2077
11
«У меня дома дочь и престарелые родители, а еще куча долгов перед поставщиками. Вернусь — посадят в тюрьму за долги», — мистер Грин вытирает слезы со щеки. Говорит, что больше года не может вернуть деньги за поставленный в Беларусь товар. У белорусской стороны своя правда: от обязательств компания не отказывается, говорит, что готова все отдать, но частями.
О китайце в гипермаркете «Гиппо», что по улице Сухаревской, нам сообщили читатели. Говорили, мол, видели странного мужчину, который представлялся мистером Грином и рассказывал всем, как его обманули белорусы.
— Стоит здесь, говорит, что его «кинули» белорусские бизнесмены. Мол, сейчас он практически без денег, а домой ехать не может, так как там его посадят в тюрьму, — объяснили очевидцы.
— Стоит здесь, говорит, что его «кинули» белорусские бизнесмены. Мол, сейчас он практически без денег, а домой ехать не может, так как там его посадят в тюрьму, — объяснили очевидцы.
×
Мистер Грин, или Жанг, и правда оказался предпринимателем из китайского города Иу, в котором находится крупнейший в мире оптовый рынок хозяйственных товаров. Сейчас мистер Грин снимает квартиру в Сухарево. Он объясняет, что приехал в Беларусь еще в декабре, чтобы попытаться вернуть деньги от компании «Маркетли», учредителя сети магазинов «Шали». Именно в эти магазины предприниматель поставлял промтовары — от вешалок до силиконовых форм.
— Сперва мы познакомились с Еленой Шапко. В то время она работала в одном из минских гипермаркетов и приезжала в Китай. Я тоже тогда был в другой компании, — объясняет Жанг. — Поставки шли в Беларусь через гонконгскую компанию Raffles. Елена и ее муж Валерий Литвинов были контактными лицами. Изначально все шло хорошо. Я отправлял им контейнеры без предоплаты, впоследствии они возвращали мне деньги. В общем, было доверие.
— Сперва мы познакомились с Еленой Шапко. В то время она работала в одном из минских гипермаркетов и приезжала в Китай. Я тоже тогда был в другой компании, — объясняет Жанг. — Поставки шли в Беларусь через гонконгскую компанию Raffles. Елена и ее муж Валерий Литвинов были контактными лицами. Изначально все шло хорошо. Я отправлял им контейнеры без предоплаты, впоследствии они возвращали мне деньги. В общем, было доверие.
Жанг показывает свою бухгалтерию: в списке поставок значатся несколько белорусских торговых сетей и других компаний. Но туда поставки шли не напрямую, а вот с «Маркетли» он заключал договор без посредников.
— Компания заявила, что хочет открыть сеть магазинов, — объясняет мужчина. — Мы договорились на поставку пяти контейнеров с товаром — по одному в месяц. Я собирался отправить товар по своей логистической схеме. У нас в городе с ее таможенным оформлением не было бы проблем. Но Елена и Валерий настояли на своем варианте, из-за чего контейнеры застряли на таможне и опоздали.
— Компания заявила, что хочет открыть сеть магазинов, — объясняет мужчина. — Мы договорились на поставку пяти контейнеров с товаром — по одному в месяц. Я собирался отправить товар по своей логистической схеме. У нас в городе с ее таможенным оформлением не было бы проблем. Но Елена и Валерий настояли на своем варианте, из-за чего контейнеры застряли на таможне и опоздали.
Если бы послушали меня, то груз спокойно прошел бы таможенный контроль. Я чувствовал вину за то, что груз опаздывает, хотя и не из-за меня, поэтому подготовил дополнительный контейнер с большим ассортиментом, который очень сложно быстро собрать. В итоге я упаковал товар за 20 дней вместо 30 и отправил в Беларусь. Я считал, что успех моих партнеров — это и мой успех, надеялся на партнерское отношение.
— Вы отправляли товары в Беларусь без предоплаты?
— Да, потому что до этого мы так работали. Более того, я договаривался с китайскими предприятиями о поставке товаров без предоплаты и мне в надежде быстро рассчитаться. Но возникли проблемы с таможней. Затем появились проблемы с грузами, которые доставляли корабли: они задержались в Клайпеде. В итоге товары прибыли намного позже. Новогодние товары и вовсе очень сильно опоздали. Все это было не по моей вине, поверьте. Были проблемы у грузоперевозчика.
— Вы отправляли товары в Беларусь без предоплаты?
— Да, потому что до этого мы так работали. Более того, я договаривался с китайскими предприятиями о поставке товаров без предоплаты и мне в надежде быстро рассчитаться. Но возникли проблемы с таможней. Затем появились проблемы с грузами, которые доставляли корабли: они задержались в Клайпеде. В итоге товары прибыли намного позже. Новогодние товары и вовсе очень сильно опоздали. Все это было не по моей вине, поверьте. Были проблемы у грузоперевозчика.
По словам Жанга, товар доставили в Беларусь. Елена и Валерий растаможили его и стали продавать. Вот только денег ни в январе прошлого года, ни в январе нынешнего китайский предприниматель не увидел.
— Мне никто ничего не заплатил, — говорит он. — В итоге в прошлом году я первый раз приехал в Беларусь, чтобы разобраться в ситуации и выяснить, когда мне вернут деньги.
Тогда-то партнеры и подписали план возврата денег, где Валерий четко обозначил схему, как и в какие месяцы будет возвращать Жангу деньги. Речь шла о сумме в $312 тыс.
— Тогда я обращался к юристу здесь, в Беларуси, — объясняет Жанг. — Но юрист, как мне показалось, встал на сторону Валерия и Елены. Он ничего не переводил мне, разговаривал с ними, как будто бы меня нет. В итоге мы подписали договор, по которому они должны были вернуть мне деньги, но с оговоркой: если найдут инвестиции.
Мне стали говорить, что отдадут завтра, на следующей неделе, позже. Потом то не брали трубку, то еще что-то. Ближе к лету какие-то деньги стали возвращаться — небольшие, около $5 тыс. На этом все.
В декабре прошлого года Жанг снова прилетел в Беларусь. Говорит, что смог встретиться с Валерием и Еленой только после многочисленных попыток дозвониться.
— Пытались встретиться в «Гиппо». Однажды я прождал встречи пять часов, но никто так и не пришел, — объясняет он. — Я снова звонил. То не брали трубку, то переносили встречу. Я ходил к ним домой. Сначала они пытались надавить на жалость, что вот, больной ребенок и так далее. Потом были угрозы, что вызовут милицию. Однажды и правда вызвали — я даже в камере сидел...
— Мне никто ничего не заплатил, — говорит он. — В итоге в прошлом году я первый раз приехал в Беларусь, чтобы разобраться в ситуации и выяснить, когда мне вернут деньги.
Тогда-то партнеры и подписали план возврата денег, где Валерий четко обозначил схему, как и в какие месяцы будет возвращать Жангу деньги. Речь шла о сумме в $312 тыс.
— Тогда я обращался к юристу здесь, в Беларуси, — объясняет Жанг. — Но юрист, как мне показалось, встал на сторону Валерия и Елены. Он ничего не переводил мне, разговаривал с ними, как будто бы меня нет. В итоге мы подписали договор, по которому они должны были вернуть мне деньги, но с оговоркой: если найдут инвестиции.
Мне стали говорить, что отдадут завтра, на следующей неделе, позже. Потом то не брали трубку, то еще что-то. Ближе к лету какие-то деньги стали возвращаться — небольшие, около $5 тыс. На этом все.
В декабре прошлого года Жанг снова прилетел в Беларусь. Говорит, что смог встретиться с Валерием и Еленой только после многочисленных попыток дозвониться.
— Пытались встретиться в «Гиппо». Однажды я прождал встречи пять часов, но никто так и не пришел, — объясняет он. — Я снова звонил. То не брали трубку, то переносили встречу. Я ходил к ним домой. Сначала они пытались надавить на жалость, что вот, больной ребенок и так далее. Потом были угрозы, что вызовут милицию. Однажды и правда вызвали — я даже в камере сидел...
По словам Жанга, в итоге Валерий встретился с ним в начале февраля, и они снова подписали план возврата долга.
— По графику Валерий должен был вернуть мне $2500 до 20 февраля. Он этого не сделал, — объясняет Жанг. — Ни товар не вернул, ни деньги. Я в шоке и уже не знаю, как мне быть. Решил обратиться в СМИ. Не знал, как это сделать, поэтому пошел в «Гиппо» и стал рассказывать людям свою историю. Как тут добиться правды?
— А почему вы не пошли в суд?
— Я обращался к юристам и в посольство. Мне дали контакты компании, которая уже судилась здесь, в Беларуси. Но даже она со штатом юристов три года пыталась что-то доказать. У меня нет таких денег и сил, чтобы еще столько времени судиться. Вот все мои сбережения сейчас.
Жанг достает из кошелька $300, белорусские рубли и юани. Руки у него трясутся, а из глаз капают на стол слезы.
— По графику Валерий должен был вернуть мне $2500 до 20 февраля. Он этого не сделал, — объясняет Жанг. — Ни товар не вернул, ни деньги. Я в шоке и уже не знаю, как мне быть. Решил обратиться в СМИ. Не знал, как это сделать, поэтому пошел в «Гиппо» и стал рассказывать людям свою историю. Как тут добиться правды?
— А почему вы не пошли в суд?
— Я обращался к юристам и в посольство. Мне дали контакты компании, которая уже судилась здесь, в Беларуси. Но даже она со штатом юристов три года пыталась что-то доказать. У меня нет таких денег и сил, чтобы еще столько времени судиться. Вот все мои сбережения сейчас.
Жанг достает из кошелька $300, белорусские рубли и юани. Руки у него трясутся, а из глаз капают на стол слезы.
— Вот сейчас эти $300 отдам за квартиру, и больше у меня нет денег, чтобы жить. Еще неделя — и я пойду на улицу просить милостыню, — говорит он, сдерживаясь, чтобы снова не заплакать. — Я пропустил уже два китайских Новых года. На прошлый у меня умер дедушка, а я не смог полететь на похороны. У меня пожилые родители и 80-летняя бабушка. Так вот это она дала мне деньги на приезд сюда, хотя обеспечивать их должен я. А еще у меня есть дочь, которая живет с бывшей женой. Она не видела папу вот уже несколько месяцев. Конечно, я могу прийти, как побитая собака, к отцу моей бывшей (он владеет заводом). Но разве люди, которые так ведут себя, заслуживают моих денег?
По словам Жанга, для него очень важно не подвести свою семью и не потерять лицо:
— Если я приеду назад без денег, то в Китае меня посадят в тюрьму, ведь я должен поставщикам. У нас в стране такие вопросы решаются очень быстро. Я же больше года ждал, пытался договориться с ними, ни процентов, ничего такого не брал. Более того, я даже решил сделать им скидку в $12 тыс., пусть только $300 тыс. вернут. И для себя решил, что так этого не оставлю.
По словам Жанга, для него очень важно не подвести свою семью и не потерять лицо:
— Если я приеду назад без денег, то в Китае меня посадят в тюрьму, ведь я должен поставщикам. У нас в стране такие вопросы решаются очень быстро. Я же больше года ждал, пытался договориться с ними, ни процентов, ничего такого не брал. Более того, я даже решил сделать им скидку в $12 тыс., пусть только $300 тыс. вернут. И для себя решил, что так этого не оставлю.
Жанг говорит, что готов распечатать плакат и устроить пикет под окнами дома, где живут его должники.
— Буду стоять, пока мне не вернут деньги, — заключает китаец. — А что мне остается делать?
— Буду стоять, пока мне не вернут деньги, — заключает китаец. — А что мне остается делать?
Директор магазинов «Шали»: «Мы готовы все отдать, но частями»
У белорусской стороны своя правда. Как объясняет директор Валерий Литвинов, их компания от долга перед китайцем не отказывается.
— Мы подписали схему возврата на этот год: $2500 передаем в феврале и марте, потом платим по $15 000 в апреле и мае. До конца года собирались все отдать, — объясняет он. — 20 февраля передали ему $2000, еще $500 собирались до 8 марта вернуть. Просто у нас сейчас тоже тяжелая ситуация, арестованы счета.
— А почему вы не отдавали деньги в прошлом году?
— Объясню. Мы собирались открыть два магазина в ноябре 2014 года. Заказали у мистера Жанга контейнеры с товаром для открытия магазинов. Дата поставки двух контейнеров была в ноябре, и было еще два контейнера с датами поставок в декабре и январе. Один из них — с новогодними сувенирами. И все они опоздали.
До 15 декабря мы получили только два контейнера (один из них — с новогодним ассортиментом). В итоге мы открыли магазин в середине декабря вместо ноября. И открыли его с полупустыми полками. Пришлось докупать товар у других поставщиков и решать вопросы с прежними поставками, оплачивать аренду, выдавать зарплату сотрудникам и так далее. Результат — только из новогодних товаров мы продали всего 30% от запланированного. Остальное лежит на складе, так как предновогоднюю торговлю мы пропустили, а с середины декабря из-за роста курса доллара покупатели стали вкладывать деньги в дорогостоящие товары.
У белорусской стороны своя правда. Как объясняет директор Валерий Литвинов, их компания от долга перед китайцем не отказывается.
— Мы подписали схему возврата на этот год: $2500 передаем в феврале и марте, потом платим по $15 000 в апреле и мае. До конца года собирались все отдать, — объясняет он. — 20 февраля передали ему $2000, еще $500 собирались до 8 марта вернуть. Просто у нас сейчас тоже тяжелая ситуация, арестованы счета.
— А почему вы не отдавали деньги в прошлом году?
— Объясню. Мы собирались открыть два магазина в ноябре 2014 года. Заказали у мистера Жанга контейнеры с товаром для открытия магазинов. Дата поставки двух контейнеров была в ноябре, и было еще два контейнера с датами поставок в декабре и январе. Один из них — с новогодними сувенирами. И все они опоздали.
До 15 декабря мы получили только два контейнера (один из них — с новогодним ассортиментом). В итоге мы открыли магазин в середине декабря вместо ноября. И открыли его с полупустыми полками. Пришлось докупать товар у других поставщиков и решать вопросы с прежними поставками, оплачивать аренду, выдавать зарплату сотрудникам и так далее. Результат — только из новогодних товаров мы продали всего 30% от запланированного. Остальное лежит на складе, так как предновогоднюю торговлю мы пропустили, а с середины декабря из-за роста курса доллара покупатели стали вкладывать деньги в дорогостоящие товары.
Курс изменился, но цены мы держали старыми. В общем, ситуация была тяжелая. Остальные контейнеры пришли уже после открытия магазинов, в то время, когда курс вырос уже почти в два раза (что сказалось на стоимости растаможки).
А последний контейнер мы получили и вовсе в конце марта. Он два месяца простоял в порту Клайпеды. Только после того как мы написали отказ от него, наш китайский партнер срочно предоставил нам документы с просьбой забрать его. Конечно, все затраты по простою легли на нас.
— Вы же подписывали обязательства по возврату денег еще в 2015-м?
— Да. Но из-за того, что часть товара вообще не продалась, с другой частью из-за курса мы вошли в убытки, а еще два контейнера до сих пор на таможне, мы эти деньги вернуть не смогли, погасили только часть долга. Поэтому совместно с нашим китайским партнером мы подписали новое соглашение на этот год.
— А вот как быть вашему партнеру? Есть же какие-то договоренности, какое-то слово?
— Мы готовы были отдать товар, потом предлагали ему стать соучредителем компании. В суд пойти, в конце концов. Ведь даже если фирма обанкротится, то он все равно свои деньги получит.
Ну что мы можем сделать в этой ситуации, если у нас нет денег? Мы же не скрылись и не отказались от возврата долгов, готовы по мере возможности возвращать. Но, как видим, мистер Грин выбрал другой путь. В суд он не пошел, нашим документам не верит, однако приходит в наш магазин, рассказывает всем про нас в ближайшем супермаркете, а сейчас и СМИ подключил. Но мы от своих слов, повторюсь, не отказываемся.
А последний контейнер мы получили и вовсе в конце марта. Он два месяца простоял в порту Клайпеды. Только после того как мы написали отказ от него, наш китайский партнер срочно предоставил нам документы с просьбой забрать его. Конечно, все затраты по простою легли на нас.
— Вы же подписывали обязательства по возврату денег еще в 2015-м?
— Да. Но из-за того, что часть товара вообще не продалась, с другой частью из-за курса мы вошли в убытки, а еще два контейнера до сих пор на таможне, мы эти деньги вернуть не смогли, погасили только часть долга. Поэтому совместно с нашим китайским партнером мы подписали новое соглашение на этот год.
— А вот как быть вашему партнеру? Есть же какие-то договоренности, какое-то слово?
— Мы готовы были отдать товар, потом предлагали ему стать соучредителем компании. В суд пойти, в конце концов. Ведь даже если фирма обанкротится, то он все равно свои деньги получит.
Ну что мы можем сделать в этой ситуации, если у нас нет денег? Мы же не скрылись и не отказались от возврата долгов, готовы по мере возможности возвращать. Но, как видим, мистер Грин выбрал другой путь. В суд он не пошел, нашим документам не верит, однако приходит в наш магазин, рассказывает всем про нас в ближайшем супермаркете, а сейчас и СМИ подключил. Но мы от своих слов, повторюсь, не отказываемся.
Источник:
Ссылки по теме:
- В гостях у белорусской целительницы
- Частная белорусская кузница как прибыльный бизнес
- Репортаж со сборов клюквы под Пинском
- Российский бизнесмен построил из домика в Беларуси агроусадьбу
- Самая большая коллекция кирпичей в Беларуси
реклама
Какой курс?! Ублюдок!!! Ты, сука, покупал по старому курсу! Вот и продавай по нему-же!!! Суки перепродажники уже достали, козлы. Страна менеджеров, млять.