1244
9
Фермер Михаил Барейша, основатель хозяйства "Росток плюс", рассказал как обманывают покупателей в магазинах и что нужно сделать, чтобы Беларусь сама обеспечивала себя яблоками.
Захожу в магазин торговой сети "Соседи", чтобы купить яблок. На прилавке фрукты из разных стран. Самые доступные по цене – из Польши и Беларуси. Килограмм польских яблок дороже белорусских всего на 550 рублей, но внешний вид их не сравнить с помятыми отечественными фруктами.
Захожу в магазин торговой сети "Соседи", чтобы купить яблок. На прилавке фрукты из разных стран. Самые доступные по цене – из Польши и Беларуси. Килограмм польских яблок дороже белорусских всего на 550 рублей, но внешний вид их не сравнить с помятыми отечественными фруктами.
Между тем Александр Лукашенко, посещая Гродненскую область, заявил: "Мы должны уйти от импорта яблок, плодов вообще. Это мы можем производить сами".
Чтобы разобраться, может ли страна сама обеспечивать себя качественными яблоками, корреспондент отправился в деревню Озеро Узденского района к руководителю фермерского хозяйства "Росток плюс" Михаилу Барейше.
Чтобы разобраться, может ли страна сама обеспечивать себя качественными яблоками, корреспондент отправился в деревню Озеро Узденского района к руководителю фермерского хозяйства "Росток плюс" Михаилу Барейше.
×
– Михаил Владимирович, почему импортные польские яблоки, лежащие на прилавках наших магазинов, красивее и всего лишь чуть-чуть дороже белорусских?
– А вы уверены, что это польские яблоки, а не белорусские? Зачастую это всего лишь польская этикетка.
– Зачем на белорусские яблоки клеить польскую этикетку?!
– Когда на белорусском яблоке польская этикетка, на него можно сделать большую торговую наценку. Такое с нашей продукцией встречается сплошь и рядом. Это делает торговля. Властным структурам хочется, чтобы торговая наценка и цена на белорусское яблоко были ниже.
Вот наши яблоки сорта "Ред Фри" – того же сорта, что поставляют из Польши.
И как отличить: в Беларуси они выращены или в Польше? Я вам скажу, что их не отличишь. На самые захудалые яблоки можно повесить белорусскую этикетку, а на самые красивые – польскую. Это делается сплошь и рядом.
– А вы уверены, что это польские яблоки, а не белорусские? Зачастую это всего лишь польская этикетка.
– Зачем на белорусские яблоки клеить польскую этикетку?!
– Когда на белорусском яблоке польская этикетка, на него можно сделать большую торговую наценку. Такое с нашей продукцией встречается сплошь и рядом. Это делает торговля. Властным структурам хочется, чтобы торговая наценка и цена на белорусское яблоко были ниже.
Вот наши яблоки сорта "Ред Фри" – того же сорта, что поставляют из Польши.
И как отличить: в Беларуси они выращены или в Польше? Я вам скажу, что их не отличишь. На самые захудалые яблоки можно повесить белорусскую этикетку, а на самые красивые – польскую. Это делается сплошь и рядом.
– Куда попадает выращенное в вашем хозяйстве яблоко?
– За редким исключением попадает на стол белорусу. У нас бывают залетные российские предприниматели, но это случается нерегулярно и нечасто. В основном мы продаем яблоки напрямую в Минск в торговые сети. В "Азарэнне", "Парничок", магазин "Бульбачка" на улице Сурганова.
– Сколько стоят ваши яблоки?
– Сегодня в зависимости от сорта и качества мы продаем магазинам килограмм за сумму от 4 до 7 тысяч рублей. "Ред Фри" продаем за 8 тысяч рублей. Грушу – от 10 до 13 тысяч. Итоговую цену я не знаю.
– Расскажите, пожалуйста, о своем хозяйстве. Что в него входит?
– На сегодня у нас 57 гектаров сельхозземель, из них 40 га – под садами. Около 6 га – питомники и маточники. Остальные земли не пригодны для садов и питомников и используются для выращивания овощей.
Кроме нас с женой, в хозяйстве работают еще 7 человек. На сбор яблок приглашаем сезонных работников. Техники, в принципе, хватает, есть трактора, автомобили.
– За редким исключением попадает на стол белорусу. У нас бывают залетные российские предприниматели, но это случается нерегулярно и нечасто. В основном мы продаем яблоки напрямую в Минск в торговые сети. В "Азарэнне", "Парничок", магазин "Бульбачка" на улице Сурганова.
– Сколько стоят ваши яблоки?
– Сегодня в зависимости от сорта и качества мы продаем магазинам килограмм за сумму от 4 до 7 тысяч рублей. "Ред Фри" продаем за 8 тысяч рублей. Грушу – от 10 до 13 тысяч. Итоговую цену я не знаю.
– Расскажите, пожалуйста, о своем хозяйстве. Что в него входит?
– На сегодня у нас 57 гектаров сельхозземель, из них 40 га – под садами. Около 6 га – питомники и маточники. Остальные земли не пригодны для садов и питомников и используются для выращивания овощей.
Кроме нас с женой, в хозяйстве работают еще 7 человек. На сбор яблок приглашаем сезонных работников. Техники, в принципе, хватает, есть трактора, автомобили.
– Вы изучали опыт выращивания яблок в Германии, Голландии, Польше. Чем отличается роль государства в этом вопросе в западных странах и у нас?
– Вы, наверное, слышали, что у нас действует государственная программа по развитию садоводства. Первая окончилась в 2010 году, вторая завершится в 2015-м. Не знаю, будет ли она продлеваться.
В западных странах, странах Балтии на участие в государственной программе может претендовать любой человек. При вхождении в программу государство возвращает фермеру часть затрат: на покупку саженцев или обустройство хранилищ.
У нас по-другому. Первое отличие: садоводство субсидируется, то есть государство полностью (а не частично) оплачивает затраты.
Второе – отбор в государственную программу субъективен. Чиновники решают, включить ваше хозяйство для участия в ней или нет. Зачастую в программу не попадают те хозяйства, фермеры, предприятия, у которых есть предпосылки для развития садоводства, есть опыт, есть необходимая техника. И попадают те предприятия (государственные и частные), которым и сад-то не нужен, и техники у них нет, а главное - нет людей, которые могли бы развивать садоводство.
– Вы, наверное, слышали, что у нас действует государственная программа по развитию садоводства. Первая окончилась в 2010 году, вторая завершится в 2015-м. Не знаю, будет ли она продлеваться.
В западных странах, странах Балтии на участие в государственной программе может претендовать любой человек. При вхождении в программу государство возвращает фермеру часть затрат: на покупку саженцев или обустройство хранилищ.
У нас по-другому. Первое отличие: садоводство субсидируется, то есть государство полностью (а не частично) оплачивает затраты.
Второе – отбор в государственную программу субъективен. Чиновники решают, включить ваше хозяйство для участия в ней или нет. Зачастую в программу не попадают те хозяйства, фермеры, предприятия, у которых есть предпосылки для развития садоводства, есть опыт, есть необходимая техника. И попадают те предприятия (государственные и частные), которым и сад-то не нужен, и техники у них нет, а главное - нет людей, которые могли бы развивать садоводство.
– Если бы государство более умело выбирало адресатов субсидий, то садоводство развивалось бы в стране успешнее?
– Я думаю, что субсидии – это халява. А халява никогда не ценится. Кроме того, это не рыночный принцип. Думаю, правильнее было бы удешевлять саженец, строительство хранилищ, более интенсивно использовать лизинг садоводческой техники. Тогда бы в садоводство пришли не те, кому субсидии дали по разнарядке, а те, кто умеет, хочет и знает, как развивать садоводство.
А то получает предприятие субсидии при одном руководителе, а приходит другой, которому садоводство не нужно, и сад загибается.
Что я подразумеваю под словами "удешевлять" саженец? То, что во многих странах государство, к примеру, возвращает фермерам половину стоимости саженца. И я подчеркиваю: всем, а не избранным. Фермер, получая помощь от государства, вкладывает и свои деньги. А за свои деньги, если они пропадают, людям становится больно.
Может быть, мое мнение ошибочно, но я считаю, что схемы, принятые на Западе, более эффективны.
– Вы включены в государственную программу?
– Уже нет. По той причине, что у нас 40 гектаров сада, а критерий для участия в ней составлял 50 га. Хотя я участвовал в первой программе. Видимо, потому, что мы могли выращивать саженцы плодовых культур, которые тогда были в дефиците.
– Что дало вам участие в программе?
– Субсидий я не получал. Но я получил возможность взять маленькие беспроцентные кредиты, которые в течение трех лет добросовестно вернул. Но, к сожалению, эти кредиты составляли всего лишь 2-3% тех затрат, которые я понес, создавая питомники и сады.
– Я думаю, что субсидии – это халява. А халява никогда не ценится. Кроме того, это не рыночный принцип. Думаю, правильнее было бы удешевлять саженец, строительство хранилищ, более интенсивно использовать лизинг садоводческой техники. Тогда бы в садоводство пришли не те, кому субсидии дали по разнарядке, а те, кто умеет, хочет и знает, как развивать садоводство.
А то получает предприятие субсидии при одном руководителе, а приходит другой, которому садоводство не нужно, и сад загибается.
Что я подразумеваю под словами "удешевлять" саженец? То, что во многих странах государство, к примеру, возвращает фермерам половину стоимости саженца. И я подчеркиваю: всем, а не избранным. Фермер, получая помощь от государства, вкладывает и свои деньги. А за свои деньги, если они пропадают, людям становится больно.
Может быть, мое мнение ошибочно, но я считаю, что схемы, принятые на Западе, более эффективны.
– Вы включены в государственную программу?
– Уже нет. По той причине, что у нас 40 гектаров сада, а критерий для участия в ней составлял 50 га. Хотя я участвовал в первой программе. Видимо, потому, что мы могли выращивать саженцы плодовых культур, которые тогда были в дефиците.
– Что дало вам участие в программе?
– Субсидий я не получал. Но я получил возможность взять маленькие беспроцентные кредиты, которые в течение трех лет добросовестно вернул. Но, к сожалению, эти кредиты составляли всего лишь 2-3% тех затрат, которые я понес, создавая питомники и сады.
– Про роль государства мы поговорили, теперь о технологиях. Какую урожайность яблок получают в западных странах и у нас?
– Как правило, лучшие наши хозяйства получают 30 тонн с гектара. Лучшие. У них средние хозяйства получают 60-70 тонн.
– Это связано с климатическими условиями?
– Возможно, но не думаю, что это существенный фактор. Польские хозяйства, граничащие с Гродненской и Брестской областями, находятся с нами в одинаковых условиях.
– Чем технология выращивания яблок в западных странах отличается от нашей?
– Сады у них по размеру меньше: в основном до 30 га. Больших садов, как правило, нет. Поэтому можно ухаживать практически за каждым деревом.
Еще одно отличие: у них сады более плотные. На единицу площади идет гораздо больше затрат и, соответственно, на единицу площади получается урожайность в разы большая, чем у нас. И яблоко зачастую лучшего качества. В западных странах применяют больше средств защиты растений, подкормок, удобрений, стимуляторов и т. д.
Кроме того, у них есть сортировочно-калибровочные пункты, которые обеспечивают хорошую сортировку. Яблоко зачастую парафинируют, и под слоем парафинообразных веществ оно не высыхает, не теряет вида и хранится дольше.
Но неправдой будет сказать, что белорусские садоводы ничего не знают и не умеют. За время работы программы по развитию садоводства появилось очень много специалистов и энтузиастов, которые могут работать с садами, которые ездят за опытом за рубеж. Работает ассоциация "Белсадпитомник", которая позволяет людям учиться.
– Как правило, лучшие наши хозяйства получают 30 тонн с гектара. Лучшие. У них средние хозяйства получают 60-70 тонн.
– Это связано с климатическими условиями?
– Возможно, но не думаю, что это существенный фактор. Польские хозяйства, граничащие с Гродненской и Брестской областями, находятся с нами в одинаковых условиях.
– Чем технология выращивания яблок в западных странах отличается от нашей?
– Сады у них по размеру меньше: в основном до 30 га. Больших садов, как правило, нет. Поэтому можно ухаживать практически за каждым деревом.
Еще одно отличие: у них сады более плотные. На единицу площади идет гораздо больше затрат и, соответственно, на единицу площади получается урожайность в разы большая, чем у нас. И яблоко зачастую лучшего качества. В западных странах применяют больше средств защиты растений, подкормок, удобрений, стимуляторов и т. д.
Кроме того, у них есть сортировочно-калибровочные пункты, которые обеспечивают хорошую сортировку. Яблоко зачастую парафинируют, и под слоем парафинообразных веществ оно не высыхает, не теряет вида и хранится дольше.
Но неправдой будет сказать, что белорусские садоводы ничего не знают и не умеют. За время работы программы по развитию садоводства появилось очень много специалистов и энтузиастов, которые могут работать с садами, которые ездят за опытом за рубеж. Работает ассоциация "Белсадпитомник", которая позволяет людям учиться.
– Глава Гродненской области Владимир Кравцов сказал президенту, что у нас единственной проблемой при производстве яблок является недостаток хранилищ. Что вы скажите по этому поводу?
– Для меня это больной вопрос. Потенциальная урожайность наших с дочерью участков составляет 2000 тонн. А хранилище у меня на 400 тонн. В настоящее время можно взять на строительство кредит под 35%, но это будет для меня самоубийством. Развиваю я свое хозяйство исключительно за счет собственной прибыли. Так что в ближайшей перспективе я не вижу для себя возможности строить хранилище.
Пока с горем пополам выкручиваемся. Как я сказал, 400 тонн мы можем хранить. В какой-то мере можем хранить часть яблок до нового года в ангарах. Но со временем выкручиваться будет сложнее. Деревья становятся старше и приносят больше плодов.
– Михаил Владимирович, вы почти 20 лет занимаетесь яблоками. Это вообще прибыльное дело? Заработали вы на этом?
– Сказать, что это суперприбыльное дело, нельзя. Но поскольку хозяйство существует, приобретает технику, обустраивается, то значит, дело прибыльное.
В то же время я не представляю себе поездку в отпуск на Канары. Все, что зарабатывается, сразу же вкладывается. К сожалению, производство у нас сезонное. Прибыль получаем в конце года. А удобрения и средства защиты мы покупаем, в лучшем случае, в марте. То есть инфляция постоянно съедает значительную часть нашей прибыли.
Инфляция для нас очень губительна. Это сдерживает развитие хозяйства. К тому же она подстегивает банковский процент по кредиту.
У меня гостил немецкий фермер Йозеф Шнайдер. Он сказал: "Михаил, у тебя все хорошо, пойди к своему банкиру и скажи: если дашь мне деньги, то мой оборот через два года удвоится и будет расти сумасшедшими темпами. И у тебя в банке будут деньги". Мне оставалось только улыбаться.
– Для меня это больной вопрос. Потенциальная урожайность наших с дочерью участков составляет 2000 тонн. А хранилище у меня на 400 тонн. В настоящее время можно взять на строительство кредит под 35%, но это будет для меня самоубийством. Развиваю я свое хозяйство исключительно за счет собственной прибыли. Так что в ближайшей перспективе я не вижу для себя возможности строить хранилище.
Пока с горем пополам выкручиваемся. Как я сказал, 400 тонн мы можем хранить. В какой-то мере можем хранить часть яблок до нового года в ангарах. Но со временем выкручиваться будет сложнее. Деревья становятся старше и приносят больше плодов.
– Михаил Владимирович, вы почти 20 лет занимаетесь яблоками. Это вообще прибыльное дело? Заработали вы на этом?
– Сказать, что это суперприбыльное дело, нельзя. Но поскольку хозяйство существует, приобретает технику, обустраивается, то значит, дело прибыльное.
В то же время я не представляю себе поездку в отпуск на Канары. Все, что зарабатывается, сразу же вкладывается. К сожалению, производство у нас сезонное. Прибыль получаем в конце года. А удобрения и средства защиты мы покупаем, в лучшем случае, в марте. То есть инфляция постоянно съедает значительную часть нашей прибыли.
Инфляция для нас очень губительна. Это сдерживает развитие хозяйства. К тому же она подстегивает банковский процент по кредиту.
У меня гостил немецкий фермер Йозеф Шнайдер. Он сказал: "Михаил, у тебя все хорошо, пойди к своему банкиру и скажи: если дашь мне деньги, то мой оборот через два года удвоится и будет расти сумасшедшими темпами. И у тебя в банке будут деньги". Мне оставалось только улыбаться.
Источник:
Ссылки по теме:
- Страшно)
- Квест по мотивам "Пилы"
- Как белорусам обеспечивают сладкую жизнь
- День памяти погибших мотоциклистов в Минске
- Солигорские горы. Космические пейзажи Беларуси.
Фуууу - перепродавателям!