8006
34
Предлагаю вашему внимаю небольшую подборку по доспехам и оружию. Ленивых предупреждаю сразу буковок не просто много, а очень много. Для эстетов хочу добавить - не вычитано и не проверено.
Но прежде чем говорить дальше об оружии следует заострить внимание на двух смежных темах. Итак одна из них.
Но прежде чем говорить дальше об оружии следует заострить внимание на двух смежных темах. Итак одна из них.
Фехтование зародилось в глубокой древности. В эпоху Древнего и Среднего Царств в Египте было выработано множество стилей индивидуального боя. Воины фараонов умели атаковать врага со щитом и копьем, со щитом и топором или палицей, со щитом и мечом. Фехтование дополнялось приемами борьбы и кулачного боя. Для обучения использовались деревянные муляжи мечей и палиц.
Прогрессу боевых искусств в Египте способствовало не только существование в этой стране профессиональной армии, бойцы которой отвлекались от упражнений с оружием лишь для применения своих знаний на практике. Не последнюю роль играло и то, что египтяне использовали минимум защитного снаряжения и предпочитали сражаться в редком строю. В странах, где вожди выступали на колесницах, а тяжелая пехота — в фаланге, воины не нуждались в сложных навыках индивидуального боя. Наибольшее значение греки придавали умению пользоваться щитом. Копья во времена Гомера продолжали рассматриваться преимущественно как метательное оружие. В случае использования их в ближнем бою ценилась лишь сила удара, поскольку при сильном ударе щит удавалось проткнуть. Крохотный же «меч» применялся лишь для того, чтобы добить уже поверженного противника.
Прогрессу боевых искусств в Египте способствовало не только существование в этой стране профессиональной армии, бойцы которой отвлекались от упражнений с оружием лишь для применения своих знаний на практике. Не последнюю роль играло и то, что египтяне использовали минимум защитного снаряжения и предпочитали сражаться в редком строю. В странах, где вожди выступали на колесницах, а тяжелая пехота — в фаланге, воины не нуждались в сложных навыках индивидуального боя. Наибольшее значение греки придавали умению пользоваться щитом. Копья во времена Гомера продолжали рассматриваться преимущественно как метательное оружие. В случае использования их в ближнем бою ценилась лишь сила удара, поскольку при сильном ударе щит удавалось проткнуть. Крохотный же «меч» применялся лишь для того, чтобы добить уже поверженного противника.
×
О значении, придаваемом искусству владения мечом римлянами, свидетельствует не столько их жадный интерес к гладиаторским боям, сколько то обстоятельство, что наиболее способные гладиаторы отдавались в обучение в дома знатных всадников. Так и не осилив премудрости верховой езды, римские аристократы вынуждены были освоить изощренные приемы пешего боя. В гладиаторских же школах учили лишь особому «сценическому» фехтованию. На арене требовалась зрелищность, а не эффективность приемов.
Только в более поздний «классический» период появление тяжелых щитов вынудило греческих копейщиков перейти к более изощренным приемам. Стараясь поразить противника в лицо, гоплиты делали обманные движения — финты, стремительные выпады и батманы (удары древком по древку с целью отбросить оружие противника).
Рубящие удары, оставляющие обширные, но неглубокие раны, римляне оставляли для Колизея. В бою корд применялся для внезапных разящих выпадов и очень редко для парирования. Вражеские клинки в основном принимались на щит. Всадники и центурионы предпочитали огромным скутумам более удобные в поединке круглые щиты.
Щитом же наносились и удары: верхним краем в горло, нижним — по ногам, а умбоном — в грудь, чтобы выбить противника из равновесия и заставить раскрыться. Как и египтяне, римляне дополняли собственно фехтование приемами рукопашного боя: подсечками, захватами, ударами ногами и головой. Но этим приёмам способствовало то что бой происходил на максимально близкой дистанции.
Щитом же наносились и удары: верхним краем в горло, нижним — по ногам, а умбоном — в грудь, чтобы выбить противника из равновесия и заставить раскрыться. Как и египтяне, римляне дополняли собственно фехтование приемами рукопашного боя: подсечками, захватами, ударами ногами и головой. Но этим приёмам способствовало то что бой происходил на максимально близкой дистанции.
Характерно, что боевые приемы пришедших на руины римской цивилизации варваров первое время имели удивительно много общего с гомеровской «пляской Ареса». Так, по сообщению Сидония Апполинария, «франки Хлодвига метали свои секиры и копья с удивительной силой, владели чрезвычайно искусно щитами и бросались на врага с такой стремительностью, что, казалось, они опережали пущенные ими дротики».
Как и грек-ахеец, франкский воин должен был уметь быстро бегать, метко метать копья и ловко «ворочать щитом». Манера фехтования в это время не отличается особым изяществом. Противники не уклоняются от ударов и не пытаются парировать их, всецело полагаясь на щиты. Благо за время поединка этот элемент снаряжения дозволялось сменить трижды. Попытки увернуться от вражеского клинка в то время почитались пустой потерей времени. Низкое качество стали вынуждало бойцов вкладывать в удары максимальную силу: не только секирой, но и относительно легким мечом невозможно было рубануть «вдруг» — без подготовки. Уклоняющийся воин не мог одновременно заносить меч и просто «пропускал ход».
Как и грек-ахеец, франкский воин должен был уметь быстро бегать, метко метать копья и ловко «ворочать щитом». Манера фехтования в это время не отличается особым изяществом. Противники не уклоняются от ударов и не пытаются парировать их, всецело полагаясь на щиты. Благо за время поединка этот элемент снаряжения дозволялось сменить трижды. Попытки увернуться от вражеского клинка в то время почитались пустой потерей времени. Низкое качество стали вынуждало бойцов вкладывать в удары максимальную силу: не только секирой, но и относительно легким мечом невозможно было рубануть «вдруг» — без подготовки. Уклоняющийся воин не мог одновременно заносить меч и просто «пропускал ход».
Еще более тяжеловесной выглядела схватка между спешенными рыцарями. Жесткие латы, с одной стороны, замедляли движения противников, а с другой — вынуждали их отвешивать друг другу сокрушительные удары. Тем не менее было бы ошибкой считать, что средневековый бой, подобно рубке дров, требовал одной лишь физической мощи. Именно умение ударить внезапно и коварно (например, ниже щита по ногам) оружием, совершенно для этого не подходящим, предполагало наличие большого опыта.
Огромное значение для жителей средневековой Европы имело также конное фехтование — искусство совершенно особое, ничего общего с навыками пешего боя не имеющее. Налетая на противника, всадник имел время нанести только один, зато многократно усиленный сложением скоростей удар. И этот удар требовалось очень точно рассчитать.
Огромное значение для жителей средневековой Европы имело также конное фехтование — искусство совершенно особое, ничего общего с навыками пешего боя не имеющее. Налетая на противника, всадник имел время нанести только один, зато многократно усиленный сложением скоростей удар. И этот удар требовалось очень точно рассчитать.
Конечно же, сказать, что воины средних веков вовсе не умели обходиться без щитов, будет преувеличением. В пылу сражения бойцы нередко намеренно забрасывали щиты за спину, чтобы перехватить двумя руками рукоять меча или секиры. Так скорее можно было изрубить вражеский щит, заставить противника отступить или опрокинуть его мощным ударом.
Средневековые мечи, как и мечи римские, были отлично приспособлены для парирования. Другой вопрос, что рыцари считали защиту мечом нецелесообразной. Несмотря на то, что ближайшая к гарде треть клинка, как правило, не затачивалась, в столкновениях с чужим оружием меч слишком быстро приходил в негодность. Но дело было не только в порче меча. Главное — встретив вражеский выпад щитом, воин автоматически оказывался в удобной позиции для нанесения ответного удара. Парирование же, как и уклонение не позволяло перехватить инициативу. При этом следует помнить, что фехтование прямым мечом совершенно не походило на фехтование рапирой или саблей. Клинок не заносился для каждого удара как у сабли и не удерживался нацеленным для удара вперёд, как у шпаги, а постоянно находился в движении. Воин стремился сохранять инерцию клинка.
Новый импульс развитию искусства индивидуального боя придало спешивание значительной части европейских дворян, возглавивших в конце 15 века команды кораблей, а также появление отрядов стрелков и алебардщиков Сложившаяся в этот период итальянская школа фехтования включала приемы боя с мечом и кулачным щитом — баклером. В отсутствие щита или даги на левую руку набрасывался плащ. Меч по-прежнему рассматривался как оружие преимущественно рубящее, а «чистое» фехтование дополнялось ударами щитом и элементами рукопашного боя.
Неудобство тяжелых доспехов для пешего бойца, а также сомнительный уровень защиты, даваемый баклером, вынудили фехтовальщиков все-таки освоить вольты — приемы уклонения от вражеских атак. Особое значение увертливости бойца придавало и то, что парирование ударов мечом в 15—16 веках продолжало считаться нежелательным.
Неудобство тяжелых доспехов для пешего бойца, а также сомнительный уровень защиты, даваемый баклером, вынудили фехтовальщиков все-таки освоить вольты — приемы уклонения от вражеских атак. Особое значение увертливости бойца придавало и то, что парирование ударов мечом в 15—16 веках продолжало считаться нежелательным.
В это же время в среде ландскнехтов оттачивались приемы фехтования на кордах, отличительной чертой этих приемов была крайняя неразборчивость в средствах. На поле боя нет места длительным поединкам — противника требуется вывести из строя максимально быстро. Захват вражеского клинка ладонью в этой связи считался шагом отчаянным, но допустимым. Качество заточки все еще позволяло — при должном опыте — провести такой прием, не получив серьезной раны.
Развивалось в 15 веке и искусство пешего боя двуручным мечом. Хитрость владения этим оружием заключалась в том, что удары должны были наноситься вращательными движениями в горизонтальной плоскости, либо наискось. Заносить для каждого удара двуручный клинок было долго и тяжело, а в случае промаха при ударе в вертикальной плоскости такой меч неизбежно уходил бы глубоко в землю.
Конечно же, подготовка требовалась также копейщикам и алебардщикам. Кроме ударов верхней и нижней частями древка, они имели в своем распоряжении так называемый «бросок». Атакуя «броском», воин совершал неожиданно далекий выпад, перехватив свое, в общем-то, двуручное оружие одной рукой за нижний конец. Впоследствии «бросок» получил репутацию самого грозного из приемов штыкового боя. Кстати, парируя удары серединой древка, алебардщик, чтобы не лишиться пальцев, также удерживал оружие одной рукой — той, что оказывалась выше точки удара.
В средние века стиль фехтования одним длинным клинком не был и не мог быть известен. Средневековые мечи и сабли просто не годились для ударов «от локтя». Даже для того, чтобы пробить самый легкий доспех или разрубить кости, требовался широкий размах. Но размахиваясь, воин без щита должен был неизбежно раскрыться. Для того, чтобы драться единственным клинком, необходимо очень легкое, преимущественно колющее оружие, которое нетрудно постоянно держать перед собой, нанося и отражая удары. Технические проблемы, связанные с превращением меча в изящную шпагу, были решены в 16 веке, и в 17 столетии сложилась французская школа фехтования. Первая школа, в которой, как это принято ныне, противники становились правым, а не левым плечом друг к другу.
Легкое оружие обладает меньшей пробивной силой. В силу закона сохранения импульса отражать шпагой удары тяжелого палаша может оказаться очень трудно и даже болезненно. Тем не менее клинок наименьшего веса давал бойцу преимущество, так как позволял удерживать инициативу и экономил силы. Последнее было весьма немаловажно. Обычно длительность поединка измерялась секундами, но иногда он мог затянуться и на целую минуту, что соответствует продолжительности боя в современном фехтовании. А минута предельного напряжения физических сил и внимания — это много.
Главной особенностью шпаги является наличие сложной гарды, хорошо защищающей руку, именно эта гарда позволяет без риска для пальцев использовать защиты, основанные на коротких лаконичных движениях. Для сравнения, при фехтовании китайским мечом цзянь, имеющим клинок, аналогичный клинку боевой шпаги, в связи с минимальной гардой для защиты часто используются длинные размашистые движения, которые в европейском фехтовании характерны для полуторных мечей, а не для шпаги. Явное преобладание колющих ударов над всеми прочими объясняется тем, что гражданские шпаги были слишком легки для рубящих ударов, а боевые изначально применялись против противников в доспехах, поразить которых легче всего уколом в уязвимое место.
Шпаги длиной клинка 85 см и весом всего 850 граммов обладали минимальной инерцией и позволяли сразу же переводить парирование в молниеносную контратаку. Тем не менее боевое фехтование даже в исполнении мушкетеров 17 века все еще имело ряд существенных отличий от современного спортивного стиля. В наше время для того, чтобы одержать победу, спортсмену требуется коснуться противника на 0,04 секунды раньше. Уколы нередко следуют один за другим почти мгновенно. Располагая и для атаки, и для обороны всего одной шпагой, фехтовальщик раскрывается в момент нанесения удара. По этой причине в бою воин делал разящий выпад не раньше, чем противник оказывался выведенным из равновесия, а его шпага отбита далеко в сторону. Но и в этом случае, если нанести действительно опасную рану не представлялось возможным, боец вовсе воздерживался от атаки.
Шпаги длиной клинка 85 см и весом всего 850 граммов обладали минимальной инерцией и позволяли сразу же переводить парирование в молниеносную контратаку. Тем не менее боевое фехтование даже в исполнении мушкетеров 17 века все еще имело ряд существенных отличий от современного спортивного стиля. В наше время для того, чтобы одержать победу, спортсмену требуется коснуться противника на 0,04 секунды раньше. Уколы нередко следуют один за другим почти мгновенно. Располагая и для атаки, и для обороны всего одной шпагой, фехтовальщик раскрывается в момент нанесения удара. По этой причине в бою воин делал разящий выпад не раньше, чем противник оказывался выведенным из равновесия, а его шпага отбита далеко в сторону. Но и в этом случае, если нанести действительно опасную рану не представлялось возможным, боец вовсе воздерживался от атаки.
Обычай фехтовальщиков 17—18 веков запрыгивать на столы и занимать более высокую позицию на лестнице связан с тем, что во французской школе удары по ногам считались опасными в первую очередь для тех, кто их наносит. Викинг, рубанув секирой ниже щита, имел все основания ожидать, что враг рухнет, как подкошенный. Римский легионер, вонзая корд противнику в колено, надеялся пересидеть ответный удар за щитом. Но мушкетер, попав шпагой в бедро другому, лишь подвергался риску немедленно получить более опасную рану.
Именна французкая школа породила укороченый гранёный клинок и, постепенно вытеснив все другие школы фехтования, послужила основой для современного спортивного фехтования. Изначально франзцузская шпага имела лезвия и большую длину, но облегчение шпаги сначала за счёт укорочения, а затем и потери лезвий, позволило фехтовать быстрее, чем противник с длинным, но тяжёлым клинком. При этом в эпоху Короля-Солнце, наряду с лёгкими трёхгранными шпагами, всё ещё продолжали существовать и использоваться полуторакилограммовые тяжёлые клинки метровой длины.
Именна французкая школа породила укороченый гранёный клинок и, постепенно вытеснив все другие школы фехтования, послужила основой для современного спортивного фехтования. Изначально франзцузская шпага имела лезвия и большую длину, но облегчение шпаги сначала за счёт укорочения, а затем и потери лезвий, позволило фехтовать быстрее, чем противник с длинным, но тяжёлым клинком. При этом в эпоху Короля-Солнце, наряду с лёгкими трёхгранными шпагами, всё ещё продолжали существовать и использоваться полуторакилограммовые тяжёлые клинки метровой длины.
Но помимо французской школы фехтования, существовали и другие. Так испанская школа, кстати самая первая из европейских школ фехтования пережила соперничество с французской школой, перейдя в филиппинские боевые искусства, где до сих пор широко преподаётся, с той разницей, что в филиппинском варианте вместо шпаги и даги используются мачете и нож. А именно итальянцы первыми создали принцип «убивать остриём, а не лезвием». В этой школе тоже в качестве второго оружия часто использовались кинжал или дага. Но могли использовать как кулачный щит, так и плащ. Характерной особенностью является относительное обилие рубящих и режущих ударов. В качестве вспомогательного оружия часто применялся тяжёлый кавалерийский пистолет (длиной чуть менее метра) с тяжёлым окованным навершием-противовесом, которым, удерживая за ствол, наносили удары, как дубинкой. В Баварии же были популярны шпаги, одновременно являющиеся полуторными мечами, которыми можно нанести тяжёлый рубящий удар двумя руками, подхватив шпагу за «яблоко». В качестве вспомогательного оружия, в баварской школе, были популярны как малый щит-кастет, так и кинжал/дага (dagger).
Начиная с 16 века фехтование в Европе рассматривалось как нечто большее, чем боевое искусство. Потеснив верховую езду, оно стало неотъемлемой частью дворянской культуры. В России в 18—19 веках фехтование не просто преподавалось в университетах и гимназиях. Шпага являлась обязательным атрибутом гражданского и студенческого мундиров.
С практической же точки зрения, к началу 19 века клинковое оружие продолжало сохранять значение только для кавалерии. В связи с этим фехтование на шпагах сначала сменилось фехтованием на саблях, а затем и вовсе перестало играть роль в военной подготовке. Зато уже в 18 веке большое внимание стало уделяться обучению солдат штыковому бою, среди школ которого особым авторитетом стала пользоваться русская. Восходящая к использованию рогатин.
Ссылки по теме:
- Рыцарские шлемы в виде мужских лиц
- Необычные предметы, конфискованные в аэропортах
- Военный музей Витаутаса Великого
- 10 уникальных разработок военного оружия будущего
- Вросшие в деревья предметы мест страшных былых боев
реклама
и так каждый день... оригинальность зашкаливает
Nova Aetas