7986
2
Пятикилометровый путь, по горам Кавказа, от точки высадки до места операции, группа прошла за четверо суток. Медленно, с остановками, двигаясь бесшумно как тени, бойцы выводили снайпера на позицию. И теперь, истекали уже третьи сутки ожидания появления цели – одного из иностранных эмиссаров боевиков по имени Абу Омар.
Угрюмый, окоченевший от холода, с затекшим телом, медленно, незаметно со стороны, разгонял кровь по туловищу своими снайперскими упражнениями. Он последовательно, сообразуясь с дыханием, напрягал и расслаблял мышцы, заставляя работать весь свой организм. Где-то невдалеке, расположилась группа бойцов спецназа ГРУ, возглавляемая командиром с позывным Туман. Спецназовцы так профессионально оборудовали позиции и замаскировались, что даже цепкий, рентгеновский снайперский взгляд Угрюмого не обнаруживал их присутствия. Ни одного движения. Снайпер с большим уважением относился к этим молодым ребятам, которые без хвастовства и лишней болтовни, терпеливо и грамотно делали свое сложное и опасное, но такое нужное дело. Угрюмый вспомнил их первую встречу в оперативном штабе на постановке задачи. Штабной офицер глядя на Тумана говорил тыча пальцем в снайпера:
- … и чтоб этого парня вернули мне целехонького – берегли его пуще самих себя! Волос с его головы не должен упасть!
- Есть беречь волосы снайпера! – невозмутимо отвечал Туман, а в его ясных серых глазах читалась внутренняя борьба.
- И без самодеятельности там! Отработали и ушли! – штабной ругался, делал грозный вид, напускал строгости, но снайпер видел, что этот немолодой уже офицер, сильно переживает за своих людей. Потом, когда они вышли из палатки, Туман с сарказмом спросил Угрюмого:
- Больно сильно он разволновался? Ты что чей – то родственник, или сильно секретный?
- Нет, - снайпер разряжал напряжение, - винтовка у меня сильно дорогая – английская! Они за винтовку и прицел переживают, а не за меня. Ты же знаешь - у нас все посчитано: и оружие и патроны и деньги, - Угрюмый сделал паузу, - а людей и так много, можно не считать – и они засмеялись, внутренне сближаясь, как обычно сближаются те, кому предстоит вместе рисковать жизнью.
*****
Какое – то движение возле крайнего дома горного селения, отвлекло Угрюмого от воспоминаний. Он замер приникнув к окуляру прицела. Из-за угла строения, очень медленно отделилась фигура в камуфляже и плавно двинулась вдоль стены. «Головняк!» - отметил снайпер. Следом за первым, на некотором удалении, чуть в стороне, из зарослей появился другой боевик. Угрюмый, чуть повернувшись, скосил взгляд вправо и встретился глазами с Туманом. Тот мигнул, давая понять, что тоже заметил врага.
Снайпер вернулся к прицелу. Фигурки боевиков внизу ущелья, с шестисот метров казались низкорослыми и сливались с растительностью, исчезая из виду. Боевики вышли к грунтовой дороге. Вдруг, откуда – то с горы, несколько выше позиции Угрюмого и Тумана, послышался голос кукушки, которая прокуковала семь раз. Один из боевиков поднял руку и плавно описал ей круг над головой. В следующую минуту послышались осторожные шаги группы людей. Угрюмый сросся с землей. Целый отряд спускался с горы, осторожно ступая. Снайпер понял, что бандиты непременно пройдут через позиции группы. Боевики, многие из которых родились, выросли и воюют в этих горах, выработали у себя некое звериное чутье, ощущение опасности, помогающее обнаружить присутствие врага. Один Угрюмый еще имел шанс остаться не замеченным, но с ним было еще шестеро. « Как же мы их прозевали?» - спрашивал себя снайпер.
Немного сердясь, испытывая чувство сильного страха, он по приближающимся звукам он определил, что группа обречена на обнаружение, которое приведет к короткому неравному бою, похожему на предсмертную агонию. Сердце бешено колотилось, отдавая пульсирующим громом в ушах и голове. Сознание отчаянно сопротивлялось ситуации, ища выхода. Внезапно, Угрюмый вспомнил одного из молодых бойцов Тумана со странным, для современной России, именем Спиридон. Когда, перед выходом на задачу снайпер знакомился с группой, он спросил у Спиридона - откуда такое имя. Паренек ответил, что его назвали так в честь православного святого, который всегда помогает попавшим в беду людям. А само имя означает – «надежный». Угрюмый тогда недоверчиво улыбнулся и хмыкнул, хотя был крещен и за годы войны имел несколько необъяснимых случаев чудесного спасения в безнадежных ситуациях.
*****
Отряд боевиков, судя по звукам весьма многочисленный приближался. Опасение переросло в уверенность. Отложив винтовку, Угрюмый медленно доставал пистолет. Просто он свою жизнь не отдаст. Сознание работало на максимальной скорости. Затем, поддавшись какому-то внутреннему порыву, интуитивно цепляясь за любую возможность спастись, от безнадежности, одними губами снайпер прошептал : - « Святой Спиридон помоги!» - и для усиления просьбы добавил : - «Если вернемся живыми, пойду в церковь и поставлю семь больших свечей – за каждого из нас!».
Угрюмый изменил позу. Он повернулся на бок, чтобы первым увидеть врага и открыть огонь. Вдруг, перед ним возник старичок в вязанной или плетеной шапочке, который тоже спускался с горы. Он хоть и был бородатый, смуглый, но не казался боевиком. Да и одежда его не соответствовала облику горного воина. Снайпер замер в замешательстве. Старичок неожиданно улыбнулся и приложив указательный палец к губам, беззвучно прошел мимо. Сразу, следом за ним, не останавливаясь и чуть не наступая, на застывшего в крайнем удивлении Угрюмого, практически гурьбой, ломая кусты и забыв об осторожности, протопал отряд боевиков.
Угрюмый очнулся услышав знакомое: - «Псст!». Снайпер плавно повернулся и увидел Тумана, который округлив глаза, делал знаки лицом. Угрюмый, мысленно стряхнул оцепенение и вернувшись в привычную позу, посмотрел через прицел вниз – где спустившиеся с горы боевики выставляли охранение. С противоположного склона, из-за деревьев, через населенный пункт к дороге вышел еще один отряд. Снайпер внутренне собрался. Где-то здесь среди бандитских командиров, должен быть и Абу. Угрюмый внимательно осматривал врагов, вспоминая облик виденного им на различных фото и видео, арабского эмиссара. Одинаково бородатые, не различимые сверху по росту, боевики перемещались, здороваясь друг с другом.
Снайпер вглядывался в каждое лицо. Не тот! Снова не тот! Боевиков было около семидесяти. Сейчас они соединятся и уйдут, а цель все еще не найдена. Ликвидация Абу – основная задача Угрюмого. После этого, Туман наведет авиацию, которая барражировала где-то в небе. Стоп! Внимание Угрюмого привлек крайний дом из которого выходила группа духов. Снайпер повел винтовкой и подстроил прицел. Есть! Вот он! Абу собственной персоной, вышел из дома и остановился, разговаривая с одним из главарей.
Угрюмый сосредоточился на цели. Время замерло. Ушли все звуки и волнение. Вдох, затем плавный медленный выдох. За этот период, в голове снайпера метры пересчитались в угловые минуты, лицо и глаза зафиксировали ветровые данные: направление, силу, переменчивость. Рука плавно и незаметно внесла нужные поправки, кликая барабанчиками прицела, сердце стукнуло и затихло, указательный палец, ногтевой фалангой плавно потянул спусковую скобу. Пауза… звук выстрела, рассеянный глушителем, громким щелчком, словно удар хлыста, отразился от гор и многократно повторяясь, удалился. Еще не закончило звучать эхо, как Угрюмый дослав патрон, снова выстрелил. В сознании снайпера суженного до слияния с целью, все происходило, как в многократно замедленном видео.
Он увидел, в ясном утреннем воздухе термобарический след полета пули и точку попадания. Абу бросило назад сильным ударом в грудь, пулей триста тридцать восьмого калибра и вторая пуля, чуть припозднившись, взорвала его голову. «Цель поражена!» - спокойно отметил Угрюмый и в нем сразу включилось восприятие окружающей обстановки. Звуки, запахи, телесные ощущения в один миг ворвались в сознание стрелка. Он смотрел, оценивая обстановку. Глушитель его винтовки рассеял звук, размывая восприятие и усложняя определение направления с которого был сделан выстрел. Горы отражая эхо, вносили сумятицу в ряды боевиков, которая, впрочем, длилась недолго. Затем духи быстро перегруппировались, уйдя из зоны видимости. В этот момент, Угрюмый услышал тихий голос Тумана, делавшего свою работу – наведение авиации. Бандиты начали стрелять, опытно угадав направление и кричать переговариваясь друг с другом. Снайпер подполз к Туману:
- Уходим?
- Пока нет. Дождемся «грачей» – будничным тоном ответил командир группы.
- … и чтоб этого парня вернули мне целехонького – берегли его пуще самих себя! Волос с его головы не должен упасть!
- Есть беречь волосы снайпера! – невозмутимо отвечал Туман, а в его ясных серых глазах читалась внутренняя борьба.
- И без самодеятельности там! Отработали и ушли! – штабной ругался, делал грозный вид, напускал строгости, но снайпер видел, что этот немолодой уже офицер, сильно переживает за своих людей. Потом, когда они вышли из палатки, Туман с сарказмом спросил Угрюмого:
- Больно сильно он разволновался? Ты что чей – то родственник, или сильно секретный?
- Нет, - снайпер разряжал напряжение, - винтовка у меня сильно дорогая – английская! Они за винтовку и прицел переживают, а не за меня. Ты же знаешь - у нас все посчитано: и оружие и патроны и деньги, - Угрюмый сделал паузу, - а людей и так много, можно не считать – и они засмеялись, внутренне сближаясь, как обычно сближаются те, кому предстоит вместе рисковать жизнью.
*****
Какое – то движение возле крайнего дома горного селения, отвлекло Угрюмого от воспоминаний. Он замер приникнув к окуляру прицела. Из-за угла строения, очень медленно отделилась фигура в камуфляже и плавно двинулась вдоль стены. «Головняк!» - отметил снайпер. Следом за первым, на некотором удалении, чуть в стороне, из зарослей появился другой боевик. Угрюмый, чуть повернувшись, скосил взгляд вправо и встретился глазами с Туманом. Тот мигнул, давая понять, что тоже заметил врага.
Снайпер вернулся к прицелу. Фигурки боевиков внизу ущелья, с шестисот метров казались низкорослыми и сливались с растительностью, исчезая из виду. Боевики вышли к грунтовой дороге. Вдруг, откуда – то с горы, несколько выше позиции Угрюмого и Тумана, послышался голос кукушки, которая прокуковала семь раз. Один из боевиков поднял руку и плавно описал ей круг над головой. В следующую минуту послышались осторожные шаги группы людей. Угрюмый сросся с землей. Целый отряд спускался с горы, осторожно ступая. Снайпер понял, что бандиты непременно пройдут через позиции группы. Боевики, многие из которых родились, выросли и воюют в этих горах, выработали у себя некое звериное чутье, ощущение опасности, помогающее обнаружить присутствие врага. Один Угрюмый еще имел шанс остаться не замеченным, но с ним было еще шестеро. « Как же мы их прозевали?» - спрашивал себя снайпер.
Немного сердясь, испытывая чувство сильного страха, он по приближающимся звукам он определил, что группа обречена на обнаружение, которое приведет к короткому неравному бою, похожему на предсмертную агонию. Сердце бешено колотилось, отдавая пульсирующим громом в ушах и голове. Сознание отчаянно сопротивлялось ситуации, ища выхода. Внезапно, Угрюмый вспомнил одного из молодых бойцов Тумана со странным, для современной России, именем Спиридон. Когда, перед выходом на задачу снайпер знакомился с группой, он спросил у Спиридона - откуда такое имя. Паренек ответил, что его назвали так в честь православного святого, который всегда помогает попавшим в беду людям. А само имя означает – «надежный». Угрюмый тогда недоверчиво улыбнулся и хмыкнул, хотя был крещен и за годы войны имел несколько необъяснимых случаев чудесного спасения в безнадежных ситуациях.
*****
Отряд боевиков, судя по звукам весьма многочисленный приближался. Опасение переросло в уверенность. Отложив винтовку, Угрюмый медленно доставал пистолет. Просто он свою жизнь не отдаст. Сознание работало на максимальной скорости. Затем, поддавшись какому-то внутреннему порыву, интуитивно цепляясь за любую возможность спастись, от безнадежности, одними губами снайпер прошептал : - « Святой Спиридон помоги!» - и для усиления просьбы добавил : - «Если вернемся живыми, пойду в церковь и поставлю семь больших свечей – за каждого из нас!».
Угрюмый изменил позу. Он повернулся на бок, чтобы первым увидеть врага и открыть огонь. Вдруг, перед ним возник старичок в вязанной или плетеной шапочке, который тоже спускался с горы. Он хоть и был бородатый, смуглый, но не казался боевиком. Да и одежда его не соответствовала облику горного воина. Снайпер замер в замешательстве. Старичок неожиданно улыбнулся и приложив указательный палец к губам, беззвучно прошел мимо. Сразу, следом за ним, не останавливаясь и чуть не наступая, на застывшего в крайнем удивлении Угрюмого, практически гурьбой, ломая кусты и забыв об осторожности, протопал отряд боевиков.
Угрюмый очнулся услышав знакомое: - «Псст!». Снайпер плавно повернулся и увидел Тумана, который округлив глаза, делал знаки лицом. Угрюмый, мысленно стряхнул оцепенение и вернувшись в привычную позу, посмотрел через прицел вниз – где спустившиеся с горы боевики выставляли охранение. С противоположного склона, из-за деревьев, через населенный пункт к дороге вышел еще один отряд. Снайпер внутренне собрался. Где-то здесь среди бандитских командиров, должен быть и Абу. Угрюмый внимательно осматривал врагов, вспоминая облик виденного им на различных фото и видео, арабского эмиссара. Одинаково бородатые, не различимые сверху по росту, боевики перемещались, здороваясь друг с другом.
Снайпер вглядывался в каждое лицо. Не тот! Снова не тот! Боевиков было около семидесяти. Сейчас они соединятся и уйдут, а цель все еще не найдена. Ликвидация Абу – основная задача Угрюмого. После этого, Туман наведет авиацию, которая барражировала где-то в небе. Стоп! Внимание Угрюмого привлек крайний дом из которого выходила группа духов. Снайпер повел винтовкой и подстроил прицел. Есть! Вот он! Абу собственной персоной, вышел из дома и остановился, разговаривая с одним из главарей.
Угрюмый сосредоточился на цели. Время замерло. Ушли все звуки и волнение. Вдох, затем плавный медленный выдох. За этот период, в голове снайпера метры пересчитались в угловые минуты, лицо и глаза зафиксировали ветровые данные: направление, силу, переменчивость. Рука плавно и незаметно внесла нужные поправки, кликая барабанчиками прицела, сердце стукнуло и затихло, указательный палец, ногтевой фалангой плавно потянул спусковую скобу. Пауза… звук выстрела, рассеянный глушителем, громким щелчком, словно удар хлыста, отразился от гор и многократно повторяясь, удалился. Еще не закончило звучать эхо, как Угрюмый дослав патрон, снова выстрелил. В сознании снайпера суженного до слияния с целью, все происходило, как в многократно замедленном видео.
Он увидел, в ясном утреннем воздухе термобарический след полета пули и точку попадания. Абу бросило назад сильным ударом в грудь, пулей триста тридцать восьмого калибра и вторая пуля, чуть припозднившись, взорвала его голову. «Цель поражена!» - спокойно отметил Угрюмый и в нем сразу включилось восприятие окружающей обстановки. Звуки, запахи, телесные ощущения в один миг ворвались в сознание стрелка. Он смотрел, оценивая обстановку. Глушитель его винтовки рассеял звук, размывая восприятие и усложняя определение направления с которого был сделан выстрел. Горы отражая эхо, вносили сумятицу в ряды боевиков, которая, впрочем, длилась недолго. Затем духи быстро перегруппировались, уйдя из зоны видимости. В этот момент, Угрюмый услышал тихий голос Тумана, делавшего свою работу – наведение авиации. Бандиты начали стрелять, опытно угадав направление и кричать переговариваясь друг с другом. Снайпер подполз к Туману:
- Уходим?
- Пока нет. Дождемся «грачей» – будничным тоном ответил командир группы.
Через минуту, в небе над горами мелькнули два Су двадцать пять, быстро пролетевшие над ущельем. Через мгновение, следом за ними ворвался рев двигателей, а затем грохот взрывов и дрожь земли заглушили звуки стрельбы. Вздыбилась горная земля, поднимаясь вверх с огненными шарами и дымом.
-Отходим! – скомандовал Туман и группа снялась с позиций. Самолеты заходили еще несколько раз, завершая дело начатое выстрелом снайпера. Боевики метались, погибая, но Угрюмый этого уже не видел – группа быстрым маршем уходила в горы, на запасную точку съема. Через некоторое время, Туман дал команду остановиться. Группа собралась. Командир, обращаясь ко всем сказал:
- Выдвигаемся к схрону Абдуллы, доделываем его, затем на точку съема – бойцы согласно закивали. Угрюмый вопросительно смотрел на Тумана. Тот пояснил:
- Кровник тут у нас один есть. Много наших убил. Несколько раз уходил прямо из-под носа. Мы долго его схрон искали. У него духов немного – человек пятнадцать. Место глухое. Они там немного расслабленные. Наши пока до принятия решения созреют, Абдулла снимется и за границу уйдет. А на по пути. Зайдем в гости. Ты как снайпер?
- Ну не бросать же вас одних в лесу – еще заблудитесь! – ответил Угрюмый несколько напряженно. Он не любил не подготовленных импровизаций.
*****
Через некоторое время, группа незаметно вышла к бандитскому схрону. Бойцы заняли огневые позиции практически в упор к боевикам, заставив Угрюмого, в который раз, подивиться мастерству спецназовцев. Несколько часов, они вели наблюдение. На базе было четырнадцать боевиков, включая самого Абдуллу, на которого Туман указал Угрюмому, обозначив, тем самым снайперу его цель. Согласно плану, оказывается уже утвержденному и державшемуся в секрете, о чем Угрюмый догадался еще тогда, когда командир изменил маршрут и точку съема, и скорректированному по месту, снайпер убирает Абдуллу, а группа завершает работу по уничтожению банды боевиков и их схрона.
Теперь Угрюмый лежал невдалеке от бойца по имени Спиридон и, держа главаря в прицеле, ждал команду на открытия огня. Позади снайпера хрустнула ветка. Угрюмы замер, краем глаза, видя, как Спиридон обернулся. Громкий гортанный крик разорвал утреннюю тишину леса. Снова время для Угрюмого остановилось. Он видел через прицел, как Абдулла медленно валится, пытаясь уйти за дерево. Снайпер выстрелил и фиксируя попадание, стал перекатываться вправо, одновременно с этим, доставая пистолет. Опять происходящее воспринималось как замедленное кино. Перекатившись, он увидел боевика стоящего в полный рост с автоматом, нацеленным в Угрюмого. Снайпер понял, что не успевает и душа его вскрикнула. Тут, из ниоткуда, перед бандитом вдруг возник боец по имени Спиридон. Он закрыл собою Угрюмого и приняв на себя несколько пуль и начал падать назад. Это дало снайперу возможность вывести пистолет на линию прицеливания и всадить в грудь и голову боевика семь пуль. Ощущения окружающего мира вновь вернулись к Угрюмому, резким взрывом звуков, запахов и чувств. Война гремела, заглушая стоны природы. В горном воздухе сгустился резкий тяжелый запах пороховой гари, страха, крови и смерти. Угрюмый подскочил к упавшему боевику, подобрал его автомат и устремился на подмогу своим, включаясь в быстротечную, плотную круговерть ближнего боя.
Через несколько минут банда Абдуллы прекратила свое существование. Быстро, но без суеты и беготни, бойцы группы Тумана осматривали место боя, собирая документы и трофеи. Каждый знал свое дело и занимался им. Угрюмый сидел, немного ошалевший от несвойственного ему ритма боя и смотрел, ка доктор возится со Спиридоном. Подошел Туман. Протянул руку:
- Спасибо брат! Первым выстрелом в сердце попал! Этот лис от нас столько раз уходил. Чуйка сильная его выручала. Командир замолчал с болью глядя на Спиридона. Угрюмый вздохнул:
- Это не мне спасибо, - он показал рукой на лежащего бездыханным бойца, - если бы не он – все закончилось бы по-другому. – и снайпер рассказал командиру, как Спиридон закрыл его собой. Туман вздохнул. Затем неожиданно, без перехода спросил:
- Ты деда видел?
- Какого деда? Где?
- Да на той горе где Абу ждали! В странной шапке и одежде! Он духов с горы вел. Я его потом, когда они к дороге вышли искал, искал, да так и не нашел. Угрюмый молчал. В его голове шла борьба между разумным, научным и необъяснимым, непонятным, мистическим.
-Видел я его, - наконец ответил снайпер, - сам не могу понять откуда он взялся и куда пропал – подумав немного, Угрюмый спросил командира: - А ты когда духи перли с горы о чем думал?
- О семье! – Туман ответил сразу. Потом добавил: - Еще молитву вспомнил – Отче наш. Ей меня бабушка научила. Когда прижимает, она сама на ум приходит.
Они немного помолчали думая каждый о своем.
- Командир, – тихий голос доктора привлек внимание,- Доня живой! Надо срочно вызвать вертушку, может успеем спасти! – Туман вызвал вертолет и обозначил точку съема. Спиридона, без сознания, тихо постанывающего, аккуратно уложили на носилки и почти бегом выдвинулись от схрона. Угрюмый вызвался нести носилки вместе с доктором. Снайпер шел не чувствуя тяжести рюкзака, оружия и носилок. Усталость не брала его. Чувство долга, желание спасти этого почти незнакомого паренька, так просто, без раздумий и колебаний, кинувшего свою жизнь на весы Угрюмовой судьбы, двигало всю группу ускоренным маршем к точке встречи вертолета. Шли без остановок, но как казалось снайперу, слишком медленно. Когда они прибыли на место, вертолет уже кружил в небе. Погрузка, полет и прибытие на базу прошли штатно. Раненого срочно переправили в госпиталь. Перед отлетом Спиридон пришел в себя и улыбнулся, шевельнув на прощание рукой. Угрюмый простился с ним и они с Туманом убыли на доклад. Угрюмый шел и ему не давала покоя мысль о том, что в жизни кроме материальных, физических законов действуют проявляя себя в экстремальных ситуациях, какие-то другие, непонятные, независимые от природы силы и законы о которых ученые и не подозревают. Или не хотят знать. Потому что законы эти нельзя понять при помощи химии или математики, а тем более физики или биологии. Кроме видимого на ощупь мира, вдруг проявляется какой-то другой мир связанный с человеком, с его сознанием, мыслями, словами и поступками. Может быть кто-то, но это точно не научные работники, знает как понимать тот скрытый от обычных людей мир. Возможно, если бы люди поняли действие законов того мира, то жизнь бы их изменилась. Все эти мысли возникали в душе снайпера еще некоторое время, пока будни военной работы не захватили его.
*****
Через несколько месяцев, находясь в Москве по случаю представления к государственной награде, зашел случайно Угрюмый в Даниловский монастырь. Там, в одной из икон узнал снайпер того старичка, который вел боевиков с горы мимо затаившейся группы. Стоял перед иконой Угрюмый и ставя семь больших свечей в подсвечник, спрашивал старичка в недоумении:
- Святой Спиридон! Почему же ты не сохранил седьмого нашего бойца? Почему именно он, носящий твое имя и такой набожный погиб прикрывая собой меня и спасая всю группу? Почему я – крещеный материалист, носящий крест скорее по традиции, чем по вере, получаю награду, почет и уважение, а родители и близкие погибшего Спиридона горе и слезы? И есть ли справедливость в этой жизни?
Много чего еще хотел спросить Угрюмый, но молчал старичок и не получил снайпер ответа. Еще некоторое время томилось сердце Угрюмого непониманием, пока будни военной работы вновь не захватили его.
.
Николай Брест
-Отходим! – скомандовал Туман и группа снялась с позиций. Самолеты заходили еще несколько раз, завершая дело начатое выстрелом снайпера. Боевики метались, погибая, но Угрюмый этого уже не видел – группа быстрым маршем уходила в горы, на запасную точку съема. Через некоторое время, Туман дал команду остановиться. Группа собралась. Командир, обращаясь ко всем сказал:
- Выдвигаемся к схрону Абдуллы, доделываем его, затем на точку съема – бойцы согласно закивали. Угрюмый вопросительно смотрел на Тумана. Тот пояснил:
- Кровник тут у нас один есть. Много наших убил. Несколько раз уходил прямо из-под носа. Мы долго его схрон искали. У него духов немного – человек пятнадцать. Место глухое. Они там немного расслабленные. Наши пока до принятия решения созреют, Абдулла снимется и за границу уйдет. А на по пути. Зайдем в гости. Ты как снайпер?
- Ну не бросать же вас одних в лесу – еще заблудитесь! – ответил Угрюмый несколько напряженно. Он не любил не подготовленных импровизаций.
*****
Через некоторое время, группа незаметно вышла к бандитскому схрону. Бойцы заняли огневые позиции практически в упор к боевикам, заставив Угрюмого, в который раз, подивиться мастерству спецназовцев. Несколько часов, они вели наблюдение. На базе было четырнадцать боевиков, включая самого Абдуллу, на которого Туман указал Угрюмому, обозначив, тем самым снайперу его цель. Согласно плану, оказывается уже утвержденному и державшемуся в секрете, о чем Угрюмый догадался еще тогда, когда командир изменил маршрут и точку съема, и скорректированному по месту, снайпер убирает Абдуллу, а группа завершает работу по уничтожению банды боевиков и их схрона.
Теперь Угрюмый лежал невдалеке от бойца по имени Спиридон и, держа главаря в прицеле, ждал команду на открытия огня. Позади снайпера хрустнула ветка. Угрюмы замер, краем глаза, видя, как Спиридон обернулся. Громкий гортанный крик разорвал утреннюю тишину леса. Снова время для Угрюмого остановилось. Он видел через прицел, как Абдулла медленно валится, пытаясь уйти за дерево. Снайпер выстрелил и фиксируя попадание, стал перекатываться вправо, одновременно с этим, доставая пистолет. Опять происходящее воспринималось как замедленное кино. Перекатившись, он увидел боевика стоящего в полный рост с автоматом, нацеленным в Угрюмого. Снайпер понял, что не успевает и душа его вскрикнула. Тут, из ниоткуда, перед бандитом вдруг возник боец по имени Спиридон. Он закрыл собою Угрюмого и приняв на себя несколько пуль и начал падать назад. Это дало снайперу возможность вывести пистолет на линию прицеливания и всадить в грудь и голову боевика семь пуль. Ощущения окружающего мира вновь вернулись к Угрюмому, резким взрывом звуков, запахов и чувств. Война гремела, заглушая стоны природы. В горном воздухе сгустился резкий тяжелый запах пороховой гари, страха, крови и смерти. Угрюмый подскочил к упавшему боевику, подобрал его автомат и устремился на подмогу своим, включаясь в быстротечную, плотную круговерть ближнего боя.
Через несколько минут банда Абдуллы прекратила свое существование. Быстро, но без суеты и беготни, бойцы группы Тумана осматривали место боя, собирая документы и трофеи. Каждый знал свое дело и занимался им. Угрюмый сидел, немного ошалевший от несвойственного ему ритма боя и смотрел, ка доктор возится со Спиридоном. Подошел Туман. Протянул руку:
- Спасибо брат! Первым выстрелом в сердце попал! Этот лис от нас столько раз уходил. Чуйка сильная его выручала. Командир замолчал с болью глядя на Спиридона. Угрюмый вздохнул:
- Это не мне спасибо, - он показал рукой на лежащего бездыханным бойца, - если бы не он – все закончилось бы по-другому. – и снайпер рассказал командиру, как Спиридон закрыл его собой. Туман вздохнул. Затем неожиданно, без перехода спросил:
- Ты деда видел?
- Какого деда? Где?
- Да на той горе где Абу ждали! В странной шапке и одежде! Он духов с горы вел. Я его потом, когда они к дороге вышли искал, искал, да так и не нашел. Угрюмый молчал. В его голове шла борьба между разумным, научным и необъяснимым, непонятным, мистическим.
-Видел я его, - наконец ответил снайпер, - сам не могу понять откуда он взялся и куда пропал – подумав немного, Угрюмый спросил командира: - А ты когда духи перли с горы о чем думал?
- О семье! – Туман ответил сразу. Потом добавил: - Еще молитву вспомнил – Отче наш. Ей меня бабушка научила. Когда прижимает, она сама на ум приходит.
Они немного помолчали думая каждый о своем.
- Командир, – тихий голос доктора привлек внимание,- Доня живой! Надо срочно вызвать вертушку, может успеем спасти! – Туман вызвал вертолет и обозначил точку съема. Спиридона, без сознания, тихо постанывающего, аккуратно уложили на носилки и почти бегом выдвинулись от схрона. Угрюмый вызвался нести носилки вместе с доктором. Снайпер шел не чувствуя тяжести рюкзака, оружия и носилок. Усталость не брала его. Чувство долга, желание спасти этого почти незнакомого паренька, так просто, без раздумий и колебаний, кинувшего свою жизнь на весы Угрюмовой судьбы, двигало всю группу ускоренным маршем к точке встречи вертолета. Шли без остановок, но как казалось снайперу, слишком медленно. Когда они прибыли на место, вертолет уже кружил в небе. Погрузка, полет и прибытие на базу прошли штатно. Раненого срочно переправили в госпиталь. Перед отлетом Спиридон пришел в себя и улыбнулся, шевельнув на прощание рукой. Угрюмый простился с ним и они с Туманом убыли на доклад. Угрюмый шел и ему не давала покоя мысль о том, что в жизни кроме материальных, физических законов действуют проявляя себя в экстремальных ситуациях, какие-то другие, непонятные, независимые от природы силы и законы о которых ученые и не подозревают. Или не хотят знать. Потому что законы эти нельзя понять при помощи химии или математики, а тем более физики или биологии. Кроме видимого на ощупь мира, вдруг проявляется какой-то другой мир связанный с человеком, с его сознанием, мыслями, словами и поступками. Может быть кто-то, но это точно не научные работники, знает как понимать тот скрытый от обычных людей мир. Возможно, если бы люди поняли действие законов того мира, то жизнь бы их изменилась. Все эти мысли возникали в душе снайпера еще некоторое время, пока будни военной работы не захватили его.
*****
Через несколько месяцев, находясь в Москве по случаю представления к государственной награде, зашел случайно Угрюмый в Даниловский монастырь. Там, в одной из икон узнал снайпер того старичка, который вел боевиков с горы мимо затаившейся группы. Стоял перед иконой Угрюмый и ставя семь больших свечей в подсвечник, спрашивал старичка в недоумении:
- Святой Спиридон! Почему же ты не сохранил седьмого нашего бойца? Почему именно он, носящий твое имя и такой набожный погиб прикрывая собой меня и спасая всю группу? Почему я – крещеный материалист, носящий крест скорее по традиции, чем по вере, получаю награду, почет и уважение, а родители и близкие погибшего Спиридона горе и слезы? И есть ли справедливость в этой жизни?
Много чего еще хотел спросить Угрюмый, но молчал старичок и не получил снайпер ответа. Еще некоторое время томилось сердце Угрюмого непониманием, пока будни военной работы вновь не захватили его.
.
Николай Брест
По мнению автора, снайпера до сих пор из мосинок работают?
Самые точные винтовки - болты, перезаряжаются именно как мосинки. Полуавтоматы - это уже компромисс между точностью и скорострельностью.
Про просранные тылы полностью согласен, шибко клюквенно.