31643
31
Профессия шахтёра считается одной из самых опасных и экстремальных в мире и идут на неё, как правило только самые смелые люди.
В данном посте автор попытался разрушить привычный многим киношный образ шахтера, показав атмосферу и условия труда шахтеров одной из самых крупных шахт Украины.
В данном посте автор попытался разрушить привычный многим киношный образ шахтера, показав атмосферу и условия труда шахтеров одной из самых крупных шахт Украины.
Сам я не шахтёр, фото делал мой товарищ. Проносить фотоаппарат в шахту категорически запрещено вплоть до статьи, поэтому лица замазаны (сначала угольной пылью, а потом мною в пэйнте).
×
Подвешенные кульки это не личинки чужих, это защита от воспламенения, в них специальный порошок,случае взрыва они падают, распыляются и гасят пламя.
фотоаппарат, как и любой электроприбор может дать искру, поэтому он и запрещён. шахта взрывоопасная - много метана. Фонари на касках называют канагонками, они специально продуманы так, чтобы не допустить искры
вот так выглядит кровля (типа потолок), нужно смотреть в оба, чтоб не зацепиться и не пораниться. каски в шахте не просто так.
глядя на фото может показаться, что шахтёры жрут как не в себя и поэтому у них такие пузища. на самом деле это не так, за пазухой у них тормозок (может не все это слово поймут, тормозок - это еда в дорогу или на работу), под землёй столовых нету. а большие они потому, что идут в две смены т.е. 12 часов под землёй. кстати, на языке шахтёров поглощать тормозок - тормозить)
высокий рост в шахте - это минус.на фото забой — поверхность отбитой горной массы (полезных ископаемых или горной породы), которая перемещается в процессе горных работ
Лава — подземная очистная горная выработка (в которой производится добыча полезного ископаемого) значительной протяжённости (от нескольких десятков до нескольких сот метров), один бок которой образован массивом угля (забоем лавы), а другой — закладочным материалом или обрушенной породой выработанного пространства. Имеет выходы на транспортный и вентиляционный выемочные штреки или на просеки.
вверху видно крепь, которая не даёт обрушиться кровле. по мере продвижения комбайна она предвигается тоже. поднимается-опускается при помощи гидравлики. в шлангах на фото туева хуча атмосфер
ораньжевенький девайс на фото - та самая канагонка. вес современной до килограмма, предыдущие модели весили по несколько кило, прикидываем, что её всегда нужно таскать при себе
мустафа ибрагим. обратим внимание на кровлю "повышенной безопасности" и крепь "абсолютно не подверженная" коррозии, в таких словиях работать одна благодать - совсем не страшно
вот эти ломанные дуги, которые мы наблюдаем слева, вообще-то должны быть ровненькими. вес над ними адский + вода и время сделали своё дело
Источник: ivanze
Ссылки по теме:
- Трудолюбивые животные (20 фото)
- Маразмы от американских работников ЖКХ. Часть 2. (90 фото)
- Маразмы от американских работников ЖКХ (90 фото)
- Шахтеры после тяжелой смены в угольной шахте
- Чиновник посоветовал россиянам больше времени тратить на работу
реклама
Светлая память им!
Шахта как шахта на фотках.
У меня хуже была..
Вот, коротенькое моё описание обычного моего спуска:
Вкратце обрисую специфику...
Зима, -28. По стволу капает водичка и дует струя проветривания 15 м/с. Клеть (открытый железный лифт такой в 2 этажа на 44 человека) спускается-поднимается 4 раза с 8-00 до 9-00, следующий раз - с 16-00 до 17-00, ибо в целях экономии руководство нашей шахты беззаконно установило 8-часовой рабочий день. Раз в пятилетку бывает внеплановая клеть в районе часа дня. Т.е. если за час не успеешь в лаву и обратно - суши тапки весь день под землёй, т.к. с 1181 м глубины нельзя взять просто так и подняться на-гору.
Итак, 8-00. Первый этаж клети набивается как сельди в банке. Здоровенный мужик (стволовой) всех трамбует, закрывает дверцы, аналогично загружает второй этаж. Поехали! Вниз 10 м/с, уши закладывает, холоднючая вода в морду брызжет, сосульки по 15-20 метров длиной висят на промелькивающих распорках. Приехали, горизонт 1181 м. Включаем коногонки, вываливаемся, стараясь не сбить с ног стволового и голодную ночную смену, бежим вперёд по шпалам шахтной узкоколейки. Позади остаётся единственная на всю шахту лампа и бас ночной смены в наш адрес (если мы с приборами или просто в белых касках) "О! Корррмильцы пошли!!". Бежим, ветер в спину, но ещё холодный. За поворотом квершлага (горизонтальная горная выработка вне пласта) - лужища, глубиной до колена и длиной метров 20. Холодная! Скрючившись в три погибели быстро-быстро карабкаемся вперёд по трубам между водой и кровлей. Спрыгнули, где не так глубоко, на ошупь ловим шпалы сапогами и бежим. Полтора километра от ствола, вверх уходит придавленный бремсберг (наклонная горная выработка). Уклон - как у ступенек в девятиэтажке. Уже тепло, градусов двадцать. Метров сто можно бежать пригнувшись, ещё метров двести приходится бежать на четвереньках, из них метров пятьдесят - по давно полузадавленному-полузаваленному скребковому конвейеру. Приятного мало. Последние метров пятьдесят до штрека (горизонтальная горная выработка вдоль пласта) - временами ползком, благо сухо. Вываливаемся в конвейерный штрек, бегом 250 метров до лавы. Перелезаем через головы конвейеров, рулеткой замеряем расстояние от последнего живого пикета на крепи штрека до груди забоя лавы. Пересмена, лава не работает. Влазим в лаву (примерно как влезть в дыру собачьей будки на уровне груди), если можно так назвать - бегом - на карачках-на полусогнутых, карабкаемся вверх по лаве. У нас хорошо: мощность пласта 1.75 м, минус 40 см мехкрепи сверху-снизу по 20 - остаётся целых метр тридцать высоты! Коллеги с пластами по 1.20-1.40 м завидуют чёрной завистью. Им в лаве даже на четвереньках бегать не светит, только ползком. Помечтали на бегу, добрались до добычного комбайна. Удачно остановили - метров 50 до входа в лаву. Посветили вниз, напарник внизу быстренько замерил угол на нашу лампу, в три погибели-ползком лезем через комбайн. Тесно, за всё цепляешься, хорошо, что эта дура не работает! Дальше опять просторно - 135 см высоты! На полусогнутых одолеваем остальные 100 метров вверх до вентиляционного штрека. Выход в него - дырка диаметром 30 см между соседними арками крепи. Матюкаемся, раздалбываем дырку, чтоб я пролез как самый молодой и худой. Поток проветривания через дырку ревёт как реактивный двигатель, благо - от нас. Пролезаю, теперь ветер из дырки дует мне в морду, среди летящей пыли попадаются камешки угля по 1-1.5 см размером. Приятно, тепло, где-то +55. Вент. штрек задавлен - высота между крепью и почвой где-то 40-60 см, как повезёт. Это всё, что осталось от 2.40 м высоты - горное давление! Пот градом, угольная пыль, летящая по воздуху - жирная, видимость - метр-полтора, через минуту на коже сантиметровый слой угольной пыли. Долезаю до арки крепи, на которой должен быть помечен пикет. Нету. Туда-сюда вдоль-по соседним аркам - нету. Задавило в почву. Видимость вперёд вроде получше, пробегаю на четырёх 20 метров, здесь крепь ещё живая местами, нахожу пикет, меряем подвигание лавы по вент. штреку. Назад лезть не хочется, вперёд бежать - крюк километра два. Возвращаюсь к дырке, ветер в харю. Пролезть обратно в лаву очень трудно - выдувает обратно как пробку из шампанского! Снял спасатель (он как грязный термос на 2 литра, на плече болтается и мешает), пролез-таки, нашарил спасатель по-ту-сторону, бегом-на карачках вниз по лаве. Не успеваем - включили комбайн!! Теперь в морду летят "камешки" сантиметра по три размером. Добегаем до комбайна, матюкаемся, нас посылают неповторимым образом, перелазим через работающий комбайн, а т.к. угольной пылюки показалось мало - вымазываемся ещё и в машинное масло, капающее с мех. крепи после передвижки и мелкими фонтанчиками брызгающее из раздолбанного комбайна. По скребковому конвейеру не побежишь - включили, гремит, зараза! В три погибели добегаем до конвейерного штрека, перепрыгивая "лапы" крепи и клубки шлангов и кабелей. Вываливаемся в штрек, бежим обратно. По бремсбергу вниз - по квершлагу до лужи, встречная струя -10С лупит со злющей силой, пропотевшая спецовка замерзает и становится колом. Добегаем до ствола. К -15С струе добавляется водяная пыль, превращая угольную пыль на коже в маску из мелкой мачмалы.
Никого! Впереди маячит та самая единственная тусклая люминисцентная лампа. Под ней торчит здоровенный мужик в промокшем-промёрзшем дождевике и в каске с широченными, как у шляпы для сафари, полями. За ним ствол, по которому с шумом обрушивается вода с километровой высоты. Вот поэтому мужик - стволовой. В доме домовые бывают, а в шахте... Кого только не бывает! Стволовой довольно сообщает нам, что последняя клеть "тю-тю".
Матюкаемся, идём греться в боковую выработку околоствольного двора. Там тепло, около +5, и тихо. Струи нет - она уносит свежий воздух по квершлагу. Деревянная лавка, отполированная сотнями штанов. Забившись в угол между крепью и стеной можно спокойно поспать, ибо больше заняться абсолютно нечем, жрать нечего и курить строжайше запрещено, в том числе под страхом нехилых люлей от своих же. Дрыхнем. О! Стволового принесло в час! В роскошно-пустой клети летим наверх. Последние метры позади - и окунаемся в МОРЕ СВЕТА!! Феерическое чувство, к нему нельзя привыкнуть.
Ну а дальше - можно покурить, баня с холодной водой (ибо не в смену), и можно чухать себе пешком 10 км по снегу до самого-самого Донецка. Домой!
Честь им и хвала.
Главное что бы их прекратили оббирать и направили деньги на безопасность добычи.
Пацаны ваще ребята....