Самооборона без предела

Помните нашумевшую историю, когда москвичка, защищаясь от насильника в такси, ударила его перочинным ножом в бедро и повредила артерию, от чего тот и умер? Только широкое возмущение общественности спасло ее от обвинительного приговора и долгого тюремного срока. Так вот, эта история повторяется и не с таким обнадеживающим финалом.

Потом были метания по соседям, звонки в "Скорую помощь" и полицию. Но мужчину не спасли - нож попал ему в бедренные артерию и вену, и тот вскоре умер от обильной кровопотери. И 30-летнюю Татьяну Кулакову, фигурантку нынешней трагедии, привлекли к уголовной ответственности за "умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего". Хотя, если по-человечески, ее надо просто пожалеть и порадоваться, что осталась живой.

Напомним, в России в среднем "любящие" мужья убивают в год 14 тысяч своих жен. Татьяне чудом удалось не попасть в эту страшную статистику.

Странная особенность наблюдается в процессах по самообороне. Если история попала на обложки и страницы СМИ - человека, пытавшегося себя защитить, оправдают. Нет - значит, нет. Как будто понятие "самооборона" вообще отсутствует в нашей юриспруденции. Хотя уже давно внесли изменения и в Уголовный кодекс (это статьи 37 и 38), где объяснили понятия необходимой самообороны и ее превышения. Причем, во всех подробностях. А 27 сентября 2012 года вышло Постановление Пленума Верховного Суда РФ N 19 "О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление". Верховный Суд напомнил всем судьям о праве на самооборону и подробно разъяснил, как надо рассматривать подобные дела - об этом подробно рассказала "РГ".

Но следователи Нагатинского межрайонного следственного отдела решили сделать виноватой во всем именно Татьяну Кулакову. Наверное, для следователей какая-то логика в этом присутствует: Михаил Абросимов - тот самый муж, пообещавший убить свою жену, сделать этого не успел и сам погиб, с него теперь не спросишь. Значит, остается Татьяна - кто-то же должен отвечать за труп?

А Михаил Абросимов действительно пообещал Татьяне - в присутствии свидетелей - что сегодня "я тебя сделаю". Произошло это днем на детской площадке возле дома, где Кулакова гуляла с детьми и общалась с соседками, такими же мамами. Накануне вечером в этой семье произошла привычная сцена, неоднократно слышимая соседями, - пьяный муж стал избивать жену, таскать ее за волосы, бить посуду. Татьяна вызвала полицию и вскоре их увезли в ОМВД по району Царицыно. Подавать заявление в участке ее отговорили - мол, не имеет смысла (для кого не имеет - для полицейских?). Женщина вернулась домой, а Абросимов провел ночь в "обезьяннике". И, видимо, такое неуважение к нему со стороны жены его задело.

Впрочем, повод для обиды у него уже имелся: незадолго до этой истории Татьяна сообщила мужу, что подала на развод - не хватило сил терпеть издевательства. А это уже было посерьезней "обезьянника". Квартира принадлежит Татьяне - она осталась ей от первого мужа, умершего три года назад. И она прописала в своей квартире Михаила Абросимова. Понятно, что после развода бывшему супругу пришлось бы съехать. Абросимов, по сути, был альфонсом - жил за счет жены, нигде не работал. Более того, чтобы приобрести наркотики (он кололся героином и амфетамином), выносил и продавал вещи жены и детей, воровал деньги с кредитной карточки Татьяны.

Странно, но следователи, настаивающие на "умышленном причинении вреда здоровью" погибшему Абросимову, не заметили ни разбросанных вещей в квартире, ни поваленной стремянки, ни даже оборванного телефонного шнура. Зато буквально по деталям стали разбирать схему удара ножом, погубившего мужчину. Наотмашь Татьяна ударила или, все-таки, тычком? Казалось бы, какая разница? Следователям почему-то это показалось важным: если размахивала ножом - то хотела убить специально, ударив в грудь или в горло, а если просто кольнула - то выбирала самое "несмертельное", с ее точки зрения, место на теле человека - ногу. И убила хоть и по чистой случайности, но вред его здоровью все равно хотела нанести. Значит, как ни крути, - виновата.

Кстати, как кухонный нож, длиной в 25 сантиметров, оказался в комнате на боковой спинке дивана? Может, Татьяна специально готовилась к такой активной обороне? Об этом рассказала ее старшая дочь от первого брака - 8-летняя Доминика. Оказалось, Татьяна чистила этим ножом для дочери яблоки. А затем велела девочке отнести нож на кухню. Но ребенок, видимо, заигрался и забыл. Так что Татьяне не надо было специально бегать на кухню, чтобы вооружиться: после удара она вставала на ноги именно там, где лежал нож.

Дошло и до смешного, вернее - до откровенной и весьма топорно исполненной подделки. В акте экспертизы есть запись о наличии в крови Татьяны наркотических веществ. Вот только запись эта сделана от руки в тексте, отпечатанном на компьютере, - там, где "эксперт" нашел свободное место. И подписи разные. Странно, заключение готовил один человек, а расписались - под одинаковой фамилией - двое. Кстати, вот еще одна "странность" этого расследования. В письме в редакцию "РГ" жильцы дома, где живет Татьяна, пишут, что свидетельские показания с них брала женщина-следователь, а на суде выступал уже мужчина, который, якобы, и общался со свидетелями. Когда удивленные жильцы указали на эту нестыковку, судья посчитал, что они обознались, ошиблись в оценке пола следователя. По сути, признал этих людей идиотами.

Следствие не вспомнило и о том, что Татьяна - жертва семейного насилия и нуждается в защите государства и общества. Но это так, к слову. Исходя из имеющихся у редакции "РГ" фактов, здесь не должна идти речь и о превышении необходимых мер самообороны. Какое уж тут превышение для хрупкой женщины примерно в 165 сантиметров ростом, которую изо всех сил лупит головой об стену и душит пьяный молодой мужик ростом в 180 сантиметров и прямым текстом обещает ее убить? И какая тут разница, наотмашь била она ножом или просто кольнула? Как могла, так и отбивалась. Да хоть бы и из ружья выстрелила, если бы оно оказалось под рукой, - в конкретной ситуации она имела на это полное право.

Слугам закона, видимо, очень понадобилось для хороших показателей раскрываемости "срубить палку" - раскрыть настоящее убийство, почти - умышленное, пусть и бытовое. А тут - никакого детектива, "всего лишь" самооборона, по сути - несчастный случай. Наверное, такая рутинная работа не особо замечается и оценивается начальством. Вот сотрудники, возможно, и пытались всеми способами "удержать версию", чтобы отличиться.

Увы, даже в очевидных случаях оправдательных вердиктов почти нет. Однажды дали даже реальный срок хозяину квартиры, который установил у себя своеобразную защитную сигнализацию - пароходный ревун. Вор вскрыл дверь - и тут жуткий гудок. Преступник умер от разрыва сердца, а мужик сел в тюрьму. Правоохранителям так казалось удобнее и они все чаще опирались не на закон, а сложившуюся практику.

Есть и другой вопиющий случай. Случилось вот что: на гражданина Соколова и его товарища, возвращавшихся вечером с работы, на улице напали трое отморозков - хотели ограбить. У гопников были длинные и крепкие рейки, содранные со скамеек. Соколов с товарищем стали убегать, но гопники их догоняли и били - на теле Соколова насчитали потом следы десятка ударов.

В конце концов, Соколов отобрал палку у одного из нападавших и ударил его по голове. Удар оказался смертельным и Соколову присудили шесть лет колонии строгого режима с выплатой материального и морального вреда (!) семье потерпевшего. Защита Соколова обратилась в Верховный Суд. Собравшаяся затем Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ отменила предыдущее решение в отношении Соколова - он был оправдан и реабилитирован.

То есть, чтобы добиться законности и справедливости, пришлось дойти до самой высокой судебной инстанции. Неужели жертвам нападений, которым посчастливилось отбиться и уцелеть, всякий раз придется взывать к Верховному Суду? А если не удастся туда достучаться? Так ведь многим и не удается.

Не факт, что повезет и Татьяне Кулаковой. Нагатинский районный суд столицы уже приговорил ее к четырем годам лишения свободы. А прокурор просил все десять. Защита, конечно, подала апелляцию. Но заметят ли ее?

Наше население, разумеется, приноровилось к обстоятельствам - защищаются от хулиганов и гопников, но в полицию обращаются все реже. Ударил налетчика, как и чем смог, - и беги, не оглядываясь. Те же сознательные граждане, которые пытаются привести в чувство сомлевшего бандита, вызывают "скорую" и полицию, как правило, оказываются сами во всем виноватыми. Подумаешь, парень всего лишь хотел отобрать у вас часы, мобильник и деньги, ну, может, изнасиловать, а вы его - из "травмата". Превышение! И полицейским нередко приходилось списывать найденные в темных подворотнях, переулках и парках трупы на "внутрибандитские разборки", несчастные случаи. А если тела убитых появляются весной, после таяния снега, то и вовсе их зачисляют в "неопознанные".