Обратная сторона медали

Моя мать — бывший партийный работник, полжизни проработавшая во властных структурах, — так меня любила, что за все школьные и дошкольные годы я общался лишь с теми, кто был в её понимании «правильным». Маша плохая, у неё мать в разводе — так и ждёт, чтобы залететь и родить (в 13 лет, @#$!). Паша плохой, у него папа полуспившийся слесарь, а значит, и меня бухать научит. Безотцовщина Сергей ещё хуже, ведь он был у участкового на примете за пару драк, когда защищал свою младшую сестру от хулиганов. Общался я лет до пятнадцати лишь с золотой молодёжью по праздникам во время совместных походов по гостям, пока эта молодёжь не пошла во все тяжкие. Потом выяснилось, что мне, такому золотому и умненькому, и общаться больше не с кем. Либо озверевшие от безнаказанности мажоры, либо отбросы в мамином понимании кругом. Домашний арест, сыночка.

Мать так меня любила, что все мои увлечения уничтожила на корню. К чёрту твой глупый IBM с Паскалем, подаренный крёстным, лучше играй в «Денди» и не копайся с дурацкими цифрами — тебе быть известным чиновником, прокурором, судьёй. Паяльник отправился в ведро, ведь канифолью провонял балкон. Никаких секций или кружков — сломаешься, ушибёшься, тебе нужно быть умным, а не сильным. Только мультики, ТВ и учёба. А ещё репетиторы. Сотни репетиторов, пытавшихся вдолбить мне чёртову экономическую теорию, обществоведение, основы права и прочие гуманитарные науки, когда меня тянуло к алгоритмам программирования и математике.

Мать пристроила меня «по связям» в престижный (а на самом деле не входящий даже в топ-20 столицы) вуз на юриста, ежедневно проверяя оценки и устраивая истерику за каждую отметку ниже пятёрки с минусом. Я вытянул красный диплом с расшатанной психикой и нервным тиком, до которого меня, конечно же, довела «эта глупая система образования». Любые попытки заниматься столь любимыми компьютерами пресекались на корню: учи римское право, ирод, а не в игрушки играй! Домашний компьютер нещадно чистился приходящим приятелем мамочки от всего, что не было связано с учёбой. Купленный на сэкономленные от «обеденных» дотаций б/у ноутбук был нагло подарен двоюродной сестре. Зачем тебе второй компьютер — порно смотреть?

После вуза мать устроила меня по очередным «связям» в государственную конторку со спокойным графиком работы с 9 до 18 за зарплату ниже, чем у продавца-стажёра «Макдака», и с практически полным отсутствием перспектив из-за обилия чиновничьих сынков. Предложение поработать помощником в адвокатской конторе и идти своей дорогой было воспринято с истерикой: неужели я хочу работать у кого-то на побегушках, несмотря на все старания любимой мамы сделать из меня человека?! Быть на побегушках у государства за зарплату подмосковной уборщицы было в её глазах престижнее.

На моё 25-летие мать купила мне на деньги, завещанные ещё до моего совершеннолетия крёстным и находящиеся в её распоряжении, огромный внедорожник за 5 млн рублей. Машина была оформлена на её имя и демонстративно завещана мне. Внедорожник был полностью моим — вот только продать его я мог лишь после, мать её, смерти матери. Мольбы на коленях о возможности использовать эти деньги на открытие собственного адвокатского кабинета, благо стаж позволял сдать экзамен, или хотя бы о покупке квартиры где-нибудь в спальном районе были встречены истерикой и сердечным приступом. Родные и двоюродные мамины сестрички обвиняли меня в сыновьей неблагодарности и желании сжить мать со свету. Сверкавшего чёрным металликом немецкого красавца хотелось расхреначить монтировкой; вместе с ним умерла надежда на более-менее приличное начало самостоятельной карьеры или на отделение от мамы.

Мать назвала мою девушку шлюхой, которая повелась на дорогую машину, хотя наш с ней роман закрутился ещё до покупки этого треклятого «мерседеса». Любые попытки завести отношения пресекались всеми способами. Мать третий год сводила меня с «перспективным вариантом» — дочкой какого-то приятеля, «очень уважаемого и нужного человека». Стокилограммовая бомба на пять лет старше меня готова была на всё ради кольца на пальце — даже купить это чёртово кольцо сама.

— Ты как маленькая! Вылови его в клубе, подпои — и к себе домой. Я скажу, когда он и куда пошёл. Можешь даже обо мне что-нибудь плохое сказать, он как телок с тобой пойдёт. Через недельку покажешь ему тест на беременность с двумя полосками. Что значит «если не получится»? Потом получится! Главное — тест покажи!

Когда я стал невольным слушателем такого разговора моей любимой мамы с несостоявшейся невесткой, озарение пришло внезапно: нужно валить.

Потом скандал. Ещё и ещё. Бесконечные визиты ко мне полиции, которой мать звонила с заявлениями об убийстве-похищении-ограблении. Бесконечные звонки о том, что «плохо, умираю, при смерти», на которые я перестал реагировать раз на десятый.

Через год я уехал в Северную столицу, перестав общаться со своей любимой мамой практически совсем. Раз в неделю она звонит мне, плачет, давит на жалость, кричит и регулярно имитирует приступы — просто роняет трубку и начинает хрипеть. Через десять минут звонит сестра и говорит, что маме стало плохо и она без сознания. После моего матерного ответа мама тут же «возвращается к жизни». Стала ездить по колдунам и ведунам, пытается снять с меня порчу и извела мою бывшую девушку до нервного срыва, подозревая её в наведении на меня заговора. Но всё это мелочи по сравнению с тем, что я наконец-то свободен!

Все родственники поголовно считают меня сволочью, а маму — старым и несчастным человеком, вырастившим неблагодарного сына. Я сам выбрал свой путь, не найдя сил свалить от неё в 18 лет. А пока же меня задолбали лишь дебильные статусы в социальных сетях о любимых мамочках.

Помните: не все мамы одинаково полезны.