8026
6
Вот вам Задача из книги Игры со спичками 1912 года выпуска. Смогли ее решить? Поделитесь ответом.
А для того, чтобы полноценно проникнуться темой задачи вот вам история.
С незапамятных времён в Британии помимо писанного морского права (Admiralty law — формально закрепленные морские законы) существовал еще и морской обычай (Custom of the sea — неписанные морские законы, тоже являлись источником права).
А для того, чтобы полноценно проникнуться темой задачи вот вам история.
С незапамятных времён в Британии помимо писанного морского права (Admiralty law — формально закрепленные морские законы) существовал еще и морской обычай (Custom of the sea — неписанные морские законы, тоже являлись источником права).
И в их возникновении нет ничего романтического – чистый прагматизм. Например, морская традиция по которой капитан должен последним покинуть гибнущее судно, была создана необходимостью во время крушения не допустить паники на борту, если капитан сбежит с корабля первым. Женщина на корабле с изголодавшими в долгом плавании по женскому телу мужчинами, неизбежно приводила к беде. А разлагающийся труп в долгом плавании – это угроза инфекции, которую необходимо устранить, незамедлительно выбросив останки умершего за борт. Ну и так далее.
Существовал еще один древний морской обычай, согласно которому находящимся перед угрозой голодной смерти морякам дозволялся каннибализм. Необходимым условием для этого было единодушное согласие всех умирающих от голода, и бросание жребия кого убить и съесть первым. Жребий бросался до тех пор, пока не оставался последний выживший, или не приходило спасение.
В этой ситуации тоже брал был чистый прагматизм – лучше дать морякам хоть какой-то шанс выжить, чем неизбежно погибнуть всем. И это признавалось не только разумным, но и законным по морскому обычаю, а спасшиеся моряки не подвергались за такой свой вынужденный каннибализм абсолютно никакому судебному преследованию.
Вплоть до 1884 года не подвергались, когда одним судебным решением было установлено, что кушать людей в любом случае как-то неприлично.
В этой ситуации тоже брал был чистый прагматизм – лучше дать морякам хоть какой-то шанс выжить, чем неизбежно погибнуть всем. И это признавалось не только разумным, но и законным по морскому обычаю, а спасшиеся моряки не подвергались за такой свой вынужденный каннибализм абсолютно никакому судебному преследованию.
Вплоть до 1884 года не подвергались, когда одним судебным решением было установлено, что кушать людей в любом случае как-то неприлично.
×
19 мая 1884 года из Саутгемптона в море вышла яхта Mignonette («Резеда») с экипажем в составе капитана Томаса Дадли, его помощника Эдвина Стивенса, матроса Эдмунда Брукса и 17-летнего юнги Ричарда Паркера – яхта перегонялась из Англии в Австралию для её нового владельца.
5 июля 1884 года, у Мыса Доброй Надежды судно получило пробоину и через 5 минут затонуло. Экипаж покинул судно на спасательной шлюпке, успев прихватить из продовольствия лишь две жестяные банки с турнепсом. На этой консервированной репе, и случайно пойманной морской черепахе (около пяти-шести килограмм мяса с костями) четверо мужчин продержались две недели.
5 июля 1884 года, у Мыса Доброй Надежды судно получило пробоину и через 5 минут затонуло. Экипаж покинул судно на спасательной шлюпке, успев прихватить из продовольствия лишь две жестяные банки с турнепсом. На этой консервированной репе, и случайно пойманной морской черепахе (около пяти-шести килограмм мяса с костями) четверо мужчин продержались две недели.
Впервые о необходимости бросить жребий по морскому обычаю капитан Дадли заговорил 16 или 17 июля – Стивенс был за, но Паркер и Брукс были против, и эту тему отложили. Воды тоже не было, моряки пили мочу, а юнга Паркер, видимо, еще и морскую воду, потому вскоре серьёзно занемог.
Дебаты о жребии активизировались 20 или 21 июля, и опять не привели к единодушному согласию. Когда 23 или 24 июля Паркер впал в забытьё, и уже не смог принять участие в голосовании, Дадли и Стивенс настояли на том чтобы зарезать умирающего юнгу до того как он сам умрёт, его кровь свернется и станет непригодной для питья.
Брукс промолчал, не высказавшись ни за, ни против, и на следующее утро 24 или 25 июля после прочтения молитвы, капитан Дадли аккуратно заколол Паркера перочинным ножом в яремную вену. Стивенс держал ноги юнги, а Брукс на время отвернулся. Паркер был съеден чуть более чем наполовину, когда 29 июля, на 24-й день скитания по волнам, моряков подобрал проходящий мимо немецкий парусник Moctezuma.
Дебаты о жребии активизировались 20 или 21 июля, и опять не привели к единодушному согласию. Когда 23 или 24 июля Паркер впал в забытьё, и уже не смог принять участие в голосовании, Дадли и Стивенс настояли на том чтобы зарезать умирающего юнгу до того как он сам умрёт, его кровь свернется и станет непригодной для питья.
Брукс промолчал, не высказавшись ни за, ни против, и на следующее утро 24 или 25 июля после прочтения молитвы, капитан Дадли аккуратно заколол Паркера перочинным ножом в яремную вену. Стивенс держал ноги юнги, а Брукс на время отвернулся. Паркер был съеден чуть более чем наполовину, когда 29 июля, на 24-й день скитания по волнам, моряков подобрал проходящий мимо немецкий парусник Moctezuma.
Дадли, Стивенс и Брукс и не думали скрывать произошедшее когда немецкие моряки подняли их на борт, и когда 6 сентября их доставили в английский порт Фалмут – они чувствовали себя защищенными старинным законом морского обычая. Но когда о случившемся было доложено в Адмиралтейство, а оттуда в Министерство внутренних дел, то из Лондона поступило указание задержать людоедов и предать их суду. Там этот случай восприняли как отличную возможность навсегда покончить с этим варварским морским законом, установив его отменяющий судебный прецедент.
Тут возникла другая юридическая проблема – Habeas Corpus Act позволял обвиняемым не свидетельствовать против себя, а других доказательств против них не было, поскольку немецкие моряки поплыли дальше, а останки недоеденного Паркера по тому же морскому обычаю были давно похоронены в море.
Если все трое подсудимых отказали бы свидетельствовать против себя, то «на нет и суда нет», и тогда было принято решение одного из моряков оправдать, при условии что он даст показания против двух других. Поскольку матрос Эдмунд Брукс изначально был против жребия, затем воздержался и не принимал непосредственного участия в убийство, то он и был освобожден от уголовной ответственности.
А то, что Брукс тоже кушал Паркера, так каннибализм, напомню, сам по себе преступлением не является.
Дадли и Стивенс виновными себя не признали, и общественное мнение было в основном на их стороне. Более того, старший брат съеденного Ричарда Паркера, тоже моряк Дэниел Паркер, сам явился на предварительные слушания суда, где перед присяжными и публикой демонстративно пожал руки всем подсудимым, сказав что он полностью на стороне моряков, поступивших по старинному морскому обычаю единственно верно.
7 ноября 1884 года жюри присяжных по совету судьи сэра Джона Хаддлстона вынесло довольно редкий для британского суда special verdict, по которому вынесение конечного решения «виновен / не виновен» было оставлено на усмотрение судьи.
Судья сэр Хаддлстон тоже не захотел единолично выносить спорное решение, передав дело в Высокий суд Лондона на коллегиальное рассмотрение Суда королевской скамьи. Который 4 декабря 1884 года признал подсудимых виновными в предумышленном убийстве, приговорив их к смертной казни через повешение, но с ходатайством о королевской пощаде.
Королева Виктория 12 декабря пощадила Дадли и Стивенса, заменив смертную казнь шестью месяцами тюрьмы, и 20 мая 1885 года они вышли на свободу. И приговор по делу «Королева против Дадли и Стивенса» (R v Dudley and Stephens) теперь считается в английском законодательстве очень важным судебным прецедентом, который устанавливает, что крайняя необходимость не включает в себя возможность убить и съесть человека даже ради спасения жизни других людей.
Тут возникла другая юридическая проблема – Habeas Corpus Act позволял обвиняемым не свидетельствовать против себя, а других доказательств против них не было, поскольку немецкие моряки поплыли дальше, а останки недоеденного Паркера по тому же морскому обычаю были давно похоронены в море.
Если все трое подсудимых отказали бы свидетельствовать против себя, то «на нет и суда нет», и тогда было принято решение одного из моряков оправдать, при условии что он даст показания против двух других. Поскольку матрос Эдмунд Брукс изначально был против жребия, затем воздержался и не принимал непосредственного участия в убийство, то он и был освобожден от уголовной ответственности.
А то, что Брукс тоже кушал Паркера, так каннибализм, напомню, сам по себе преступлением не является.
Дадли и Стивенс виновными себя не признали, и общественное мнение было в основном на их стороне. Более того, старший брат съеденного Ричарда Паркера, тоже моряк Дэниел Паркер, сам явился на предварительные слушания суда, где перед присяжными и публикой демонстративно пожал руки всем подсудимым, сказав что он полностью на стороне моряков, поступивших по старинному морскому обычаю единственно верно.
7 ноября 1884 года жюри присяжных по совету судьи сэра Джона Хаддлстона вынесло довольно редкий для британского суда special verdict, по которому вынесение конечного решения «виновен / не виновен» было оставлено на усмотрение судьи.
Судья сэр Хаддлстон тоже не захотел единолично выносить спорное решение, передав дело в Высокий суд Лондона на коллегиальное рассмотрение Суда королевской скамьи. Который 4 декабря 1884 года признал подсудимых виновными в предумышленном убийстве, приговорив их к смертной казни через повешение, но с ходатайством о королевской пощаде.
Королева Виктория 12 декабря пощадила Дадли и Стивенса, заменив смертную казнь шестью месяцами тюрьмы, и 20 мая 1885 года они вышли на свободу. И приговор по делу «Королева против Дадли и Стивенса» (R v Dudley and Stephens) теперь считается в английском законодательстве очень важным судебным прецедентом, который устанавливает, что крайняя необходимость не включает в себя возможность убить и съесть человека даже ради спасения жизни других людей.
Источник:
Ссылки по теме:
- Вступил в наследство: брат умершего принца Нигерии приехал к его русской жене
- Что индийцу хорошо, то русскому не понять
- Когда одним можно, а другим нельзя
- Их нравы: в Таиланде родители поженили родных брата и сестру
- Что швейцарцу хорошо, то русскому не понять
реклама
- Господа, у самолета возникли серьезные неполадки, поэтому мы вынуждены избавиться от части пассажиров, но чтобы никому не было обидно, будем вызывать по алфавиту, ОК? Все пассажиры:
- ОК...
Стюардесса:
- А - афроамериканцы...
(все сидят на местах)
- В - блек пипл...
(опять все сидят)
- С - колор пипл...
Вдруг из середины салона раздается детский голосок:
- Папа, папа, почему мы сидим, нас уже три раза вызывали?
- Молчи дурак, сегодня мы «ниггеры», сразу после мексиканцев!
А вообще имеется несколько решений подобной задачи, но все они сверх заумные и ныне живущему человеку в 99%+ случаях будет проще решить её подбором, чем вникнуть в другие методы, не говоря о неграх...
– Нужны 4 добровольца, чтобы выброситься из самолета, так как он не может выдержать всех.
Выходит француз.
– Дайте мне бокал вина напоследок…
Ему принесли вина, он выпил и с криком: "Да здравствует Франция!" выбросился.
Выходит американец.
– Дайте мне двойное виски напоследок…
Ему принесли виски, он выпил и с криком: "Да здравствуют США!" выбросился.
Выходит русский.
– Дайте мне водки напоследок…
Выпил…
– Еще бутылку!
Выпил…
– Еще бутылку!
Он допил третью бутылку и с криком: "Да здравствует Африка!" выкинул двух негров…
"Оставшийся последний должен умереть"
Так что все верно))
https://fotovivo.livejournal.com/285686.htmlhttps://fotovivo.livejournal.com/285686.html
Так что попей, да, попей.
Можно соорудить сборщики воды, но ждать, когда эта вода польется с неба...
Ты поперек читал, что ли?
"на том чтобы зарезать умирающего юнгу до того как он сам умрёт, его кровь свернется и станет непригодной для питья."
а что до дождя - он легко может идти хоть каждый день, это лето подтверждает