2.2M
«Кофе надо пить в три приёма.
Сначала мелкими глотками выпить приблизительно полчашки чистого кофе.
Затем в остаток кофе вылить треть рюмки коньяку, получается смесь, которую надо медленно смаковать.
И, наконец, вылить коньяк в неостывшую чашку, это и называется «рюмочка после обеда».
Ею-то и прополаскивают нёбо»,
Жан Лаффит,
«Мы вернемся за подснежниками».
Иллюстрация - Альберт Анкер, «Кофе и коньяк», 1877 год.
Сначала мелкими глотками выпить приблизительно полчашки чистого кофе.
Затем в остаток кофе вылить треть рюмки коньяку, получается смесь, которую надо медленно смаковать.
И, наконец, вылить коньяк в неостывшую чашку, это и называется «рюмочка после обеда».
Ею-то и прополаскивают нёбо»,
Жан Лаффит,
«Мы вернемся за подснежниками».
Иллюстрация - Альберт Анкер, «Кофе и коньяк», 1877 год.
9
9k
"Адмиральский чай пьют следующим образом:
1. В тонкий чайный стакан в серебряном подстаканнике наливают горячий свежезаваренный чай.
2. Бросают ломтик лимона и добавляют три ложечки сахара.
3. Рядом ставят бутылку коньяка.
4. Отпивают чай и доливают доверху коньяком.
5. Ещё раз отпивают и доливают.
6. Когда стакан ещё полный, а бутылка уже пустая это и есть настоящий адмиральский чай."
1. В тонкий чайный стакан в серебряном подстаканнике наливают горячий свежезаваренный чай.
2. Бросают ломтик лимона и добавляют три ложечки сахара.
3. Рядом ставят бутылку коньяка.
4. Отпивают чай и доливают доверху коньяком.
5. Ещё раз отпивают и доливают.
6. Когда стакан ещё полный, а бутылка уже пустая это и есть настоящий адмиральский чай."
9
4k
Когда-то давно, более полувека тому назад, этот напиток у студентов назывался коктейль туда-сюда-обратно. Правда вместо коньяка и чая там фигурировали водка и пиво (1-й вариант) или водка и томатный сок (2-й вариант). Сначала после отпивания части доливалась водка (туда), затем после 3-4-5-ти отпиваний процесс продолжался с доливанием пива (сюда), после чего опять начинали доливать водку. Иногда процесс прерывался (обратно).
А Веллер просто немного приукрасил, добавив адмирала и коньяк.
А Веллер просто немного приукрасил, добавив адмирала и коньяк.
0
10k
14k
43k
691
Ну если ты рентген хирург, какого хера ты пользуешься терминологией анестезиологов, что ты знаешь о премедикации вообще? А если уж говорить о физиологии употребления алкоголя, и скорее даже о патофизиологии этого процесса, то применим термин прекондиционирования, вот этот персонаж, кстати если его вообще подпускают к столу должен знать, они перед тем как раздувать баллон со стентом в критичных сосудах бывает сперва надувают баллон без стента вызывая кратковременную ишемию, смотрят не появляются ли нарушения ритма, а есть ветки которые при раздувании баллона могут вызвать фибрилляцию желудочков, и потом уже заводят стент и его раскрывают баллоном и вероятность нарушений ритма снижается, так как те клетки миокарда которые могли запустить фибрилляцию, прекондиционировались (оказались в тех УСЛОВИЯХ). А пить надо умеренно, и в хорошей компании, желательно с медиком в ней )
4
Комментарий скрыт по причине низкого рейтинга. Показать
22k
1.4M
«В июле 1941 года добровольцем ушел на фронт. В 1942 году, в августе под Ворошиловградом, был тяжело ранен в ногу. Началась гангрена. В полевом госпитале консилиум принял решение: «Ампутировать».
Я взмолился перед главным хирургом: «Доктор, отрежьте, что хотите, но сохраните ногу, мне иначе никак нельзя: я ведь в мирной жизни… артист!» И случилось чудо: главный хирург меня услышал, и началось терапевтическое лечение, долгое, мучительное, болезненное, но ампутации я избежал.
Был готов терпеть любую боль, но лишь бы исцелиться на двух ногах. Когда стало возможно, меня отправили из полевого госпиталя в Москву. Добирался долго, более двух месяцев. Тяжело было, больно.» – Михаил Пуговкин о своих фронтовых годах.
Я взмолился перед главным хирургом: «Доктор, отрежьте, что хотите, но сохраните ногу, мне иначе никак нельзя: я ведь в мирной жизни… артист!» И случилось чудо: главный хирург меня услышал, и началось терапевтическое лечение, долгое, мучительное, болезненное, но ампутации я избежал.
Был готов терпеть любую боль, но лишь бы исцелиться на двух ногах. Когда стало возможно, меня отправили из полевого госпиталя в Москву. Добирался долго, более двух месяцев. Тяжело было, больно.» – Михаил Пуговкин о своих фронтовых годах.
47
