924
13
18 мая 1944 года закончилось четвёртое и последнее сражение за Монте-Кассино - "Верден в миниатюре", по словам командира 3-го парашютного полка люфтваффе оберста Хайльмана - в 9.50 утра над отутюженной авиацией и артиллерией союзников монастырской горой пехотинцы 2-го Польского корпуса 8-ой британской армии подняли польский флаг и штандарт 12-го подольского уланского полка. Последний немного позже сменили на британский флаг - субординация
Итальянская кампания представляется на первый взгляд довольно сумбурной, с массой тактических просчётов (в особенности разведки) обеих сторон, в случае же с Монте-Кассино (да и с городом Кассино) самоуверенное упование на полное превосходство в живой силе, технике, а главное - в авиации, сыграло с командованием союзников довольно злую шутку , к тому же, медленно отползавший на север вермахт выигрывал время для подготовки Линии Густава и, вопреки ожиданиям генерала Кларка, собирался сопротивляться упорно. Последние 11 километров, отделявшие союзников от Линии Густава, были пройдены ими за полтора месяца тяжелых боёв и стоили шестнадцати тысяч потерянных солдат. Ожидания на успех высадки в Анцио не оправдались, как и "запланированный" союзниками отход немцев под угрозой окружения.
Не ставлю целью подробно расписывать детали сражения, для этого существует масса интересных источников, включая мемуарные, коснусь лишь одного эпизода - превращения монастыря в развалины авиацией союзников.
Не ставлю целью подробно расписывать детали сражения, для этого существует масса интересных источников, включая мемуарные, коснусь лишь одного эпизода - превращения монастыря в развалины авиацией союзников.
×
Следует сразу заметить - с самого начала сражения вермахт не занимал монастырь и не использовал его в качестве цитадели. Известный факт - Кессельринг издал приказ о "нейтральном статусе" монастыря, а командующий 14-м танковым корпусом генерал фон Зенгер, будучи на рождественской мессе 1943г. в Кассино, лично гарантировал престарелому аббату Джорджио Диамаре, что германские солдаты не войдут в монастырь и не будут использовать его в военных целях до тех пор, пока в нём находится хотя бы один монах. Надо сказать, что немцы своё слово сдержали - все их позиции находились далеко вне монастырских стен, за исключением, разве что, поста у ворот аббатства, назначением которого было лишь препятствовать проникновению в монастырь ослушавшихся приказа зольдат. Кроме прочего, большая часть ценностей из аббатства по настоянию немцев была эвакуирована в хранилища Ватикана.
Решение разбомбить аббатство созрело после двух тщетных попыток штурма - за две с половиной недели американцы заняли лишь две высоты, заплатив потерей 80% личного состава 34-ой дивизии. 2-ой корпус армии США был довольно ощутимо истощен и Кларк ожидаемо провёл рокировку, сдав позиции британскому союзнику - новозеландцам и индийцам.
Далее в американо-британской историографии следует довольно показательная история о генеральских рефлексиях и колебаниях по поводу необходимости и целесообразности превращения аббатства в груду щебня. Поиски резонов иногда принимали совершенно удивительный оборот - журналист "Нью-Йорк Таймс" Артур Зульцбергер, которому позволили сопровождать высших союзных офицеров в разведывательном облёте аббатства, "заметил" развешенную на бельевых верёвках форму вермахта во внутренних дворах, наблюдательные пункты и пулемётные точки немцев. Генерал Джеффри Киз, несколько раз выполнявший полёты над монастырём, не мог похвастаться такой остротой зрения и докладывал в штаб 5-ой армии, что все сообщения галлюцинирующих господ о присутствии немцев в стенах монастыря являются выдумкой - «они так долго присматривались, что наконец начали видеть желаемое». По большому счёту, разницы для союзников - есть ли немцы в монастыре, нет ли их там, не было в принципе - их резоны достаточно красноречиво выразил в своих мемуарах генерал-майор сэр Говард К. Кипербергер: "Будучи неповреждённым, оно <аббатство> являлось хорошим укрытием... Будучи разбомбленным, оно превратилось в зубчатую кучу строительных обломков, открытых для эффективного огня из пушек, миномётов и авиации, а также смертельной ловушкой в случае повторной бомбёжки. В целом, я думал, что если бы оно оставалось нетронутым, оно было бы более полезным для немцев». Тактическую недальновидность новозеландского генерала подтвердили дальнейшие события - все вышло с точностью до наоборот. Ему вторил и командир 4-ой индийской дивизии генерал-майор Френсис Такер, "всесторонне" проанализировавший ситуацию на основе данных из книги об аббатстве издания 1879-го года, найденной в книжной лавке Неаполя - генерал изучал её в перерывах между приступами тропической лихорадки, и, впечатлённый прочитанным, он горячечно ходатайствовал с госпитальной койки о бомбардировке монастыря, к тому же - непременно "блокбастерами" (4000 фунтов), так как обычный 1000-фунтовый боеприпас цитадель "не возмёт". Генерал же Кларк и его начальник штаба колебались - они были уверены в отсутствии немцев в монастыре, но приняли спасительное соломоново решение - "если прикажут сверху - будем бомбить...", оставив право принятия решения за командующим союзническими войсками в Италии генералом сэром Александером. И прямой приказ был получен.
Далее в американо-британской историографии следует довольно показательная история о генеральских рефлексиях и колебаниях по поводу необходимости и целесообразности превращения аббатства в груду щебня. Поиски резонов иногда принимали совершенно удивительный оборот - журналист "Нью-Йорк Таймс" Артур Зульцбергер, которому позволили сопровождать высших союзных офицеров в разведывательном облёте аббатства, "заметил" развешенную на бельевых верёвках форму вермахта во внутренних дворах, наблюдательные пункты и пулемётные точки немцев. Генерал Джеффри Киз, несколько раз выполнявший полёты над монастырём, не мог похвастаться такой остротой зрения и докладывал в штаб 5-ой армии, что все сообщения галлюцинирующих господ о присутствии немцев в стенах монастыря являются выдумкой - «они так долго присматривались, что наконец начали видеть желаемое». По большому счёту, разницы для союзников - есть ли немцы в монастыре, нет ли их там, не было в принципе - их резоны достаточно красноречиво выразил в своих мемуарах генерал-майор сэр Говард К. Кипербергер: "Будучи неповреждённым, оно <аббатство> являлось хорошим укрытием... Будучи разбомбленным, оно превратилось в зубчатую кучу строительных обломков, открытых для эффективного огня из пушек, миномётов и авиации, а также смертельной ловушкой в случае повторной бомбёжки. В целом, я думал, что если бы оно оставалось нетронутым, оно было бы более полезным для немцев». Тактическую недальновидность новозеландского генерала подтвердили дальнейшие события - все вышло с точностью до наоборот. Ему вторил и командир 4-ой индийской дивизии генерал-майор Френсис Такер, "всесторонне" проанализировавший ситуацию на основе данных из книги об аббатстве издания 1879-го года, найденной в книжной лавке Неаполя - генерал изучал её в перерывах между приступами тропической лихорадки, и, впечатлённый прочитанным, он горячечно ходатайствовал с госпитальной койки о бомбардировке монастыря, к тому же - непременно "блокбастерами" (4000 фунтов), так как обычный 1000-фунтовый боеприпас цитадель "не возмёт". Генерал же Кларк и его начальник штаба колебались - они были уверены в отсутствии немцев в монастыре, но приняли спасительное соломоново решение - "если прикажут сверху - будем бомбить...", оставив право принятия решения за командующим союзническими войсками в Италии генералом сэром Александером. И прямой приказ был получен.
Утром 15 февраля 1944 года, почти через месяц после начала первого штурма горы, 142 "летающих крепости", 42 "митчелла" и 40 "мародёров" обрушили 1150 тонн бомб на старейшее бенедектинское аббатство Европы. Паузы в налётах заполняла артиллерия. Любопытно, что непосредственно в монастырь, согласно послевоенному анализу, попала лишь десятая часть бомб, чего, впрочем, было достаточно, чтобы превратить его в живописные развалины. О точности бомбометания говорит тот факт, что около двадцати бомб упали на позиции 5-ой американской армии в 27-ми километрах от монастырской горы. А одна даже разорвалась в нескольких метрах от штабного фургона генерала Кларка.
Вечером того же дня еще 59 бомберов отбомбились "на посошок". Единственными, кто пострадал в монастыре от бомб освободителей Италии, стали итальянцы же, искавшие убежища у монахов. На следующий день после бомбёжки все уцелевшие предпочли покинуть развалины, остались лишь четыре десятка человек, среди которых - шесть монахов, три крестьянские семьи, осиротевшие дети, раненые, умирающие и старый аббат. Однако же, монастырь перестал быть для них твердыней и защитой от огня союзников (в ночь с 17 на 18 февраля, к примеру, во время пятичасового артналёта союзники тратили 10 тысяч снарядов в час), которым теперь уж точно было наплевать, есть ли среди развалин немцы, или нет, и последние нонкомбатанты решили благоразумно покинуть то, что осталось от аббатства - возглавил процессию 82-хлетний аббат Диамаре, несший над собой распятие. Кстати, как бы генерал фон Зенгер ни пытался оградить старика-аббата от цепких лап пропаганды, ему это не удалось - в Риме аббата сначала взяли в оборот геббельсовские клерки, а затем и представители департамента Риббентропа, заставив подписать в германском посольстве при Ватикане меморандум, по стилистике и содержанию недалеко ушедший от шаблонов министерства пропаганды.
Вечером того же дня еще 59 бомберов отбомбились "на посошок". Единственными, кто пострадал в монастыре от бомб освободителей Италии, стали итальянцы же, искавшие убежища у монахов. На следующий день после бомбёжки все уцелевшие предпочли покинуть развалины, остались лишь четыре десятка человек, среди которых - шесть монахов, три крестьянские семьи, осиротевшие дети, раненые, умирающие и старый аббат. Однако же, монастырь перестал быть для них твердыней и защитой от огня союзников (в ночь с 17 на 18 февраля, к примеру, во время пятичасового артналёта союзники тратили 10 тысяч снарядов в час), которым теперь уж точно было наплевать, есть ли среди развалин немцы, или нет, и последние нонкомбатанты решили благоразумно покинуть то, что осталось от аббатства - возглавил процессию 82-хлетний аббат Диамаре, несший над собой распятие. Кстати, как бы генерал фон Зенгер ни пытался оградить старика-аббата от цепких лап пропаганды, ему это не удалось - в Риме аббата сначала взяли в оборот геббельсовские клерки, а затем и представители департамента Риббентропа, заставив подписать в германском посольстве при Ватикане меморандум, по стилистике и содержанию недалеко ушедший от шаблонов министерства пропаганды.
После исхода развалины немедленно заняли фалльширмягеры 1-ой парашютной дивизии генерал-лейтенанта Рихарда Хайдриха. Благодаря своему тактическому оборонному мастерству, немцы превратили руины еще на три месяца в неприступную цитадель.
Решающий штурм окрестных высот и монастыря начался 11 мая силами 2-го Польского корпуса, так называемой Армии Андерса. В связи с этим приведу прелюбопытные строки из воззвания генерала Андерса к своим бойцам накануне штурма - они заслуживают внимания:
"Настал наш час кровавой мести. Этого часа ждал каждый из нас, ждёт его измученная страна наша, ждут его поляки, рассеянные по всему миру. Итак, вперёд! Солдаты! К оружию! И - в голову либо в сердце – ПЛИ! "
Впрочем, думается мне, что 2-ой Польский - тема для отдельного поста - о формировании, о вопросе Сталина Андерсу «Зачем Вам те белорусы, украинцы и евреи? Вам нужны поляки, они солдаты получше!», об эвакуации Армии на Ближний Восток, о дезертирстве евреев в Палестину, о косолапом талисмане корпуса - капрале Войтеке и о прочих исторических интересностях.
"Настал наш час кровавой мести. Этого часа ждал каждый из нас, ждёт его измученная страна наша, ждут его поляки, рассеянные по всему миру. Итак, вперёд! Солдаты! К оружию! И - в голову либо в сердце – ПЛИ! "
Впрочем, думается мне, что 2-ой Польский - тема для отдельного поста - о формировании, о вопросе Сталина Андерсу «Зачем Вам те белорусы, украинцы и евреи? Вам нужны поляки, они солдаты получше!», об эвакуации Армии на Ближний Восток, о дезертирстве евреев в Палестину, о косолапом талисмане корпуса - капрале Войтеке и о прочих исторических интересностях.
И кстати, вся эта возня у Монте-Касино по масштабам событий - вполне рядовые бои местного значения на Советско-Германском фроне, коих было не мало и знают о которых лишь историки и увлеченные историей ВОВ любители.
Поляк - это не национальность, это профессия.