3485
4
Древнейшая история
6 млн лет назад на востоке Африки появились двуногие обезьяны — ардипитеки (от афарского «арди» — «основа»). От них произошли не только люди, но и, возможно, шимпанзе, причем разделились эти две эволюционные линии всего 8-5.5 млн. лет назад. Странноватая походка нашего лесного брата - с опорой на костяшки пальцев - выработалась при возвращении от прямохождения к древолазанью. Обратно на деревья ближайшего живого родственника, с которым мы разделяем свыше 95% общих генов, загнали наши прямые предки.
Прямоходящих приматов в истории Земли было много, некоторые из них не имели никакого отношения к предкам человека. Объединяет их, помимо способа передвижения, то, что находили их бренные останки в основном около водоемов – точнее, там, где водоемы располагались при их жизни. Жизнь на берегу очень удобна для обезьяны, если она полюбит воду – современные японские макаки вам это подтвердят. В воде удобно спасаться от хищников, в ней можно охладиться во время летней жары в отсутствие спасительной тени деревьев (а живущим в суровом климате японским макакам – еще и согреться в мороз!). В воде легко находить пищу – от мягких водных растений до всякой съедобной дряни вроде личинок и моллюсков.
А главное – эта экологическая ниша была свободна, когда уменьшение площади лесов вынудило древних обезьян искать себе другие места для жизни. В саванне место было давно и прочно занято предками современных гелад и павианов, а вот плодородные африканские озера пропадали зря.- большинство приматов боится воды (кроме некоторых - бонобо, носач, тот же японский макак). Павианы с большой неохотой переходят воду вброд.
А уже потом, через пару миллионов лет занятий плаванием, облысевшие и устойчиво прямоходящие гоминиды, изрядно подросшие на дарах теплых водоемов и пристрастившиеся к богатой белком животной пище, смогли позволить себе расширить среду обитания и потихоньку двинули в окрестные саванны – бабуины были им уже не конкуренты.
Прямоходящих приматов в истории Земли было много, некоторые из них не имели никакого отношения к предкам человека. Объединяет их, помимо способа передвижения, то, что находили их бренные останки в основном около водоемов – точнее, там, где водоемы располагались при их жизни. Жизнь на берегу очень удобна для обезьяны, если она полюбит воду – современные японские макаки вам это подтвердят. В воде удобно спасаться от хищников, в ней можно охладиться во время летней жары в отсутствие спасительной тени деревьев (а живущим в суровом климате японским макакам – еще и согреться в мороз!). В воде легко находить пищу – от мягких водных растений до всякой съедобной дряни вроде личинок и моллюсков.
А главное – эта экологическая ниша была свободна, когда уменьшение площади лесов вынудило древних обезьян искать себе другие места для жизни. В саванне место было давно и прочно занято предками современных гелад и павианов, а вот плодородные африканские озера пропадали зря.- большинство приматов боится воды (кроме некоторых - бонобо, носач, тот же японский макак). Павианы с большой неохотой переходят воду вброд.
А уже потом, через пару миллионов лет занятий плаванием, облысевшие и устойчиво прямоходящие гоминиды, изрядно подросшие на дарах теплых водоемов и пристрастившиеся к богатой белком животной пище, смогли позволить себе расширить среду обитания и потихоньку двинули в окрестные саванны – бабуины были им уже не конкуренты.
Так появились австралопитеки, наш прямой предок. Он обитал на просторах африканских саванн 4 миллиона лет назад. Это еще не человек – по уровню интеллекта что-то вроде очень сообразительного и агрессивного шимпанзе. Но уже прямоходящий и, по-видимому, как и мы, не сильно волосатый и уверенно плавающий. Рост крупных самцов (а они были значительно крупнее самок) не превышал 150 см, но при этом они, как и нынешние шимпанзе, были в несколько раз сильнее современного взрослого мужчины. По-видимому, они кочевали небольшими группами, состоявшими из самца и нескольких самок в окружении подрастающего молодняка.
Австралопитеки были всеядны, но их физические данные и неумение использовать орудия – они применяли лишь грубые отщепы камней и почти необработанные булыжники-отбойники - не позволяли им вести активную охоту на крупную дичь. В условиях периодического недостатка пищи в сухой сезон австралопитеки вынуждены были включать в свой рацион падаль и останки трапез хищников, отгоняя тех от добычи. Не брезговали они при случае и своими сородичами, когда необходимость искать пищу на обширной территории заставляла австралопитеков постоянно расширять границы своего участка, приводя к кровавым стычкам между соседними группами. В условиях конкуренции с другими группами и борьбы за пищу с хищниками избыточная агрессия была одним из решающих факторов для выживания.
Именно от австралопитеков, три миллиона лет кочевавших по саваннам в поисках падали и защищавших лишь членов своей маленькой семейной группы, нам досталось, помимо всего прочего, любовь к разложившемуся (хотя бы и вследствие термической обработки), а не к сырому, как у нормальных хищников, мясу и отсутствие биологического запретов на убийство особей своего вида и каннибализм, А также стремление осваивать новые территории и умение выживать любой ценой.
Австралопитеки были всеядны, но их физические данные и неумение использовать орудия – они применяли лишь грубые отщепы камней и почти необработанные булыжники-отбойники - не позволяли им вести активную охоту на крупную дичь. В условиях периодического недостатка пищи в сухой сезон австралопитеки вынуждены были включать в свой рацион падаль и останки трапез хищников, отгоняя тех от добычи. Не брезговали они при случае и своими сородичами, когда необходимость искать пищу на обширной территории заставляла австралопитеков постоянно расширять границы своего участка, приводя к кровавым стычкам между соседними группами. В условиях конкуренции с другими группами и борьбы за пищу с хищниками избыточная агрессия была одним из решающих факторов для выживания.
Именно от австралопитеков, три миллиона лет кочевавших по саваннам в поисках падали и защищавших лишь членов своей маленькой семейной группы, нам досталось, помимо всего прочего, любовь к разложившемуся (хотя бы и вследствие термической обработки), а не к сырому, как у нормальных хищников, мясу и отсутствие биологического запретов на убийство особей своего вида и каннибализм, А также стремление осваивать новые территории и умение выживать любой ценой.
В наследство от околоводного образа жизни» людям достался ряд <b>физических особенностей</b>:
- Утрата волосяного покрова. В воде он не нужен – намокает и становится тяжелым и увеличивают гидродинамическое сопротивление, а снаружи – холодит, пока обсыхает (у приматов нет подшерстка, поэтому теплой непромокаемой шкурки, как у выхухоли или бобра, все равно не получилось бы), да к тому же, будучи мокрым, на суше собирает на себя грязь.
- Густые и крепкие волосы на голове. За них мог держаться ребенок в воде – у остальных приматов он путешествует, держась за шерсть матери.
- Повышенное жироотложение, которое согревает важные области тела. Особенно нетипично для приматов обилие подкожного жира у младенцев.
- Большее по сравнению с другими обезьянами количество мышечной массы при относительно меньшей физической силе. Такая большая масса мышц на единицу массы для зверей близкого к человеку веса совершенно не характерна.
При беге у человека работают не более 1/4 части его мышц, при ходьбе и того меньше. А при плавании работает большинство мышц. Кроме того, в воде мышцы не работают друг против друга, как на суше (этим мы также отличаемся от сухопутных животных).
- Способность к апноэ и узкие ноздри. Способность изменять ритм дыхания помогла развитию речи.
- Уменьшение частоты сердечных сокращений воде. Это характерно для морских животных и не характерно для сухопутных - при замедлении сердцебиения уменьшается расход кислорода в крови.
- Очень ловкие, чувствительные пальцы, которые помогали искать в иле съедобное. Как у енота-полоскуна, в отличие от собаки. Для трудовой деятельности (дробить камни) нужна более мощная и примитивная кисть.
- Зачаточные плавательные перепонки у основания пальцев рук. Полноценные сформироваться в процессе эволюции не успели – и к лучшему.
- Самое важное - двуногость. Все обезьяны бродят по мелководью на двух ногах, у наших предков эта особенность превратилась в образ жизни. В итоге двуногое создание оказалось намного лучше приспособленным к бегу, чем четвероногое. Большинство четвероногих млекопитающих легко обгоняют человека на короткой дистанции, но ни один зверь не способен бежать несколько часов кряду, не сбавляя темпа. (Например, зебра полностью выдыхается через 800 м пробега, и африканские охотники загоняют ее до полного изнеможения.).
А уж двуногость позволила освободить руки для манипуляций предметами (камнями, например, удобно разбивать раковины), и в процессе совершенствования этих манипуляций начал развиваться ум – человеческий, заточенный под преобразование окружающего мира.
- Утрата волосяного покрова. В воде он не нужен – намокает и становится тяжелым и увеличивают гидродинамическое сопротивление, а снаружи – холодит, пока обсыхает (у приматов нет подшерстка, поэтому теплой непромокаемой шкурки, как у выхухоли или бобра, все равно не получилось бы), да к тому же, будучи мокрым, на суше собирает на себя грязь.
- Густые и крепкие волосы на голове. За них мог держаться ребенок в воде – у остальных приматов он путешествует, держась за шерсть матери.
- Повышенное жироотложение, которое согревает важные области тела. Особенно нетипично для приматов обилие подкожного жира у младенцев.
- Большее по сравнению с другими обезьянами количество мышечной массы при относительно меньшей физической силе. Такая большая масса мышц на единицу массы для зверей близкого к человеку веса совершенно не характерна.
При беге у человека работают не более 1/4 части его мышц, при ходьбе и того меньше. А при плавании работает большинство мышц. Кроме того, в воде мышцы не работают друг против друга, как на суше (этим мы также отличаемся от сухопутных животных).
- Способность к апноэ и узкие ноздри. Способность изменять ритм дыхания помогла развитию речи.
- Уменьшение частоты сердечных сокращений воде. Это характерно для морских животных и не характерно для сухопутных - при замедлении сердцебиения уменьшается расход кислорода в крови.
- Очень ловкие, чувствительные пальцы, которые помогали искать в иле съедобное. Как у енота-полоскуна, в отличие от собаки. Для трудовой деятельности (дробить камни) нужна более мощная и примитивная кисть.
- Зачаточные плавательные перепонки у основания пальцев рук. Полноценные сформироваться в процессе эволюции не успели – и к лучшему.
- Самое важное - двуногость. Все обезьяны бродят по мелководью на двух ногах, у наших предков эта особенность превратилась в образ жизни. В итоге двуногое создание оказалось намного лучше приспособленным к бегу, чем четвероногое. Большинство четвероногих млекопитающих легко обгоняют человека на короткой дистанции, но ни один зверь не способен бежать несколько часов кряду, не сбавляя темпа. (Например, зебра полностью выдыхается через 800 м пробега, и африканские охотники загоняют ее до полного изнеможения.).
А уж двуногость позволила освободить руки для манипуляций предметами (камнями, например, удобно разбивать раковины), и в процессе совершенствования этих манипуляций начал развиваться ум – человеческий, заточенный под преобразование окружающего мира.
…и психических особенностей:- стремление подойти к воде, дотронуться до нее, искупаться. Бессмысленное по сути своей времяпровождение на пляже является у нас одним из лучших видов отдыха! Большинство людей Земли считают более интересным и красивым ландшафт, в котором есть водоем или берег моря. Еще лучше, если там присутствуют большие отдельно стоящие деревья. Таким человек делает искусственные парки. Это и есть ландшафт Прародины – берега африканскиз рек, озер и морей.
А еще из вышеизложенного следует, что многочисленные реконструкции мохнатых зверовидных австралопитеков и питекантропов – неправильные. Были они гораздо больше похожи на нас (точнее, на негров – учитывая жаркое африканское солнце) - гладкокожие, загорелые и с пышной шевелюрой.
А еще из вышеизложенного следует, что многочисленные реконструкции мохнатых зверовидных австралопитеков и питекантропов – неправильные. Были они гораздо больше похожи на нас (точнее, на негров – учитывая жаркое африканское солнце) - гладкокожие, загорелые и с пышной шевелюрой.
Источник:
Йозеф Гёббельс
Человеку не знающему правду о своём происхождении, можно навязать любую ложь, и даже убедить его, пока он ещё ребёнок в том, что он произошёл от обезьяноподобного существа.
что делает её ненаучной. сиречь – мифом, в который надо просто верить.
к науке эта гипотеза не имеет отношения. это система верований, направленная на насильственную деградацию человека с целью забвения им его божественной природы.
Кто тебе, интеллектуалу, сказал, что человек произошел от современной обезьяны?
"Доказать" он может, яепу. Элементарных вещей не знает, а выпендривается.
Запомни, дебила кусок - хероту про то, что "человек произошел от обезьяны" придумали малообразованные идиоты вроде тебя.
Теория эволюции говорит, что много миллионов лет назад у современного человека и современной обезьяны был общий предок.
Просто одни развивались, и из них получился человек. А другие только верили и фильмы смотрели - и получились обезьяны. Некоторые - даже говорящие, ага.
Что за вздор? А лошадь сколько км. пробежит пока не устанет? А если рысцой? Ну и медведь например. Такого марафонца ещё поискать.
А так, в целом, красиво придумано конечно. Я даже зачитался. Может некоторые факторы, из данной теории, и правда имели место быть?
Предок был примат, часть потомков стала всеми видами обезъян - часть всеми видами прямоходящих - от синантропов через неандертальцев до кроманьонцев.
Во вторых - очень даже могут.
По генному мужскому маркеру (гаплогруппа R1a) мы, украинцы, белорусы, поляки, чеченцы - один этнос.
Но постепенно размежёвываемся, с каждым столетием.
И это вот - за какую то тысячу лет, не за сотню тысяч даже.
Могу посоветовать про этносы почитать у Л. Гумилева. У него очень доходчиво написано.
лет 700 назад были почти однородны.
А сейчас да - похожего мало. Как пример и привёл.
И прошу не путать жареное мясо с тухлым. Разложившейся белок или денатурированный- все таки не одно и тоже.
Теория с водой, конечно, стройная. Но не забудем, что человек родом из тех климатических зон, где в водоемах полно крокодилов. Поэтому шляться даже по мелководью было чревато последствиями. Думаю, что страх к воде мы потеряли намного позже, да и умение плавать не является врожденным. Этому нужно учится. Утенка не нужно этому учить- он родился с этой способностью
Попробуйте кушать жаренную картошку без соли?
Поначалу будет противно и не вкусно. Но потом привыкните. Я пробовал.
Так и тухлятина всякая. Если с детства приучить, то потом будет нравиться. А запах... Швейцарские сыры, знаете ли, тоже не сильно приятны для обоняния.
В свежем виде мясо полярной акулы ядовито из-за высокого содержания мочевины. Тушу акулы свежуют, режут на куски и складывают на 6—8 недель или больше — в зависимости от сезона в контейнеры с гравием и отверстиями в стенках, чтобы соки, насыщенные мочевиной, могли свободно вытекать. Затем мясо достают и, подвесив на специальные крюки, оставляют вялиться на свежем воздухе ещё 2—4 месяца. За это время куски мяса покрываются корочкой, которую необходимо обрезать, чтобы осталась одна внутренняя часть желтоватого цвета, которую и подают к столу.
Меня вот всегда интересовало, почему сторонники "инопланетных" мегалитов, любящих покричать про "лезвие ножа не всунешь!" не учитывают, что вся эта махина под собственным весом, ветрами, дождями и палящим солнцем тысячи лет оседает?
Почему если фигуры в тетрисе накидать по правилам - они встают в единую стену, а если побросать так просто - представляют собой кучу-малу?
Полигональная кладка в том и заключается, что под каждую пустоту есть свой камешек или особая форма соседнего. При обычной кладке камни сопрягаются как попало, что образует дополнительные отверстия, которые обычно замазывались. При оседании все эти отверстия создают дополнительное пространство, поэтому не происходит полного смыкания.
Нобелевку Вам по истории, сопромату и строительству!
Есть что возразить по сути - возражай. А нечего - держи свою иронию при себе.