Нет войне: настоящие уроки афганской операции

Двадцать шесть лет тому назад, тринадцатилетним ленинградским школьником, на кухне нашей коммунальной квартиры я смотрел черно-белый телевизор «Рекорд». В телевизоре был мост, колонна бронетехники с довольными солдатами, а какой-то моложавый и улыбчивый генерал по фамилии Громов рассказывал, что ни одного советского солдата за его спиной не осталось. За его спиной лежал Афганистан, а передо мной тетрадка с домашним заданием по английскому. Ни он, ни я не предполагали, что через четверть века мы станем коллегами-сенаторами, а трактовка войны в большой восточной стране поменяется.
Заметным событием общественной жизни последних дней стало двадцатипятилетие вывода наших войск из Афганистана.
И надо признать, в этом году на передний план вышли тезисы и позиции, которые раньше были где-то в тени. Многие комментаторы заявили, что афганская война была для нас не только справедливой и оправданной, но и вообще совсем не трагедией, как еще недавно было принято считать.
Просто пропустить это обсуждение я посчитал неправильным, потому что слишком многое стоит на кону. Как-то очень быстро стерлись из нашей памяти важнейшие аргументы, которые использовались в оценке афганской войны в предыдущие четверть века.
Их стоит вспомнить, но уже обновив на новом историческом рубеже.
Первое.
Вторжение в Афганистан никак не было связано с жизненно важными интересами СССР. Неслучайно, например, Председатель Совмина СССР Алексей Косыгин и даже начальник Генштаба ВС СССР Николай Агарков были категорически против вторжения. Просто, на мой взгляд, в политической элите Советского государства, которое строилось на постоянной подготовке к большой войне, сложилась критическая масса людей, желающих повоевать любой ценой. Ну а состарившийся Генсек ЦК КПСС Леонид Брежнев был уже в состоянии близком к нирване и последствий драматического решения оценить в полной мере попросту не мог.
Второе.
Афганская война привела к резкому усугублению нашей конфронтации с Западом на ровном месте. Ведь к концу 70-х годов прошлого века в политических кругах западных элит доминировало устойчивое мнение, что советский режим если и не вечен, то, по крайней мере, устойчив на десятилетия вперед, и потому сотрудничество с СССР предпочтительнее какого бы то ни было жесткого столкновения империй. Такие мысли были результатом периода разрядки, давшего свои плоды, а афганская эпопея сломала эту конструкцию. Она способствовала победе на Западе ястребов и новому витку гонки вооружений, которой СССР выдержать не мог.
Третье.
Афганская война сыграла в распаде Советского Союза почти такую же роль, как и резкое падение цен на нефть в середине 80-х. Даже активная часть общества тогда так и не поняла, зачем была нужна эта война. А сама почти десятилетняя военная операция в Афганистане, которая принесла нам 15 тысяч трупов и почти 50 тысяч раненых, показала, насколько коммунистическая власть утрачивает связь с реальностью.
Четвертое, и последнее.
Появился афганский синдром. Возникло целое поколение молодых людей, которым трудно было адаптироваться к мирной жизни, в душах которых война породила огромную деструкцию, когда человек, вернувшийся из черно-белого военного бытия, где с одной стороны свои, а с другой – чужие, так и не смог научиться жить в мире нормальном, цветном. Более того, в этом самом цветном мире само участие в афганском конфликте ставилось не в заслугу, а становилось темным клеймом человеческой биографии.
Не говоря уже об афганском синдроме самого государства – СССР. Я помню, как 15 февраля 1989 года не только генерал армии Громов радовался – все были рады, что наши войска выходят из Афганистана, но было одно «но» – очень мало кто из советских граждан мог ответить самому себе, зачем мы вообще туда входили.
Поэтому теперь, при неизменном уважении к служению наших воинов-интернационалистов, надо прекратить бросаться в крайности. Следует избежать идеализации афганской войны или превращения ее в пример для поведения следующих поколений политиков и военных. Советская афганская эпопея 1979–1989 годов красноречиво свидетельствует: никакая война не может быть увеселительной прогулкой и игрой, это дорога разрушения людей, престолов и эпох.
Ее гораздо легче начать, чем закончить.
Поэтому главный урок войны – нет войне!