Холокост - главный гешефт хх века

Как быть богатым и влиятельным-и избежать зависти и ненависти? Как обобрать ближнего, чтобы он тебе ещё и посочувствовал? Как править-и вызывать жалость и сострадание? Это задача почище квадратуры круга. Испокон веков аристократы и священнослужители бились над её решением. Они твердили, что власть и деньги от бога, и лучше выдумать не могли. Раньше или позже гильотина или топор ставили всё на свои места. С исчезновением веры задача становилась невыполнимой.
Квадратуру круга "решили" американские евреи.
Верхушка этой супер-богатой, влиятельной, мощной общины качает деньги из швейцарцев, немцев и американцев, правит Америкой и миром, способствует преступлениям против человечности в Израиле, определяет курс доллара, и в то же время поддерживает свой имидж несчастных и гонимых с помощью одного простого, но эффективного средства - пропагандистской машины холокоста.
Так пишет НОРМАН ФИЛЬКЕНШТЕЙН, американский еврейский учёный и диссидент, профессор нью-йоркского университета. Недавно он выпустил небольшую книжку "Индустрия холокоста", раскрывающую глаза на некоторые стороны этого гениального еврейского "изобретения".
Филькенштейн доказывает, что до 1967 года никто в мире не интересовался гибелью евреев в дни Второй мировой войны. И менее всех интересовались американские евреи, которые об Израиле не думали. С 1945-го по 1967-ой в Америке вышли лишь две книги о гибели евреев, причём и они прошли незамеченными общественностью.
В 1967 году Израиль одержал быструю победу над своими соседями. Американцы заметили успехи молодого хищника и сделали его союзником. И только после этого американские евреи стали раскручивать пропагандистский аппарат холокоста. С его помощью они защищали и оправдывали нарушения прав человека на оккупированных территориях. Чем больше палестинцев погибало от израильского оружия, тем громче кричали американские евреи о нацистских газовых камерах. Израиль и холокост стали столпами новой еврейской религией в США, подменившей собой обветшавший Ветхий Завет.
С тех пор процесс пошёл: выросло богатство американских евреев и их влияние в госаппарате и прессе США. 30% самых богатых людей в Америке, 30% министров и банкиров, 20% профессоров в университетах, 50% ведущих юристов-евреи. Евреям принадлежит около половины всех капиталов Уолл-стрит.

Легенда о вечно гонимом народе и о страшном холокосте стала необходима не только для защиты Израиля от осуждения мировой общественностью, но и для защиты еврейских богатеев и олигархов от любой критики. СТОИТ СКАЗАТЬ СЛОВО ПРОТИВ ЕВРЕЯ-ЖУЛИКА, КАК ПРИНАДЛЕЖАЩАЯ ЕВРЕЯМ ПРЕССА СРОЧНО ПОДНИМАЕТ НА БОЕВОЙ ПОСТ ТЕНЬ ОСВЕНЦИМА.
"С помощью сказок о холокосте,-пишет Филькенштейн,-одну из самых сильных, в военном смысле, держав мира с чудовищными нарушениями прав человека, представляют потенциальной жертвой, а самую преуспевающую в США этническую группу - несчастными беженцами. Ведь статус "жертвы" даёт иммунитет от заслуженной критики."
Для нас, израильтян, слова Нормана Филькенштейна не внове. Многие израильские публицисты и историки писали, что сионизм использует память жертв нацизма в своих корыстных интересах.
Так известный израильский публицист Ари Шавит писал с горькой иронией ( в газете "Гаарец" после убийства 100 беженцев в деревне Кана в Ливане в 1996 году ): "Мы можем убивать безнаказанно, потому что на нашей стороне музей холокоста." Боаз Эврон, Том Сегев и другие израильские авторы предвосхитили многие заявления Филькенштейна. Но в Израиле всегда было больше свободы, нежели в еврейских общинах России, США. В США не многие готовы рискнуть. Филькенштейну помогает происхождение. Он сын жертв холокоста. Вся его семья погибла от рук нацистов, лишь отец и мать прошли через Варшавское гетто, концлагеря, принудительный труд и добрались до берегов Америки. Это придаёт особый эффект его словам, когда он прямо говорит о тех, кто зарабатывает на крови жертв. Он доказывает, что верхушка еврейской общины стяжала миллионы и миллиарды на гешефте холокоста, в то время как подлинным жертвам нацизма перепадают жалкие крохи.
Так, из миллиардов долларов, выкачанных еврейской верхушкой из Германии, люди вроде Лоренса Иглбергера, бывшего министра иностранных дел США, получают 300 тыс. долларов в год, а родители Филькенштейна за все свои концлагеря получили три(!) тысячи долларов в зубы.
Директор Центра Визенталя, этого охотника за нацистами, получает полмиллиона долларов в год. Только 15% немецких компенсаций, полученных на "неимущих страдальцев", достигли цели. Остальное застряло в каналах и в карманах еврейских дельцов.
ЕВРЕЙСКИЕ ТРЕБОВАНИЯ КОМПЕНСАЦИЙ ПРЕВРАТИЛИСЬ В РЭКЕТ И ВЫМОГАТЕЛЬСТВО,- пишет Филькенштейн. Так, швейцарские банки оказались лёгкой добычей-они зависели от американского бизнеса и боялись дурной славы. Американские евреи, контролирующие прессу США, начали компанию клеветы и диффамации против швейцарских банков, носящую расистский характер: "швейцарцы жадны и скупы", "характер швейцарцев сочетает простоту и двуличность", "швейцарцы-лишённый очарования народец, не давший человечеству ни художников, ни героев." К этому добавился экономический бойкот-ведь американские евреи стоят во главе большинства финансовых организаций Америки и распоряжаются триллионами долларов пенсионных фондов. Чтобы избежать ещё больших убытков, швейцарцы согласились заплатить вымогателям. Полученные деньги осели в карманах еврейских адвокатов и организаций.
Американские банки получили больше депозитов от евреев, чем швейцарские банки, тем не менее они отделались гораздо меньшей суммой откупных. Видимо, еврейские дельцы от холокоста понимают, с кем можно, а с кем не стоит связываться. "Если бы они вели себя с американскими банками, как со швейцарскими, евреям пришлось бы искать убежище в Мюнхене." - шутит Филькенштейн.
Разделавшись со швейцарцами, еврейские организации взялись по новой за Германию и потребовали компенсацию за принудительный труд. Под страхом бойкота и судебных акций немецкие компании согласились заплатить.
В то же время евреи Израиля отказываются заплатить за конфискованное имущество гоев-земли, вклады, дома палестинцев. Американские евреи выступают против компенсаций американским неграм за годы рабства, даже не стоит вопрос компенсаций индейцам, ставших жертвой геноцида в 19 веке. Опыт вымогательства в Швейцарии и Германии - это лишь пролог к предстоящему ограблению Восточной Европы. "Индустрия холокоста,-пишет Филькенштейн,- приступила к вымогательству у бедняков бывшего социалистического лагеря. Первой жертвой давления стала Польша, у которой еврейские организации требуют всё имущество, когда либо принадлежащее евреям и оцениваемое ими во многие миллиарды долларов. Следующая на очереди - Украина, одновременно готовится ограбление Австрии.
Филькенштейна особенно возмущают такие ораторы и лицедеи холокоста, как Эли Визель, "бессовестный защитник израильских преступников, бездарный писатель, актёр с вечно готовой слезой, оплакивающий жертвы за сходную плату в 25 тысяч долларов за выступление плюс лимузин." И далее: "Не за свой (несуществующий) талант писателя или за отстаивание прав человека выдвинулся Визель. Он безошибочно поддерживает интересы, стоящие за мифом о холокосте." Филькенштейн объясняет причины своего негодования. "Эксплуатация холокоста используется для оправдания преступной политики Израиля и американской поддержки израильской политики."
Вымогательство денег в европейских странах во имя "нуждающихся жертв" унижает жертвы нацистского геноцида. "Антисемитизм" в наши дни, в понимании еврейской верхушки, это защита прав человека, попытки урезать военный бюджет, борьба против ядерного оружия и нео-изоляционизм.
Холокост используется, чтобы сделать любую критику еврейской политики нелегитимной. Филькенштейн высмеивает высмеивает бредовый тезис "уникальности холокоста". "Каждое историческое событие уникально в том смысле, что имеет свои особенности. И ни одно из них не обладает абсолютной уникальностью." Почему же эта морально и логически несостоятельная идея легла в основу мифа? Да потому, что уникальность холокоста-это еврейский "моральный капитал", железное алиби для Израиля и подтверждение "исключительности" еврейского народа. Религиозный еврейский деятель Исмар Шорш определил идею уникальности холокоста как "светскую разновидность идеи избранного народа". Недаром Эли Визель постоянно утверждает: "Мы, евреи, - другие, мы не такие, как все." Связанная с этим идея "извечного, иррационального антисемитизма всех гоев" способствует созданию особого параноидального духовного климата в Израиле и в других еврейских общинах. "Нас преследуют уже 2000 лет! Почему? Без всякой причины!" - восклицает Визель. Спорить с ним невозможно, потому что, по его мнению, любая попытка объяснить антисемитизм уже является актом антисемитизма. "Уникальность еврейского страдания-избранность евреев-вечно виноватые гои-безвинные евреи-безусловная защита Израиля и еврейских интересов-такова формула мифа о холокосте, воспетого Визелем".
Руководители американского "Мемориала" боролись изо всех сил против признания цыган жертвами холокоста. Хотя цыган пропорционально погибло не меньше. Признание их жертвами уменьшило бы "моральный капитал" евреев и подорвало бы тезис об уникальности еврейского страдания. Довод еврейских организаторов был прост - как можно равнять ЕВРЕЯ и цыгана, как можно равнять ЕВРЕЯ и гоя? Филькенштейн приводит нью-йоркскую шуточку: если сегодня газеты оповестят о ядерном холокосте, уничтожившем треть планеты, назавтра появится письмо Визеля в редакцию под заголовком "Как вы можете ровнять?!". Мы, израильтяне, знаем это очень хорошо: редкий еврей считает гоя равным себе. Недаром положение прав человека-не еврея в Израиле одно из худших в мире.
Филькенштейн сравнивает успешные усилия евреев получить компенсацию за ущерб, с отношением Америки к последствиям агрессии во Вьетнаме.
Американцы убили около 5 млн. человек в Юго-Восточной Азии, разрушили 9 из 15 тысяч городков Южного Вьетнама, все большие города Севера, оставили во Вьетнаме миллион вдов, тем не менее еврейский министр обороны США, Уильям Коэн, отверг не только идею компенсации, но даже извиниться отказался: "Это была война". Евреи стали единственными в мире исключения из этого правила.
"Полученные промышленностью холокоста средства следовало бы направить на компенсацию палестинским беженцам.",-заключает Норман Филькенштейн.
Добавлю от себя: на этом промышленность холокоста обанкротится. Кому нужны разговоры о холокосте, если в этом нет денег?

Автор: ИЗРАИЛЬ ШАМИР