Обмен хакера на наркодилера

История задержания и осуждения 25-летнй девушки в Шереметьево очень бурно обсуждается в Израиле.

В чем суть дела.

История Наамы Иссахар началась в апреле, когда она летела домой из Индии — собака унюхала гашиш в ее багаже в Шереметьево. Перед посадкой на стыковочный рейс в Тель-Авив девушку задержали, а в октябре Химкинский суд вынес упоминавшийся выше приговор.

Алексей Бурков был задержан в аэропорту Бен-Гурион в декабре 2015 года по запросу США (его подозревают в хакерстве), с тех пор он сидит в тюрьме и ждет экстрадиции. Недавно Верховный суд Израиля принял решение удовлетворить просьбу американцев. Но последнее слово остается за министром юстиции. То есть ожидание продолжается, парень остается в застенках.

Не собираюсь разбираться в хитросплетениях уголовного судопроизводства — в отличие от отечественных блогеров и правозащитников, а также израильских журналистов, я не специалист ни в УК, ни в УПК. Для меня ясно одно: Израиль вдруг понял, что всё и все в этом мире взаимосвязаны. Евреи тоже совершают преступления, в том числе на территории России.

Однако в израильском медийном поле все подается иначе.

Главный редактор инфосайта «Детали» Эмиль Шлеймович назвал Россию государством-террористом, взявшим в заложники несчастную Нааму, которая всего лишь «ошиблась». То же самое повторил журналист Марк Котлярский в тех же «Деталях»: «Напомним россиянам: делать гражданку другой страны заложницей российского карательного правосудия и потом предлагать ее освобождение в обмен на передачу им другого заключенного — это метод ХАМАСа, а не стран, хотя бы в минимальной степени претендующих называться цивилизованными».

Разумеется, возникает принципиальный вопрос: а были ли наркотики? Если не были — например, злые погранцы их подкинули, то дело действительно запахло бы гнильцой. Но Наама Иссахар призналась: гашиш ее. Более того, журналист Борис Слуцкий засвидетельствовал: не сомневается в принадлежности наркотиков даже мама девушки.

Но в таком случае откуда этот обличительный пафос?

И Марк Котлярский, и Борис Слуцкий считают, что евреи, а тем более граждане Израиля, совершившие преступления в других странах, должны быть любыми способами возвращены на родину. Как, например, были возвращены двенадцать подростков, изнасиловавших в июле британку на Кипре, или «девочка-дурочка» Наама Иссахар, оказавшаяся в российской тюрьме за контрабанду наркотиков. «А здесь дать ей по заднице», — миролюбиво заключил Борис Слуцкий.

Израильская позиция понятна. Во всяком случае, позиция агрессивно-непримиримых Эмиля Шлеймовича, Марка Котлярского, Бориса Слуцкого и участников вчерашнего митинга. К сожалению, о россиянине Алексее Буркове, четыре года ждущем решения своей судьбы в израильской тюрьме, они упоминают вскользь. Да и не особо возмущаются, надо отметить. Это ж совсем другое дело, саркастически заметит российская блогосфера.

У меня бы совсем испортилось настроение, если бы я не услышал и голос разума — в том же ролике, где Россия была безапелляционно названа страной-террористом.

— Наша соотечественница совершила уголовное преступление, надо это понимать, — напомнил зрителям ITON-TV российско-израильский адвокат Григорий Курзинер. — Неважно, в какой стране это произошло, в России или на Берегу слоновой кости — она совершила уголовное преступление, ее суд осудил. Нас с вами не устраивают два факта: уровень наказания за совершенное преступление (он совершенно неадекватен) и второй факт — нам пытаются навязать обмен с человеком, который не является уголовным преступником, а лишь арестован по вопросу экстрадиции в другую страну и не более. Кстати, хочу вам заметить, что человек, который находится в нашей стране под стражей четыре года, — это вопиющий факт нарушения прав человека по одной простой причине: он не является уголовным преступником в нашей стране. И на каком основании его держат под стражей — большой вопрос… Мне неважно, является он шпионом или простым хакером. Мне доводилось представлять интересы господина Никулина, который был экстрадирован из Праги в США, и арестовывало его там ФБР, прямо на улице, где он гулял со своей подругой. Что является совершенно беспрецедентным фактом того, что человек был арестован спецслужбой совершенно другой страны в той стране, где он находился. Мы сегодня сталкиваемся с таким произволом и беззаконием везде, и в Израиле, и в России, и в той же Америке.

Я тоже не знаю и, если честно, не хочу знать, в чем виновен Алексей Бурков. Знаю лишь, что в уголовном преступлении парень признался, вот только настаивает, чтобы его судили дома, а не в США. Что вполне естественно.

Виновна и Наама Иссахар (суровость наказания — дело субъективное). То есть израильские русофобы, не желающие смотреть правде в глаза, ничем не отличаются от русофобов европейских, американских или отечественных (как и от антисемитов, конечно). Никто ей наркотики не подкладывал — сама купила и упаковала.

И если теперь произойдет обмен, я буду только рад. Хоть раз справедливость восторжествует.

The Jerusalem Post написала слезную статью о том, как тяжело приходится молодой израильтянке в российской тюрьме. Я сочувствую девушке. Но, уж простите, своему соотечественнику Алексею Буркову сочувствую больше.

Возможно, меня даже поймут Эмиль Шлеймович, Марк Котлярский, Борис Слуцкий и участники вчерашнего митинга, которые нашли массу ядовитых и уничижительных эпитетов в адрес моей страны.

Впрочем, как-то все равно, поймут или нет.

Фото с митинга в Тель-Авиве, где требовали освободить наркодилера Нааму Иссахар.