Кодекс чести советских пацанов

Это и неудивительно. Дети тогда читали, и читали гораздо больше, чем сейчас, это были книги о мушкетерах и благородных разбойниках. По телевизору и в кинотеатрах не показывали фильмов, изобилующих сценами жестокости, да и в обществе культивировался не дух борьбы за существование, а коллективизм, братство и взаимовыручка. Может быть, именно поэтому у подростков, росших во дворах деревянных бараков, «хрущевок» и блочных многоэтажек, сложился своеобразный кодекс чести?

Дрались в те времена преимущественно парни. Драки девушек, конечно же, случались, но они были редкостью, и отнюдь не вызывали такого восторга, как сейчас. Кулачные разборки были прерогативой мужчин. Причем, для каждого возраста существовал свой ритуал драки. Были и общие правила, которым следовали все.

Прежде всего: дрались всегда один на один. Избиение группой – дело крайне некрасивое и применялось в самых редких, просто исключительных случаях. Второе правило: звать на помощь старших или жаловаться им считалось признаком трусости, этого не прощали. И, наконец, третье правило: у драки должна быть причина. Дерущихся просто ради драки никто не любил. Младшие школьники сходились, обыкновенно, после уроков, где- нибудь за школьным двором. Поединок собирал много любопытных. Сначала драчуны пихали друг друга в плечи со словами: «нарываешься!», «смотри, сейчас получишь!», «сам получишь!» и в таком роде. После этого они старались захватить шею другого, и оба валились на землю. Били, в основном, кулачком в нос. Проигрывал тот, кто первый начинал плакать.

Старшие дрались уже не до первых слез, а до первой крови. В ту пору в школах был в моде бокс, разные виды борьбы, к 80-м годам особенно увлекались карате. Однако, в обычных уличных драках эти приемы применяли редко. Достаточно было разбить сопернику нос, поставить синяк под глазом, лягнуть в пах. Совсем взрослые пацаны дрались уже не до первой крови, а до очевидной победы одного из драчунов.

При этом были правила, которых придерживались очень жестко: бить можно, калечить – нельзя; лежачего не бьют; бить того, кто разнимает, тоже нельзя. Окружающие поддерживали драчунов возгласами и советами, однако, если драка становилась слишком ожесточенной, драчунов растаскивали.

Если парнишка оказывался в новой кампании, в новом дворе, в новом классе или ином коллективе, и начинал безудержно хвастаться, рассказывая о своих мнимых подвигах и достижениях, ему предлагали доказать свою похвальбу. Если доказательства не были предъявлены, такому человеку было обеспечено всеобщее презрение.

Если молодой человек начинал встречаться с девушкой с другого двора или из другого района, он должен был быть готов доказать местной шпане, что он мужчина и может за себя постоять. Пока он провожал девушку до подъезда, его не трогали, но стоило девушке скрыться за дверью, как начиналась «разборка». Поэтому наиболее предусмотрительные ухажеры обычно еще подходя с барышней к ее дому, обдумывали «пути отхода».

Как уже было сказано, парня в присутствии его девушки не трогали. Это считалось очень оскорбительным по отношению к барышне. И вообще, ударить девушку было немыслимо. Однако, если девушка начинала курить, к ней теряли уважение. Еще хуже было, если вдруг барышня прослывет «девушкой легкого поведения».

С такими нормальные парни встречаться не хотели, и по отношению к такой можно было позволить себе любую, самую оскорбительную выходку. Однако, если парень называл какую-нибудь девушку шлюхой, и оказывалось, что это не так, то парень был жестоко бит. Отношения между старшими и младшими

Младших защищали от чужих, но «свои» могли «поучить» подзатыльником или иным тумаком. Старших уважали и слушались. В ответ старшие должны были заступаться за младших и разрешать их споры и конфликты.

Сдавать друзей было нельзя, никогда и ни при каких обстоятельствах. Друг должен был по первому зову прийти на помощь. Друзья зачастую «прикрывали» приятеля, который провожал барышню в чужой двор. Предателей друзьями считать переставали. Все ли правда в этом кодексе чести, сегодня сложно сказать. Где-то, наверное, было именно так, где-то – несколько иначе.

Можно не сомневаться, что многие из этих правил частенько нарушались. Но сложно спорить с тем фактом, что уличные войны пацанов семидесятых-восьмидесятых ни в какое сравнение не идут с нынешними избиениями, которые с упоением снимают на телефон, чтобы выложить в сеть.