Уродство в глазах смотрящего

Лето, солнце. Сколько девушек различной степени стройности на улице! Для меня они все красивы и все — не более чем пейзаж. Элемент декора летнего города. Я отдаю себе отчёт в том, что я — урод. Разумеется, в глубине души я бы хотел, чтобы у меня была красивая девушка, но мы живём в реальном мире. В 16 лет я передавал однокласснице учебник. До сих пор помню, как она опускала глаза и как её передёрнуло, когда, не глядя, она коснулась моей руки.

Я женат 14 лет. Найдётся немало людей, которых это удивляет. Большинство из них, увидев мою жену, с разной степенью отвращения говорят: «Ну, разумеется». Да, у моей жены тоже «нестандартная» внешность, приобретённая в подростковом возрасте. Мы не врём друг другу по поводу красоты, вообще избегая темы внешности. Моя жена — прекрасный товарищ, отличная хозяйка и мать двух очаровательных девочек. Да, у нас ещё и дети есть. Старшая вошла уже в тот возрастной период, в котором начала стесняться своих «страшных» родителей.

Рождение старшей — это вообще показатель отношения к людям, не вписывающимся в понятие «нормальные». Одни разговоры в консультации («Она ещё и беременна!») чего стоят. Девочка родилась с показателем 9–10 по шкале Апгар, и тут же начались разговоры о передаче на удочерение: «Сколько нормальных родителей могли бы иметь счастье воспитывать такую здоровую девочку!» Нам в счастье отказывали. «Всё равно у вас её отберут! — сказала завотделением при выписке. — Только тогда вы за неё ничего не получите!»

Отличное отношение, спасибо. Вторую девочку жена уехала рожать в США. Да, к неудовольствию «нормальных», мы можем себе кое-что позволить.

«Заплати за бизнес-класс и лети с этими уродами!» — это возмущение мужчины средних лет, которое он высказал стюардессе рейса из Роттердама где-то месяц назад. Во время полёта он возмущённо рассказывал своей спутнице, что такое издевательство может быть только в российской авиакомпании. Согласен: в июне прошлого года в Майями одного нашего соотечественника вышвырнули из отеля только за то, что он назвал меня горбатым.

Найти нормальную работу после окончания института мне так и не удалось. Работа в МУПе за минимальную оплату — по мнению многих, это было бы справедливо, но вы не поверите — жить тоже хочется. И мир посмотреть, и в океане искупаться, и иметь просторное и комфортное жильё. В некотором роде я был вынужден искать возможности и нишу для своего бизнеса. Получилось. Пять лет назад я его, правда, продал, организовав чуть менее доходное, но и менее хлопотное дело. Кормим себя и моего двоюродного брата, который взял на себя труд личных встреч с клиентами. Толерантность в нашей стране? Не в этой жизни.

Я не призываю любить меня, я не нуждаюсь в вашей поддержке. У меня отлаженная жизнь, которая ваши права никак не ущемляет. Я бы лишь просил чуть поменьше отвращения в ваших взглядах.

Я — инвалид с рождения. Такими, как я, вы уже не будете — и дай вам бог, чтобы при рождении детей вам не встретился подвыпивший акушер, торопящийся продолжить банкет. Но вот такими, как моя супруга… Это несложно: рейсовый автобус и потерявший управление «КамАЗ». И всё. Вся ваша идеальная фигура, ровная гладкая кожа без шрамов и спортивный образ жизни летят в тартарары. А на смену приходит эндопротез коленного сустава, результат работы пластических хирургов, попытавшихся компенсировать многочисленные повреждения мышц и нервных окончаний лица, и одно «эльфийское» ухо, которое вы теперь обречены прятать под причёской. Я не призываю несчастья на вашу голову, а просто прошу задуматься над этим.

Каково вам потом будет, когда вы испытаете то отношение, которым вас наградит общество?