43584
4
Рай в шалаше. Чтобы не тратить деньги на аренду квартиры, молодая пара поселилась в вагончике под Минском.
Три года назад Андрей решил, что пора заканчивать отдавать по $300 в месяц за съемную квартиру в Каменной Горке, и задумался о собственном жилье. Посчитал, что его очередь на улучшение жилищных условий подойдет в лучшем случае годам к восьмидесяти, и присмотрел участок под Минском. Отдал за него $15 тыс., а еще за $1 тыс. купил небольшой вагончик, где теперь и обитает.
Его девушка Руслана условий не побоялась и перебралась из теплой квартиры к парню. Днем ребята работают в ювелирной мастерской, вечером строят небольшой домик на новом участке, а ночью мечтают о новой жизни. «Гвоздь забил — очередь продвинулась. А по-другому никак», — рассуждает Андрей, вытирая руки о рабочие джинсы.
Сразу после армии, в возрасте 21 года Андрей решил съехать из родительского дома под Минском и самостоятельно устраивать свою жизнь. Около десяти лет парень перевозил чемоданы с одной съемной квартиры на другую. Потом надоело.
— Я восемь лет проработал на заводе «Зорка». Зарабатывал неплохо, около тысячи долларов в месяц выходило. Да, если много работать, можно иметь деньги и на заводе. Старался что-то откладывать, но только на квартиру уходило около $300. Долго жил в Каменной Горке, где из мебели были только плинтуса, все время думал, что нужен собственный угол — хотя бы какой-то. Пришел в администрацию, встал на очередь — передо мной было 36 тыс. человек. Через четыре года снова пришел — осталось 35 тыс… По моим подсчетам, квартиру я получил бы лет в восемьдесят-девяносто. Тогда я понял, что сам буду двигать свою очередь, и начал подыскивать участок. Забил гвоздь — очередь продвинулась, не забил — не продвинулась. По-другому в нашей стране никак не получается. Да и в любой стране, что уж там. Людям пора понять, что с небес ничего не падает ни в одном уголке мира.
Сбережений Андрея не хватило даже на участок. На одолженные деньги парень купил землю и небольшой вагончик площадью в несколько квадратных метров.
От воспоминаний Андрея о первой зиме, проведенной в вагончике, хочется стучать зубами: без утепления и подогрева в металлической коробке сон у парня был не самым сладким.
— После первой же ночи я насобирал деревянных обрезков, которые остались после строительства соседского дома, и решил сделать воздушную подушку между матрасом и полом. Попробовал поднять матрас, но не вышло: он примерз синим узором к полу. Сверху положил второй матрас, но он все равно промерзал. По ночам прижимался к стене и смотрел на рассвет через дырки в ней.
Потом потихоньку обустроил жилье: сделал кровать, утеплил стены и пол пенопластом, обшил гипсокартоном, провел электричество, воду. Теперь зимой здесь даже жарко. Один раз из-за того, что внутри тепло, а на улице холодно, примерзла дверь. Минут сорок с Русланой отдирали.
Конечно, место не самое комфортное для жизни, но приходится выбирать: или всю жизнь бегать по съемным квартирам, или немного потерпеть и наконец ощутить себя дома, почувствовать себя мужчиной, завести семью и детей.
Если ты простой парень, у которого нет громадного родительского капитала, построить квартиру в Минске не получается. Нужно ведь арендовать жилье, платить по кредиту, помогать родителям…
Сразу после армии, в возрасте 21 года Андрей решил съехать из родительского дома под Минском и самостоятельно устраивать свою жизнь. Около десяти лет парень перевозил чемоданы с одной съемной квартиры на другую. Потом надоело.
— Я восемь лет проработал на заводе «Зорка». Зарабатывал неплохо, около тысячи долларов в месяц выходило. Да, если много работать, можно иметь деньги и на заводе. Старался что-то откладывать, но только на квартиру уходило около $300. Долго жил в Каменной Горке, где из мебели были только плинтуса, все время думал, что нужен собственный угол — хотя бы какой-то. Пришел в администрацию, встал на очередь — передо мной было 36 тыс. человек. Через четыре года снова пришел — осталось 35 тыс… По моим подсчетам, квартиру я получил бы лет в восемьдесят-девяносто. Тогда я понял, что сам буду двигать свою очередь, и начал подыскивать участок. Забил гвоздь — очередь продвинулась, не забил — не продвинулась. По-другому в нашей стране никак не получается. Да и в любой стране, что уж там. Людям пора понять, что с небес ничего не падает ни в одном уголке мира.
Сбережений Андрея не хватило даже на участок. На одолженные деньги парень купил землю и небольшой вагончик площадью в несколько квадратных метров.
От воспоминаний Андрея о первой зиме, проведенной в вагончике, хочется стучать зубами: без утепления и подогрева в металлической коробке сон у парня был не самым сладким.
— После первой же ночи я насобирал деревянных обрезков, которые остались после строительства соседского дома, и решил сделать воздушную подушку между матрасом и полом. Попробовал поднять матрас, но не вышло: он примерз синим узором к полу. Сверху положил второй матрас, но он все равно промерзал. По ночам прижимался к стене и смотрел на рассвет через дырки в ней.
Потом потихоньку обустроил жилье: сделал кровать, утеплил стены и пол пенопластом, обшил гипсокартоном, провел электричество, воду. Теперь зимой здесь даже жарко. Один раз из-за того, что внутри тепло, а на улице холодно, примерзла дверь. Минут сорок с Русланой отдирали.
Конечно, место не самое комфортное для жизни, но приходится выбирать: или всю жизнь бегать по съемным квартирам, или немного потерпеть и наконец ощутить себя дома, почувствовать себя мужчиной, завести семью и детей.
Если ты простой парень, у которого нет громадного родительского капитала, построить квартиру в Минске не получается. Нужно ведь арендовать жилье, платить по кредиту, помогать родителям…
Лучше жертвовать комфортом и все деньги стараться вкладывать в строительство. Вместо того чтобы сидеть и думать, а не хлынет ли очередная волна кризиса, не заморозят ли строительство многоэтажки, возьму молоток в руку — и вперед!
Сейчас хочу восстановить этот домик, который продавался вместе с участком. Его тут слепили из того, что было, только чтобы землю сбыть: по закону участок без постройки продавать нельзя. Пытаюсь привести его в человеческий вид. Делалось там все из рук вон плохо, приходится перестраивать. Вот на нем потренируюсь, а потом построю хороший дом из нормальных материалов, в котором можно будет растить детей.
О переселении в вагончик Андрей не жалеет: после небольшого ремонта жить там можно без вреда для здоровья, а с сэкономленными деньгами ремонт движется намного быстрее. Андрей говорит, что переселяться сюда было совсем не страшно: это ведь не навсегда.
— Я родился в частном доме и всегда был предоставлен сам себе. Мой отец все делал своими руками — от мебели до дверей, вот и я в него пошел.
Родители звали меня к себе, но желания вернуться не возникало. У мужчины должен быть свой дом, хотя бы такой. Тем более что жить в Минске и строить дом в 15 километрах от города сложно. Всегда найдется тысяча отговорок, чтобы не ехать сюда. А так у меня нет никаких вариантов, чтобы «забить», я всегда занят делом, каждый день меняю свою жизнь к лучшему. Знакомые крутили пальцем у виска, а я говорю: зато это мое, я за все здесь потом и кровью заплатил.
За коммунальные услуги парень платит всего около 5 рублей в месяц — столько тянут чайник и небольшая электроплита. Недавно установил умывальник, а вот душ построить пока не успел — приходится ездить к родственникам или в банный комплекс в Смолевичи. А первое время у Андрея не было и таких удобств, даже еду приходилось готовить на костре во дворе. С переездом к нему девушки он смастерил полочки для посуды, постелил ковер, сделал несколько стульев.
— Он очень стеснялся везти меня сюда, а я очень хотела, — широко улыбается Руслана. — Боялся, что испугаюсь. Потом я все же уболтала его показать свое «убежище». Мы приехали, попили кофе, я осмотрелась и сказала: «Ну, ничего так».
Чуть позже мы решили, что будет лучше, если мы съедемся: я работала сутки через трое, а Андрей просто пропадал на работе до самого вечера, поэтому видеться не получалось.
Родители полгода не могли поверить, что я переезжаю в такие условия, хотя могла бы остаться у них в Минске, как делает большинство. Но потом посмотрели на Андрея, на его упорство и смирились. Папа мой приехал, походил по двору, сказал: «С ним ты не пропадешь», — и уехал.
Сейчас хочу восстановить этот домик, который продавался вместе с участком. Его тут слепили из того, что было, только чтобы землю сбыть: по закону участок без постройки продавать нельзя. Пытаюсь привести его в человеческий вид. Делалось там все из рук вон плохо, приходится перестраивать. Вот на нем потренируюсь, а потом построю хороший дом из нормальных материалов, в котором можно будет растить детей.
О переселении в вагончик Андрей не жалеет: после небольшого ремонта жить там можно без вреда для здоровья, а с сэкономленными деньгами ремонт движется намного быстрее. Андрей говорит, что переселяться сюда было совсем не страшно: это ведь не навсегда.
— Я родился в частном доме и всегда был предоставлен сам себе. Мой отец все делал своими руками — от мебели до дверей, вот и я в него пошел.
Родители звали меня к себе, но желания вернуться не возникало. У мужчины должен быть свой дом, хотя бы такой. Тем более что жить в Минске и строить дом в 15 километрах от города сложно. Всегда найдется тысяча отговорок, чтобы не ехать сюда. А так у меня нет никаких вариантов, чтобы «забить», я всегда занят делом, каждый день меняю свою жизнь к лучшему. Знакомые крутили пальцем у виска, а я говорю: зато это мое, я за все здесь потом и кровью заплатил.
За коммунальные услуги парень платит всего около 5 рублей в месяц — столько тянут чайник и небольшая электроплита. Недавно установил умывальник, а вот душ построить пока не успел — приходится ездить к родственникам или в банный комплекс в Смолевичи. А первое время у Андрея не было и таких удобств, даже еду приходилось готовить на костре во дворе. С переездом к нему девушки он смастерил полочки для посуды, постелил ковер, сделал несколько стульев.
— Он очень стеснялся везти меня сюда, а я очень хотела, — широко улыбается Руслана. — Боялся, что испугаюсь. Потом я все же уболтала его показать свое «убежище». Мы приехали, попили кофе, я осмотрелась и сказала: «Ну, ничего так».
Чуть позже мы решили, что будет лучше, если мы съедемся: я работала сутки через трое, а Андрей просто пропадал на работе до самого вечера, поэтому видеться не получалось.
Родители полгода не могли поверить, что я переезжаю в такие условия, хотя могла бы остаться у них в Минске, как делает большинство. Но потом посмотрели на Андрея, на его упорство и смирились. Папа мой приехал, походил по двору, сказал: «С ним ты не пропадешь», — и уехал.
Недавно пара забрала щенка, которого выбросил кто-то из соседей.
— С ним как-то уютнее. Так наш вагончик больше похож на дом, — как всегда широко улыбается Руслана.
Все работы пара делает вместе, даже фундамент заливали вдвоем. Просить о помощи родных и друзей они не хотят. Андрей считает, что все должен сделать сам: его проблемы — ему их и решать.
— У всех свои дела, свои семьи. У друзей дети маленькие, родителям уже отдохнуть надо. Потихонечку сам все сделаю. В интернете сейчас есть любая информация, в магазинах куча стройматериалов. Сегодня уже не надо быть профессиональным строителем, чтобы построить дом. Надо только немного мозгов и руки из правильного места. Недавно перекрыл крышу, пол утеплил, теперь хочу построить печку, чтобы зимой можно было заняться отделкой. А когда построимся, газовое отопление проведем.
Живого места на руках парня почти не осталось: где-то пила соскочит, где-то молотком промахнется. Руслана жалуется, что Андрей совсем не бережет себя: работает допоздна, а потом весь вечер вкалывает дома.
Работает Андрей ювелиром в мастерской, которую вместе с друзьями открыл несколько лет назад. Сделали лицензию, арендовали помещение под Минском, теперь крутятся. Изготавливать украшения Андрей научился сам, методом проб и ошибок. Говорит, клиенты довольны, дело интересное, хотя и не такое прибыльное, как может показаться.
Больше, чем о ювелирных украшениях, Андрей может говорить только о строительстве. Парень много рассуждает о преимуществах тех или иных материалов, о планах на работы в доме.
— Сначала думал зашпатлевать вагончик и покрасить, но потом плюнул. Лучше скорее дом достроить. Мне деньги карманы не жмут, поэтому приходится выбирать. В материалах я всегда ищу золотую середину между ценой и сложностью установки. Я во всем придерживаюсь такого принципа, поэтому получается грамотно расходовать время и деньги.
Детей я бы здесь не завел, поэтому мы и не расписываемся. У меня такой принцип: нельзя налить суп в воздух, нужна тарелка. Семья — это тот же суп, а дом — тарелка.
— С ним как-то уютнее. Так наш вагончик больше похож на дом, — как всегда широко улыбается Руслана.
Все работы пара делает вместе, даже фундамент заливали вдвоем. Просить о помощи родных и друзей они не хотят. Андрей считает, что все должен сделать сам: его проблемы — ему их и решать.
— У всех свои дела, свои семьи. У друзей дети маленькие, родителям уже отдохнуть надо. Потихонечку сам все сделаю. В интернете сейчас есть любая информация, в магазинах куча стройматериалов. Сегодня уже не надо быть профессиональным строителем, чтобы построить дом. Надо только немного мозгов и руки из правильного места. Недавно перекрыл крышу, пол утеплил, теперь хочу построить печку, чтобы зимой можно было заняться отделкой. А когда построимся, газовое отопление проведем.
Живого места на руках парня почти не осталось: где-то пила соскочит, где-то молотком промахнется. Руслана жалуется, что Андрей совсем не бережет себя: работает допоздна, а потом весь вечер вкалывает дома.
Работает Андрей ювелиром в мастерской, которую вместе с друзьями открыл несколько лет назад. Сделали лицензию, арендовали помещение под Минском, теперь крутятся. Изготавливать украшения Андрей научился сам, методом проб и ошибок. Говорит, клиенты довольны, дело интересное, хотя и не такое прибыльное, как может показаться.
Больше, чем о ювелирных украшениях, Андрей может говорить только о строительстве. Парень много рассуждает о преимуществах тех или иных материалов, о планах на работы в доме.
— Сначала думал зашпатлевать вагончик и покрасить, но потом плюнул. Лучше скорее дом достроить. Мне деньги карманы не жмут, поэтому приходится выбирать. В материалах я всегда ищу золотую середину между ценой и сложностью установки. Я во всем придерживаюсь такого принципа, поэтому получается грамотно расходовать время и деньги.
Детей я бы здесь не завел, поэтому мы и не расписываемся. У меня такой принцип: нельзя налить суп в воздух, нужна тарелка. Семья — это тот же суп, а дом — тарелка.
Ссылки по теме:
- Интересные факты из жизни Владимира Турчинского
- 10 фактов о «КВН»
- Познавательные факты о АК-47
- Интересные факты о КНДР
- Интересные факты из жизни Григория Перельмана
Ну удачи, дай Бог!
1-е, которые в силу юного возраста сразу требуют всё, потом их жизнь обламывает, и они согласны на то как есть.
2-е, которые с юных лет долго терпят и живут как есть, но позднее в силу взросления понимают, что больше не могут так жить и хотят всё сразу.
Склоняюсь, что Руслик второго типа.
Было на ЯПе еще 6 сентября. Шпала за новость.
Ничего себе домик... из того что было... Пеноблоки 2 этажа.. Балкон... Он просто псих... Мерз в вагончике..
Отличный фотоотчет и описание!