22297
5
Как известно, милиционеров, полицейских и сотрудников силовых структур, осужденных по уголовным статьям, сажают в особые зоны, именуемые в просторечии «ментовскими»
Зоны
При советской власти в стране была только одна исправительная колония для осужденных сотрудников правоохранительных органов — в Нижнем Тагиле. Теперь их пять. Необходимость таких «спецзон» продиктована жизнью. На обычной «воровской» зоне бывший сотрудник (БС) – «бээсник» не протянет и суток. Убийство «мента» – это честь для любого уголовника и билет в более высокую «масть» криминальной иерархии. ИТК-13 в Нижнем Тагиле появилась в 1951 году, в период противостояния между «ворами в законе» и «ссученными», теми, кто во время войны сотрудничал с властью, воевал в штрафбатах, и вообще, на время забыл перед лицом страшной опасности о «воровских понятиях». Одних пришлось отделять от других, и так появилась легендарная «тагильская спецзона», которая уже к концу пятидесятых окончательно приобрела статус колонии для осужденных сотрудников правоохранительных органов. Тагильская «спецзона» рассчитана на 1200 «бээсников» и 500 человек сотрудников и охраны. Остальные зоны – примерно такие же.
Авторитеты
К числу авторитетов ментовской зоны во все времена относились бывшие сотрудники исправительных колоний, оперативники тюрем, «режимники» СИЗО. К числу элиты относится и оперсостав уголовногорозыска. Это народ резкий, видавший разные виды, с такими предпочитают не связываться. Следующие в иерархии «козырных мастей» -- сотрудники силовых подразделений: ОМОНа, спецназа, групп захвата, спецотрядов быстрого реагирования, различных оперативно-поисковых групп. Прошедшие школу такой службы люди могут дать отпор любому.
×
Средние масти
Основную массу «сидельцев» ментовских зон составляют, так же, как и на обычных, «воровских» зонах – народ средний, нейтральный. На воровских зонах это «мужики» -- обычные оступившиеся люди, после отсидки мечтающие вернуться к нормальной жизни. На «ментовских» зонах им соответствуют различные следователи, гаишники, участковые, патрульные, дежурные, дознаватели и т.п. В «авторитеты» они не стремятся, но и «опустить» себя не позволят.
Низшие масти
На первой ступеньке, ведущей вниз, находятся адвокаты. Это публика хитрая, пронырливая и с точки зрения нормального оперативника совершенно никчемная, умеющая только палки в колеса «следакам» ставить и клиентов стричь. У каждого, кто оказался на зоне, свой счет к адвокату, обещавшему его вытащить, не допустить «посадки», но так и не выполнившему обещание. Отвечают за таких горе-адвокатов их «севшие» собратья. И нет на зоне никого более презираемого, чем бывшие прокуроры и судьи. Эти кабинетные чиновники, ничего не умеющие, кроме как бумажки перекладывать, всегда пьют из нормальных ментов кровь. Да и постоять за себя этот народ, как правило, не умеет. Поэтому нет ничего странного в том, что те, кто на воле был воплощением жизненного успеха и достатка, на зоне влачат жалкое существование. Именно из бывших прокуроров и судей, зачастую, и формируется неизбежная на любой зоне категория «петухов»
Занятия
На «ментовской» зоне очень в почете физически крепкие, сильные люди, которые не позволяют себе распускаться и терять форму. Поэтому здесь все уважающие себя «бээс» занимаются спортом, бегают, подтягиваются на брусьях. Не бывает на таких зонах тех, кто «уходит в отказ», работают все, поскольку работа – это возможность заслужить условно-досрочное освобождение, а так же заработать денег для посещений тюремного магазина. Самым любимым занятием на «ментовских» зонах является юридическая переписка. На обычных зонах жаловаться не принято, а здесь – все наоборот. Те, кто не пишут жалоб, считаются сломавшимися, смирившимися со своей участью. Поэтому «бээсники» строчат петиции в различные инстанции, правозащитные фонды и прочие структуры, не зная устали. По большей части это, разумеется, кассационные жалобы в прокуратуры и в суды высших инстанций. Ежедневно администрация такой колонии отправляет до сотни писем.
Ссылки по теме:
- Форма полицейских разных стран
- Полицейский пес даже на официальной фотосессии не мог не выразить любовь к хозяину
- Полицейские думали, что это детский розыгрыш. Но внезапно они догадались, что там происходит
- Полицейский спецназ взял шефство над бездомной кошкой
- Любви все органы покорны
реклама
А ты ведь не знаешь за, что его посадили? А вывод уже сделал.
[мат] не получилось.
Прости не правильно понял с начала.
Удостоверения, власть, ордена и медали, многочисленные подхалимы, привычное окружение все это кануло в вечность и никакой роли не играет. Важна только сила духа, крепость характера, умение постоять за себя. И прежняя должность может сыграть роль, только совсем не такую, к которой привык ее обладатель.
Зона есть зона. Бывшие создают точно такой же мир, как обычные зеки в обычной колонии. Так же выстраивается иерархия авторитетов, мужиков, петухов, обиженных
В авторитете бывшие сотрудники исправительно-трудовой системы: оперативники тюрем, режимники СИЗО, начальники отрядов колоний. Они лучше других знают зоновскую кухню, да и отношение к ним местного начальствующего состава сочувствующее: Сегодня ты, а завтра я
В авторитете и оперативники, особенно оперсостав уголовного розыска. Парни резкие, крученые, много чего знают с ними лучше не связываться.
Следующая козырная масть сотрудники силовых подразделений: ОМОНа, спецназа, групп захвата, специальных отрядов быстрого реагирования, особых оперативно-поисковых групп Тут все ясно: чуть что не так, вмиг на инвалидность переведут.
Нейтральное отношение к основной массе зеков: следователям, гаишникам, паспортистам, патрульным, участковым, кадровикам, дежурным, дознавателям Это рабочий слой, мужики . Они занимают промежуточное положение между авторитетами и презираемым людом.
На ступенях, идущих вниз, располагаются вначале адвокаты хитрая, пронырливая и никчемная братия, не умеющая ничего, кроме как стричь клиента, обещая ему полное оправдание. Когда-то они ломали дела оперативникам, ставили палки в колеса по работе, потом остригали их как клиентов и ни хрена не смогли сделать. Или не захотели. Или не сумели. Это не важно. Обещал вытащить и не вытащил вот главное.
Самая презираемая категория осужденных, копошащаяся на нижней ступени иерархии специальной зоны, судьи и прокуроры. Кабинетные чиновники, бумагомараки, они всегда пили из ментов кровь: то представление загонят, то частное определение, то уголовное дело возбудят. Да и сюда кто всех позагонял? Прокуроры дело раскручивали, срок требовали, а судья свой проклятущий приговор нарисовал, неразборчивой закорючкой подмахнул, гербовую печать тиснул и здравствуй, спецзона!
И пусть это другие судьи и прокуроры делали, не те, что тут сидят, неважно они по должности за свою касту отвечают! Тем более, просидев задницу на мягком стуле, они к уличным ситуациям непривычны, постоять за себя не умеют и оборотку дать не могут. Бери кого хочешь и вправляй ему геморрой!
А уж если судьба-шутница со своим тебя сведет, с тем, кто лично тебя прессовал и на постановлениях чекухи ставил, то ему весь срок крестник будет по голове настукивать и, конечно, молнию ширинки придется спереди назад переставить." Д.Корецкий. "Антикиллер"