1893
20
После капитуляции Франции в июне 1940 г. лучшие представители французского народа не могли смириться с мыслью о поражении их страны. Изыскивались различные способы продолжения борьбы. Весной 1942 г. находившийся в Лондоне Французский Национальный комитет обратился к Советскому Союзу с предложением послать на советско-германский фронт 30 летчиков и 30 человек обслуживающего персонала.
Вскоре после оккупации всей территории Франции группа французских авиаторов предприняла многотысячекилометровое путешествие, чтобы сражаться бок о бок с русским союзником. Генерал Де Голль заявил тогда: «Сражающаяся Франция желает быть представленной всюду, где ведется борьба с общим врагом».
Подписание 25 ноября 1942 г, соглашения между советским командованием и главой французской военной миссии в СССР генералом Э.Пети привело к созданию широко известной отдельной авиаэскадрильи «Нормандия». С декабря 1942 г. ее начали формировать при 6-й запасной авиационной бригаде (заб) на аэродроме Иваново. Личный состав эскадрильи первоначально был представлен только французами: 14 летчиков, 41 техник и моторист, адъютант эскадрильи, старшина и врач. Возглавлял эскадрилью майор Тюлян, опытный 35-летний офицер, воевавший против немцев и итальянцев в Ливии. В Советском Союзе знали, что однажды он заставил приземлиться прямо на пляж неприятельский транспортный самолет, в котором оказалось шесть итальянских генералов, улетавших из осажденного англичанами Тобрука. На счету всех французских пилотов имелось 29 побед, из которых 10 одержал капитан Литольф.
В ходе формирования эскадрилью пополнили, добавив 17 советских авиационных специалистов (в основном — техников самолетов). Из предложенных французским летчикам нескольких типов истребителей пилоты «Нормандии» выбрали Як-1. По мнению Литольфа, эта машина была близка по технике пилотирования к хорошо известному Морану-Сольне MS-406, но обладала большим диапазоном скоростей. Боевая подготовка эскадрильи производилась в несколько этапов. Сначала французы познакомились с «Яками» на земле, изучили советское «Наставление по производству полетов», затем совершили ряд тренировочных полетов на самолетах УТ-2. Обучение производилось офицерами 6-й заб через переводчиков. Во второй половине декабря начались полеты на истребителях-спарках Як-7В, параллельно технический состав осваивал техническую эксплуатацию «Яков» и принимал боевые самолеты.
Подписание 25 ноября 1942 г, соглашения между советским командованием и главой французской военной миссии в СССР генералом Э.Пети привело к созданию широко известной отдельной авиаэскадрильи «Нормандия». С декабря 1942 г. ее начали формировать при 6-й запасной авиационной бригаде (заб) на аэродроме Иваново. Личный состав эскадрильи первоначально был представлен только французами: 14 летчиков, 41 техник и моторист, адъютант эскадрильи, старшина и врач. Возглавлял эскадрилью майор Тюлян, опытный 35-летний офицер, воевавший против немцев и итальянцев в Ливии. В Советском Союзе знали, что однажды он заставил приземлиться прямо на пляж неприятельский транспортный самолет, в котором оказалось шесть итальянских генералов, улетавших из осажденного англичанами Тобрука. На счету всех французских пилотов имелось 29 побед, из которых 10 одержал капитан Литольф.
В ходе формирования эскадрилью пополнили, добавив 17 советских авиационных специалистов (в основном — техников самолетов). Из предложенных французским летчикам нескольких типов истребителей пилоты «Нормандии» выбрали Як-1. По мнению Литольфа, эта машина была близка по технике пилотирования к хорошо известному Морану-Сольне MS-406, но обладала большим диапазоном скоростей. Боевая подготовка эскадрильи производилась в несколько этапов. Сначала французы познакомились с «Яками» на земле, изучили советское «Наставление по производству полетов», затем совершили ряд тренировочных полетов на самолетах УТ-2. Обучение производилось офицерами 6-й заб через переводчиков. Во второй половине декабря начались полеты на истребителях-спарках Як-7В, параллельно технический состав осваивал техническую эксплуатацию «Яков» и принимал боевые самолеты.
×
С 15 января по 14 марта 1943 г. летчики отрабатывали боевое применение Як-1. За время обучения эскадрилья выполнила 536 полетов, налетав в общей сложности 218 часов. В акте, который 21 марта подписали бригадный генерал Пети и представитель ВВС Красной Армии полковник С.Т. Левандович говорилось, что «инспекторская проверка боевой готовности эскадрильи Сражающейся Франции «Нормандия» (командир — майор Тюлян) производилась на северном аэродроме г. Иваново. Эскадрилья показала отличную готовность по всем элементам подготовки (групповая слетанность, высший пилотаж, воздушный бой, стрельба по конусу) и по своим боевым качествам и моральному состоянию пригодна к отправке на фронт».
Уже на следующий день французскую авиаэскадрилью перебросили на Западный фронт, включив в состав 1 -й воздушной армии. На небольшом аэродроме Полотняный Завод, что неподалеку от Калуги (примерно в 150 км юго-западнее Москвы), она вошла в оперативное подчинение командира 204-й бомбардировочной авиадивизии полковника С.П.Андреева. И весной 1943 г., и в последующее время ВВС Красной Армии остро не хватало хорошо подготовленных, опытных летчиков. Поэтому командующий армии генерал С.А.Худяков был благодарен судьбе за такое пополнение: средний налет французского пилота составлял 857 часов, что примерно втрое превосходило аналогичные показатели советских летчиков-истребителей.
Первого успеха 5 апреля 1943 г. добились старший лейтенант Прециози и лейтенант Дюран, уничтожившие по «фоккеру» FW190. Однако стычки с истребителями люфтваффе на Востоке показали, что победы достаются недешево. Поистине несчастливым днем стало 13 апреля, когда не вернулись на аэродром сразу три летчика: Р.Дервиль, А.Познанский и И.Бизьен. Выявилось, что слабо освоившим русский язык французам плохо давалось взаимодействие с бомбардировщиками, а управление боем с появлением вражеских истребителей почти всегда нарушалось. Это объяснялось тем, что при обучении летчиков французской истребительной авиации главенствовал принцип максимальной самостоятельности в бою — каждый надеялся лишь на себя.
Уже на следующий день французскую авиаэскадрилью перебросили на Западный фронт, включив в состав 1 -й воздушной армии. На небольшом аэродроме Полотняный Завод, что неподалеку от Калуги (примерно в 150 км юго-западнее Москвы), она вошла в оперативное подчинение командира 204-й бомбардировочной авиадивизии полковника С.П.Андреева. И весной 1943 г., и в последующее время ВВС Красной Армии остро не хватало хорошо подготовленных, опытных летчиков. Поэтому командующий армии генерал С.А.Худяков был благодарен судьбе за такое пополнение: средний налет французского пилота составлял 857 часов, что примерно втрое превосходило аналогичные показатели советских летчиков-истребителей.
Первого успеха 5 апреля 1943 г. добились старший лейтенант Прециози и лейтенант Дюран, уничтожившие по «фоккеру» FW190. Однако стычки с истребителями люфтваффе на Востоке показали, что победы достаются недешево. Поистине несчастливым днем стало 13 апреля, когда не вернулись на аэродром сразу три летчика: Р.Дервиль, А.Познанский и И.Бизьен. Выявилось, что слабо освоившим русский язык французам плохо давалось взаимодействие с бомбардировщиками, а управление боем с появлением вражеских истребителей почти всегда нарушалось. Это объяснялось тем, что при обучении летчиков французской истребительной авиации главенствовал принцип максимальной самостоятельности в бою — каждый надеялся лишь на себя.
Все эти причины заставили командование 1 ВА передать эскадрилью «Нормандия» в оперативное подчинение 303-й истребительной авиационной дивизии (иад) генерал-майора Г.Н. Захарова. В соединении, помимо «Яков», на вооружении имелись истребители Ла-5 (сам генерал летал на одном из них). Вопреки широко растиражированному впоследствии мнению о «жгучей любви» французов только к «Якам», лавочкинские машины настолько приглянулись пилотам «Нормандии», что они обратились к комдиву с просьбой о перевооружении эскадрильи. Впрочем, от этой идеи пришлось отказаться, поскольку, как ответил генерал Захаров, по своим боевым возможностям Як-1 и Ла-5 были примерно эквивалентны.
С мая 1943 г. французам временно запретили перелетать линию фронта. Дело в том, что коллаборационистское правительство Виши заочно приговорило летчиков «Нормандии» к смертной казни, и не исключалось, что немцы в случае пленения француза могли выдать его «соотечественникам». К счастью, такая участь не постигла лейтенанта Ива Маэ, подбитого зенитной артиллерией при штурмовке неприятельского аэродрома около Спас-Деменска. Он находился в лагере около Кенигсберга вместе с советскими авиаторами, в т. ч. генералом А. А. Белишевым и Героем Советского Союза капитаном Г.В.Лепехиным, пережил все тяготы плена и после Победы вернулся на родину.
В июне по инициативе французской военной миссии весь технический состав эскадрильи заменили советскими авиационными специалистами, лучше освоившими технику. В том же месяце прибыла новая группа из восьми французских летчиков под командованием майора Пуйяда. А спустя несколько недель началось сражение на Курской дуге, которое стало суровым испытанием для всех частей и соединений, принявших в нем участие. Здесь, немцы поставили на карту все. что имели, а люфтваффе бросили в бой лучшие эскадры. 303-я иад и «Нормандия» приступили к активным действиям 12 июля, в первый день советского контрнаступления. Запрет на перепет линии фронта был снят. Ожесточенность воздушных боев нарастала, увеличились и потери. За период с 14 по 17 июля «Нормандия» потеряла семерых, в том числе Тюляна и Литольфа. Такой ценой она заплатила за уничтожение восемнадцати самолетов врага. Новым командиром эскадрильи стал майор Пуйяд.
С мая 1943 г. французам временно запретили перелетать линию фронта. Дело в том, что коллаборационистское правительство Виши заочно приговорило летчиков «Нормандии» к смертной казни, и не исключалось, что немцы в случае пленения француза могли выдать его «соотечественникам». К счастью, такая участь не постигла лейтенанта Ива Маэ, подбитого зенитной артиллерией при штурмовке неприятельского аэродрома около Спас-Деменска. Он находился в лагере около Кенигсберга вместе с советскими авиаторами, в т. ч. генералом А. А. Белишевым и Героем Советского Союза капитаном Г.В.Лепехиным, пережил все тяготы плена и после Победы вернулся на родину.
В июне по инициативе французской военной миссии весь технический состав эскадрильи заменили советскими авиационными специалистами, лучше освоившими технику. В том же месяце прибыла новая группа из восьми французских летчиков под командованием майора Пуйяда. А спустя несколько недель началось сражение на Курской дуге, которое стало суровым испытанием для всех частей и соединений, принявших в нем участие. Здесь, немцы поставили на карту все. что имели, а люфтваффе бросили в бой лучшие эскадры. 303-я иад и «Нормандия» приступили к активным действиям 12 июля, в первый день советского контрнаступления. Запрет на перепет линии фронта был снят. Ожесточенность воздушных боев нарастала, увеличились и потери. За период с 14 по 17 июля «Нормандия» потеряла семерых, в том числе Тюляна и Литольфа. Такой ценой она заплатила за уничтожение восемнадцати самолетов врага. Новым командиром эскадрильи стал майор Пуйяд.
«17.7.43 г. при сопровождении шестерки Ил-2 224 шад, действовавших по живой силе и технике противника в районе Котынец, Знаменское, с боевого Задания не вернулись командир эскадрильи «Нормандия» майор Тюлян и летчики лейтенант Беген, старший лейтенант Вермей.
По докладу экипажей штурмовиков и вернувшеюся 18.7.43 г. ст.лейтенанта Беген установлено:
«Сопровождение штурмовиков до района Знаменское осуществлялось девяткой истребителей под командованием майора Тюлян. На рубеже Локна-Знаменское штурмовиков атаковали 2 ФВ-190, с которыми вступили в бой 3 Як-9 — майор Тюлян, капитан Дефорж (правильно — де Форж. — Прим. авт.) и младший лейтенант Бон. Вскоре к месту боя подошли еще 6 ФВ-190 и 8 Me-109, которые начали атаку штурмовиков справа сзади. Наши истребители вынуждены были оставить штурмовиков и всей девяткой отражали атаки противника. Старший лейтенант Беген, находясь в паре со старшим лейтенантом Вермей, вел бой с четырьмя ФВ-190 и был подбит. Произвел посадку на фюзеляж в районе южнее Будоговищи и 18.7.43 г. на самолете У-2 был доставлен в свою часть.
Майор Тюлян, капитан Дефорж и младший лейтенант Бон, ведя бой с истребителями противника, вошли в облачность. После выхода из облачности никто из летчиков (в том числе капитан Дефорж и мл. лейтенант Бон) майора Тюлян не видели».
Неудачи, постигшие эскадрилью, обеспокоили руководство дивизии. Кроме того, заволновалась и французская военная миссия. В Москву к ее главе генералу Пети для доклада был вызван Пуйяд. Вместе они посетили начальника Импортного управления ВВС генерал-майора Левандовича, который выразил сожаление по поводу гибели французских летчиков. На вопрос, чем объяснить гибель Тюляна, Пуйяд ответил: «Последнее время нам чертовски не везло. К тому же некоторые из наших летчиков были самоуверенны и слишком пылки». По-видимому, главной причиной произошедшего оказались издержки тактики французских летчиков-истребителей, делавшей основной упор на индивидуальное мастерство и отводившей второстепенную роль взаимодействию в группе. Именно на этом выводе настаивал в еще одной «оправдательной» докладной полковник Аристов:
«На всем протяжении боевой работы эскадрильи «Нормандия» установлено, что французские летчики групповой воздушный бой вести не умеют. Коллективная спаянность, взаимная выручка и поддержка в бою отсутствуют.
Обладая отличной техникой пилотирования, в погоне за личной славой летчики стремились вести бой поодиночке, в результате при атаке и преследовании противника, увлекаясь мнимым успехом, забывают об осмотрительности и допускают внезапные атаки противника, чем и объясняются большинство потерь, понесенных эскадрильей «Нормандия» на советско-германском фронте.
По докладу экипажей штурмовиков и вернувшеюся 18.7.43 г. ст.лейтенанта Беген установлено:
«Сопровождение штурмовиков до района Знаменское осуществлялось девяткой истребителей под командованием майора Тюлян. На рубеже Локна-Знаменское штурмовиков атаковали 2 ФВ-190, с которыми вступили в бой 3 Як-9 — майор Тюлян, капитан Дефорж (правильно — де Форж. — Прим. авт.) и младший лейтенант Бон. Вскоре к месту боя подошли еще 6 ФВ-190 и 8 Me-109, которые начали атаку штурмовиков справа сзади. Наши истребители вынуждены были оставить штурмовиков и всей девяткой отражали атаки противника. Старший лейтенант Беген, находясь в паре со старшим лейтенантом Вермей, вел бой с четырьмя ФВ-190 и был подбит. Произвел посадку на фюзеляж в районе южнее Будоговищи и 18.7.43 г. на самолете У-2 был доставлен в свою часть.
Майор Тюлян, капитан Дефорж и младший лейтенант Бон, ведя бой с истребителями противника, вошли в облачность. После выхода из облачности никто из летчиков (в том числе капитан Дефорж и мл. лейтенант Бон) майора Тюлян не видели».
Неудачи, постигшие эскадрилью, обеспокоили руководство дивизии. Кроме того, заволновалась и французская военная миссия. В Москву к ее главе генералу Пети для доклада был вызван Пуйяд. Вместе они посетили начальника Импортного управления ВВС генерал-майора Левандовича, который выразил сожаление по поводу гибели французских летчиков. На вопрос, чем объяснить гибель Тюляна, Пуйяд ответил: «Последнее время нам чертовски не везло. К тому же некоторые из наших летчиков были самоуверенны и слишком пылки». По-видимому, главной причиной произошедшего оказались издержки тактики французских летчиков-истребителей, делавшей основной упор на индивидуальное мастерство и отводившей второстепенную роль взаимодействию в группе. Именно на этом выводе настаивал в еще одной «оправдательной» докладной полковник Аристов:
«На всем протяжении боевой работы эскадрильи «Нормандия» установлено, что французские летчики групповой воздушный бой вести не умеют. Коллективная спаянность, взаимная выручка и поддержка в бою отсутствуют.
Обладая отличной техникой пилотирования, в погоне за личной славой летчики стремились вести бой поодиночке, в результате при атаке и преследовании противника, увлекаясь мнимым успехом, забывают об осмотрительности и допускают внезапные атаки противника, чем и объясняются большинство потерь, понесенных эскадрильей «Нормандия» на советско-германском фронте.
Об этих недостатках командир дивизии генерал-майор авиации Захаров указывал французским летчикам, что также известно и французской миссии, но тактика группового ведения воздушного боя, коллективная сплоченность в бою эскадрильи прививаются медленно.»/
Однако имелось и еще одно обстоятельство, о котором полковник Аристов предпочел не упоминать. Дело в том, что роковой для Тюляна и Вермея вылет «Нормандии» был в этот день четвертым по счету, и в каждом не обошлось без воздушных боев. Первый раз десятка французов в тот день поднялась в воздух ранним утром, в начале шестого, а в четвертый раз — уже в составе девятки — они взлетели спустя двенадцать часов. Если учесть, что днем раньше «Нормандия» потеряла троих: Литольфа, Кастелена и Бернавона, то степень моральной и физической усталости командира эскадрильи становится очевидной.
По немецким данным, атакуя вечером 16 июля советские штурмовики и истребители северо-западнее Орла, по две победы одержали капитаны Штендель (Stendel) и Лозигкайт (Losigkeit) из III/JG51. Видимо, один из них и сбил Тюляна. Люфтваффе лишились одного FW190A-5 (№152658), пилот которого сумел спастись с парашютом. Наряду с определенными недостатками в манере ведения воздушного боя французы обладали и немалыми достоинствами. Имея больший налет, в мастерстве пилотирования они заметно превосходили «среднего» советского летчика-истребителя. Французы открывали огонь с малой дистанции и били наверняка, в то время как для русских пилотов (и это постоянно отмечали наши противники) одной из характерных ошибок была преждевременная стрельба.
Несомненно, что французские летчики-истребители внесли свою лепту в обескровливание эскадр люфтваффе на северном фасе Курской дуги, но их победы непросто подтвердить немецкими документами. Дело в том, что грандиозная воздушная битва бушевала с утра до позднего вечера в течение многих дней, и в ней участвовали тысячи самолетов с обеих сторон. Так, в сохранившемся отчете о бое с группой из 10- 12 Bf110 13 июля 1943 г. младший лейтенант Кастелен доложил, что в бою ему сопутствовал успех: «Я выпустил по противнику примерно 20 снарядов и 20 крупнокалиберных пуль и могу предположить позитивный результат. Неприятельский самолет с дымом ушел в пикирование. Меня самого атаковал другой Bf110, и, отражая атаку, я не мог наблюдать падение противника».
Вместе с тем, аналогичное описание боя с группой Bf110 составил, например, штаб 2-го гвардейского истребительного авиаполка 322-й иад 15-й воздушной армии — этот полк также сражался в тот день южнее Орла. Все же с определенной вероятностью можно считать, что именно французскими летчиками 14 июля был сбит Bf-110G-2 командира группы I/ZG1 капитана В.Германа (W.Herrmann) и днем раньше — Bf110G-2 командира эскадры ZG1, кавалера «Рыцарского Креста» майора И.Блекшмита (J.BIechschmitt), хотя последний на допросе в советском плену и утверждал, будто его подбили из противотанкового ружья.
Однако имелось и еще одно обстоятельство, о котором полковник Аристов предпочел не упоминать. Дело в том, что роковой для Тюляна и Вермея вылет «Нормандии» был в этот день четвертым по счету, и в каждом не обошлось без воздушных боев. Первый раз десятка французов в тот день поднялась в воздух ранним утром, в начале шестого, а в четвертый раз — уже в составе девятки — они взлетели спустя двенадцать часов. Если учесть, что днем раньше «Нормандия» потеряла троих: Литольфа, Кастелена и Бернавона, то степень моральной и физической усталости командира эскадрильи становится очевидной.
По немецким данным, атакуя вечером 16 июля советские штурмовики и истребители северо-западнее Орла, по две победы одержали капитаны Штендель (Stendel) и Лозигкайт (Losigkeit) из III/JG51. Видимо, один из них и сбил Тюляна. Люфтваффе лишились одного FW190A-5 (№152658), пилот которого сумел спастись с парашютом. Наряду с определенными недостатками в манере ведения воздушного боя французы обладали и немалыми достоинствами. Имея больший налет, в мастерстве пилотирования они заметно превосходили «среднего» советского летчика-истребителя. Французы открывали огонь с малой дистанции и били наверняка, в то время как для русских пилотов (и это постоянно отмечали наши противники) одной из характерных ошибок была преждевременная стрельба.
Несомненно, что французские летчики-истребители внесли свою лепту в обескровливание эскадр люфтваффе на северном фасе Курской дуги, но их победы непросто подтвердить немецкими документами. Дело в том, что грандиозная воздушная битва бушевала с утра до позднего вечера в течение многих дней, и в ней участвовали тысячи самолетов с обеих сторон. Так, в сохранившемся отчете о бое с группой из 10- 12 Bf110 13 июля 1943 г. младший лейтенант Кастелен доложил, что в бою ему сопутствовал успех: «Я выпустил по противнику примерно 20 снарядов и 20 крупнокалиберных пуль и могу предположить позитивный результат. Неприятельский самолет с дымом ушел в пикирование. Меня самого атаковал другой Bf110, и, отражая атаку, я не мог наблюдать падение противника».
Вместе с тем, аналогичное описание боя с группой Bf110 составил, например, штаб 2-го гвардейского истребительного авиаполка 322-й иад 15-й воздушной армии — этот полк также сражался в тот день южнее Орла. Все же с определенной вероятностью можно считать, что именно французскими летчиками 14 июля был сбит Bf-110G-2 командира группы I/ZG1 капитана В.Германа (W.Herrmann) и днем раньше — Bf110G-2 командира эскадры ZG1, кавалера «Рыцарского Креста» майора И.Блекшмита (J.BIechschmitt), хотя последний на допросе в советском плену и утверждал, будто его подбили из противотанкового ружья.
Из-за больших потерь в конце июля «Нормандию» временно вывели из боев, дали летчикам отдохнуть и восстановить психологическую устойчивость. За июль и август в эскадрилью несколькими группами прибыло новое пополнение пилотов, в результате чего общая их численность втрое превысила штатную. Вскоре по согласованию с французской миссией эскадрилья была переформирована в 1-й отдельный истребительный авиаполк «Нормандия» 32-самолетного состава, немного позднее переведенный на 40-самолетный штат. Параллельно с реорганизацией вновь прибывшие в полк прошли переучивание на истребители Як-9.
В августе офицеры «Нормандии» получили первые советские боевые награды: Дюпра, Дюрану и Лефевру вручили ордена Отечественной войны II степени. Тюлян и Литольф были посмертно награждены орденами Отечественной войны I степени.
Во второй половине августа французский полк приступил к боевым вылетам с аэродрома Спас-Деменск и принял участие в Смоленской операции. Летчикам стало известно, что в Кремле Сталин принял генерала Пети и дал принципиальное согласие на развертывание авиаполка в смешанную французскую авиадивизию, предназначенную для советско-германского фронта. В ответ генерал Пети заметил, что «нигде сражающиеся французы не встречают такого хорошего отношения, как здесь». Впрочем, несмотря на достигнутую договоренность, французская авиадивизия не была сформирована ни в 1943, ни в 1944 г.
22 сентября, незадолго до освобождения Смоленска, летчикам «Нормандии» удалось провести очень удачный бой. Вскоре после полудня они перехватили группу Ju-87, прикрытую FW190, и заявили об уничтожении шести пикирующих бомбардировщиков и трех истребителей, потеряв со своей стороны машину младшего лейтенанта Г.Фуко, спасшегося на парашюте. Две победы записал на свой счет младший лейтенант Ж.Риссо. По немецким данным, атаке со стороны «Яков» подверглась группа II/StG1, потерявшая три Ju87D (зав. №№ 131247, 130882, 130767). Из шести членов экипажа, выпрыгнувших с парашютами, трое погибли. К концу октября на счету «Нормандии» было уже 72 (по французским данным — 77) сбитых самолетов противника при 20 потерянных летчиках.
В августе офицеры «Нормандии» получили первые советские боевые награды: Дюпра, Дюрану и Лефевру вручили ордена Отечественной войны II степени. Тюлян и Литольф были посмертно награждены орденами Отечественной войны I степени.
Во второй половине августа французский полк приступил к боевым вылетам с аэродрома Спас-Деменск и принял участие в Смоленской операции. Летчикам стало известно, что в Кремле Сталин принял генерала Пети и дал принципиальное согласие на развертывание авиаполка в смешанную французскую авиадивизию, предназначенную для советско-германского фронта. В ответ генерал Пети заметил, что «нигде сражающиеся французы не встречают такого хорошего отношения, как здесь». Впрочем, несмотря на достигнутую договоренность, французская авиадивизия не была сформирована ни в 1943, ни в 1944 г.
22 сентября, незадолго до освобождения Смоленска, летчикам «Нормандии» удалось провести очень удачный бой. Вскоре после полудня они перехватили группу Ju-87, прикрытую FW190, и заявили об уничтожении шести пикирующих бомбардировщиков и трех истребителей, потеряв со своей стороны машину младшего лейтенанта Г.Фуко, спасшегося на парашюте. Две победы записал на свой счет младший лейтенант Ж.Риссо. По немецким данным, атаке со стороны «Яков» подверглась группа II/StG1, потерявшая три Ju87D (зав. №№ 131247, 130882, 130767). Из шести членов экипажа, выпрыгнувших с парашютами, трое погибли. К концу октября на счету «Нормандии» было уже 72 (по французским данным — 77) сбитых самолетов противника при 20 потерянных летчиках.
Из первой группы, прибывшей в СССР в ноябре 1942 г., уцелело всего пятеро.
В конце октября 1943 г. французская военная миссия обратилась к советскому командованию с просьбой об отводе полка на зимние квартиры, или в крайнем случае, на другой участок фронта куда-нибудь на юг. Пилотов «Нормандии» пугала приближавшаяся русская зима. Настроение летчиков в предвидении лютых морозов ухудшалось с каждым днем. 6 ноября, выполняя пожелание французов, полк был передислоцирован в Тулу и подчинен командующему ВВС МВО. Вскоре представитель ВВС Сражающейся Франции полковник де Мармье вручил отличившимся пилотам французские боевые награды, а сама «Нормандия» удостоилась ордена «Освобождение».
В декабре в часть прибыло очередное пополнение, в том числе несколько очень опытных летчиков. На вооружение полка поступили новые истребители Як-9Т, вооруженные 37-мм пушкой НС-37. Новички и ветераны «Нормандии» приступили к освоению этих машин, причем далеко не всегда процесс протекал гладко. Произошло несколько поломок и аварий, едва не ставших катастрофами. Вдали от фронта подполковник Пуйяд слегка «отпустил вожжи» и французы расслабились. Вечеринки, танцы, кинофильмы серьезно подорвали режим, пилоты нередко «клевали носом» после бурно проведенной ночи. Вспоминая о тех временах, Франсуа де Жоффр в книге «Нормандия — Неман» писал: «Злой рок тяготел над нами; мы ломали у машины все, что только можно, от винтов да шасси». Первое время обходилось без человеческих жертв, но 18 марта катастрофа все-таки произошла: в воздухе столкнулись «Яки» аспирантов Жуара и Бурдье. Оба пилота погибли. Однако неприятности на этом не закончились. Летчики Эмоне и Шик за два дня поломали три боевых самолета. А 21 апреля, выполняя «замедленную бочку» на малой высоте погиб лейтенант Фуко.
Во второй половине марта в полк «Нормандия» прибыла еще одна группа летчиков-истребителей под командованием капитана Дельфина. Она должна была составить основу второго истребительного авиаполка «Париж», который предполагалось сформировать в 1944 г. Однако из-за отсутствия достаточного числа пилотов формирование его было временно отложено, и все прибывшие вошли в состав -Нормандии». По состоянию на 19 мая 1944 г, полк имел в четырех эскадрильях («Руан», «Гавр», «Шербур» и «Кан») 55 истребителей Як-9, 61 летчика-француза и 249 советских авиационных специалистов. Большая часть пилотов полностью прошла курс переучивания, сдала зачеты и считалась боеготовой. 25 мая «Нормандия» перебазировалась на аэродром Дубровка в районе Смоленска и вновь вошла в оперативное подчинение командира 303-й иад генерала Захарова.
В конце октября 1943 г. французская военная миссия обратилась к советскому командованию с просьбой об отводе полка на зимние квартиры, или в крайнем случае, на другой участок фронта куда-нибудь на юг. Пилотов «Нормандии» пугала приближавшаяся русская зима. Настроение летчиков в предвидении лютых морозов ухудшалось с каждым днем. 6 ноября, выполняя пожелание французов, полк был передислоцирован в Тулу и подчинен командующему ВВС МВО. Вскоре представитель ВВС Сражающейся Франции полковник де Мармье вручил отличившимся пилотам французские боевые награды, а сама «Нормандия» удостоилась ордена «Освобождение».
В декабре в часть прибыло очередное пополнение, в том числе несколько очень опытных летчиков. На вооружение полка поступили новые истребители Як-9Т, вооруженные 37-мм пушкой НС-37. Новички и ветераны «Нормандии» приступили к освоению этих машин, причем далеко не всегда процесс протекал гладко. Произошло несколько поломок и аварий, едва не ставших катастрофами. Вдали от фронта подполковник Пуйяд слегка «отпустил вожжи» и французы расслабились. Вечеринки, танцы, кинофильмы серьезно подорвали режим, пилоты нередко «клевали носом» после бурно проведенной ночи. Вспоминая о тех временах, Франсуа де Жоффр в книге «Нормандия — Неман» писал: «Злой рок тяготел над нами; мы ломали у машины все, что только можно, от винтов да шасси». Первое время обходилось без человеческих жертв, но 18 марта катастрофа все-таки произошла: в воздухе столкнулись «Яки» аспирантов Жуара и Бурдье. Оба пилота погибли. Однако неприятности на этом не закончились. Летчики Эмоне и Шик за два дня поломали три боевых самолета. А 21 апреля, выполняя «замедленную бочку» на малой высоте погиб лейтенант Фуко.
Во второй половине марта в полк «Нормандия» прибыла еще одна группа летчиков-истребителей под командованием капитана Дельфина. Она должна была составить основу второго истребительного авиаполка «Париж», который предполагалось сформировать в 1944 г. Однако из-за отсутствия достаточного числа пилотов формирование его было временно отложено, и все прибывшие вошли в состав -Нормандии». По состоянию на 19 мая 1944 г, полк имел в четырех эскадрильях («Руан», «Гавр», «Шербур» и «Кан») 55 истребителей Як-9, 61 летчика-француза и 249 советских авиационных специалистов. Большая часть пилотов полностью прошла курс переучивания, сдала зачеты и считалась боеготовой. 25 мая «Нормандия» перебазировалась на аэродром Дубровка в районе Смоленска и вновь вошла в оперативное подчинение командира 303-й иад генерала Захарова.
Возвращение полка на фронт оказалось омрачено гибелью командира 3-й эскадрильи капитана Лефевра, имевшего к этому моменту 10 побед. Из-за негерметичности бензопровода в кабине его истребителя уже на земле возник пожар, летчик получил тяжелые ожоги, от которых скончался. А 6 июня произошла еще одна трагедия: новичок младший лейтенант Морис Шалль (это был его первый боевой вылет) по ошибке сбил одного из лучших пилотов 18-го гвардейского авиаполка старшего лейтенанта В. И.Архипова. Шалль тяжело переживал случившееся, ожидал отправки во Францию и даже трибунала, но инцидент замяли. Двадцать дней спустя Шалль, искупая вину, сбил сразу двух немцев: это были Bf109 и FW190.
Остался неизвестным другой случай, о котором впоследствии и французы, и наши летчики вспоминали с улыбкой. 2 июля два самолета Ил-2 из 117-го окрап (полка корректировщиков) производили фотосъемку своих аэродромов с целью контроля эффективности мер маскировки. Над площадкой Литивля летчик-наблюдатель старший лейтенант Галыгин обнаружил приближение двух неизвестных самолетов и сообщил о них летчику лейтенанту Алемасову. Тот, не мешкая, свалил корректировщик в крутую спираль, причем сделал это настолько резко, что Галыгина «мотануло» в кабине, и у него оборвался шнур самолетного переговорного устройства. Не имея связи с пилотом, старший лейтенант решил, что тот убит огнем вражеских истребителей и немедленно выбросился с парашютом. Каково же было его изумление, когда «сбитый» Ил-2 выровнялся на малой высоте и ушел в сторону своего аэродрома, Проведенным расследованием было установлено, что и наземные наблюдатели некоторое время считали, что «горбатый» сбит, поэтому Галыгин не получил никакого взыскания. Не мог он увидеть и опознавательные знаки приближавшихся истребителей (это были «нормандцы»), ведь их трехцветные коки на большом расстоянии, особенно при виде спереди, рассмотреть практически невозможно.
Летом 1944 г. воздушные бои над Белоруссией стали ожесточенными. Французским летчикам довелось участвовать в одной из крупнейших наступательных операций Красной Армии, получившей название «Багратион». 26 июня на исходе дня «Нормандия» с командиром полка во главе нанесла массированный удар по крупному немецкому аэродрому у города Борисов. 37 истребителей Як-9 не только проштурмовали стоянки, но и уничтожили в воздухе шесть FW190. Всего за этот день полк произвел 72 самолето-вылета и сбил 8 вражеских самолетов ценой гибели аспиранта Ж.Гастона, двух потерянных и двух поврежденных «Яков». Советское командование отмечало самоотверженные действия французских летчиков, прикрывавших наступающие советские войска. С выходом передовых частей к Неману, немецким бомбардировщикам и штурмовикам нередко удавалось наносить безнаказанные удары, пользуясь удаленностью наших аэродромов. Но 30 июля они встретили решительный отпор: в первой же атаке младший лейтенант М.Шалль сбил одного Ju-87 из девятки, готовившейся разбомбить переправу. Немцы не остались в долгу, сосредоточенным огнем нескольких стрелков был подбит ведомый «Як» младшего лейтенанта Бейссада, который потерял скорость и исчез в облаках. Оставшись один, Шалль продолжал настойчиво атаковать и, вернувшись, доложил об уничтожении трех «юнкерсов» в районе Сувалков. Штаб 303-й над высоко оценил заслуги Шалля в срыве прицельного бомбометания и отметил мастерство пилота, в самолете которого после ожесточенного боя обнаружили всего две пулевых пробоины. Однако, не имея подтверждений, командование «Нормандии» не засчитало Шаллю победы. Только после войны, когда вернулся из плена Бейссад и стали доступными трофейные документы, выяснилось, что в том бою I/SG1 действительно потеряла один «юнкерс».
Остался неизвестным другой случай, о котором впоследствии и французы, и наши летчики вспоминали с улыбкой. 2 июля два самолета Ил-2 из 117-го окрап (полка корректировщиков) производили фотосъемку своих аэродромов с целью контроля эффективности мер маскировки. Над площадкой Литивля летчик-наблюдатель старший лейтенант Галыгин обнаружил приближение двух неизвестных самолетов и сообщил о них летчику лейтенанту Алемасову. Тот, не мешкая, свалил корректировщик в крутую спираль, причем сделал это настолько резко, что Галыгина «мотануло» в кабине, и у него оборвался шнур самолетного переговорного устройства. Не имея связи с пилотом, старший лейтенант решил, что тот убит огнем вражеских истребителей и немедленно выбросился с парашютом. Каково же было его изумление, когда «сбитый» Ил-2 выровнялся на малой высоте и ушел в сторону своего аэродрома, Проведенным расследованием было установлено, что и наземные наблюдатели некоторое время считали, что «горбатый» сбит, поэтому Галыгин не получил никакого взыскания. Не мог он увидеть и опознавательные знаки приближавшихся истребителей (это были «нормандцы»), ведь их трехцветные коки на большом расстоянии, особенно при виде спереди, рассмотреть практически невозможно.
Летом 1944 г. воздушные бои над Белоруссией стали ожесточенными. Французским летчикам довелось участвовать в одной из крупнейших наступательных операций Красной Армии, получившей название «Багратион». 26 июня на исходе дня «Нормандия» с командиром полка во главе нанесла массированный удар по крупному немецкому аэродрому у города Борисов. 37 истребителей Як-9 не только проштурмовали стоянки, но и уничтожили в воздухе шесть FW190. Всего за этот день полк произвел 72 самолето-вылета и сбил 8 вражеских самолетов ценой гибели аспиранта Ж.Гастона, двух потерянных и двух поврежденных «Яков». Советское командование отмечало самоотверженные действия французских летчиков, прикрывавших наступающие советские войска. С выходом передовых частей к Неману, немецким бомбардировщикам и штурмовикам нередко удавалось наносить безнаказанные удары, пользуясь удаленностью наших аэродромов. Но 30 июля они встретили решительный отпор: в первой же атаке младший лейтенант М.Шалль сбил одного Ju-87 из девятки, готовившейся разбомбить переправу. Немцы не остались в долгу, сосредоточенным огнем нескольких стрелков был подбит ведомый «Як» младшего лейтенанта Бейссада, который потерял скорость и исчез в облаках. Оставшись один, Шалль продолжал настойчиво атаковать и, вернувшись, доложил об уничтожении трех «юнкерсов» в районе Сувалков. Штаб 303-й над высоко оценил заслуги Шалля в срыве прицельного бомбометания и отметил мастерство пилота, в самолете которого после ожесточенного боя обнаружили всего две пулевых пробоины. Однако, не имея подтверждений, командование «Нормандии» не засчитало Шаллю победы. Только после войны, когда вернулся из плена Бейссад и стали доступными трофейные документы, выяснилось, что в том бою I/SG1 действительно потеряла один «юнкерс».
Все лето и осень полк «Нормандия» участвовал в активных боевых действиях, надежно прикрывая войска 3-го Белорусского фронта от ударов с воздуха. В сентябре — октябре он постепенно перевооружился на самолеты Як-3, по праву считавшиеся, наряду с Як-9У и Ла-7, лучшими советскими истребителями периода войны. Впервые опробовать их в бою довелось звену старшего лейтенанта де Ля Пуапа, которое 14 октября вылетело для блокирования аэродрома Иукштейн. Немцы получили предупреждение от своих постов ВНОС, и над целью четверку де Ля Пуапа встретили четыре Bf109G и столько же FW190 Несмотря на численное превосходство, бой закончился в пользу французов: вскоре на земле догорали «мессер» и «Фокке-Вульф». Пилоты «Нормандии» вернулись без потерь.
Но самым удачным днем в истории полка стало 16 октября 1944 г. Менее чем за сутки 23 французских летчика без единой потери со своей стороны сумели уничтожить 29 (в Официальном отчете полка значатся 30 сбитых и 3 подбитых, но данные впоследствии уточнялись) вражеских самолетов! Еще 21 неприятельский самолет сбили другие полки 303-й иад. В советских документах подчеркивалось, что теперь французские летчики строго соблюдали боевой порядок четверок и шестерок, освоили тактику группового воздушного боя. В свою очередь, французы восхищались превосходными качествами истребителей Як-3 при ведении боя на малых высотах. Чемпионом в тот день оказался де Ля Пуап, сбивший троих (Ju87 лично, два FW190 вдвоем с Марки и еще один Ju87 в группе с Альбером, Соважем, Марки и Табюрэ), немного отстали Дельфино, Альбер, Кюффо и Карбон с двумя победами каждый. Разбирая успешно проведенные воздушные бои. пилоты шутили, что на это раз им чертовски везло. Начальник штаба эскадрильи майор Вдовин (он был старшим начальником для советского персонала «Нормандии», вел всю переписку на русском языке) докладывал в штаб дивизии:
«Полк в течение дня 16.10 44 г. имел задачу; непосредственным сопровождением обеспечить боевые действия бомбардировщиков Пе-2 и «Бостон» 6 гв. бад, производить вылеты на прикрытие поля боя по вызову командира дивизии. Задача выполнена. Произведено 110 боевых самолето-вылетов, из них на сопровождение бомбардировщиков — 59 самолето-вылетов, напет 29 час 15 мин, на прикрытие поля боя — 51 самолето-вылет, налет 27 час. 15 мин. Проведено 10 воздушных боев, в результате которых сбито 9 Me-109, 16 ФВ-190 и 5 Ю-87. Подбито 1 Ме-109 и 2 ФВ-190… Полк потерь не имел. Командир полка подполковник Пуяд1 произвел 2 боевых самолето-вылета, лично сбил 1 ФВ-190… Израсходовано боеприпасов: снарядов пушки ШВАК — 2000 шт., патронов БС — 2450 шт…».
На следующий день удача вновь улыбнулась французам: немцы потеряли 12 (по отчету полка- 16) самолетов, а «Нормандия» — всего один, причем летчик Эмоне спасся на парашюте. Считалось, что в этот день четыре неприятельские машины уничтожил капитан Кюффо, установивший абсолютный рекорд полка (правда, позднее получила подтверждение только одна победа).
Но самым удачным днем в истории полка стало 16 октября 1944 г. Менее чем за сутки 23 французских летчика без единой потери со своей стороны сумели уничтожить 29 (в Официальном отчете полка значатся 30 сбитых и 3 подбитых, но данные впоследствии уточнялись) вражеских самолетов! Еще 21 неприятельский самолет сбили другие полки 303-й иад. В советских документах подчеркивалось, что теперь французские летчики строго соблюдали боевой порядок четверок и шестерок, освоили тактику группового воздушного боя. В свою очередь, французы восхищались превосходными качествами истребителей Як-3 при ведении боя на малых высотах. Чемпионом в тот день оказался де Ля Пуап, сбивший троих (Ju87 лично, два FW190 вдвоем с Марки и еще один Ju87 в группе с Альбером, Соважем, Марки и Табюрэ), немного отстали Дельфино, Альбер, Кюффо и Карбон с двумя победами каждый. Разбирая успешно проведенные воздушные бои. пилоты шутили, что на это раз им чертовски везло. Начальник штаба эскадрильи майор Вдовин (он был старшим начальником для советского персонала «Нормандии», вел всю переписку на русском языке) докладывал в штаб дивизии:
«Полк в течение дня 16.10 44 г. имел задачу; непосредственным сопровождением обеспечить боевые действия бомбардировщиков Пе-2 и «Бостон» 6 гв. бад, производить вылеты на прикрытие поля боя по вызову командира дивизии. Задача выполнена. Произведено 110 боевых самолето-вылетов, из них на сопровождение бомбардировщиков — 59 самолето-вылетов, напет 29 час 15 мин, на прикрытие поля боя — 51 самолето-вылет, налет 27 час. 15 мин. Проведено 10 воздушных боев, в результате которых сбито 9 Me-109, 16 ФВ-190 и 5 Ю-87. Подбито 1 Ме-109 и 2 ФВ-190… Полк потерь не имел. Командир полка подполковник Пуяд1 произвел 2 боевых самолето-вылета, лично сбил 1 ФВ-190… Израсходовано боеприпасов: снарядов пушки ШВАК — 2000 шт., патронов БС — 2450 шт…».
На следующий день удача вновь улыбнулась французам: немцы потеряли 12 (по отчету полка- 16) самолетов, а «Нормандия» — всего один, причем летчик Эмоне спасся на парашюте. Считалось, что в этот день четыре неприятельские машины уничтожил капитан Кюффо, установивший абсолютный рекорд полка (правда, позднее получила подтверждение только одна победа).
Вскоре французские летчики смогли вновь продемонстрировать великолепное мастерство: 20 октября они доложили об 11 сбитых, 22 октября — о 12 уничтоженных FW190 и одном Bf109, а 23 октября сожгли 8 FW190 и еще один Bf109. В приказе Верховного Главнокомандующего полк «Нормандия» отмечался среди лучших авиачастей. В частности, там указывалась, что за семь дней октябрьских боев французы уничтожили более 100 вражеских самолетов. 27 октября был опубликован Указ Президиума Верховного Совета СССР о награждении орденами 25 наиболее отличившихся офицеров попка, в том числе и его командира подполковника Пуйяда. На следующий день Пуйяд сдал командование майору Дельфино и уехал в Москву а оттуда вернулся во Францию.
В ноябре произошло еще несколько важных событий в жизни «Нормандии». В частности, 28 октября в полку в соответствии с существовавшей в советских вооруженных силах традицией было присвоено второе собственное наименование «Неманский». В печати и во французских документах того времени получило широкое распространение сокращение «Нормандия-Нёман». В тот же день два французских пилота — Марсель Альбер и Ролан де Ля Пуап — стали Героями Советского Союза. А в начале декабря прибывший в Советский Союз генерал де Голль вручил летчикам, штабным офицерам, инженерам и техникам полка французские военные ордена Почетного легиона.
В ноябре произошло еще несколько важных событий в жизни «Нормандии». В частности, 28 октября в полку в соответствии с существовавшей в советских вооруженных силах традицией было присвоено второе собственное наименование «Неманский». В печати и во французских документах того времени получило широкое распространение сокращение «Нормандия-Нёман». В тот же день два французских пилота — Марсель Альбер и Ролан де Ля Пуап — стали Героями Советского Союза. А в начале декабря прибывший в Советский Союз генерал де Голль вручил летчикам, штабным офицерам, инженерам и техникам полка французские военные ордена Почетного легиона.
В соответствии с ранее заключенным соглашением после года пребывания на советско-германском фронте французские пилоты получали право на длительный отпуск. Четырнадцать ветеранов полка, в том числе Альбер и де Ля Пуап воспользовались этим правом и уехали. После этого в «Нормандии — Неман» вместо четырех эскадрилий сформировали три, но полной штатной численности. С 18 декабря полк вновь приступил к боевым действиям. Оставшиеся в части пилоты не уступали в мастерстве уехавшим. Так, 30 декабря в районе Тракенен пара Марки — Ирибарн напала на четверку FW190 и сумела уничтожить два вражеских самолёта.
Всего за восемь месяцев активных боев в 1944 г. французские летчики совершили 2384 боевых вылета, провели 79 воздушных боев, в которых сбили 126 (по уточненным французским данным — 124) вражеских машин. Собственные потери за этот период составили 15 летчиков и 20 «Яков». По состоянию на 13 января 1945 г. в полку имелось 42 Як-3 (6 неисправных) и 3 Як-9 (1 неисправный).
Всего за восемь месяцев активных боев в 1944 г. французские летчики совершили 2384 боевых вылета, провели 79 воздушных боев, в которых сбили 126 (по уточненным французским данным — 124) вражеских машин. Собственные потери за этот период составили 15 летчиков и 20 «Яков». По состоянию на 13 января 1945 г. в полку имелось 42 Як-3 (6 неисправных) и 3 Як-9 (1 неисправный).
13 января 1945 г. началось новое наступление 3-го Белорусского фронта, с которым взаимодействовала 1-я воздушная армия. Из-за нелетной погоды в этот день пилоты «Нормандии» не поднимались в воздух, зато следующий оказался одним из удачных: французам удалось сбить 8 и подбить 3 вражеских самолета. Младший лейтенант Мартин сумел в двух вылетах в районе Тракенен-Гумбиннен-Инстербург уничтожить 3 Bf109 и один FW190. А 16 января немцы потеряли 18 FW190 и еще один Bf109. Вероятно, столкновения происходили главным образом со штурмовиками из эскадры SG3, которые несли бомбы на внешней подвеске и были скованы в маневре (из трофейных документов известно, что 16 января эскадра лишилась пяти машин).
От пилотов «Нормандии» по мастерству и настойчивости не отставали советские техники, порой совершавшие настоящие чудеса. Так, 17 января на аэродроме Допинен совершил посадку чудовищно искалеченный Як-3 командира эскадрильи капитана Рене Шалля. Шестой лично сбитый «фоккер» дорого обошелся Шаллю: в его машину попало не менее четырех пушечных снарядов. Вся прозрачная часть фонаря, включая козырек, была снесена. В районе кабины в борту фюзеляжа зияла огромная пробоина, в которую мог протиснуться человек, еще две примерно такие же дыры «просвечивали» в крыле. Тяжело раненый пилот чудом привел и посадил машину, которая, казалось, не подлежала восстановлению. Но три советских механика из ПАРМ-1 (старшина Юзефович, старшие сержанты Смирнов и Муравьев) в течение суток полностью починили избитый «Як». В полевых условиях заварили фермы и рамы фюзеляжа, восстановили фонарь кабины и залатали крыло (при этом пришлось полностью заменить несколько нервюр). Инженер полка капитан Агавельян только руками развел от удивления.
В начале февраля 1945 г. в районе Пиллау — Эйлау «Нормандия — Неман» сошлась в смертельной схватке с исключительно опытными и опасными противниками из истребительной эскадры JG54 «Зеленое сердце». Погибли младшие лейтенанты Р.Пенверн и Р. Ирибарн. еще два пилота получили тяжелые ранения. Серьезные потери понесли также другие полки 303-й иад. В «Нормандии» осталось всего 24 летчика, поэтому пришлось расформировать еще одну эскадрилью. Тем временем, на основании директивы Генерального штаба Красной Армии началось формирование долгожданной 1-й французской смешанной авиадивизии. Помимо «Нормандии-Неман», в ее состав планировалось ввести 2-й бомбардировочный авиаполк «Бретань» на самолетах Пе-2 и 3-й истребительный авиаполк «Париж» на самолетах Як-3. «Бретань» в марте 1945 г. была укомплектована французскими экипажами и советским инженерно-техническим составом, получила она и технику: 31 Пе-2 и 3 УПе-2. Полк базировался на аэродроме Клоково в Московском военном округе. Переучивание опытных французских летчиков серьезно тормозилось из-за незнания ими русского языка. Инструкторам из 9-го запасного авиаполка приходилось нелегко. И все же к концу апреля почти половина экипажей «Бретани» смогла вылететь самостоятельно.
«Париж» также не успел закончить подготовку к моменту окончания войны в Европе. Ему не хватило всего пары месяцев, а в результате истребительный полк «Нормандия-Нёман» так и остался единственной французской авиачастью, принявшей участие в боях на советско-германском фронте. За период с 12 января по 2 мая 1945 г. пилоты «Нормандии» совершили 1300 боевых вылетов. Общий счет полка вырос на 67 (французы считают — на 72) сбитых вражеских машин, а собственные потери увеличились на 10 летчиков. Заметим, что на последнем этапе боев сложили головы такие опытные лётчики, как Морис Шалль (10 побед) и Жорж Анри (5 побед). Именно Анри записал на боевой счет «Нормандии» заключительную, 268-ю победу (по данным французов — 273-ю). 30 марта 1945 г. командующий 1-й ВА генерал-полковник авиации Т.Т. Хрюкин в присутствии генералов Пети и Левандовича вручил майору Дельфино орден Красного Знамени, которым полк был награжден за зимние бои. Окончательное наименование французской авиачасти в советских официальных документах стало звучать так: 1-й отдельный истребительный авиационный Краснознаменный Неманский полк «Нормандия».
В заключительной оценке, которую дал штаб 1 -й воздушной армии работе французских авиаторов на советско-германском фронте, отмечалось, что половину из всех боевых вылетов французы сделали на прикрытие поля боя, 18,6% — на свободную охоту, 17,2% — на прикрытие бомбардировщиков, а 7,6% — на перехват самолетов противника. С особым желанием французские летчики выполняли полеты на свободную охоту. Глубина проникновения в немецкий тыл порой достигала 120 км, при этом за каждой парой «охотников» на сравнительно продолжительное время закреплялся определенный сектор воздушного пространства.
9 мая 1945 г. французские летчики праздновали не только день победы, но и возвращение из плена аспиранта П.Блетона, сбитого над Пиллау еще 20 февраля, Блетон рассказал, что немцы организовали короткую встречу с пилотом, который поджег его «Як» им оказался известный ас И.Брендель (J.Brendel, 189 побед к концу войны), командир группы III/JG51 «Мёльдерс». Затем француза отправили в лагерь военнопленных, откуда его освободили английские войска.
9 мая 1945 г. французские летчики праздновали не только день победы, но и возвращение из плена аспиранта П.Блетона, сбитого над Пиллау еще 20 февраля, Блетон рассказал, что немцы организовали короткую встречу с пилотом, который поджег его «Як» им оказался известный ас И.Брендель (J.Brendel, 189 побед к концу войны), командир группы III/JG51 «Мёльдерс». Затем француза отправили в лагерь военнопленных, откуда его освободили английские войска.
Вскоре после капитуляции Германии пилоты «Нормандии» были вызваны в Москву, где им вручили советские награды. Еще два летчика стали Героями Советского Союза. Младший лейтенант Жак Андре получил Золотую Звезду и орден Ленина из рук командующего ВВС главного маршала авиации А.А.Новикова. В представлении указывалось, что «на все 16 лично сбитых самолетов имеются подтверждения», и что 15 из них были типа FW190. В качестве примера особенно умелых действий Андре приводился эпизод, относившийся к 16 января 1945 г. В то утро в результате внезапной атаки четверки Як-3 немцы потеряли 4 FW190 сбитыми и еще две машины поврежденными из группы общей численностью 30 самолетов. Одну из побед одержал Андре. Вскоре после полудня шестерка Як-3 майора Дельфино, прикрывая поле боя, отразила удар 12 FW190. В ожесточенной свалке Андре сбил еще одного «фоккера».
В представлении М.Лефевра к званию Героя Советского Союза (посмертно) генерал Захаров отметил, что Марсель «был отличным бесстрашным летчиком, истинным врагом немецкого фашизма… [Лефевр] волевой командир, искусный пилот, умелый учитель и преданный товарищ. Он любил и уважал советских летчиков. Быстро овла дев русским языком, он ценил великие достижения советского народа. Орден Ленина и Золотая Звезда Лефевра были переданы главе французской авиационной миссии для передачи семье выдающегося пилота.
В ответ на просьбу генерала де Голля поскорее вернуть на родину летный состав полка «Нормандия — Неман», Сталин принял решение в знак дружбы подарить союзникам боевые самолеты Як-3, на которых они воевали против общего врага. Французские летчики успешно выполнили перелет на родину с несколькими промежуточными посадками. На столичном аэродроме полк встречали восторженные толпы парижан. Летчик Марки, отделившись от строя истребителей, выполнил комплекс фигур высшего пилотажа.
В ответ на просьбу генерала де Голля поскорее вернуть на родину летный состав полка «Нормандия — Неман», Сталин принял решение в знак дружбы подарить союзникам боевые самолеты Як-3, на которых они воевали против общего врага. Французские летчики успешно выполнили перелет на родину с несколькими промежуточными посадками. На столичном аэродроме полк встречали восторженные толпы парижан. Летчик Марки, отделившись от строя истребителей, выполнил комплекс фигур высшего пилотажа.
Советский самолет произвел большое впечатление не только на зевак, но и на пилотов-профессионалов, летавших на «Спитфайрах» и «Мустангах», Вскоре состоялись показательные воздушные бои между «Яками» и истребителями союзников. В интepecax обеспечения зрелищности, все они происходили на небольших высотах, где «Як» бесспорно превосходил более тяжелые и высотные английские и американские машины. Что касается летного мастерства участников «боев», то оно было признано приблизительно равным. В итоге количество сбитых в учебных боях «Мустангов» и «Спитфайров» заметно превысило число «уничтоженных» «Яков».
Косвенно о достаточно высокой оценке Як-3 со стороны командования французских послевоенных ВВС говорит тот факт, что, несмотря на смешанную конструкцию машины, не обеспечивавшую длительную ее эксплуатацию на открытом воздухе, советские истребители еще несколько лет оставались на вооружении полка «Нормандия».
Памятник в Ле Бурже.
Косвенно о достаточно высокой оценке Як-3 со стороны командования французских послевоенных ВВС говорит тот факт, что, несмотря на смешанную конструкцию машины, не обеспечивавшую длительную ее эксплуатацию на открытом воздухе, советские истребители еще несколько лет оставались на вооружении полка «Нормандия».
Памятник в Ле Бурже.
