4032
15
Что мы знаем про Сомали? Не очень много, разве что какое-то время по ТВ то и дело рассказывали о сомалийских пиратах. Влад Галенко, фотограф из Москвы, не так давно побывал в Сомали и оказалось - там и без пиратов много интересного!
- В интернете увидел объявление «Кто смелый - поехали в Сомали», - рассказывает Влад. - Организатором был Митя Алешковский, московский фотограф. Я знал его в лицо - телевизионщики то и дело берут у него интервью про желтую прессу и папарацци. В результате набралось нас четверо.
Сначала до Дубаи, потом - в Джибути, только потом - в Сомали. В Джибути американская и французская военные базы, там пиво еще продают. А дальше - сухой закон. В Сомали мы летели на «Дугласе», которому было больше 40 лет. В Джибути встретились с летчиками: все русские, но у одного семья в Дубаи, у другого - в Калининграде, у третьего - в Бишкеке. А мужики работают в Африке на нашем старом ободранном Ил-18.
Сомали на карте Африки закрашен одним цветом. Но это теория, а на практике с 80-х годов прошлого века страна разделена на три части: Сомали, а еще Сомалилэнд и Пунтленд.
- В интернете увидел объявление «Кто смелый - поехали в Сомали», - рассказывает Влад. - Организатором был Митя Алешковский, московский фотограф. Я знал его в лицо - телевизионщики то и дело берут у него интервью про желтую прессу и папарацци. В результате набралось нас четверо.
Сначала до Дубаи, потом - в Джибути, только потом - в Сомали. В Джибути американская и французская военные базы, там пиво еще продают. А дальше - сухой закон. В Сомали мы летели на «Дугласе», которому было больше 40 лет. В Джибути встретились с летчиками: все русские, но у одного семья в Дубаи, у другого - в Калининграде, у третьего - в Бишкеке. А мужики работают в Африке на нашем старом ободранном Ил-18.
Сомали на карте Африки закрашен одним цветом. Но это теория, а на практике с 80-х годов прошлого века страна разделена на три части: Сомали, а еще Сомалилэнд и Пунтленд.
Международное сообщество два последних государства не признает, хотя у них есть герб, гимн, флаг, полиция, армия. Из-за этого нет международной помощи и другие проблемы. Они все знают о других товарищах по несчастью - про Южную Осетию, Нагорный Карабах.
Большинство сомалийских начальников когда-то учились в СССР. Спикер Сомалилэндского парламента, который когда-то учился в Одессе, сам пришел к нам в отель - хотел по-русски поговорить. Он рассказал, что годовой бюджет страны 40 млн долларов, которых хватает только на полицию, армию, госаппарат. Даже пенсий нет. Зато еще 700 миллионов долларов - это деньги, которые переводами приходят из других стран - те, кто уехал на заработки, поддерживают родственников.
По-русски с нами разговаривал также капитан одного судна в порту Бербера.
Большинство сомалийских начальников когда-то учились в СССР. Спикер Сомалилэндского парламента, который когда-то учился в Одессе, сам пришел к нам в отель - хотел по-русски поговорить. Он рассказал, что годовой бюджет страны 40 млн долларов, которых хватает только на полицию, армию, госаппарат. Даже пенсий нет. Зато еще 700 миллионов долларов - это деньги, которые переводами приходят из других стран - те, кто уехал на заработки, поддерживают родственников.
По-русски с нами разговаривал также капитан одного судна в порту Бербера.
×
Он учился в Астрахани в мореходке. Когда говоришь, что ты из России, военные показывают на автомат – «Калашников»! А один из пацанов, игравших в футбол на улице, говорит: «Я Аршавин!». А бывший военный городок, где стояли наши, называют Москва.
Там типовые двухэтажные дома. Правда, ванны сомалийцы повыкидывали, вместо стекол - фанера. Но все знают что живут в Москве.
Местные деньги - сомалийские шиллинги – «стоят» мало: один рубль – 250 шиллингов, один доллар - 6.500 шиллингов.
Местные деньги - сомалийские шиллинги – «стоят» мало: один рубль – 250 шиллингов, один доллар - 6.500 шиллингов.
Пошел человек на базар за продуктами, да кошелек уронил...
За 700 шиллингов можно выпить стакан чаю. Хотя чай очень хороший. Так как раньше это была английская колония, то чай – с молоком. Мы спросили - коровье или козье? Оказалось - сухое. Ничего крепкого там нельзя - страна мусульманская, да еще и вахаббитская.
Муэдзин созывает всех на молитву в пять утра - и жизнь начинается. Правда, женщин в парандже мы встречали крайне редко. Разве что в никабах (когда видно только глаза), а большинство в хиджабах - это просто платок.
За 700 шиллингов можно выпить стакан чаю. Хотя чай очень хороший. Так как раньше это была английская колония, то чай – с молоком. Мы спросили - коровье или козье? Оказалось - сухое. Ничего крепкого там нельзя - страна мусульманская, да еще и вахаббитская.
Муэдзин созывает всех на молитву в пять утра - и жизнь начинается. Правда, женщин в парандже мы встречали крайне редко. Разве что в никабах (когда видно только глаза), а большинство в хиджабах - это просто платок.
Гипермаркетов я там не видел, но все что нужно - телевизоры, сотовые телефоны, DVD - есть на рынке. Заводов нет, поэтому выживают кто как. Я фотографировал обувную мастерскую - там инвалиды делают шлепанцы с подошвами из автопокрышек, обувь на века...
Они хотят развивать туризм. Там и правда есть что посмотреть. Наскальные рисунки в местности Лас-Гил (верблюжий колодец).
Они хотят развивать туризм. Там и правда есть что посмотреть. Наскальные рисунки в местности Лас-Гил (верблюжий колодец).
Этим «полотнам» - больше десяти тысяч лет. Для мира их в 2002 году «открыли» французы. Просто сами сомалийцы так к ним привыкли, что не замечали.
Но интереснее всего наблюдать за обычной жизнью. Сомалилэнд - по любым меркам крайне бедная страна. Беженцы уже 20 лет живут в своих лагерях. Жилища - каркас, на который набросаны любые тряпки. Столица Харгейса была разрушена в 80-е годы в ходе войны. Жители восстановили ее сами как могли. При нас в городе была одна стройка - возводили торговый центр. Когда там начинались работы, вся Харгейса приходила посмотреть – так им было удивительно, что что-то строится.
Считается, что там опасно. В поездках нас сопровождал Мухаммед, полицейский с автоматом.
Но интереснее всего наблюдать за обычной жизнью. Сомалилэнд - по любым меркам крайне бедная страна. Беженцы уже 20 лет живут в своих лагерях. Жилища - каркас, на который набросаны любые тряпки. Столица Харгейса была разрушена в 80-е годы в ходе войны. Жители восстановили ее сами как могли. При нас в городе была одна стройка - возводили торговый центр. Когда там начинались работы, вся Харгейса приходила посмотреть – так им было удивительно, что что-то строится.
Считается, что там опасно. В поездках нас сопровождал Мухаммед, полицейский с автоматом.
Но по городу мы ходили и без него, куда хотели и когда хотели. Однажды встретили джип миссии ООН, там сидит белый в окружении автоматчиков, и удивленно на нас смотрит - как это мы без охраны ходим?! Но нам принимающая сторона сказала, что все будет в порядке и мы в это верили. У меня на двери в гостинице даже защелки не было.
Белое лицо в Сомалилэнде диковинку. Улица останавливается, когда идут белые. Нас фотографировали все подряд. Дети улыбаются, машут руками. Как-то мы пришли на футбол - должна была играть местная команда. Сели на совершенно пустую трибуну. И через три минуты она была забита - все хотели сидеть возле белых! Мы поняли, что надо уходить, иначе матч не состоится.
Белое лицо - это твой пропуск везде. Нас пропускали к любому начальнику (они там все, даже министр культуры и туризима, называются «директор-генерал»). В общем, чувствуешь себя белым человеком. Только один раз, когда мы в Бербере хотели выйти на посадочную полосу для американских шаттлов, нас не пустили. Правда, тут же подсказали: «Вот там едет наш министр авиации, подойдите к нему, если он разрешит...» Министр, понятно, разрешил. А однажды зашли в министерство информации, а там нет никого. Спрашиваем: «Почему?» А нам отвечают: «Холодно, никто не пришел». На улице было при этом плюс 25 - это у них считается зима…
И еще немного картинок Сомали:
Белое лицо в Сомалилэнде диковинку. Улица останавливается, когда идут белые. Нас фотографировали все подряд. Дети улыбаются, машут руками. Как-то мы пришли на футбол - должна была играть местная команда. Сели на совершенно пустую трибуну. И через три минуты она была забита - все хотели сидеть возле белых! Мы поняли, что надо уходить, иначе матч не состоится.
Белое лицо - это твой пропуск везде. Нас пропускали к любому начальнику (они там все, даже министр культуры и туризима, называются «директор-генерал»). В общем, чувствуешь себя белым человеком. Только один раз, когда мы в Бербере хотели выйти на посадочную полосу для американских шаттлов, нас не пустили. Правда, тут же подсказали: «Вот там едет наш министр авиации, подойдите к нему, если он разрешит...» Министр, понятно, разрешил. А однажды зашли в министерство информации, а там нет никого. Спрашиваем: «Почему?» А нам отвечают: «Холодно, никто не пришел». На улице было при этом плюс 25 - это у них считается зима…
И еще немного картинок Сомали:
Эти танки - советские Т-34 и американский М-48, оставшиеся на месте боев неподалеку от границы с Эфиопией. Те, кто служил в Советской Армии в конце 80-х годов, помнят, сколько "братской помощи" ушло из СССР в Африку.
Оказывается, все дети зимой катаются с горок. Правда, сомалийским детишкам приходится нелегко - они пытаются прокатиться на сплющенных пластиковых канистрах по бетонной «горке» стадиона. Хоть не скользит, но все равно весело!
Источник:
Ссылки по теме:
- Как я в Грецию на Родос летал!
- Немецкое приключение. Берлин
- 30 потрясающих мест, где вы не встретите туристов
- Норвегия - мир фьордов
- Воскресенская Белая гора
А тут Сомали http://zyalt.livejournal.com/741039.htmlhttp://zyalt.livejournal.com/741039.html
ГЫ: Для самых смелых - одеть: