11605
43
Нашему сегодняшнему герою всего 24, но он уже успел попробовать многое. Работал в Минске и в Москве, имел свой бизнес, гнался за деньгами и понял бессмысленность этой гонки, поменяв шумный мегаполис на тихую глубинку. О том, как жить не по стереотипу,далее в этом посте.
Сначала предыстория. Семья Романа Мельниченко переехала в Беларусь из Калининграда. Жили в Глубоком. В 16 лет парень бросил школу и в поисках себя отправился в Минск. В столице организовал рекламное агентство, предлагая клиентам новаторскую услугу по размещению рекламы в лифтах. Но и это дело вскоре показалось ему мелким. Роман отправился в Москву, чтобы начать восхождение к успеху с нуля — такой у него жизненный принцип. Несколько дней жил на вокзале, с блеском прошел испытательный срок и вскоре уже работал заместителем руководителя московского филиала иностранной страховой компании. Потом Роману снова стало скучно.
Парень организовал новый бизнес — SMS-дневник для родителей школьников. Дело оказалось доходным. Перспективы открывались широкие. Москва, город возможностей, все дела! Но Мельниченко, напомним, на жизнь смотрит нетипично. Он снова задумался о самореализации. И из пыльного «Мордора» решил уехать. Поближе к природе.
Перспективный, как говорят, молодой бизнесмен в 24 года оказался в глухой белорусской деревне с говорящим названием Морги. Здесь мы его и нашли.
Перспективный, как говорят, молодой бизнесмен в 24 года оказался в глухой белорусской деревне с говорящим названием Морги. Здесь мы его и нашли.
×
Деревушка затерялась среди лесов и озер Глубокского района. Чтобы добраться до Моргов, нужно хорошо поплутать по окрестным селам. Когда-то в Моргах жило 37 семей. Потом молодежь разъехалась по городам, старики умерли, а деревня «кончилась». На лето приезжает лишь одна старушка-пенсионерка. Для новой идеи Романа эта глушь оказалась идеальной.
Парень рассказывает нам, почему он здесь оказался.
— Я работал и в Минске, и в Москве по одному сценарию: подъем в шесть утра, отбой в час ночи. Приходишь домой уже никакой. В Москве жил возле Битцевского парка. Каждый день старался хотя бы час там погулять. Во время этих прогулок понимал, что деятельность, которую я веду, все меньше меня устраивает. Меня тянуло к природе. Начал ездить по России, искать место под усадьбу. Карелия, Волгоград, Питер, Калининград — побывал во многих районах. Даже самые глухие из них загажены, замусорены. Потом начал искать в Беларуси. И вскоре нашел то, о чем думал.
Мельниченко формулирует идею, которую хочет реализовать в белорусских Моргах:
— Найти альтернативу привычному для городского человека укладу жизни — жить на земле, в природной среде, в комфорте, сохраняя свободу действий и свободу перемещений. И при этом не вкалывать от девяти утра и дотемна. На эти базовые принципы после «навешивалось» все остальное.
— Я работал и в Минске, и в Москве по одному сценарию: подъем в шесть утра, отбой в час ночи. Приходишь домой уже никакой. В Москве жил возле Битцевского парка. Каждый день старался хотя бы час там погулять. Во время этих прогулок понимал, что деятельность, которую я веду, все меньше меня устраивает. Меня тянуло к природе. Начал ездить по России, искать место под усадьбу. Карелия, Волгоград, Питер, Калининград — побывал во многих районах. Даже самые глухие из них загажены, замусорены. Потом начал искать в Беларуси. И вскоре нашел то, о чем думал.
Мельниченко формулирует идею, которую хочет реализовать в белорусских Моргах:
— Найти альтернативу привычному для городского человека укладу жизни — жить на земле, в природной среде, в комфорте, сохраняя свободу действий и свободу перемещений. И при этом не вкалывать от девяти утра и дотемна. На эти базовые принципы после «навешивалось» все остальное.
Агро-экотуристический комплекс, который Мельниченко вместе с родителями и братом создает в Моргах, называется «Утрина». Приехав сюда в первый раз, они увидели лишь поле и лес. Купили участок, оформили документы, получили в аренду землю. С чистого листа Роман начал строить собственное видение «свободной и легкой деревенской жизни».
— Как такового проекта у меня не было. Точнее, его не было на бумаге — только в голове. Мы начали с постройки дома, в котором сейчас живем сами. Купили, реконструировали домик в соседних Боярах. В нем сейчас останавливаются туристы. В планах — застроить всю деревню Морги. Это будет 9 домов, 9 участков для индивидуального семейного отдыха. Фактически человек живет в собственном доме, не сталкивается с соседями, может полностью расслабиться, отключиться от проблем.
— Как такового проекта у меня не было. Точнее, его не было на бумаге — только в голове. Мы начали с постройки дома, в котором сейчас живем сами. Купили, реконструировали домик в соседних Боярах. В нем сейчас останавливаются туристы. В планах — застроить всю деревню Морги. Это будет 9 домов, 9 участков для индивидуального семейного отдыха. Фактически человек живет в собственном доме, не сталкивается с соседями, может полностью расслабиться, отключиться от проблем.
Что будут делать туристы? Общаться с животными, в основном сельскохозяйственными, которых на усадьбе уже немало — овцы, куры, гуси, утки, альпийские козы, вьетнамские свиньи. Купаться в озере, которое предстоит выкопать. Гулять по лесу. Ездить на лошадях (а зимой — на собачьих упряжках, для этого построят трассу). Проходить курсы иппотерапии. Дрессировать собственных собак (в «Утрине» организовали питомник, пригласив из Минска известного белорусского кинолога Андрея Шкляева). Еще — есть продукты, приготовленные по аутентичным рецептам, в том числе на «дедовской» коптильне. Для детей Мельниченко собирается построить большой развлекательный городок.
В основе концепции «Утрины», говорит парень, максимальный «экологизм». Животные здесь живут под открытым небом, их не пичкают антибиотиками. В отделке домов будут использовать только натуральные материалы. Никакого асфальта и бетона, никаких ядохимикатов в огородах и питомниках — только максимальное единение с природой.
— Когда к нам приезжают питерцы или москвичи и пробуют пить охлажденное козье молоко, они не понимают, что это за продукт. Они привыкли к разбавленному порошку, который продают в магазинах. За несколько недель отдыха люди перестраиваются и уже у себя дома чувствуют дискомфорт после похода в магазин. Уезжая, забивают машины продуктами, которые мы можем им продать, — включается в беседу мама Романа Светлана Степановна.
— Когда к нам приезжают питерцы или москвичи и пробуют пить охлажденное козье молоко, они не понимают, что это за продукт. Они привыкли к разбавленному порошку, который продают в магазинах. За несколько недель отдыха люди перестраиваются и уже у себя дома чувствуют дискомфорт после похода в магазин. Уезжая, забивают машины продуктами, которые мы можем им продать, — включается в беседу мама Романа Светлана Степановна.
Туризм, поясняет Мельниченко, — это лишь небольшая и незначительная часть глобальной задумки.
— Хочу создать инфраструктуру, которая позволила бы нам жить в условиях полного самообеспечения. Кормить себя, заготавливать корма для животных. Для этого организовано фермерское хозяйство. Будем заниматься посадкой зерновых, овощей, плодовых деревьев. Будет плантация для выращивания грибов — вешенок, шиитаке. Займемся разведением животных.
— Сначала мы привлекали наемных работников. Роман стоял над ними, объяснял, под каким углом нужно забить гвоздь, — продолжает Светлана Мельниченко. — Не вариант! Пришли к тому, что к проекту надо привлекать людей, которые хотят жить на земле. Недавно на поселение приехала первая семья из Солигорска. Это наши соратники. Муж будет заниматься посадкой растений, курировать закладку питомника, жена возьмет под контроль поварское дело, реализацию на продажу молочной продукции.
— Хочу создать инфраструктуру, которая позволила бы нам жить в условиях полного самообеспечения. Кормить себя, заготавливать корма для животных. Для этого организовано фермерское хозяйство. Будем заниматься посадкой зерновых, овощей, плодовых деревьев. Будет плантация для выращивания грибов — вешенок, шиитаке. Займемся разведением животных.
— Сначала мы привлекали наемных работников. Роман стоял над ними, объяснял, под каким углом нужно забить гвоздь, — продолжает Светлана Мельниченко. — Не вариант! Пришли к тому, что к проекту надо привлекать людей, которые хотят жить на земле. Недавно на поселение приехала первая семья из Солигорска. Это наши соратники. Муж будет заниматься посадкой растений, курировать закладку питомника, жена возьмет под контроль поварское дело, реализацию на продажу молочной продукции.
— По моим подсчетам, — говорит Роман, — для обеспечения всего проекта нужно 5 семей. Площадь комплекса составит 300 га. Да, это будет чрезвычайно эффективное хозяйство, но им будут управлять действительно заинтересованные люди. Не наемные работники, думающие исключительно о зарплате, которых все время нужно контролировать. Я уже давно понял: контроль губит дело, залог успеха — в самостоятельности. Пока мы позволили себе заселить только одну семью, но желающих очень много. Звонят, пишут — из Украины, России, Беларуси. Присматриваемся к ним. Не спешим. Это должно быть серьезное взвешенное решение, а не какой-то кратковременный импульс.
— Может ли десяток человек управлять огромным хозяйством, курировать и туризм, и фермерство? Вы уверены в том, что не прогорите?
— В Беларуси ничего подобного пока нет. К нам приезжал эксперт по органическому земледелию из Европы, консультировал. Впечатлился. Обнял Романа — сказал, что обязательно приедет с семьей посмотреть, что у него получится, — говорит Светлана Мельниченко.
— Даже открыть придорожное кафе в наших реалиях — решить квест сотого уровня сложности. А вы грезите такими масштабами, — все еще не верим мы.
— Когда переходишь от разговоров и стенаний к действиям, оказывается, что перед тобой сотня вариантов, — Роман Мельниченко уверен в себе.
— В Беларуси ничего подобного пока нет. К нам приезжал эксперт по органическому земледелию из Европы, консультировал. Впечатлился. Обнял Романа — сказал, что обязательно приедет с семьей посмотреть, что у него получится, — говорит Светлана Мельниченко.
— Даже открыть придорожное кафе в наших реалиях — решить квест сотого уровня сложности. А вы грезите такими масштабами, — все еще не верим мы.
— Когда переходишь от разговоров и стенаний к действиям, оказывается, что перед тобой сотня вариантов, — Роман Мельниченко уверен в себе.
— То, что вы задумали, можно назвать бизнесом? — задаем напоследок вопрос, который вертится на языке.
— В какой-то мере да. Но это ни в коем случае не коммерция, не ходьба по головам, не существование ради денег, — рассуждает парень. — С английского «business» переводится как «дело». Да, это мое жизненное дело. Можно сказать и так.
— Получается, деньги из вашей системы ценностей исключены? И черный BMW вам не нужен?
— На данном этапе нет. Но у нас будут электрические бесшумные квадроциклы. Будут полеты на дельтаплане. Будет радость от того, что все, что ты делаешь, не мешает тебе наслаждаться жизнью. Философия простая, она строится на следующем наблюдении: жить нужно в соответствии с природой.
— В какой-то мере да. Но это ни в коем случае не коммерция, не ходьба по головам, не существование ради денег, — рассуждает парень. — С английского «business» переводится как «дело». Да, это мое жизненное дело. Можно сказать и так.
— Получается, деньги из вашей системы ценностей исключены? И черный BMW вам не нужен?
— На данном этапе нет. Но у нас будут электрические бесшумные квадроциклы. Будут полеты на дельтаплане. Будет радость от того, что все, что ты делаешь, не мешает тебе наслаждаться жизнью. Философия простая, она строится на следующем наблюдении: жить нужно в соответствии с природой.
— Иногда нас спрашивают о рентабельности, — говорит Светлана Мельниченко. — Первоначальные вложения были невелики: то, что заработал Роман, плюс средства от продажи квартиры в Глубоком. За сутки в нашем домике просим $155 — немало, скажет кто-то. Но желающих достаточно, а принимаем мы не всех. Если бы хотели исключительно зарабатывать, то обслуживали бы туристов массово, потоком. Но тогда бы первоначальная идея потеряла смысл. Мы бы утратили свою индивидуальность. Деньги ради денег? А какой в этом смысл? Стоило ли ради этого начинать?
С туристами мы стараемся взаимодействовать. Один лишь пример. У нас нет четкого расписания обедов и завтраков. Сегодня завтрак в девять, завтра в двенадцать — как захочет гость. Мы вовлекаем отдыхающих в игру, они помогают нам создавать комплекс, что-то построить, прибить. Часто вкладывают и деньги, становятся соучастниками нашей идеи. Это тоже рентабельность, но эти цифры не отразишь в бухгалтерии.
С туристами мы стараемся взаимодействовать. Один лишь пример. У нас нет четкого расписания обедов и завтраков. Сегодня завтрак в девять, завтра в двенадцать — как захочет гость. Мы вовлекаем отдыхающих в игру, они помогают нам создавать комплекс, что-то построить, прибить. Часто вкладывают и деньги, становятся соучастниками нашей идеи. Это тоже рентабельность, но эти цифры не отразишь в бухгалтерии.
— Разумеется, деньги для развития нужны. Были разные предложения. Пока мы не нашли того инвестора, который бы загорелся идеей, разделил ее с нами, а не захотел все перестроить под туристический конвейер, — рассказывает Роман.
* * *
В свои 24 Мельниченко выглядит гораздо взрослее многих сверстников. Роман уже переболел деньгами и думает о качестве жизни. У него нет трех высших образований, его отец не служит в горисполкоме или в МВД, он все начинает с нуля, без шефов и патронов.
Поэтому, уезжая из Моргов, мы все еще думаем, что его грандиозный проект — утопия. Стереотипы, как якоря, держат нас крепко. Будет чертовски здорово, если мы ошибаемся.
* * *
В свои 24 Мельниченко выглядит гораздо взрослее многих сверстников. Роман уже переболел деньгами и думает о качестве жизни. У него нет трех высших образований, его отец не служит в горисполкоме или в МВД, он все начинает с нуля, без шефов и патронов.
Поэтому, уезжая из Моргов, мы все еще думаем, что его грандиозный проект — утопия. Стереотипы, как якоря, держат нас крепко. Будет чертовски здорово, если мы ошибаемся.
Источник:
Ссылки по теме:
- Опоздал на поезд
- Жалко чувака
- Толстяк, пробивший стену головой своей подружки, похудел на 100 кг
- Быстрый парень
- Попытка сделать селфи с поездом.
У человека есть Мечта... И он её превращает в реальность.Получится или нет - другой вопрос. Многие бы так хотели, да нет решимости изменить привычное и удобное существование.
Да, на первых шагах туризм принимается как неизбежное зло (ну почти с нуля поднимает), но это не может быть самоцелью.
Его труды плюсую, его цель - популистский бред.
Прогнозирую -20 на карму, и плевать
уже работал заместителем
руководителя московского филиала
иностранной страховой компании.КТО ЖЕ ВЗЯЛ НЕДОУЧКУ НА ТАКУЮ ДОЛЖНОСТЬ???