31394
45
1
Со слов автора: до недавнего времени я считал Филадельфию этаким милым и приятным американским городочком. Но заехав в его северную часть, я понял, что мои представления о городе были в корне не верны. Точнее Филадельфия по прежнему мила и уютна, но, как оказалось, далеко не везде. Местами она настолько сурова, что не хочется лишний раз выходить из машины и даже сидя внутри чувствуешь себя не очень комфортно.
Пейзажи вокруг больше напоминают о конце света, чем о светлом будущем, а если вдруг приходится куда-то там пойти, то каждая прогулка заканчивается встречей с агрессивным муд@ком. Оказалось, что в Филадельфии есть такие районы, каких уже не осталось в Нью-Йорке и которые в интернете описываются такими словами, как гетто и трущобы.
Я обошел пешком и объехал практически весь Нью-Йорк. Был в самых злачных и криминальных его уголках и нигде не встречал ничего подобного. Увиденное стало для меня большим сюрпризом. Мы с Бадиковым решили поехать по уже проложенному мной однажды маршруту: посмотреть списанные корабли ВМС США на военно-морской верфи, глянуть умирающую гордость Америки - трансатлантический лайнер Юнайтед Стейтс, съесть по филли-чиз-стейку и прогуляться по заброшенно-музейной Восточной исправительной тюрьме. Но к тюрьме мы подъехали за полчаса до закрытия и стало ясно, что туда мы уже не успеваем. И тогда мы решили просто покататься по городу, поехав на север. И вот тут началось.
Я обошел пешком и объехал практически весь Нью-Йорк. Был в самых злачных и криминальных его уголках и нигде не встречал ничего подобного. Увиденное стало для меня большим сюрпризом. Мы с Бадиковым решили поехать по уже проложенному мной однажды маршруту: посмотреть списанные корабли ВМС США на военно-морской верфи, глянуть умирающую гордость Америки - трансатлантический лайнер Юнайтед Стейтс, съесть по филли-чиз-стейку и прогуляться по заброшенно-музейной Восточной исправительной тюрьме. Но к тюрьме мы подъехали за полчаса до закрытия и стало ясно, что туда мы уже не успеваем. И тогда мы решили просто покататься по городу, поехав на север. И вот тут началось.
Очень символическая для Северной Филадельфии фотография: жизнеутверждающий рисунок с черным на стене - символ современной Филадельфии (подобных рисунков здесь очень много) и заброшенное здание роскошного отеля - символ города, которого уже нет.
Ну обо всем по порядку. Первое, что нам попалось, было красивейшее здание "Лоррэйн-апартментс", построенное в 1894 году по образцу нью-йоркской Дакоты. Оно было первым высотным зданием в городе и одним из самых роскошных в то время. В 1900 оно было выкуплено и переоборудовано в шикарный отель. Это место на гуглокарте.
В 1948 голу здание было продано преподобному отцу Дивайну, лидеру религиозного движения Юниверсал-Пис-Мишн, который сделал "Дивайн-Лоррэйн-отель" первым в Америке десегрегированным отелем. Там были рады людям с любым цветом кожи и любым вероисповеданием, но проживающие должны были следовать правилам принятым в релиигиозном движении. Нельзя было курить, употреблять алкоголь и сквернословить. Постояльцы должны были вести себя благопристойно, а мужчины и женщины размещались на разных этажах. Женщинам живущим в отеле не разрешалось носить штаны - только юбки.
В 1948 голу здание было продано преподобному отцу Дивайну, лидеру религиозного движения Юниверсал-Пис-Мишн, который сделал "Дивайн-Лоррэйн-отель" первым в Америке десегрегированным отелем. Там были рады людям с любым цветом кожи и любым вероисповеданием, но проживающие должны были следовать правилам принятым в релиигиозном движении. Нельзя было курить, употреблять алкоголь и сквернословить. Постояльцы должны были вести себя благопристойно, а мужчины и женщины размещались на разных этажах. Женщинам живущим в отеле не разрешалось носить штаны - только юбки.
Уже в наше время после череды продаж здание было заброшено. Тем не менее, в 2002 году его внесли в Национальный регистр исторических мест.
Как вы понимаете, всю его историю я узнал позже. Тогда же мы просто прифигели ото того, какая красота стоит заброшенной.
В 1906 году Альфред Бурк, президент и владелец Бурк-бразерс - крупнейшей в мире компании, которая занималась производством шевро (мягкой кожи хромового дубления, выделанной из шкур коз, которая шла на пошив галантерейных изделий, сумок, портмоне и модельной обуви) построил для себя и своей семьи роскошный трехэтажный особняк в стиле итальянского ренесаннса. 27 спален, семь ванных комнат, конюшни и гараж с квартирой для садовника. Архитектору было велено не экономить деньги, а строить так, чтобы дом простоял тысячу лет. Он и стоит.
Здание фабрики по производству замши братьев Дрюдинг. Построено в период промышленного расцвета и тоже заброшено.
И этим домам, можно сказать, еще повезло. Множество зданий Филадельфии, от роскошных особняков до фабричных корпусов, просто не дожили до наших дней.
И это при том, что очень много домов было просто снесено. В рамках компании по борьбе с преступностью, любое здание не имевшее владельца сравнивали землей. Теперь об этом напоминают лишь заросшие травой пустые улицы.
Кое-где зачистка проведена не до конца или не проведена вообще, и тогда рядом с жилыми домами стоят заброшенные и пустые здания.
Иногда складывается такое ощущение, что в стране третьего мира и совсем недавно тут была война.
Для того, чтобы понять, почему так произошло, надо немного пробежаться по истории этих мест. С середины 19-го века и на протяжении почти 100 лет, Филадельфия являлась крупным промышленным центром Восточного побережья США. Вместе с ростом промышленного производства рос и сам город. В северной часть Филадельфии, на территории, что находится дальше от центра и ближе к железнодорожным веткам, строили многочисленные индустриальные комплексы. Кварталы по соседству с заводами и фабриками застраивали бесконечными рядами одинаковых небольших домиков в которых жили многочисленные рабочие и их семьи. В основном это были выходцы из Ирландии, Германии и Италии. Ту часть Северной Филадельфии, что расположена ближе к центру города, заселяли представители среднего класса, богатые торговцы, промышленники и прочие nouveau riche, сколотившее свое состояние на индустриальном буме и экономическом подъеме. К 20-м годам прошлого века этот район был наполнен роскошными особняками, изысканными ресторанами, дорогими магазинами и комфортабельными отелями.
Праздник продолжался ровно до тех пор, пока росла экономика. Первым серьезным испытанием стала Великая депрессия, в результате которой многие производства в Северной Филадельфии закрылись. За ней последовали и другие кризисы, каждый из которых обострял главную проблему района - огромную зависимость от образовавших их заводов и фабрик. Как только в экономике начинались проблемы, это тут же отражалось на благосостоянии огромного числа жителей рабочих кварталов. При этом возможности найти другую работу у большинства из них просто не было. Работающих производств становилось все меньше, плотность населения оставалась по прежнему высока, а рынок труда был переполнен свободными руками. Единственным выходом была трудовая миграция в другие регионы. На место уехавших ирландцев и итальянцев начали приезжать пуэрториканцы и черные. В результате, в середине 20-го века перед жителями этих районов встала еще одна проблема, на этот раз расовая.
Для того, чтобы понять, почему так произошло, надо немного пробежаться по истории этих мест. С середины 19-го века и на протяжении почти 100 лет, Филадельфия являлась крупным промышленным центром Восточного побережья США. Вместе с ростом промышленного производства рос и сам город. В северной часть Филадельфии, на территории, что находится дальше от центра и ближе к железнодорожным веткам, строили многочисленные индустриальные комплексы. Кварталы по соседству с заводами и фабриками застраивали бесконечными рядами одинаковых небольших домиков в которых жили многочисленные рабочие и их семьи. В основном это были выходцы из Ирландии, Германии и Италии. Ту часть Северной Филадельфии, что расположена ближе к центру города, заселяли представители среднего класса, богатые торговцы, промышленники и прочие nouveau riche, сколотившее свое состояние на индустриальном буме и экономическом подъеме. К 20-м годам прошлого века этот район был наполнен роскошными особняками, изысканными ресторанами, дорогими магазинами и комфортабельными отелями.
Праздник продолжался ровно до тех пор, пока росла экономика. Первым серьезным испытанием стала Великая депрессия, в результате которой многие производства в Северной Филадельфии закрылись. За ней последовали и другие кризисы, каждый из которых обострял главную проблему района - огромную зависимость от образовавших их заводов и фабрик. Как только в экономике начинались проблемы, это тут же отражалось на благосостоянии огромного числа жителей рабочих кварталов. При этом возможности найти другую работу у большинства из них просто не было. Работающих производств становилось все меньше, плотность населения оставалась по прежнему высока, а рынок труда был переполнен свободными руками. Единственным выходом была трудовая миграция в другие регионы. На место уехавших ирландцев и итальянцев начали приезжать пуэрториканцы и черные. В результате, в середине 20-го века перед жителями этих районов встала еще одна проблема, на этот раз расовая.
Строительство автодорог привело к активной миграции белого населения в более комфортные для жилья пригороды, стоимость недвижимости начала падать и в подешевевшие дома стали заезжать те, кто раньше не мог себе этого позволить. И чем больше черных переезжало жить в эти районы, тем больше белых старалось их покинуть. Черные бунты 60-х и десегрегация общественных школ лишь ускорили этот процесс. Тут в дело снова вмешалась экономика и очередной кризис, в результате которого образовались огромные кварталы заполненные пустыми домами и населенные людьми не имевшими работы, а следовательно не платившими налогов. Это привело к бюджетному кризису за которым последовал развал городской инфраструктуры и рост уровня криминала.
В период с 1950 по 2000 год город потерял 554 055 жителей или 26.7% населения. В основном это были белые, уехавшие в пригороды к большим домам и просторным лужайкам. И уехали они в основном из северной части города.
Сегодня Северная Филадельфия переживает далеко не лучшие годы в своей истории, но далеко и не худшие. Ожила какая-то промышленность, начал работать малый бизнес. Мусора на улицах гораздо меньше, многие пустующие дома снесены, а те, что остались, огорожены и надежно замурованы. В результате уровень криминала начал потихоньку снижаться и многие кварталы подверглись джентрификации. Уже все не так страшно, не так плохо и даже есть надежда. Но все равно, все это хорошо относительно того, что было раньше. Если сравнить Филадельфию с тем же Нью-Йорком (где было все тоже самое), то там по прежнему кошмар и ужас.
Школа. Такое ощущение, что строили ее те же люди, что занимаются строительством тюрем. Я так и не смог понять - заброшена она или нет.
Сегодняшний состав жителей Северной Филадельфии следующий: 49.8% населения имеют черный цвет кожи, 30% испаноговорящие (они бывают и черные и белые, но всегда выделяются в отдельную группу) и лишь 10.1% составляет белые.
Главной проблемой района по прежнему является высочайший уровень преступности. Это самая криминальная часть Филадельфии. При этом большинство преступлений так или иначе связаны с наркотиками.
На улицах Северной Филадельфии я впервые за годы прожитые в Америке почувство себя очень не уютно. Примерно так же как когда-то в детстве, гуляя в спальных районах родного Питера - зашел не в тот двор, нарвался на гопников и если вовремя не сбежал, то получил по кумполу. Тут был один сплошной "не тот двор", только в нем еще и могут пристрелить просто за то, что ты не так и не туда посмотрел. Народ на улицах очень агрессивный и его довольно много. На тебя постоянно все пялются. Почти на каждом крыльце сидит группа местных жителей и провожает взглядом каждую проезжающую мимо машину. Понятно, что в черном районе, где прямо на перекрестках не стесняясь толкают наркоту, два белых мужика не вызовут никаких других ассоциации, кроме как "файв-о".
Если на улицах жилых районов неспокойно, но, хотя бы, относительно чисто, то в промзоне мусор валяется прямо на проезжей части.
Вот чего мало, так это брошенных и раздербаненных машин. То ли власти их быстро увозят, то ли местные сдают на металлолом.
Район просто идеален для гламурных фотографов. Такая натура! Главное уметь быстро свалить, если что.
Здание Национального банка Северной Филадельфии, так же известное, как Беери-билдинг. Построено в 1926 году. В 1985 внесено в Национальный регистр исторических мест.
Несмотря на то, что там довольно оживленный торговый район и куча народу, до меня два раза докопались местные жители. Монолог с их стороны был примерно такой: Ты что за хрен? Йо! Чо тут ошиваешься? Чо фотографируешь? Я тебя спрсил! Давай вали отсюда! Йо! Все было обильно приправлено словом "фак!". Я сделал то, что и стоит делать в таких ситуациях - не обращал на них никакого внимания и в диалог не вступал.
Несмотря на то, что там довольно оживленный торговый район и куча народу, до меня два раза докопались местные жители. Монолог с их стороны был примерно такой: Ты что за хрен? Йо! Чо тут ошиваешься? Чо фотографируешь? Я тебя спрсил! Давай вали отсюда! Йо! Все было обильно приправлено словом "фак!". Я сделал то, что и стоит делать в таких ситуациях - не обращал на них никакого внимания и в диалог не вступал.
Предлагал Бадикову прогуляться по улочке, что на фото выше (гуглокарта), но он меня отговорил. И правильно сделал. Поиск показал, что это одно из самых криминальных мест в городе. По данным 2013 года рейтинг насильственных преступлений в том районе равен 49,6 на 1000 жителей. Что бы вы понимали, район считается безопасным при рейтинге от 0 до 10 (в среднем где-то 5-8) и очень опасным при рейтинге больше 40. В Детройте есть район, где этот показатель равен 149.48.
Филадельфийские пожарные собирают пожертвования на перекрестке. Думал денег у них не хватает, но оказалось, что собирают в фонд помощи больным Миопатией (мускульная дистрофия).
Ну и совсем небольшое видео на закуску. В какой-то момент мы так перенасытились этим районом, что на съемки нормального видео сил не осталось.
Понимаю, что мой рассказ может показаться однобоким, что там все не так и Северная Филадельфия лучшее место на земле. Я не знаю. Пишу лишь о том, что увидел за пару часов, пока мы там катались. Но для того, чтобы сделать выводы мне хватило и этого. Пока Северная Филадельфия самое мрачное и злачное место, что я посещал в Америке. Надо будет туда еще вернуться.
Понимаю, что мой рассказ может показаться однобоким, что там все не так и Северная Филадельфия лучшее место на земле. Я не знаю. Пишу лишь о том, что увидел за пару часов, пока мы там катались. Но для того, чтобы сделать выводы мне хватило и этого. Пока Северная Филадельфия самое мрачное и злачное место, что я посещал в Америке. Надо будет туда еще вернуться.
Источник:
Ссылки по теме:
- Тем временем в Америке
- "Голосу Америки" не продлен контракт на вещание в Москве
- Нет ничего невозможного
- Homo Photographicus
- Интересные факты со всего мира
