2
2
История семьи от RomBabadjan.
"Получила разрешение от тетушки публиковать что-то из её воспоминаний,в первую очередь сразу этот фрагмент,наиболее яркий, на мой взгляд.Читаю и перечитываю...
"День начала войны.Расскажу тебе,как и где мы встретили 22 июня 1941 года.В мае мама с 7-месячной Иринкой и мной (4 года и 7 месяцев) приехала в Саки,где в военном санатории работал наш отец. Мама всегда говорила,что ехать в Крым она не хотела,но жаль было отца,скучавшего по семье.В Саках у нас была просторная светлая комната, кругом всё цвело, было уютно и красиво.22 июня в летнем театре собрался весь персонал и отдыхавшие в санатории-война. Начались бомбёжки.Прятались в саду,под деревьями;уже созрели абрикосы...Мы ели их,но хотелось супа,хлеба...Дети плакали.Одним из последних эшелонов мы смогли вырваться из Крыма.
Привезли нас спасаться в Харьков,разместили в школе.Моя память фотографически сохранила большие школьные коридоры,помню,что стены были салатного цвета...Потом нас погрузили в теплушки,в которых до войны возили скот.В каждой теплушке разместились несколько семей...Двинулись на восток...Немецкие самолеты обстреливали наши эшелоны.Однажды самолёты налетели ночью,все выскочили из вагонов и побежали в лес-к счастью,он был рядом.У мамы на руках Иришка,а я за руку с каким-то ровесником побежала за взрослыми...Потом отбой воздушной тревоги,посадка в теплушки,а нас с мальчиком-нет!Состав тронулся и кто-то,слава Богу,увидел нас бегущих вдоль насыпи и втащил в вагон за шиворот,как щенят.
Мы ехали 33 дня до станции "Толмазы",а потом на телегах в деревню Урняк,где нас разместили по избам.Нашего хозяина звали Масалим-Бабай (он был вдовец),его 16-летнюю дочь звали Салиха.Оба они болели трахомой.На всех нас пятерых была одна большая комната.В углу соорудили из досок закуток,набили его сеном - это была Иришкина кровать...
Эвакуированные женщины помогали друг другу.Жили трудно,питались скудно.Зимой у Ирочки пошли по телу фурункулы, мама выпросила у председателя колхоза лошадку и возок и повезла доченьку в больницу за 25 км от нашей деревни.У Иры на виске осталась на всю жизнь метка от вскрытого нарыва.К счастью, наша мамочка умела обращаться с лошадкой:и запрягать,и управлять возком.День был морозный,но без метели.И опять моя память сохранила подобный возок,женщину, держащую в руках вожжи,лошадку,как и возницу,покрытую мохнатым инеем: умная лошадёнка привезла возок с замёрзшей возницей. Хоронили её всей деревней.
Пока мама ездила с Ирочкой,я ела толоконную кашу вместе с хозяевами..."Конечно,текст и фото не мной сделаны.Но семья моя,фото сканировала и худо-бедно восстановила сама."
От себя.Надо это помнить.Не быть манкуртами с фудкорта ТЦ.
"Получила разрешение от тетушки публиковать что-то из её воспоминаний,в первую очередь сразу этот фрагмент,наиболее яркий, на мой взгляд.Читаю и перечитываю...
"День начала войны.Расскажу тебе,как и где мы встретили 22 июня 1941 года.В мае мама с 7-месячной Иринкой и мной (4 года и 7 месяцев) приехала в Саки,где в военном санатории работал наш отец. Мама всегда говорила,что ехать в Крым она не хотела,но жаль было отца,скучавшего по семье.В Саках у нас была просторная светлая комната, кругом всё цвело, было уютно и красиво.22 июня в летнем театре собрался весь персонал и отдыхавшие в санатории-война. Начались бомбёжки.Прятались в саду,под деревьями;уже созрели абрикосы...Мы ели их,но хотелось супа,хлеба...Дети плакали.Одним из последних эшелонов мы смогли вырваться из Крыма.
Привезли нас спасаться в Харьков,разместили в школе.Моя память фотографически сохранила большие школьные коридоры,помню,что стены были салатного цвета...Потом нас погрузили в теплушки,в которых до войны возили скот.В каждой теплушке разместились несколько семей...Двинулись на восток...Немецкие самолеты обстреливали наши эшелоны.Однажды самолёты налетели ночью,все выскочили из вагонов и побежали в лес-к счастью,он был рядом.У мамы на руках Иришка,а я за руку с каким-то ровесником побежала за взрослыми...Потом отбой воздушной тревоги,посадка в теплушки,а нас с мальчиком-нет!Состав тронулся и кто-то,слава Богу,увидел нас бегущих вдоль насыпи и втащил в вагон за шиворот,как щенят.
Мы ехали 33 дня до станции "Толмазы",а потом на телегах в деревню Урняк,где нас разместили по избам.Нашего хозяина звали Масалим-Бабай (он был вдовец),его 16-летнюю дочь звали Салиха.Оба они болели трахомой.На всех нас пятерых была одна большая комната.В углу соорудили из досок закуток,набили его сеном - это была Иришкина кровать...
Эвакуированные женщины помогали друг другу.Жили трудно,питались скудно.Зимой у Ирочки пошли по телу фурункулы, мама выпросила у председателя колхоза лошадку и возок и повезла доченьку в больницу за 25 км от нашей деревни.У Иры на виске осталась на всю жизнь метка от вскрытого нарыва.К счастью, наша мамочка умела обращаться с лошадкой:и запрягать,и управлять возком.День был морозный,но без метели.И опять моя память сохранила подобный возок,женщину, держащую в руках вожжи,лошадку,как и возницу,покрытую мохнатым инеем: умная лошадёнка привезла возок с замёрзшей возницей. Хоронили её всей деревней.
Пока мама ездила с Ирочкой,я ела толоконную кашу вместе с хозяевами..."Конечно,текст и фото не мной сделаны.Но семья моя,фото сканировала и худо-бедно восстановила сама."
От себя.Надо это помнить.Не быть манкуртами с фудкорта ТЦ.
реклама
