Битва за Сталинград

Победоносная шестая армия – «покорительница столиц». Ее солдаты первыми вошли в Брюссель, чеканили шаг по мостовым Парижа, щурились летом 41 года на сияющие золотые купола церквей Киева, входили в безмолвный опустевший Харьков, а через год в августе 42-го вошли с боем в пылающий Сталинград и вскоре спустились к берегам Волги. Волга – конец величайшего в истории мира похода на Восток, так говорил им фюрер. Но разрушенный израненный Сталинград так и не покорился. Фюрер не солгал в одном, именно здесь для 6-ой армии закончился поход на Восток.
Солдаты 44 пехотной дивизии не знали еще, что из 6 тысяч солдат, с тревогой вслушивающихся в то утро в угрожающий гул, в живых не останется никого – лишь горстка старших штабных офицеров, да несколько солдат из хозчастей. Остальные останутся в Сталинграде навсегда, у большинства погибших не будет даже своей могилы.
23 ноября 1942 года – кольцо сомкнулось. 330-тысячная группировка войск, основу которой составляла 6-ая армия, оказалась в окружении. Сейчас, оглядываясь в прошлое, шанс 6-ой армии был тогда один – с боем прорываться на запад. Скорей всего ей бы это удалось, но лишь ценой огромных людских потерь и утраты большей части тяжелой техники. На тот момент у армии было еще топливо, боеприпасы и склады с продовольствием, достаточные на две недели интенсивных боев. Такой исход стал бы тяжелым поражением вермахта, но все же не катастрофой. Однако Гитлер вновь, как и под Москвой, отдал приказ – ни шагу назад, никаких отступлений. И если год назад это было единственно верное решение (против которого, кстати, дружно выступили генералы), то тоже самое решение Гитлера в ноябре 42-го обернется величайшей военной катастрофой в истории Германии.
Германское командование срочно приняло меры по организации удара снаружи для прорыва кольца окружения и налаживанию воздушного моста для снабжения 6-ой армии. И то, и другое оказалось нереальным. Ударная группировки войск Манштейна не смогла пробить окружение, не дойдя до окруженной армии всего несколько десятков километров. Потерпела неудачу и затея с воздушным мостом. При оценке необходимых грузов в 700 тонн в день для сохранения минимальной боеспособности армии, Геринг обещал ежедневно доставлять в «котел» 300 тонн. В реальности лишь единожды удалось привезти половину этого количества в день, в остальные – много меньше.
Количество раненных и обмороженных росло. Остро не хватало медикаментов, еды, постепенно таяли боеприпасы и топливо. К середине декабря были съедены большинство лошадей, запасы топлива уменьшились вдвое и стало ясно – о никаком прорыве из окружения уже не может идти и речи. В конце декабря известный немецкий паталогоанатом Гиргензон срочно вылетел в сталинградский котел. Германское командование было встревоженно огромной смертностью среди раненных в Сталинграде, для выяснения причин небывалого количества смертей и был командирован знаменитый паталогоанатом. После первых же вскрытий диагноз стал очевиден - солдаты умирали от истощения. Их убивал голод, а не раны. Голод и холод вот что медленно и неумолимо вело армию к гибели. Более полутора месяцев 6-ая армия вела бои в окружении. За это время общие потери превысили треть состава армии. Для большинства других армий такие бои в условиях окружения, при практически полном отсутствии снабжения столь долгий период, эти потери могло означать лишь одно – полную потерю боеспособности. Но 6-ая армия каким-то чудом держалась.
Когда 8 января 1943 года советское командование предложило капитулировать немецким войскам в окружении, ответом был отказ. 10 января 1943 года началась операция «Кольцо» - операция по уничтожению сталинградской немецкой группировки. Больших сил для уничтожения врага Красная армия не смогла выделить. Основные силы были задействованы на внешнем кольце окружения, развивая наступления на юг и запад. Формально наши силы на внутреннем кольце ненамного превышали немецкие, в реальности же дело обстояло иначе. Имея решающее превосходство в артиллерии и авиации, небольшое в танках и в людях, на самом деле наша армия заметно превосходила в боеспособности немецкую, ведь наши войска не испытывали недостатка в боеприпасах и топливе, не говоря уже об элементарном – еде. Военнопленные говорили о крайне низком физическом и моральном состоянии 6-ой армии, верилось, что под первыми ударами – оборона немцев просто развалится как карточный домик.
Однако случилось, казалось, невероятное - 6-ая армия приняла бой, сражение разгорелось с новой силой. Почти неделю шли ожесточенные упорные бои, немцы то отступали, то пытались контратаковать. Наше командование было вынуждено взять паузу, во избежание излишних потерь. Шестая армия выстояла – но какой ценой? Боеприпасы на исходе, топлива почти нет, количество убитых и раненных выросло на порядок. Перегруппировавшись Красная армия продолжила наступление. Командующий 6-ой армии Паулюс 22 января издает жуткий приказ: «Раненных не кормить! Силы нужны тем, кто может сражаться!». Уверен, что если есть тот свет, то именно за этот приказ ему придется держать ответ перед своими солдатами погибшими в Сталинграде.
На этот раз выстоять не удалось – 26 января окруженная группировка была заперта в городе и рассечена надвое. Битва превратилась в избиение. За две недели 6-армия потеряла убитыми и умершими от холода и истощения более половины своего состава –около 100 тыс. человек. Управление армией было потеряно, большинство частей существовали уже лишь на бумаге, во многих батальонах – счет шел на десятки, в дивизиях на сотни боеспособных солдат. В этих условиях сопротивление стало бессмысленно, генерал 51 пехотного корпуса генерал Зейдлиц обратился к Паулюсу с требованием немедленной капитуляции. Паулюс, отказал категорически. В ответ Зейдлиц отдал приказ, в котором разрешил в безвыходной ситуации командирам частей сдачу в плен. Несмотря на то, что некоторые части начали сдаваться, основные силы немцев продолжали сражаться верные присяге и приказам своего командующего. 30 января Паулюс отправляет телеграмму Гитлеру, где он поздравлял фюрера с десятой годовщиной прихода к власти и патетично заявлял, что упорная борьба 6-й армии послужит примером последующим поколениям - «никогда не сдаваться, какими бы неравными ни были силы». Слова, всего лишь слова.. Через два дня Паулюс подпишет капитуляцию. 1 февраля сдалась южная группа 6-ой армии, а 2 февраля прекратила сопротивление и северная группа.
В Сталинграде сдалось в плен 91 тыс. немецких солдат, офицеров и генералов. Если вы думаете, что это конец истории – вы очень сильно ошибаетесь. Смертный путь 6-ой армии был еще очень далек от завершения. Февраль 43 был страшен своими морозами. 91 тысяча пленных, больше половины из которых ранены и обморожены, почти все крайне истощены, оказались в полностью разрушенном городе, где нет продовольствия, дорог, отсутствовал транспорт. Колонны пленных формировались в городе и шли пешком к ближайшей железнодорожной станции в десятках километров от города. Такой путь оказался не под силу многим, тысячи и тысячи трупов замерзших немецких солдат остались на обочинах дорог. На станциях, где разгружали вагоны с военнопленными выносили сотни трупов. Даже после размещения в лагерях, выдачи кое-какой теплой одежды и еды, умирало очень много. Смертность в некоторых лагерях только с февраля до лета 43-го достигала 50-60%. Нравится нам, это или не нравится, но это факт. Причиной столь высокой смертности стали истощение. В условиях усиленного питания и качественного врачебного ухода эти люди, без сомнения, могли бы выжить, но наша страна напрягала все силы в страшной войне и забота о враге, пусть даже сдавшемся в плен, никак не могла быть приоритетной задачей.
Через 8 лет в 1950 году в Германию из СССР вернутся последние военнопленные, всего 5 тысяч из состава 6-ой армии, пять тысяч (!) из трехсот тридцати тысяч.
Но вернемся обратно в февраль 43 года в Сталинград. З февраля там все еще шли бои, но это сражались уже не немцы. Сражались те, кому плен не грозил, русские из вспомогательных частей - «хиви», добровольные помощники вермахта. Этих расстреливали сразу, среди развалин, добивали даже раненных без всякого намека на жалость.
В Германии в этот день Геббельс объявил: «Битва за Сталинград закончена. Верная своему долгу 6-я армия фельдмаршала Паулюса полностью уничтожена превосходящими силами противника. Но эта жертва не напрасна. Армия погибла, чтобы Германия могла жить". Был объявлен трехдневный траур. По радио играла лишь печальная торжественная музыка. Лишь к вечеру на одной из радиостанций по оплошности редактора по заявкам солдат Африканского корпуса кто-то поставил «Лили Марлен». И тогда над руинами Сталинграда в ледяных сумерках, над заснеженными равнинами Приволжья, где продолжали умирать от голода и холода тысячи немецких солдат полетел в эфире сквозь треск помех грудной голос красивой незнакомой женщины то ли баюкая, то ли обещая:
«Даже из вечного покоя,
из глубин сырой земли
Поднимет тебя мой любящий голос.
Завернувшись в осенние туманы
Твоя тень снова будет ждать
Как встарь на нашем месте
меня - твою Лили Марлен,
меня - твою Лили Марлен».





Послесловие

«Через тысячу лет каждый немец со святым трепетом и благоговением будет говорить об этой борьбе и вспоминать о том, что именно там в Сталинграде, вопреки всему, решалась победа Германии».
Эти слова прозвучали в выступлении Геринга 21 января 1943 года. Он ошибся. Германия была изначально обречена проиграть эту войну. И именно гибель шестой армии стала началом конца нацистов. Через тысячу лет люди вспомнят с благодарностью наших защитников Сталинграда, а не тех, кто пришел с оружием на нашу землю.