Польша — гиена Европы

Сэр Уинстон Леонард Спенсер-Черчилль не любил вообще никого и ничего, кроме своей страны, своей власти и своего долга. Просто поляков он еще и совершенно искренне не уважал. Русских он, к примеру, тоже очень не любил, исторически. Но – уважал. Было за что. А поляков — нет, не уважал.
Собственно, эта знаменитая реплика британского премьера имеет под собой вполне реальную историческую подоплеку. Польша, с легкостью позабывшая все свои союзнические обязательства, — не перед СССР, кстати, мы в те времена союзниками, к счастью, не были, а перед Англией и Францией – с огромным удовольствием «пилила» с Гитлером Чехословакию.Фюрер германского народа, кстати, вообще в те предвоенные годы был настоящим кумиром едва ли не всей польской элиты. К примеру, портрет Адольфа Гитлера украшал кабинет польского министра иностранных дел Юзефа Бека даже в день вторжения немцев на территорию Польши — это просто исторический факт. А еще этот министр славен тем, что именно он, в тогдашнем польском триумвирате «после Пилсудского» отвечавший за внешнюю политику, был еще в пресловутые «времена Пилсудского» творцом договора, почти аналогичного пакту Молотова-Риббентропа, только предусматривающего более глубокую «интеграцию» Польши с фашистской Германией. И подписанного «чуть пораньше» — в 1934 году.На фото в заголовке — Юзеф Пилсудский (в форме), Йозеф Геббельс и Юзеф Бек (справа) — встреча в Варшаве в июне 1934 года.
30 сентября 1938 года Польша поспешила направить Праге очередной ультиматум и одновременно с немецкими войсками ввела свою армию в Тешинскую область, поучаствовав тем самым в разделе соседней Чехословакии. И даже такого прожженного циника, как сэр Уинстон Черчилль, это не могло не возмутить.До начала сентября 1939 года, когда аналогичным образом Гитлер поступил с самой Польшей, оставалось всего одиннадцать месяцев. Но тогда, на «пике германо-польской дружбы и триумфальных совместных побед», об этом почти никто не знал.А дальше тоже было весело.
Если рассмотреть историю Второй Мировой войны, то обнаружится, что поляки воевали на трех фронтах — на стороне СССР, на стороне союзников (Англии, США), и на стороне Германии. Численность поляков, участвовавших в войне на первых двух фронтах известна. Но вот Третий фронт на стороне Третьего Рейха — советской историографией тщательно замалчивался.Несколько лет назад профессор Рышард Качмарек, директор Института Истории Силезского Университета, автор книги «Поляки в вермахте», например, заявил по этому поводу польской «Gazeta Wyborcza»: «Мы можем считать, что у 2-3 млн. человек в Польше есть родственник, который служил в вермахте».Точных данных не существует. Немцы считали поляков, призванных в вермахт, только до осени 1943 года. Тогда с присоединенных к Рейху польских Верхней Силезии и Поморья поступило 200 тысяч солдат. Однако набор в вермахт длился еще в течение года и в гораздо более широком масштабе.
Самый нашумевший скандал, с этим связанный, приключился с Дональдом Туском, экс-премьером Польши, председателем Европейского Союза. Туск лихо врал о том, что «оба его деда за сопротивление гитлеровцам попали в концлагеря». Вскоре появилась информация о том, что его дед по отцу, Йозеф Туск, добровольно записался в СС…
Из докладов представительства польского правительства в оккупированной Польше следует, что до конца 1944 года в вермахт было призвано около 450 тысяч граждан довоенной Польши. В общем можно считать, что через немецкую армию во время войны поляков прошло около полумиллиона.Также в состав Waffen SS с территории Генерал Губернаторства и Бывших Восточных Кресов вступило еще около 100 тысяч польских добровольцев. Их считали отдельно от армии.
В первые годы полякам у Гитлера было хорошо служить: «Поначалу казалось, что все не так уж и плохо. Первый набор состоялся весной и летом 1940 года. Пока рекруты прошли через обучение и попали в свои части, война на Западном фронте уже завершилась. Немцы захватили Данию, Норвегию, Бельгию и Голландию, разбили Францию. Военные действия продолжались только в Африке. На стыке 1941 и 1942 годов служба напоминала мирные времена. Поляки писали о том, как им хорошо живется в оккупированной Франции. Присылали домой снимки на фоне Эйфелевой башни, пили французское вино, проводили свободное время в обществе француженок. Служили в гарнизонах на отстроенном в то время Атлантическом Вале. Я напал на след поляка, который всю войну провел на греческих Кикладах. В полном покое, словно был в отпуске. Сохранился даже его альбом, в котором он рисовал пейзажи» — пишет профессор.
Но, увы, это безмятежное польское существование на немецкой службе с француженками и пейзажами жестоко «обломали» злые москали в Сталинграде. После этой битвы и поляков в большом количестве стали посылать на Восточный фронт.О том, сколько красноармейцев, солдат США и Великобритании, партизан Югославии, Греции и мирных жителей убили поляки Гитлера, профессор Качмарек данных пока не приводил. Наверное, еще не подсчитал…
По данным военной разведки Красной армии, в 1942 году поляки составляли 40-45% личного состава 96-й пехотной дивизии вермахта, около 30% 11-й пехотной дивизии (вместе с чехами), около 30% 57-й пехотной дивизии, около 12% 110-й пехотной дивизии. Ранее в ноябре 1941 года разведкой было обнаружено большое количество поляков и в 267-й пехотной дивизии. Активное участие приняли поляки и в битве на Курской дуге, воюя в составе вермахта.К концу войны в советском плену оказалось 60 280 поляков, сражавшихся на стороне Гитлера. И это далеко не полная цифра. Около 600 000 пленных из армий Германии и ее союзников после соответствующей проверки были освобождены непосредственно на фронтах.На Западном фронте убитыми, пропавшими без вести, раненными и взятыми в плен, но не перешедшими на сторону союзников числится 225 400 поляков. Кроме того, из числа взятых в плен на сторону союзников перешло 89 600 поляков.По суммарным подсчетам, на стороне Третьего Рейха воевало около 945 тысяч поляков — без малого миллион! На стороне СССР воевало 330 тысяч поляков.На стороне союзников воевало 220 тысяч поляков.Умному — достаточно.
Теперь вы знаете, что поляки с немцами празднуют 1 сентября.