости. И эта его внутренняя сила вкупе с другими командирскими качествами передавалась и подчиненным.

Хотя даже на войне иногда вместо решительных команд куда важнее оказывается нечто другое.

Как-то, уже будучи ротным, во время Белорусской операции при подготовке к прорыву подготовленной противником обороны Зарудин выяснил, что из 105 подчиненных 12 человек к бою оказались морально не готовы. Один солдат из Тамбова, имевший уже два ранения, у которого оставались в тылу жена и двое детей обреченно сказал командиру: «Убьют меня»… Другие же просто отмалчивались, но было ясно, что морально подавленный в бою солдат — это не солдат.

Что оставалось в такой ситуации командиру? Погнать силой приказа и под страхом военного трибунала людей в атаку? Можно было бы, конечно, и так. Но Зарудин принял иное решение, оказавшееся верным.

Он назначил старшего над «не готовыми к бою» и в атаку этих солдат не взял. Зато в следующий бой пошли уже все без исключения. Потому что глядеть в глаза вернувшимся с передовой товарищам, зная, что ты при этом просто отсиживался в тыловом окопе — это, видимо, еще страшней, чем ощущение близости смерти, витающее в каждом миллиграмме пропитанного пороховой гарью воздуха.

Как в 20 лет Зарудин нашел такие педагогические приемы? Наверное, война, на которой командиры и взрослели, и седели очень рано. Но не только война. Изначально в характере Юрия Федоровича проявилось качество, которое соединяло воедино умение командовать людьми благодаря личному примеру и требовательность, прежде всего, к себе самому.

Эту требовательность к себе впоследствии он пронес через всю свою долгую военную карьеру. Через 30 с лишним лет, когда уже генерал-полковник Зарудин командовал Северной группой войск на территории Польши, произошел еще один эпизод, наглядно показывающий его командирский характер.

В ходе своей работы в одной из воинских частей, командующий обратил внимание, как один командир роты, что называется, на пальцах объясняет подчиненным, как выполнять упражнение на спортивной перекладине.

Тогда генерал-полковник Юрий Зарудин не стал ничего объяснять молодому офицеру, а по-молодецки подошел к спортивному снаряду и эффектно выполнил сложное упражнение, со словами: «Делай, как я!» Потом, снова встретившись с этим офицером, командующий услышал от него слова признательности за тот жизненный урок. И подобных уроков, не выходящих за грань деликатности и уважения к младшим по званию, за свою военную карьеру Зарудин преподал множество.

Но пока еще были долгие месяцы Великой Отечественной войны, на которой он был четырежды ранен и получил в боях две контузии, два ордена Боевого Красного Знамени и орден Отечественной войны 2-й степени.

А 24 марта 1945 года вышел Указ Президиума Верховного Совета СССР о присвоении звания Героя Советского Союза старшему лейтенанту Зарудину Юрию Федоровичу.

Вообще-то к этому званию его представляли дважды и оба раза — за сражения на белорусской земле, почему Юрий Федорович и поныне считает Белоруссию своей второй родиной.

Первый раз это было в декабре 1943 года, когда рота лейтенанта Зарудина в ночном бою уничтожила около сотни немецких солдат и офицеров, взяв при этом в плен около сорока нацистов, среди которых был и командир батальона. А самому Юрию Зарудину в том сражении пришлось принять под свое командование батальон вместо выбывшего из строя комбата.

Второй раз к Звезде Героя Зарудина, уже ставшего старшим лейтенантом, представили в июле 1944 года за бои, проходившие на территории Могилевской области. В тот период рота под его командованием в сражении за господствующую высоту отбила вражескую контратаку и в составе батальона разгромила вражеский гарнизон в деревне Жевань, переправившись через реку Бася.

Были в его фронтовой судьбе и другие эпизоды. Например, когда рота Юрия Зарудина долго не могла обойти вражеский дзот, а любые попытки подняться в атаку встречал шквальный пулеметный огонь врага. Именно Зарудину тогда пришла в голову «нереальная» мысль, которая помогла в итоге сберечь не один десяток жизней наших солдат. Он предложил сделать подкоп под огневую точку противника. А это — порядка 70–80 метров. Не одну тонну земли бойцам пришлось тайно вынести у немцев из-под носа. Тем не менее, когда в 3 часа ночи на вражеских позициях в прямом смысле выросли из земли наши солдаты, их никто, естественно, не ждал. Огневая точка и ее охрана были уничтожены, наступление советских войск продолжилось.

Всего же за годы войны Юрию Федоровичу довелось принять участие в шести фронтовых операциях, в ходе которых ему и его подчиненным пришлось форсировать 6 крупных рек: Днепр, Березину, Неман, Нарев, Вислу и Одер. Кто знает, что такое под градом огня перебираться на другой берег, тот поймет, что значит эта цифра…