13132
1
Главная цель эксгибициониста — застать женщину врасплох, а потом убежать, чтобы не поймали. Поэтому он ищет своих жертв в парках, скверах, и других малолюдных местах. Но в тот роковой день один любитель бегать с расстёгнутой ширинкой соблазнился окнами женского общежития. Всю глубину своей ошибки он понял лишь тогда, когда было уже слишком поздно.
Это были далёкие и прекрасные времена. Брежневский застой тянулся год за годом, пятилетка за пятилеткой. Советская Родина очень любила своих граждан, а тех, кто немного провинился, перевоспитывала трудом, отправляя на "принудительные работы без ограничения свободы", что в народе называлось "химия". Осуждённый жил в спецкомендатуре, и работал на стройках народного хозяйства. Это было мягкое, гуманное наказание, разве что неявка на вечернюю поверку считалась побегом, и могла привести к переезду на зону. И разумеется, в непрестанной заботе о моральном облике советского человека женщин "химичек" и мужчин "химиков" держали раздельно.
В сравнении с тюрьмой, порядки в женской комендатуре царили весьма свободные, и охрана имелась только на дверях — два милиционера, вооружённые одной резиновой дубинкой на двоих. Химичкам запрещалось выходить на улицу, но по помещению они перемещались совершенно свободно. Так что охрана вела себя расслабленно, и химички давно знали всех сотрудников по именам. Снаружи спецкомендатура представляла собой трёхэтажное здание, отличаясь от обычного общежития разве что решётками на окнах первого этажа.
Вот на такой объект и решил покуситься местный онанист-эксгибиционист. С его точки зрения обиталище химичек ничем не отличалось от общаги камвольно-суконного комбината — во всех комнатах женщины, и всего один вход со стороны двора — что ещё нужно для счастья работнику кулачного труда? И вот, тёплым летним вечером, извращенец влез на дерево, чтобы быть поближе к зрителям, приспустил штаны, и отдался своей страсти. Бабы, до этого изнывавшие от скуки, возопили от счастья, и прильнули к окнам.
Население спецкомендатуры, состоявшее из воровок, наркоманок, и другого мелкоуголовного элемента, могло похвастаться чем угодно, кроме скромности, так что выступление яростного онаниста показалось им чрезвычайно забавным. Для пущего веселья отправили гонцов к охране — "Вова! Там у нас в окне мужик дрочит!!". Сержант решил немедленно пресечь нарушение общественного порядка, и схватив дубинку, выбежал на улицу.
Неизвестно, по какой причине маньяк прозевал подкрадывающегося милиционера, история сообщает лишь сухие факты — с вершин блаженства он был низвергнут крепким ударом милицейской дубинки по заднице. До приезда патрульной машины арестованного препроводили в помещение, и пристегнули наручниками к батарее. Разумеется, вся комендатура тут же сбежалась на него поглазеть. Онанист смущался и прятал глаза. Столь разительная перемена в поведении маньяка развеселила химичек до последней крайности, послышались выкрики:
— Эй, мужик, а почему ты больше не дрочишь?!
— Давай, мы же все здесь! Чего ты стесняешься?!
— Слушай, там на дереве ты был такой активный, а тут почему-то скромничаешь!
Лицо онаниста стало пунцовым. Прикованный наручниками, он понял, как чувствуют себя звери в клетке. Химички никак не унимались, и вскоре перешли к обсуждению параметров его мужского достоинства, затеяв горячий спор на тему "большой, или маленький"? Притворно скандаля и размахивая руками, половина очевидцев утверждала, что большой, другая половина настойчиво доказывала, что маленький. Вскоре спорщицы сошлись на том, что мужик должен немедленно достать и показать.
— Ну давай уже, доставай, посмотрим, что там у тебя!
— Давай мужик, не обламывайся, тут все свои!
Онанист-надомник жалобным голосом взывал к мужской солидарности милиционера, умоляя прекратить этот концерт, но всё было бесполезно, сержант, в нарушение всех служебных инструкций, ржал как конь вместе с остальными, а химички продолжали надрываться:
— Эй, ты ширинку забыл застегнуть!
— Да у тебя точно маленький, раз ты не хочешь показать!
Короче, вряд ли ещё когда-нибудь хоть один арестованный так радовался приезду милицейского уазика! Стоило ППСникам приоткрыть дверцы, как несчастный юркнул в них с нечеловеческой быстротой, и неподвижно замер в воняющей бомжами спасительной темноте.
В дальнейшем этот случай получил широкую известность, и старожилы рассказывали, что на протяжении многих лет одинокие женщины могли ходить по улицам района, абсолютно ничего не опасаясь.
© strravaganza
В сравнении с тюрьмой, порядки в женской комендатуре царили весьма свободные, и охрана имелась только на дверях — два милиционера, вооружённые одной резиновой дубинкой на двоих. Химичкам запрещалось выходить на улицу, но по помещению они перемещались совершенно свободно. Так что охрана вела себя расслабленно, и химички давно знали всех сотрудников по именам. Снаружи спецкомендатура представляла собой трёхэтажное здание, отличаясь от обычного общежития разве что решётками на окнах первого этажа.
Вот на такой объект и решил покуситься местный онанист-эксгибиционист. С его точки зрения обиталище химичек ничем не отличалось от общаги камвольно-суконного комбината — во всех комнатах женщины, и всего один вход со стороны двора — что ещё нужно для счастья работнику кулачного труда? И вот, тёплым летним вечером, извращенец влез на дерево, чтобы быть поближе к зрителям, приспустил штаны, и отдался своей страсти. Бабы, до этого изнывавшие от скуки, возопили от счастья, и прильнули к окнам.
Население спецкомендатуры, состоявшее из воровок, наркоманок, и другого мелкоуголовного элемента, могло похвастаться чем угодно, кроме скромности, так что выступление яростного онаниста показалось им чрезвычайно забавным. Для пущего веселья отправили гонцов к охране — "Вова! Там у нас в окне мужик дрочит!!". Сержант решил немедленно пресечь нарушение общественного порядка, и схватив дубинку, выбежал на улицу.
Неизвестно, по какой причине маньяк прозевал подкрадывающегося милиционера, история сообщает лишь сухие факты — с вершин блаженства он был низвергнут крепким ударом милицейской дубинки по заднице. До приезда патрульной машины арестованного препроводили в помещение, и пристегнули наручниками к батарее. Разумеется, вся комендатура тут же сбежалась на него поглазеть. Онанист смущался и прятал глаза. Столь разительная перемена в поведении маньяка развеселила химичек до последней крайности, послышались выкрики:
— Эй, мужик, а почему ты больше не дрочишь?!
— Давай, мы же все здесь! Чего ты стесняешься?!
— Слушай, там на дереве ты был такой активный, а тут почему-то скромничаешь!
Лицо онаниста стало пунцовым. Прикованный наручниками, он понял, как чувствуют себя звери в клетке. Химички никак не унимались, и вскоре перешли к обсуждению параметров его мужского достоинства, затеяв горячий спор на тему "большой, или маленький"? Притворно скандаля и размахивая руками, половина очевидцев утверждала, что большой, другая половина настойчиво доказывала, что маленький. Вскоре спорщицы сошлись на том, что мужик должен немедленно достать и показать.
— Ну давай уже, доставай, посмотрим, что там у тебя!
— Давай мужик, не обламывайся, тут все свои!
Онанист-надомник жалобным голосом взывал к мужской солидарности милиционера, умоляя прекратить этот концерт, но всё было бесполезно, сержант, в нарушение всех служебных инструкций, ржал как конь вместе с остальными, а химички продолжали надрываться:
— Эй, ты ширинку забыл застегнуть!
— Да у тебя точно маленький, раз ты не хочешь показать!
Короче, вряд ли ещё когда-нибудь хоть один арестованный так радовался приезду милицейского уазика! Стоило ППСникам приоткрыть дверцы, как несчастный юркнул в них с нечеловеческой быстротой, и неподвижно замер в воняющей бомжами спасительной темноте.
В дальнейшем этот случай получил широкую известность, и старожилы рассказывали, что на протяжении многих лет одинокие женщины могли ходить по улицам района, абсолютно ничего не опасаясь.
© strravaganza
В советские годы его поделили на 2 части. В одной учебка, во второй местное СИЗО. Разделяла их стена метра 3 высотой.
Теперь сам случай. Месяца через 3 после присяги, когда парни уже начали втягиваться в режим службы и физические нагрузки и молодые здоровые организмы вновь начали ощущать острую тягу к женскому полу, невзирая на добавляемый в компот бром. А это учебка. Увольнительных нет. Женщин в персонале тоже нет. Увидеть можно только издалека в окно 3 этажа или при ежевечернем коллективном просмотре программы "Время"
И вот в такой "напряженной" обстановке, как-то выстроил старшина нашу учебную роту на плаца и начал разносить, уж не помню за что. Ходит вдоль строя туда-сюда и рычит. А за его спиной метрах в 10 - забор СИЗО и само здание почти сразу. З этажа, окна все зарешечены, но открыты - август, жара, да и корпус видимо был не строгий. И вот в окно 2 этажа на подоконник вылазит молодая голая зэчка и начинает молча извиваться, принимая различные крайне сексуальные позы, дразня солдатиков.
Реакция почти сотни молоденьких солдат, некоторые из которых, наверное голую бабу никогда и не видели, была мгновенной и одинаковой - у всех "встал"! Не, даже не "встал" а "ВСТАЛ"!!! И ни малейшей внешней реакции кроме этого, дабы не спугнуть оконную диву!
Но самым интересным было наблюдать реакцию старшего прапорщика, когда он заметил странную реакцию строя на его ругань.
Непонимание, на секунду даже испуг!
А потом он отследил направление взглядов, повернулся, и ...
Такой ругани я в жизни больше не слышал, хотя живу уже больше 45 лет.
И вот однажды, тихим летним вечером, сидели девицы у общаги и делали вид что готовились к сессии. А может кто и вправду готовился. И тут из леса, а студгородок был в лесу, выбегает девушка с очень большими глазами и отдышавшись восклицает:
- Там наш маньяк себя удовлетворяет!
- Ну и пусть, он постоянно тут пасётся. Не в курсе что ли?
- Вы не дослушали. Он сам себя ртом удовлетворяет!
- Это как? Гибкий что ли?
- Ага!
И с криком: "Это надо увидеть самому", девицы подрываются в лес дабы насладиться шоу. Весть о гуттаперчивом дядечке мигом разлетелась по студгородку и, долго ещё народ старался его поймать и уговорить показать чдеса порно-акробатики. Только он очень стеснялся и перестал к нам захаживать.
" и неподвижно замер в воняющей бомжами спасительной темноте." А бомжей и в помине не было. Если описываешь якобы историю из какого то исторического периода...поштудируй первоисточники. Да и общаги , где жили " химики" были несколько иными....и назывались " Общежите". Мне пришлось однажды прожить в таком почти месяц. Короче...веселая выдумка не более.
Такой вот кадр в парке жертву поджидал вечерком. Как назло никого. Вдруг смотрит, идёт дама слегка за 40. С двумя авоськами полными. Ну этому хоть такая сойдёт, выскакивает из кустов и пальто распахивает. Тётка устало так взглянула и говорит : "Вот ведь блин, яйца купить забыла..."