8217
2
Конечно, виноваты соцсети. Иначе бы мы с ней друг друга не нашли. Жили бы дальше, вспоминая с легкой улыбкой наши поцелуи в разгар дождя и как запирались у друзей в ванной. Потому что нам срочно требовалось уединиться, просто срочно, немедленно, до дрожи.
Итак, миновало почти десять лет. Ира вышла замуж, родила сына. Я успел развестись, жениться вторично и опять развестись. Всё это мы бегло сообщили друг другу в переписке. Конечно, я посмотрел ее фотки: Ира была такая же, худая и смуглая. Совершенно не изменилась. Теперь нам предстояло встретиться.
Я пришел вовремя, стал изучать меню, нервно подергивать ногой, следить за входной дверью в кафе. Да, я волновался. Потому что тогда, десять лет назад у нас была настоящая дикая страсть, помешательство, сексуальная горячка.
И вдруг услышал: «А я здесь!». Ира сидела за столом неподалеку. Она пришла чуть раньше, умница.
Я сел напротив, я улыбнулся: «Ты стала еще красивей!»
Но это я сказал ей, потому что женщинам нужны комплименты. А теперь правду, ничего кроме правды. Давайте не будем врать, что за десять лет женщина вдруг очень похорошеет. Или останется такой же, как была в тридцать. (Черт возьми, я быстро подсчитал, что ей уже сорок.) А фотки в сетях? Ну это обычное дело. Нас возвышающий обман. Есть удачные ракурсы, фильтры, есть фотошоп, наконец. Есть много лукавых женских приемов, чтобы оставаться такой же как ты была, хотя бы на фотках.
Короче, она выглядела как женщина на сорок. Да, вполне стройная и очень ухоженная. Но это была не та Ира. Не та. С этой я бы не стал запираться в ванной, с этой я бы не стал…
– Слушай, Алексей, а ты постарел, – усмехнулась она. – Извини, не хотела обидеть. Но постарел очень сильно.
– Да мне не обидно, – улыбнулся я и сильнее затряс ногой под столом.
Потому что мне было дико обидно. Потому что я был уверен: уж я-то тот еще огурец, тот еще мачо, образцовый самец. Ира всегда говорила прямо, что думала, что видела. Когда-то за это я ее очень ценил, теперь она этим меня раздражала. Постарел я, видите ли. Но самое неприятное: я видел, что теперь Ира тоже не захотела бы прятаться со мной в ванной.
– Ты же не спешишь? – спросил я. – Давай выпьем?
– Не спешу. Я договорилась с мужем, он сегодня с сыном весь вечер.
– А ты сказала ему, куда ты пошла?
– По делам. Он мне доверяет. Он замечательный, мой Славка. Так что давай выпьем!
Честно скажу, выпить я хотел лишь для одного. Чтобы взбодрить те старые чувства. Чтобы взять Иру за руку после третьего бокала и спросить: «Помнишь, тогда, под дождем?». Она бы улыбнулась, чуть пощекотала мою ладонь горячими пальцами и прошептала бы: «А ты хочешь со мной прямо сейчас?»
Но после третьего бокала Ира стала рассказывать о «замечательном Славке». Какой он умный, талантливый, на все руки мастер. И мне уже хотелось разбить Ире бокал об голову и закричать: «Какой Славка?! Ты забыла, что между нами было?». Но я слушал про Славку, как они летом отдохнули на Бали, как их сын-вундеркинд (по прозвищу Шуня) прекрасно рисует, учит сразу английский и французский, а еще они построили большой дом в Подмосковье, Славка заказывает деревья из питомника, он стал таким увлеченным садоводом, а Шуня ему помогает, они вместе с лопатами, так здорово…
Это было дико скучно. Я попросил кофе, потому чувствовал: я засыпаю, я прямо упаду тяжелой головой в салат с крабами. Мне не нужна была ее прекрасная семейная жизнь, вот что главное! Я надеялся встретить девушку, которая до сих пор влюблена, которая готова помчаться со мной куда угодно, в мою однушку, на раскладушку, на лесную опушку. Нам же хочется этого, мы все эгоисты, мы все мним себя нестареющими плейбоями. А она мне про мужа и про лопаты.
– Ну а что у тебя? – спросила она наконец.
Лучшей местью было бы теперь столь же долго и нудно рассказывать ей о моей прекрасной жизни. Но я ответил просто: что меня ждет дома подруга и давай я уже попрошу счет, все было замечательно, надо бы снова, когда-нибудь. Она кивнула и чуть зевнула.
Этот вечер был не нужен обоим.
Ира уехала на такси. Я шел до метро и думал: «Никогда-никогда-никогда нельзя встречаться с тем, кого очень любил. Это катастрофа. Все должно остаться там, в прошлом, под тем давним теплым дождем. В воспоминаниях. Вы постарели. Вы стали другими. Вы стали чужими. Нет, никогда!»
…Уже в метро я получил от Иры сообщение: «Забыла сказать! Я же назвала сына Алексеем». Я улыбнулся. Ладно, хоть что-то.
Беляков.
Я пришел вовремя, стал изучать меню, нервно подергивать ногой, следить за входной дверью в кафе. Да, я волновался. Потому что тогда, десять лет назад у нас была настоящая дикая страсть, помешательство, сексуальная горячка.
И вдруг услышал: «А я здесь!». Ира сидела за столом неподалеку. Она пришла чуть раньше, умница.
Я сел напротив, я улыбнулся: «Ты стала еще красивей!»
Но это я сказал ей, потому что женщинам нужны комплименты. А теперь правду, ничего кроме правды. Давайте не будем врать, что за десять лет женщина вдруг очень похорошеет. Или останется такой же, как была в тридцать. (Черт возьми, я быстро подсчитал, что ей уже сорок.) А фотки в сетях? Ну это обычное дело. Нас возвышающий обман. Есть удачные ракурсы, фильтры, есть фотошоп, наконец. Есть много лукавых женских приемов, чтобы оставаться такой же как ты была, хотя бы на фотках.
Короче, она выглядела как женщина на сорок. Да, вполне стройная и очень ухоженная. Но это была не та Ира. Не та. С этой я бы не стал запираться в ванной, с этой я бы не стал…
– Слушай, Алексей, а ты постарел, – усмехнулась она. – Извини, не хотела обидеть. Но постарел очень сильно.
– Да мне не обидно, – улыбнулся я и сильнее затряс ногой под столом.
Потому что мне было дико обидно. Потому что я был уверен: уж я-то тот еще огурец, тот еще мачо, образцовый самец. Ира всегда говорила прямо, что думала, что видела. Когда-то за это я ее очень ценил, теперь она этим меня раздражала. Постарел я, видите ли. Но самое неприятное: я видел, что теперь Ира тоже не захотела бы прятаться со мной в ванной.
– Ты же не спешишь? – спросил я. – Давай выпьем?
– Не спешу. Я договорилась с мужем, он сегодня с сыном весь вечер.
– А ты сказала ему, куда ты пошла?
– По делам. Он мне доверяет. Он замечательный, мой Славка. Так что давай выпьем!
Честно скажу, выпить я хотел лишь для одного. Чтобы взбодрить те старые чувства. Чтобы взять Иру за руку после третьего бокала и спросить: «Помнишь, тогда, под дождем?». Она бы улыбнулась, чуть пощекотала мою ладонь горячими пальцами и прошептала бы: «А ты хочешь со мной прямо сейчас?»
Но после третьего бокала Ира стала рассказывать о «замечательном Славке». Какой он умный, талантливый, на все руки мастер. И мне уже хотелось разбить Ире бокал об голову и закричать: «Какой Славка?! Ты забыла, что между нами было?». Но я слушал про Славку, как они летом отдохнули на Бали, как их сын-вундеркинд (по прозвищу Шуня) прекрасно рисует, учит сразу английский и французский, а еще они построили большой дом в Подмосковье, Славка заказывает деревья из питомника, он стал таким увлеченным садоводом, а Шуня ему помогает, они вместе с лопатами, так здорово…
Это было дико скучно. Я попросил кофе, потому чувствовал: я засыпаю, я прямо упаду тяжелой головой в салат с крабами. Мне не нужна была ее прекрасная семейная жизнь, вот что главное! Я надеялся встретить девушку, которая до сих пор влюблена, которая готова помчаться со мной куда угодно, в мою однушку, на раскладушку, на лесную опушку. Нам же хочется этого, мы все эгоисты, мы все мним себя нестареющими плейбоями. А она мне про мужа и про лопаты.
– Ну а что у тебя? – спросила она наконец.
Лучшей местью было бы теперь столь же долго и нудно рассказывать ей о моей прекрасной жизни. Но я ответил просто: что меня ждет дома подруга и давай я уже попрошу счет, все было замечательно, надо бы снова, когда-нибудь. Она кивнула и чуть зевнула.
Этот вечер был не нужен обоим.
Ира уехала на такси. Я шел до метро и думал: «Никогда-никогда-никогда нельзя встречаться с тем, кого очень любил. Это катастрофа. Все должно остаться там, в прошлом, под тем давним теплым дождем. В воспоминаниях. Вы постарели. Вы стали другими. Вы стали чужими. Нет, никогда!»
…Уже в метро я получил от Иры сообщение: «Забыла сказать! Я же назвала сына Алексеем». Я улыбнулся. Ладно, хоть что-то.
Беляков.
Источник:
реклама
Если не вдаваться в мысли о возрасте автора, а посмотреть на рассказик, то вкратце получается вот что - неудачник средних лет, решил развести бывшую на потрахатся, а она в свою очередь, скорее ради троллинга, весь вечер ему приседала на уши - какой у неё замечательный муж и всё в целом зашибись.- Чтоб бывший от зависти стух, так всё в принципе и произошло.
былых возлюбленных на свете нет.
Есть дубликаты - как домик убранный,
где они жили немного лет.
Вас лаем встретит собачка белая,
и расположенные на холме
две рощи - правая, а позже левая -
повторят лай про себя, во мгле.
Два эха в рощах живут раздельные,
как будто в стереоколонках двух,
всё, что ты сделала и что я сделаю,
они разносят по свету вслух.
А в доме эхо уронит чашку,
ложное эхо предложит чай,
ложное эхо оставит на ночь,
когда ей надо бы закричать:
"Не возвращайся ко мне, возлюбленный,
былых возлюбленных на свете нет,
две изумительные изюминки,
хоть и расправятся тебе в ответ..."
А завтра вечером, на поезд следуя,
вы в речку выбросите ключи,
и роща правая, и роща левая
вам вашим голосом прокричит:
"Не покидайте своих возлюбленных.
Былых возлюбленных на свете нет..."
Но вы не выслушаете совет.
Андрей Вознесенский
) Как бы нелогично это не было бы слушать, поддержите разговор, немного расскажите и своей ( бывшей ) и вечер удастся.
«Возможно ль! ах, Наина, ты ли!
Наина, где твоя краса?
Скажи, ужели небеса
Тебя так страшно изменили?
Скажи, давно ль, оставя свет,
Расстался я с душой и с милой?
Давно ли?..» «Ровно сорок лет,
Был девы роковой ответ,
Сегодня семьдесят мне било.
Что делать, мне пищит она,
Толпою годы пролетели.
Прошла моя, твоя весна
Мы оба постареть успели.
Но, друг, послушай: не беда
Неверной младости утрата.
Конечно, я теперь седа,
Немножко, может быть, горбата;
Не то, что в старину была,
Не так жива, не так мила...."
А, вообще, не благодарное это дело- два раза входить в одну и ту же реку.
То же самое на встречах одноклассников- совершенно другие люди, со своими заботами, комплексами, мироощущением, миропониманием... Дежурные улыбки, лживые комплименты, вопли:"А, помнишь ?!.."Школьные воспоминания общие, да и те со временем стираются, разнятся.
Но в одном он прав, мы стареем, но хорохоримся и считаем себя еще "образцовым самцом".
это если говорить вашим языком, а моим, не надоело вам верующим за чужими грехами охотиться?
Но если ты идешь на встречу с молодостью зрелым, состоявшимся мужчиной, который хочет увидеть женщину, именно женщину, которую он любил (хотел, имел - нужно подчеркнуть), увидеть и узнать какой она стала через годы, понять, хотел бы он быть с ней, узнать, не пожалеет ли он, что они расстались, то эта встреча может принести много приятного, в том числе и воспоминания о минувшей молодости.
А здесь - отчет неудачливого козла потаскуна о неудавшемся заезде в былую колею...
И ему в голову не пришло, что все, что она рассказывает, может быть просто лапшой на уши, чтобы проверить, достойный ли он внимания мужчина, есть ли смысл тратить на него свое время, и кем стал вообще в жизни тот неудачник, который ее потерял...
В молодости девушки принцессы, ждут принцев на белом коне. С возрастом они становятся королевами, принцы-скакуны им не нужны, им нужны короли... А короля она не увидела...
Да, вынесу за скобки, что жизнь их обоих могла изрядно потрепать, и зрелище из себя они оба представляли непрезентабельное, но вроде на визит в ресторан сподобились, рассказы про дом в Подмосковье опять же. А вот внешний вид, одежда, макияж, прическа, маникюр дамы не удостоились авторского слога... Так что это все на откуп читателю подарено...