2868
14
В 1914 году, когда началась Первая мировая, Российской империи пришлось держать экзамен на дееспособность. Пришёл час ответить на вопрос: насколько успешным оказался весь курс буржуазных, рыночно-капиталистических реформ, что 53 года шли с 1861-го.
Наступил XX век: столетие машин, высокоразвитой техники, науки, превращённой в могучую производительную силу. Занималась заря страшных, имперских войн за передел мира. Избежать сего было невозможно: такие мегавойны вытекали из самой природы крупного капитализма, капитализма монополий.
Итак, в страшном мире XX века отсталый обрекался на полное и окончательное уничтожение. Ведущие державы могли бросить в сражения плавучие крепости-дредноуты и бомбардировщики, многочисленную артиллерию, тьму пулемётов, бронетехнику, отравляющие газы. Такие войны могли выдержать лишь высокоразвитые машинно-технические цивилизации. Нужны были моторы и грузовики, нужна была мощная индустрия, способная накормить Молоха затяжной войны.
Готова ли была та Россия к такой эпохе? Нет! Низшая раса мародёров, что правила империей, оказалась историческим банкротом. Она бросила в бой отсталую, неразвитую страну. Страну проворованную и поражённую самой отвратительной коррупцией. С равным успехом можно было отправиться на бой с броненосцами, сидя в гнилой деревянной посудине.
Давайте посмотрим, с чем старая Россия подошла к порогу первой глобальной битвы. О селе мы сказали – давайте посмотрим и на остальное.
Итак, в страшном мире XX века отсталый обрекался на полное и окончательное уничтожение. Ведущие державы могли бросить в сражения плавучие крепости-дредноуты и бомбардировщики, многочисленную артиллерию, тьму пулемётов, бронетехнику, отравляющие газы. Такие войны могли выдержать лишь высокоразвитые машинно-технические цивилизации. Нужны были моторы и грузовики, нужна была мощная индустрия, способная накормить Молоха затяжной войны.
Готова ли была та Россия к такой эпохе? Нет! Низшая раса мародёров, что правила империей, оказалась историческим банкротом. Она бросила в бой отсталую, неразвитую страну. Страну проворованную и поражённую самой отвратительной коррупцией. С равным успехом можно было отправиться на бой с броненосцами, сидя в гнилой деревянной посудине.
Давайте посмотрим, с чем старая Россия подошла к порогу первой глобальной битвы. О селе мы сказали – давайте посмотрим и на остальное.
×
Обильная и бурно развивающаяся?
Россия даже по объёмам промышленного производства отставала от США, Англии, Германии и Франции. Её доля в совокупном промышленном производстве пяти держав составляла всего лишь 4,2%. В общемировом производстве в 1913 году доля России – это 1,72%, доля США – 20, Англии – 18, Германии – 9, Франции – 7,2%. Но не забудьте: всё это – страны, население которых уступало российскому в два-три раза!
Нынешние ненавистники СССР, восхваляя старую Россию, норовят всё свести к цифрам производства стали, чугуна, добыче угля. Мол, здесь всё росло. Но экономика не сводится только к металлу и углю.
Вот химическая промышленность. Архиважная в войне вещь! Но в Российской империи 1913 года сера завозится из Италии, колчедан – из Испании, селитра – из Чили. Нет производства нужных лаков и красок, их приходится импортировать. Удобрений производится в 23 раза меньше, чем в Германии.
Машиностроение? Нет важнейших, ключевых производств – вроде выпуска своих подшипников. За полвека рыночных реформ царизм так и не удосужился решить эту проблему: всё в Европе подшипники покупал. Первый завод по их выпуску в России построят уже красные, в первую пятилетку. На всё машиностроение в 1913 году – только восемь резьбошлифовальных станков, только 625 автоматов и полуавтоматов.
Энергетика? На 62,7% работы в 1913 году выполняются за счёт мускульной силы животных и людей.
На 24 472 предприятиях имелось всего 24 140 электрических, паровых, дизельных двигателей (со средней мощностью 60 лошадиных сил). Если брать такой важный показатель, как энерговооружённость, то по сей части накануне Первой мировой Россия отставала от США в 10 раз, от Англии – впятеро, от Германии, Бельгии – в 4 раза.
Электрификация – ниже плинтуса, за киловатт-час для промышленности хозяева силовых станций дерут 18 копеек, с населения берут 22 копейки. По тем временам – сумасшедшие деньги. На 15-20 копеек в 1913-м можно было пообедать в тогдашних кафе-чайных, а пара сапог стоила от пяти до шести рублей. При этом большинство энергетических компаний Росимперии-1913 находились в руках иностранцев – они попросту вывозили из страны деньги, что собирали с промышленности и населения. Потребление электричества накануне Первой мировой на душу населения в США составляло 185 кВт/час, в Германии – 100 кВт/час, в России – 12 кВт/час. Даже если отбросить прочь Среднюю Азию, всё равно больше 15-16 кВт/час на русскую душу никак не выходило.
История будущего советского академика Г. Графтио весьма примечательна. Дело в том, что ещё в 1909-1911 годах Генрих Осипович Графтио спроектировал гидроэлектростанцию. Слишком уж достало всех засилье частных энергокомпаний, которые снабжали Петербург электричеством. Причём принадлежали им паровые электростанции, уголь к коим тоже завозился из-за рубежа. То есть они обдирали столицу Российской империи высокими тарифами – и прибыли за рубеж вывозили. Графтио предложил построить ГЭС на Волхове и запитать с неё Питер, покончив с зависимостью столицы от иностранцев и обеспечив её энергобезопасность. Но его проект провалили на уровне царского правительства: оно с иностранцами ссориться не хотело. А ГЭС на Волхове Графтио начнёт строить в 1919 году по распоряжению Ленина. Более того, он настоит на том, чтобы половину генераторов для станции заказали на "Электросиле" в Петрограде, и только половину – шведам. При царе-то у шведов динамо-машины брали…
Транспорт? Железные дороги нуждаются в модернизации. 73% магистралей оставались ещё одноколейными, с низкой пропускной способностью. Из-за отсталости железнодорожного транспорта уголь Донбасса не поступает в Центральный промышленный район. Оказывается, выгоднее завозить уголёк в Центр из Европы. Ввоз импортного угля и кокса за 1910-1913 годы вырос почти вдвое. Привозное топливо стало вытеснять уголь Донбасса. Многие шахты в нём накануне Первой мировой стали сокращать добычу из-за трудностей с вывозом продукции.
В 1913 году Россия купила за границей 8,7 миллиона тонн каменного угля (при своей добыче всего-навсего в 31 млн т). (Для справки: Германия – это 190 миллионов тонн каменного угля в год в 1913-м, Франция – 40 миллионов, Англия – 287 миллионов тонн.)
Кстати, о железных дорогах в Первой мировой. Однопутность, незавершённость железных дорог в царской России сыграет роковую роль в ходе Первой мировой. Ведь возникнет огромный фронт боевых действий от Чёрного моря до Балтики. Окажется, что к этому фронту из России ведёт только 13 магистралей, двухпутными из коих были только пять дорог. Зато по территориям Германии, Австро-Венгрии и Румынии к русскому фронту идут 32 магистрали, из коих 14 – двухпутные. И потому русские могут двигать к фронту 211 поездов в сутки, а их враги – 530! Немудрено поэтому, что Первая мировая сложилась для царской России весьма напряжённой. Чёрт возьми, надо было не ерундой русским верхам маяться, а полноценные магистрали строить! Глядишь, и спасли бы старую Россию. Но увы…
Общий тоннаж торгового флота России-1913 – всего 1% от мирового. 79% этого флота составляет мелочь: парусные и парусно-моторные суда. У царской России торговый флот был слабеньким, составляя на 1914 год всего 1,8 миллиона регистровых тонн. В то же самое время Англия имела 19,3, Германия – 5,5, США – 5,3, Франция – 2,3, Япония – 1,7 миллиона регистровых тонн. Из-за маломощного торгового флота Российская империя теряла громадные доходы, ибо была вынуждена фрахтовать заморские суда для перевозки своих грузов. Она не могла и зарабатывать на перевозках чужих грузов, как это делали европейцы и американцы. Соответственно и кораблестроение старой России было плохо развитым. Первый свой ледокол, "Ермак", царское правительство строило в Англии. Легендарный крейсер "Варяг" – в США.
Металлургия? Обычно говорят, что царская предвоенная Россия смогла по развитию чёрной металлургии достичь пятого места в мире. Это так. Мы по производству стали (4,2 млн тонн в год) уступали США, Германии, Англии и Франции. Германия давала в 1913-м 18 миллионов тонн стали, Англия – свыше 7 миллионов, Франция – 4,69 миллиона тонн. Но развитие техники в начале XX столетия требовало и хорошей цветной металлургии. А здесь царская Россия находилась в глубоком загоне. В "тринадцатом году" она произвела только 17 тысяч тонн меди (1,7% мирового производства), всего 1,5 тысячи тонн свинца (0,14%), 3 тысячи тонн цинка (0,2%). Алюминия не выпускали вовсе. Потребление цветных металлов в 11-13 раз уступало уровню потребления таковых в Соединённых Штатах. А ведь развитие электротехники, производства двигателей, оружия требовало массы цветных металлов!
Россия даже по объёмам промышленного производства отставала от США, Англии, Германии и Франции. Её доля в совокупном промышленном производстве пяти держав составляла всего лишь 4,2%. В общемировом производстве в 1913 году доля России – это 1,72%, доля США – 20, Англии – 18, Германии – 9, Франции – 7,2%. Но не забудьте: всё это – страны, население которых уступало российскому в два-три раза!
Нынешние ненавистники СССР, восхваляя старую Россию, норовят всё свести к цифрам производства стали, чугуна, добыче угля. Мол, здесь всё росло. Но экономика не сводится только к металлу и углю.
Вот химическая промышленность. Архиважная в войне вещь! Но в Российской империи 1913 года сера завозится из Италии, колчедан – из Испании, селитра – из Чили. Нет производства нужных лаков и красок, их приходится импортировать. Удобрений производится в 23 раза меньше, чем в Германии.
Машиностроение? Нет важнейших, ключевых производств – вроде выпуска своих подшипников. За полвека рыночных реформ царизм так и не удосужился решить эту проблему: всё в Европе подшипники покупал. Первый завод по их выпуску в России построят уже красные, в первую пятилетку. На всё машиностроение в 1913 году – только восемь резьбошлифовальных станков, только 625 автоматов и полуавтоматов.
Энергетика? На 62,7% работы в 1913 году выполняются за счёт мускульной силы животных и людей.
На 24 472 предприятиях имелось всего 24 140 электрических, паровых, дизельных двигателей (со средней мощностью 60 лошадиных сил). Если брать такой важный показатель, как энерговооружённость, то по сей части накануне Первой мировой Россия отставала от США в 10 раз, от Англии – впятеро, от Германии, Бельгии – в 4 раза.
Электрификация – ниже плинтуса, за киловатт-час для промышленности хозяева силовых станций дерут 18 копеек, с населения берут 22 копейки. По тем временам – сумасшедшие деньги. На 15-20 копеек в 1913-м можно было пообедать в тогдашних кафе-чайных, а пара сапог стоила от пяти до шести рублей. При этом большинство энергетических компаний Росимперии-1913 находились в руках иностранцев – они попросту вывозили из страны деньги, что собирали с промышленности и населения. Потребление электричества накануне Первой мировой на душу населения в США составляло 185 кВт/час, в Германии – 100 кВт/час, в России – 12 кВт/час. Даже если отбросить прочь Среднюю Азию, всё равно больше 15-16 кВт/час на русскую душу никак не выходило.
История будущего советского академика Г. Графтио весьма примечательна. Дело в том, что ещё в 1909-1911 годах Генрих Осипович Графтио спроектировал гидроэлектростанцию. Слишком уж достало всех засилье частных энергокомпаний, которые снабжали Петербург электричеством. Причём принадлежали им паровые электростанции, уголь к коим тоже завозился из-за рубежа. То есть они обдирали столицу Российской империи высокими тарифами – и прибыли за рубеж вывозили. Графтио предложил построить ГЭС на Волхове и запитать с неё Питер, покончив с зависимостью столицы от иностранцев и обеспечив её энергобезопасность. Но его проект провалили на уровне царского правительства: оно с иностранцами ссориться не хотело. А ГЭС на Волхове Графтио начнёт строить в 1919 году по распоряжению Ленина. Более того, он настоит на том, чтобы половину генераторов для станции заказали на "Электросиле" в Петрограде, и только половину – шведам. При царе-то у шведов динамо-машины брали…
Транспорт? Железные дороги нуждаются в модернизации. 73% магистралей оставались ещё одноколейными, с низкой пропускной способностью. Из-за отсталости железнодорожного транспорта уголь Донбасса не поступает в Центральный промышленный район. Оказывается, выгоднее завозить уголёк в Центр из Европы. Ввоз импортного угля и кокса за 1910-1913 годы вырос почти вдвое. Привозное топливо стало вытеснять уголь Донбасса. Многие шахты в нём накануне Первой мировой стали сокращать добычу из-за трудностей с вывозом продукции.
В 1913 году Россия купила за границей 8,7 миллиона тонн каменного угля (при своей добыче всего-навсего в 31 млн т). (Для справки: Германия – это 190 миллионов тонн каменного угля в год в 1913-м, Франция – 40 миллионов, Англия – 287 миллионов тонн.)
Кстати, о железных дорогах в Первой мировой. Однопутность, незавершённость железных дорог в царской России сыграет роковую роль в ходе Первой мировой. Ведь возникнет огромный фронт боевых действий от Чёрного моря до Балтики. Окажется, что к этому фронту из России ведёт только 13 магистралей, двухпутными из коих были только пять дорог. Зато по территориям Германии, Австро-Венгрии и Румынии к русскому фронту идут 32 магистрали, из коих 14 – двухпутные. И потому русские могут двигать к фронту 211 поездов в сутки, а их враги – 530! Немудрено поэтому, что Первая мировая сложилась для царской России весьма напряжённой. Чёрт возьми, надо было не ерундой русским верхам маяться, а полноценные магистрали строить! Глядишь, и спасли бы старую Россию. Но увы…
Общий тоннаж торгового флота России-1913 – всего 1% от мирового. 79% этого флота составляет мелочь: парусные и парусно-моторные суда. У царской России торговый флот был слабеньким, составляя на 1914 год всего 1,8 миллиона регистровых тонн. В то же самое время Англия имела 19,3, Германия – 5,5, США – 5,3, Франция – 2,3, Япония – 1,7 миллиона регистровых тонн. Из-за маломощного торгового флота Российская империя теряла громадные доходы, ибо была вынуждена фрахтовать заморские суда для перевозки своих грузов. Она не могла и зарабатывать на перевозках чужих грузов, как это делали европейцы и американцы. Соответственно и кораблестроение старой России было плохо развитым. Первый свой ледокол, "Ермак", царское правительство строило в Англии. Легендарный крейсер "Варяг" – в США.
Металлургия? Обычно говорят, что царская предвоенная Россия смогла по развитию чёрной металлургии достичь пятого места в мире. Это так. Мы по производству стали (4,2 млн тонн в год) уступали США, Германии, Англии и Франции. Германия давала в 1913-м 18 миллионов тонн стали, Англия – свыше 7 миллионов, Франция – 4,69 миллиона тонн. Но развитие техники в начале XX столетия требовало и хорошей цветной металлургии. А здесь царская Россия находилась в глубоком загоне. В "тринадцатом году" она произвела только 17 тысяч тонн меди (1,7% мирового производства), всего 1,5 тысячи тонн свинца (0,14%), 3 тысячи тонн цинка (0,2%). Алюминия не выпускали вовсе. Потребление цветных металлов в 11-13 раз уступало уровню потребления таковых в Соединённых Штатах. А ведь развитие электротехники, производства двигателей, оружия требовало массы цветных металлов!
Но и в чёрной металлургии мы смотрелись бледновато. США в 1913-м произвели 25 миллионов тонн стали против 4,2 миллиона тонн в России. Однако с 1908 года янки нарастили выплавку на 5 миллионов тонн, а царская империя – лишь на 1,7 миллиона тонн. В 1913 году США делают по 327 килограммов чугуна на душу населения, а Россия – лишь тридцать кило. В 1913 году русским приходилось ввозить из-за рубежа один миллион тонн стали – не хватало своей-то. (В 1913 г. Германия – это выплавка 17 млн тонн стали, Франция – 4,7 млн, Англия – 7,8 млн. тонн.) Немудрено, что в Первую мировую западники резко (и практически с ходу) нарастили производство оружия и боеприпасов, а Россия пережила снарядный голод, продолжавшийся до 1916 года.
В царской России 1913 года не имелось ни моторостроения (появится в Первую мировую), ни оптической индустрии, ни часовой промышленности. Проведённая царями индустриализация оказалась неполной, "разорванной", частичной – страна зависела от импорта по множеству позиций. Не имелось развитого станкостроения. Приборы и всякая измерительная аппаратура? На 93% – импортные.
Автомобильная промышленность? Обычно говорят о трёх заводах в России накануне Первой мировой – Лесснера (фактически отверточное, сборочное производство немецких машин), Пузырёва (за 1911-1913 гг. выпустил 38 машин, потом скончался) и "Руссо-Балт", который в среднем с 1909 по 1918 год выпускал по 60 машин в год.
В США в 1914 году производилось 569 тысяч авто, в Англии (в 1913 г.) – 34 тысячи, в Германии – 20 тысяч, во Франции – 45 тысяч автомобилей в год.
Да и то "Руссо-Балт" для производства своих авто завозил из-за рубежа тучу комплектующих. То есть специальную сталь, шарикоподшипники, свечи, насосы, покрышки и камеры, карбюраторы, магнето, колёса, маслёнки, приборы, валы, шурупы, винты, болты, тросы. Лишь с конца 1914 года завод овладел искусством изготовления радиаторов, а затем и конических шестерён. В книге "От Цусимы к февралю. Царизм и военная промышленность" В.В. Поликарпов пишет:
"В Реутове под Москвой с марта 1914 года начало постройку своего автомобильного завода на купленной для этой цели земле "Русское АО Делагэ" (Delahaye), которому помощник военного министра Вернандер за полгода до того пообещал (в условной форме) заказ на военные грузовики – в случае согласия законодательных инстанций, ожидавшегося "не позже апреля 1914 года". Такое обещание имело решающее значение для учредителей "Русского А.О. Делагэ". Как и прочими соискателями концессии, этой компанией "вопрос о постройке завода ставился в зависимость от получения казённых заказов". Только когда Вернандер уведомил их, что цены и другие условия, выставленные парижским автомобильным обществом Делагэ, "являются, по моему мнению, приемлемыми", обрадованные французы, не дожидаясь ассигнования законодательными учреждениями денег на заказ автомобилей (игнорировалась оговорка в письме Вернандера, ставившего всё начинание в зависимость от казённого ассигнования "в установленном законом порядке"), основали "Русское АО автомобилей Делагэ" и, собрав капитал в миллион рублей, заключили контракты со строительными подрядчиками, поставщиками оборудования и нанимаемыми служащими.
Однако, помимо общества Делагэ и "Рено", "предполагали приступить" к организации автомобильных заводов в России ещё и другие заграничные фирмы, в том числе "Фиат", американская "General Motors Truck & С", английское общество "Бекос" (British Engineering С" of Siberia), французская Шнейдер и К". Одновременно ГВТУ с помощью министерства торговли и промышленности воззвало к русским заводчикам. Подготовительную комиссию Особого совещания по обороне привлекала низкая цена, назначенная обществом Делагэ, но ещё ниже назначило цену общество "Бекос"; по соображениям же таможенной политики комиссия была вынуждена рекомендовать (наряду с пятью русскими компаниями) фирму "Русский Рено".
К концу 1915 года отмечалась активность шести фирм в России, рассчитывавших получить казённые заказы на автомобили. Из них "уже строил автомобили" один только Русско-Балтийский вагонный завод, при этом количество деталей, импортируемых РБВЗ, к 1914 году "свелось к минимуму (магнето, карбюраторы, обода колёс и некоторые другие)". Эвакуированный из Риги в Фили (на окраине Москвы), завод "приступил к налажению этого дела" на новом месте. Среди остальных пяти фирм о некоторой причастности к автомобильному делу имели основание заявлять ремонтные мастерские в Москве компании "П. Ильин", за которыми числился "большой опыт в ремонте и постройке кузовов", и мастерские в Петрограде фирмы "Русский Рено" – "весьма солидного предприятия" с "большим техническим опытом".
Прочие же три фирмы лишь проявили готовность приспособиться к постройке автомобилей. Это были "А О воздухоплавания В.А. Лебедев" с заводом аэропланов в Петрограде, устраивавшее также завод в Ярославле; механический завод в Нахичевани АО "Аксай" – "одно из крупных и прекрасно оборудованных предприятии Юга России"; для общества "А. Кузнецов и С. Рябушинский" проект автомобильного завода готовили в США.
Тут же выяснились ожидаемые затруднения на пути утверждения в России собственного автомобилестроения. Одно из них заключалось в том, что потребуются "высокие сорта стали, отливок и поковок", подшипники и резиновые шины с ободами. Между тем "высокие специальные сорта стали" "пока в России не выделываются", лишь в будущем "имеется в виду… поднять вопрос о расширении, с правительственной поддержкой, Невского судостроительного и механического завода" специально для выпуска подходящей стали, поковок, отливок, подшипников и т.п. Условия правительственной поддержки возникавшим отечественным автомобильным предприятиям включали временное разрешение ввоза 30% материалов из-за границы. Докладчик РАО В.Ф. Давыдов полагал, что "по окончании войны эта льгота пойдёт в ущерб развитию отечественной промышленности… Если оборудовать заводы и приступить к производству, получив 30% заграничных материалов, поручить руководство делом иностранцам и оперировать ещё на иностранные капиталы, то можно ли при таких условиях нарождающуюся промышленность назвать русскою"…"
Немудрено, что царское военное ведомство прибегало к большим закупкам автомашин за границей. Например, у фирмы "Рено" (что особенно лоббировал помощник военного министра Сухомлинова – полковник Секретев). Как это похоже на нынешнюю РФ, где власти закупают военные беспилотники в Израиле, а подлодки готовятся покупать в Евросоюзе…
Электротехническая промышленность той России только наполовину удовлетворяла её потребности (остальное везли из-за границы), при этом на две трети акции электротехнических заводов принадлежали иностранцам: "Вестингаузу", "Сименсу" и т.д. Даже кожевенная промышленность – и та не могла обеспечить Россию хромовой кожей и "шевро"; дубильные вещества и экстракты для обработки кож ввозятся из-за рубежа. Даже мыла своего (туалетного и жидкого) в той России была 63 231 тонна – по 0,39 кг на душу населения.
Первая мировая стала проверкой промышленно-технологических возможностей всех её стран-участниц. А что тогда было самым высокотехнологичным? Производство самолётов (аэропланов) и моторов к ним. И если смотреть положение в этих областях, то царская Россия выглядит сущим аутсайдером, хуже которого лишь полуаграрная Австро-Венгрия и разваливающаяся, отсталая Турция. Итак, с августа 1914 по ноябрь 1918 года англичане произвели 41 тысячу авиационных моторов (и 55 тыс. аэропланов). Франция выдала "на-гора" 93 тысячи моторов (и 51 тысячу самолётов). Германия построила 41 тысячу "движков" и 46 тысяч летательных аппаратов тяжелее воздуха. Россия же в 1914-1917 годах – это только 1,5 тысячи моторов и 5607 самолётов. Даже если допустить, что никакой революции в 1917-м не случилось и Россия смогла произвести 3 тысячи моторов и 10 тысяч аэропланов – один чёрт она выглядит как полный аутсайдер. За первые три года войны Германия построила самолётов в 16 раз больше, чем Российская империя. При этом аэропланы и моторы России отставали от западных. Так, к 1917 году основной немецкий истребитель "Альбатрос" развивал скорость в 165 км/час, австрийский "Ганза-Бранденбург" – 187 км/час. Новейшие французские аэропланы "СПАД" – до 190-200 км/час. А русские машины того же периода (завод Лебедева) – максимум 135 км/час. Русское двигателестроение в 1917 году покрывало лишь 36% потребностей собственного невеликого авиастроения.
В царской России 1913 года не имелось ни моторостроения (появится в Первую мировую), ни оптической индустрии, ни часовой промышленности. Проведённая царями индустриализация оказалась неполной, "разорванной", частичной – страна зависела от импорта по множеству позиций. Не имелось развитого станкостроения. Приборы и всякая измерительная аппаратура? На 93% – импортные.
Автомобильная промышленность? Обычно говорят о трёх заводах в России накануне Первой мировой – Лесснера (фактически отверточное, сборочное производство немецких машин), Пузырёва (за 1911-1913 гг. выпустил 38 машин, потом скончался) и "Руссо-Балт", который в среднем с 1909 по 1918 год выпускал по 60 машин в год.
В США в 1914 году производилось 569 тысяч авто, в Англии (в 1913 г.) – 34 тысячи, в Германии – 20 тысяч, во Франции – 45 тысяч автомобилей в год.
Да и то "Руссо-Балт" для производства своих авто завозил из-за рубежа тучу комплектующих. То есть специальную сталь, шарикоподшипники, свечи, насосы, покрышки и камеры, карбюраторы, магнето, колёса, маслёнки, приборы, валы, шурупы, винты, болты, тросы. Лишь с конца 1914 года завод овладел искусством изготовления радиаторов, а затем и конических шестерён. В книге "От Цусимы к февралю. Царизм и военная промышленность" В.В. Поликарпов пишет:
"В Реутове под Москвой с марта 1914 года начало постройку своего автомобильного завода на купленной для этой цели земле "Русское АО Делагэ" (Delahaye), которому помощник военного министра Вернандер за полгода до того пообещал (в условной форме) заказ на военные грузовики – в случае согласия законодательных инстанций, ожидавшегося "не позже апреля 1914 года". Такое обещание имело решающее значение для учредителей "Русского А.О. Делагэ". Как и прочими соискателями концессии, этой компанией "вопрос о постройке завода ставился в зависимость от получения казённых заказов". Только когда Вернандер уведомил их, что цены и другие условия, выставленные парижским автомобильным обществом Делагэ, "являются, по моему мнению, приемлемыми", обрадованные французы, не дожидаясь ассигнования законодательными учреждениями денег на заказ автомобилей (игнорировалась оговорка в письме Вернандера, ставившего всё начинание в зависимость от казённого ассигнования "в установленном законом порядке"), основали "Русское АО автомобилей Делагэ" и, собрав капитал в миллион рублей, заключили контракты со строительными подрядчиками, поставщиками оборудования и нанимаемыми служащими.
Однако, помимо общества Делагэ и "Рено", "предполагали приступить" к организации автомобильных заводов в России ещё и другие заграничные фирмы, в том числе "Фиат", американская "General Motors Truck & С", английское общество "Бекос" (British Engineering С" of Siberia), французская Шнейдер и К". Одновременно ГВТУ с помощью министерства торговли и промышленности воззвало к русским заводчикам. Подготовительную комиссию Особого совещания по обороне привлекала низкая цена, назначенная обществом Делагэ, но ещё ниже назначило цену общество "Бекос"; по соображениям же таможенной политики комиссия была вынуждена рекомендовать (наряду с пятью русскими компаниями) фирму "Русский Рено".
К концу 1915 года отмечалась активность шести фирм в России, рассчитывавших получить казённые заказы на автомобили. Из них "уже строил автомобили" один только Русско-Балтийский вагонный завод, при этом количество деталей, импортируемых РБВЗ, к 1914 году "свелось к минимуму (магнето, карбюраторы, обода колёс и некоторые другие)". Эвакуированный из Риги в Фили (на окраине Москвы), завод "приступил к налажению этого дела" на новом месте. Среди остальных пяти фирм о некоторой причастности к автомобильному делу имели основание заявлять ремонтные мастерские в Москве компании "П. Ильин", за которыми числился "большой опыт в ремонте и постройке кузовов", и мастерские в Петрограде фирмы "Русский Рено" – "весьма солидного предприятия" с "большим техническим опытом".
Прочие же три фирмы лишь проявили готовность приспособиться к постройке автомобилей. Это были "А О воздухоплавания В.А. Лебедев" с заводом аэропланов в Петрограде, устраивавшее также завод в Ярославле; механический завод в Нахичевани АО "Аксай" – "одно из крупных и прекрасно оборудованных предприятии Юга России"; для общества "А. Кузнецов и С. Рябушинский" проект автомобильного завода готовили в США.
Тут же выяснились ожидаемые затруднения на пути утверждения в России собственного автомобилестроения. Одно из них заключалось в том, что потребуются "высокие сорта стали, отливок и поковок", подшипники и резиновые шины с ободами. Между тем "высокие специальные сорта стали" "пока в России не выделываются", лишь в будущем "имеется в виду… поднять вопрос о расширении, с правительственной поддержкой, Невского судостроительного и механического завода" специально для выпуска подходящей стали, поковок, отливок, подшипников и т.п. Условия правительственной поддержки возникавшим отечественным автомобильным предприятиям включали временное разрешение ввоза 30% материалов из-за границы. Докладчик РАО В.Ф. Давыдов полагал, что "по окончании войны эта льгота пойдёт в ущерб развитию отечественной промышленности… Если оборудовать заводы и приступить к производству, получив 30% заграничных материалов, поручить руководство делом иностранцам и оперировать ещё на иностранные капиталы, то можно ли при таких условиях нарождающуюся промышленность назвать русскою"…"
Немудрено, что царское военное ведомство прибегало к большим закупкам автомашин за границей. Например, у фирмы "Рено" (что особенно лоббировал помощник военного министра Сухомлинова – полковник Секретев). Как это похоже на нынешнюю РФ, где власти закупают военные беспилотники в Израиле, а подлодки готовятся покупать в Евросоюзе…
Электротехническая промышленность той России только наполовину удовлетворяла её потребности (остальное везли из-за границы), при этом на две трети акции электротехнических заводов принадлежали иностранцам: "Вестингаузу", "Сименсу" и т.д. Даже кожевенная промышленность – и та не могла обеспечить Россию хромовой кожей и "шевро"; дубильные вещества и экстракты для обработки кож ввозятся из-за рубежа. Даже мыла своего (туалетного и жидкого) в той России была 63 231 тонна – по 0,39 кг на душу населения.
Первая мировая стала проверкой промышленно-технологических возможностей всех её стран-участниц. А что тогда было самым высокотехнологичным? Производство самолётов (аэропланов) и моторов к ним. И если смотреть положение в этих областях, то царская Россия выглядит сущим аутсайдером, хуже которого лишь полуаграрная Австро-Венгрия и разваливающаяся, отсталая Турция. Итак, с августа 1914 по ноябрь 1918 года англичане произвели 41 тысячу авиационных моторов (и 55 тыс. аэропланов). Франция выдала "на-гора" 93 тысячи моторов (и 51 тысячу самолётов). Германия построила 41 тысячу "движков" и 46 тысяч летательных аппаратов тяжелее воздуха. Россия же в 1914-1917 годах – это только 1,5 тысячи моторов и 5607 самолётов. Даже если допустить, что никакой революции в 1917-м не случилось и Россия смогла произвести 3 тысячи моторов и 10 тысяч аэропланов – один чёрт она выглядит как полный аутсайдер. За первые три года войны Германия построила самолётов в 16 раз больше, чем Российская империя. При этом аэропланы и моторы России отставали от западных. Так, к 1917 году основной немецкий истребитель "Альбатрос" развивал скорость в 165 км/час, австрийский "Ганза-Бранденбург" – 187 км/час. Новейшие французские аэропланы "СПАД" – до 190-200 км/час. А русские машины того же периода (завод Лебедева) – максимум 135 км/час. Русское двигателестроение в 1917 году покрывало лишь 36% потребностей собственного невеликого авиастроения.
И какие моторы делала Россия? До 1914 года их вообще в стране не выпускали, и только перед самой войной царизм купил у Франции лицензии на производство маломощных ротативных двигателей "Гном" в 50 и 80 "лошадей". Причём выпуск моторов вели на московском заводе французской компании "Гном и Рон" из деталей, что шли из Франции. Да ещё и с инженерным составом, целиком состоящим из французов. По сути, то было чисто колониально-отверточное производство. Только с начала 1916-го стали делать ещё и движки "Гном-Моносупап" и "Рон" мощностью в 100-110 лошадиных сил (40 моторов в месяц) – в то время как на Западе тысячами гнали моторы по 200-360 л.с.! То есть полная отсталость и полная технологическая зависимость от Запада налицо. Первый собственно русский мотор (166-сильный РБЗ-6, скопированный с немецкого "Аргуса") стали делать на Русско-Балтийском вагонном заводе только в конце 1916 года, но так и не добились объёмов выпуска более десяти штук в месяц. И при этом значительную часть комплектующих приходилось везти из-за границы: у себя их не было. Например, ну не делала Россия шарикоподшипников. Эту проблему решит лишь Сталин.
Возьмём цифры производства аэропланов по годам в Первую мировую. В 1914 году Германия выпускает 1348 самолётов. Австро-Венгрия – 70. Великобритания – 245, Франция – 541, Россия – 535. Но уже в 1915 году картина разительно изменяется. Немцы делают 4532 машины, австрияки – 238, Англия – 1933, Франция – 4489, Италия – 382. Россия – 1305.
1916 год. Промышленность у всех уже отмобилизована. Германия строит 8182 аэроплана, Австро-Венгрия – 931, Британия – 6099, Франция – 7549, Италия – 1255, Россия – 1870.
1917 год. Кульминация войны. Немцы – 19 646 самолётов, австрийцы – 1714. Англия строит 14 748 аэропланов, Франция – 14 915. США начинают с 1807 машин. Италия доводит годовое производство до 3871 самолёта. Россия стагнирует. Произведено только 1897 аэропланов. Первой в мире сделав четырехмоторный бомбардировщик ("Илья Муромец" Игоря Сикорского), старая Россия смогла выпустить лишь 94 машины этого типа. Немцы же смогли за войну выпустить 2028 бомбардировщиков. В мае 1917 года германские "готы" начинают налёты на Лондон.
Вот вам и "передовая страна". Всего 94 "муромца"…
Немудрено, что по размерам валового национального продукта на душу населения Россия накануне Первой мировой уступала США в 9,5 раза, Англии – в 4,5, Германии – в 3,5, Франции, Бельгии, Голландии, Испании – в 3 раза, отсталой Австро-Венгрии – в 2 раза. Страна продолжала отставать от стран-лидеров – в 1913 году её ВНП соотносился с ВНП Германии как 3,3 к 10, в то время как в 1850 году соотношение равнялось 4 к 10. Немцы продолжали нас обгонять.
Роясь в своём архиве, нашёл интересные данные из газеты "Дуэль". В 1913 г. в США имелось 3,035 млн абонентов телефонной сети, в Германии – 797 тыс., в Англии – 536,5 тыс., во Франции – 185 тыс., в Австро-Венгрии – 110 тыс., в Швеции – 102 тыс., в Дании – 98 тыс., а вот в России – только 97 тыс. абонентов. И это при российских-то расстояниях…
Уровень производительности труда в промышленности в России был меньше, чем в США – в 9 раз, в Англии – в 5 раз, в Германии – в 4 раза.
В 1909-1914 гг. англичане построили 64 крупных надводных корабля, немцы – 47, французы – 24, итальянцы – 16. Россия с потугами достроила 10 надводных кораблей класса "линкор-крейсер". И это при том, что в России военные расходы в 1908-1913 годах составляли 32-33% от общей суммы госбюджета.
Процитирую "Дуэль": "Возьмём теперь госбюджет. Сколько проклятий было обрушено на головы большевиков и КПСС за "пьяные" бюджеты начиная с середины 1970-х годов. Но что мы видели в царской России? Вот "Статистические ежегодники России" (под редакцией директора Центрального статистического Комитета МВД Н.Н. Белявского) за 1908-1913 годы, ежегодники мировой статистики С. Запа "Социально-политические таблицы всех стран мира" издательства "Сотрудничество" (Москва).
Итак, за 1908-1913 годы общие суммы доходов, поступивших в бюджет, составили 14 987 млн руб. В том числе доходы от водочной монополии: 3993 млн руб. (26,64%). Прямые налоги: 1115 млн руб. (7,44%). Косвенные налоги: 3111 млн. руб. (20,76%), пошлины: 943 млн руб. (6, 29%)…"
Как видите, в среднем годовой бюджет царской России на излёте её истории был маловат: всего 3 млрд рублей в год.
Входить в Первую мировую всё ещё технически и промышленно отсталой, на 80% крестьянской и средневековой России было смертельно опасно. Откроем статью И. Маевского "К вопросу о зависимости России в период Первой мировой войны":
"…То же самое можно сказать и о производстве стали, которой приходилось в России в 1913 году на душу населения в 11 раз меньше, чем в США, в 8 раз меньше, чем в Германии, в 6 раз меньше, чем в Англии, в 4 раза меньше, чем во Франции. Добыча каменного и бурого угля на душу населения была в 26 раз меньше, чем в США, в 31 раз меньше, чем в Англии, в 15 раз меньше, чем в Германии, и в 5 раз меньше, чем во Франции. Намного отставала Россия от передовых капиталистических стран и по переработке хлопка. В 1911 году его приходилось на душу населения всего лишь 5,6 фунта, или в 8 1/2 раз меньше, чем в Германии и Франции, и почти в 2 раза меньше, чем в Австро-Венгрии.
Объём промышленного производства России с 1860 по 1913 год увеличился в 10,5 раза, в то время как в Германии – только в 6 раз, во Франции – в 3 раза, в Англии – в 2,5 раза, в США – в 6 раз. Тем не менее в предвоенный период Россия оставалась "невероятно, невиданно отсталой страной, нищей и полудикой, оборудованной современными орудиями производства вчетверо хуже Англии, впятеро хуже Германии, вдесятеро хуже Америки" (В.И. Ленин. Соч. Т. 19. С. 261)…"
Возьмём цифры производства аэропланов по годам в Первую мировую. В 1914 году Германия выпускает 1348 самолётов. Австро-Венгрия – 70. Великобритания – 245, Франция – 541, Россия – 535. Но уже в 1915 году картина разительно изменяется. Немцы делают 4532 машины, австрияки – 238, Англия – 1933, Франция – 4489, Италия – 382. Россия – 1305.
1916 год. Промышленность у всех уже отмобилизована. Германия строит 8182 аэроплана, Австро-Венгрия – 931, Британия – 6099, Франция – 7549, Италия – 1255, Россия – 1870.
1917 год. Кульминация войны. Немцы – 19 646 самолётов, австрийцы – 1714. Англия строит 14 748 аэропланов, Франция – 14 915. США начинают с 1807 машин. Италия доводит годовое производство до 3871 самолёта. Россия стагнирует. Произведено только 1897 аэропланов. Первой в мире сделав четырехмоторный бомбардировщик ("Илья Муромец" Игоря Сикорского), старая Россия смогла выпустить лишь 94 машины этого типа. Немцы же смогли за войну выпустить 2028 бомбардировщиков. В мае 1917 года германские "готы" начинают налёты на Лондон.
Вот вам и "передовая страна". Всего 94 "муромца"…
Немудрено, что по размерам валового национального продукта на душу населения Россия накануне Первой мировой уступала США в 9,5 раза, Англии – в 4,5, Германии – в 3,5, Франции, Бельгии, Голландии, Испании – в 3 раза, отсталой Австро-Венгрии – в 2 раза. Страна продолжала отставать от стран-лидеров – в 1913 году её ВНП соотносился с ВНП Германии как 3,3 к 10, в то время как в 1850 году соотношение равнялось 4 к 10. Немцы продолжали нас обгонять.
Роясь в своём архиве, нашёл интересные данные из газеты "Дуэль". В 1913 г. в США имелось 3,035 млн абонентов телефонной сети, в Германии – 797 тыс., в Англии – 536,5 тыс., во Франции – 185 тыс., в Австро-Венгрии – 110 тыс., в Швеции – 102 тыс., в Дании – 98 тыс., а вот в России – только 97 тыс. абонентов. И это при российских-то расстояниях…
Уровень производительности труда в промышленности в России был меньше, чем в США – в 9 раз, в Англии – в 5 раз, в Германии – в 4 раза.
В 1909-1914 гг. англичане построили 64 крупных надводных корабля, немцы – 47, французы – 24, итальянцы – 16. Россия с потугами достроила 10 надводных кораблей класса "линкор-крейсер". И это при том, что в России военные расходы в 1908-1913 годах составляли 32-33% от общей суммы госбюджета.
Процитирую "Дуэль": "Возьмём теперь госбюджет. Сколько проклятий было обрушено на головы большевиков и КПСС за "пьяные" бюджеты начиная с середины 1970-х годов. Но что мы видели в царской России? Вот "Статистические ежегодники России" (под редакцией директора Центрального статистического Комитета МВД Н.Н. Белявского) за 1908-1913 годы, ежегодники мировой статистики С. Запа "Социально-политические таблицы всех стран мира" издательства "Сотрудничество" (Москва).
Итак, за 1908-1913 годы общие суммы доходов, поступивших в бюджет, составили 14 987 млн руб. В том числе доходы от водочной монополии: 3993 млн руб. (26,64%). Прямые налоги: 1115 млн руб. (7,44%). Косвенные налоги: 3111 млн. руб. (20,76%), пошлины: 943 млн руб. (6, 29%)…"
Как видите, в среднем годовой бюджет царской России на излёте её истории был маловат: всего 3 млрд рублей в год.
Входить в Первую мировую всё ещё технически и промышленно отсталой, на 80% крестьянской и средневековой России было смертельно опасно. Откроем статью И. Маевского "К вопросу о зависимости России в период Первой мировой войны":
"…То же самое можно сказать и о производстве стали, которой приходилось в России в 1913 году на душу населения в 11 раз меньше, чем в США, в 8 раз меньше, чем в Германии, в 6 раз меньше, чем в Англии, в 4 раза меньше, чем во Франции. Добыча каменного и бурого угля на душу населения была в 26 раз меньше, чем в США, в 31 раз меньше, чем в Англии, в 15 раз меньше, чем в Германии, и в 5 раз меньше, чем во Франции. Намного отставала Россия от передовых капиталистических стран и по переработке хлопка. В 1911 году его приходилось на душу населения всего лишь 5,6 фунта, или в 8 1/2 раз меньше, чем в Германии и Франции, и почти в 2 раза меньше, чем в Австро-Венгрии.
Объём промышленного производства России с 1860 по 1913 год увеличился в 10,5 раза, в то время как в Германии – только в 6 раз, во Франции – в 3 раза, в Англии – в 2,5 раза, в США – в 6 раз. Тем не менее в предвоенный период Россия оставалась "невероятно, невиданно отсталой страной, нищей и полудикой, оборудованной современными орудиями производства вчетверо хуже Англии, впятеро хуже Германии, вдесятеро хуже Америки" (В.И. Ленин. Соч. Т. 19. С. 261)…"
Гм-м, с такой экономикой соваться в Первую мировую войну для России было смертельно опасно. Прав был премьер Столыпин, когда говорил о недопустимости втягивания страны в большой европейский конфликт. Нужно было ещё добрых четверть века избегать войны, занимаясь подъёмом народного хозяйства России. Причём такая работа потребовала бы от русских и крайнего напряжения сил, и прохождения через опаснейшие "перевалы".
В ответ плакальщики по "России, которую мы потеряли" поднимут возмущённый вой и начнут потрясать в воздухе цифрами небывалого роста экономики при Николае Втором. Дескать, в 1893-1900 годах среднегодовой прирост промышленной продукции составлял 9%, а в 1908-1913 годах – 8,8%.
Но цифры – вещь лукавая. Вполне можно представить себе через энное число десятилетий каких-нибудь будущих плакальщиков, что станут вопить: при Путине, мол, экономика росла на 7-8% в год! Как жили-то мы хорошо! Сколько покупали автомашин на душу населения, сколько строили, по 150 миллионов мобильных телефонов держали! Да только мы с вами прекрасно знаем цену тому "росту". "Росту", при котором погибали самые высокотехнологичные и наукоёмкие предприятия, деградировало образование, вымирали кадры учёных и инженеров. Что сей "рост без развития" был нездоровым и некачественным, сырьевым. Что в его ходе оборудование и инфраструктура страны превращались в рухлядь.
Так что цифры цифрами, а есть истинная картина. На самом-то деле отставание России от Запада увеличивалось. Да, потенциально огромные возможности для развития у нашей страны в начале XX века были: в её деревнях ещё жило несколько десятков миллионов славян (среднеазиатов мы не считаем), ведущих жалкое натуральное хозяйство. Несколько десятков миллионов нищих, способных потратить на товары не более нескольких рублей в год. Вы вспомните картины некоторых сёл: бесштанные босые дети, одна пара сапог на несколько сыновей, курные покосившиеся избы, крытые соломой. Но для того чтобы развиваться, нужно было примерно миллионов двадцать народу согнать с земли и направить в города. Да ещё этих же людей сделать рабочими на заводах и фабриках, строителями, железнодорожниками, трактористами и шофёрами. Цифру в 20 миллионов мы не с потолка берём: с 1913 по 1953 год доля городского населения России/СССР выросла с 15 (некоторые говорят о семнадцати) процентов до 33%. Да, ещё нужно было построить для этих переселяемых миллионов достаточные объёмы жилья. (Для справки: в Англии времён наполеоновских войн доля горожан в населении составляла 23%, в Португалии – 17%.)
То есть царской России в таком случае пришлось бы выполнить ту же программу, что и Советам. А вот получилось бы это без больших потрясений и сверхжесткого политического режима? Ведь для таких шагов нужна была огромная государственная воля. А мы знаем, что царская Россия, повинуясь желаниям французских и английских кредиторов, ринулась в войну – в войну за чужие интересы. Вместо того чтобы заключить пакт с Германией. Как видите, воли у российских верхов для проведения истинно русской внешней политики не хватило.
Отсталость романовской России с началом Первой мировой стала очевидной донельзя. 19 ноября 2001 года журнал "Эксперт" в статье "Памяти КЕПС" писал:
"…Известный историк науки и техники Алексей Кожевников, ныне работающий в США, отмечает, что для представителей российской научно-технической элиты четырнадцатый год стал своеобразным часом X: "Планы мобилизации индустрии в военное время не были разработаны. Во многих отраслях доминировали западные инвесторы, ориентированные, естественно, на ввоз своих технологий и ноу-хау, а не на независимое развитие местных исследований, разработок и экспертизы". Курс на закупку и копирование зарубежных инноваций привёл к тому, что, как пишет генерал А. Малиновский, ответственный за снабжение российской армии в Первую мировую, "Германия, обеспечивающая военными технологиями весь мир, включая Россию, получила от нас приличные инвестиции на развитие собственной милитаристической базы". Г-н Малиновский с сожалением отмечает, что только после того, как было затрачено 300 млн рублей на закупки импортных автомобилей для армии, чиновники всерьёз задумались об организации собственного автопроизводства. Крупный химик Владимир Марковников, в 1914 году анализируя статистику внешней торговли, обнаружил, что "национальная индустрия способна производить только самые примитивные химические продукты, остальное приходится импортировать", и призывал русскую промышленность "простимулировать развитие нашей химии в правильном направлении". Владимир Вернадский уточнял, что "лишь 31 из 61 необходимого экономике химического элемента добывается и производится в России".
Даже такая "традиционная" сфера, как производство текстиля, оказалась полностью зависимой от импортных поставок синтетических красок и даже соды. Историк Ольга Елина пишет, что не только "оружие, боеприпасы, машины, всевозможные химические продукты, но и даже такие на первый взгляд абсолютно "русские" товары, как пенька, сноповязальный шпагат и мешковина, закупались на Западе". Кроме того, с началом войны Россия осталась без минеральных удобрений, оптических стёкол, измерительных приборов.
Mutatis mutandis – "ножки Буша" вместо минеральных удобрений, АТС вместо боеприпасов или микропроцессоры вместо сноповязального шпагата – похожая ситуация сложилась в России к концу 90-х годов, точнее, к 1998 году…"
И хотя героическими усилиями в ходе Первой мировой в стране удалось наладить производство оптического стекла, минеральных удобрений, электротехники и измерительных приборов (русские – народ талантливый!), было слишком поздно: страна успела взъяриться и рвануть революцией.
В ответ плакальщики по "России, которую мы потеряли" поднимут возмущённый вой и начнут потрясать в воздухе цифрами небывалого роста экономики при Николае Втором. Дескать, в 1893-1900 годах среднегодовой прирост промышленной продукции составлял 9%, а в 1908-1913 годах – 8,8%.
Но цифры – вещь лукавая. Вполне можно представить себе через энное число десятилетий каких-нибудь будущих плакальщиков, что станут вопить: при Путине, мол, экономика росла на 7-8% в год! Как жили-то мы хорошо! Сколько покупали автомашин на душу населения, сколько строили, по 150 миллионов мобильных телефонов держали! Да только мы с вами прекрасно знаем цену тому "росту". "Росту", при котором погибали самые высокотехнологичные и наукоёмкие предприятия, деградировало образование, вымирали кадры учёных и инженеров. Что сей "рост без развития" был нездоровым и некачественным, сырьевым. Что в его ходе оборудование и инфраструктура страны превращались в рухлядь.
Так что цифры цифрами, а есть истинная картина. На самом-то деле отставание России от Запада увеличивалось. Да, потенциально огромные возможности для развития у нашей страны в начале XX века были: в её деревнях ещё жило несколько десятков миллионов славян (среднеазиатов мы не считаем), ведущих жалкое натуральное хозяйство. Несколько десятков миллионов нищих, способных потратить на товары не более нескольких рублей в год. Вы вспомните картины некоторых сёл: бесштанные босые дети, одна пара сапог на несколько сыновей, курные покосившиеся избы, крытые соломой. Но для того чтобы развиваться, нужно было примерно миллионов двадцать народу согнать с земли и направить в города. Да ещё этих же людей сделать рабочими на заводах и фабриках, строителями, железнодорожниками, трактористами и шофёрами. Цифру в 20 миллионов мы не с потолка берём: с 1913 по 1953 год доля городского населения России/СССР выросла с 15 (некоторые говорят о семнадцати) процентов до 33%. Да, ещё нужно было построить для этих переселяемых миллионов достаточные объёмы жилья. (Для справки: в Англии времён наполеоновских войн доля горожан в населении составляла 23%, в Португалии – 17%.)
То есть царской России в таком случае пришлось бы выполнить ту же программу, что и Советам. А вот получилось бы это без больших потрясений и сверхжесткого политического режима? Ведь для таких шагов нужна была огромная государственная воля. А мы знаем, что царская Россия, повинуясь желаниям французских и английских кредиторов, ринулась в войну – в войну за чужие интересы. Вместо того чтобы заключить пакт с Германией. Как видите, воли у российских верхов для проведения истинно русской внешней политики не хватило.
Отсталость романовской России с началом Первой мировой стала очевидной донельзя. 19 ноября 2001 года журнал "Эксперт" в статье "Памяти КЕПС" писал:
"…Известный историк науки и техники Алексей Кожевников, ныне работающий в США, отмечает, что для представителей российской научно-технической элиты четырнадцатый год стал своеобразным часом X: "Планы мобилизации индустрии в военное время не были разработаны. Во многих отраслях доминировали западные инвесторы, ориентированные, естественно, на ввоз своих технологий и ноу-хау, а не на независимое развитие местных исследований, разработок и экспертизы". Курс на закупку и копирование зарубежных инноваций привёл к тому, что, как пишет генерал А. Малиновский, ответственный за снабжение российской армии в Первую мировую, "Германия, обеспечивающая военными технологиями весь мир, включая Россию, получила от нас приличные инвестиции на развитие собственной милитаристической базы". Г-н Малиновский с сожалением отмечает, что только после того, как было затрачено 300 млн рублей на закупки импортных автомобилей для армии, чиновники всерьёз задумались об организации собственного автопроизводства. Крупный химик Владимир Марковников, в 1914 году анализируя статистику внешней торговли, обнаружил, что "национальная индустрия способна производить только самые примитивные химические продукты, остальное приходится импортировать", и призывал русскую промышленность "простимулировать развитие нашей химии в правильном направлении". Владимир Вернадский уточнял, что "лишь 31 из 61 необходимого экономике химического элемента добывается и производится в России".
Даже такая "традиционная" сфера, как производство текстиля, оказалась полностью зависимой от импортных поставок синтетических красок и даже соды. Историк Ольга Елина пишет, что не только "оружие, боеприпасы, машины, всевозможные химические продукты, но и даже такие на первый взгляд абсолютно "русские" товары, как пенька, сноповязальный шпагат и мешковина, закупались на Западе". Кроме того, с началом войны Россия осталась без минеральных удобрений, оптических стёкол, измерительных приборов.
Mutatis mutandis – "ножки Буша" вместо минеральных удобрений, АТС вместо боеприпасов или микропроцессоры вместо сноповязального шпагата – похожая ситуация сложилась в России к концу 90-х годов, точнее, к 1998 году…"
И хотя героическими усилиями в ходе Первой мировой в стране удалось наладить производство оптического стекла, минеральных удобрений, электротехники и измерительных приборов (русские – народ талантливый!), было слишком поздно: страна успела взъяриться и рвануть революцией.
Проклятые вопросы.
Если вы прочитаете трёхтомные воспоминания графа Сергея Юльевича Витте, коего называют самым лучшим министром финансов старой России, то увидите, что красной нитью через них проходят два окаянных вопроса: аграрный и проблема нехватки капиталов для развития промышленности. Из-за нехватки капиталов Витте пошёл на широкое привлечение в страну западных инвесторов, ввёл ради этого золотой рубль. Да-да, чтобы прибыли этих инвесторов были свободно конвертируемыми и легковывозимыми из страны.
Именно поэтому экономика страны стала полуколониальной. Чем больше работали русские, чем быстрее росло производство, тем больше денег выкачивалось иностранцами из России. В 1887-1913 годах Запад инвестировал в Россию 1783 млн золотых рублей. А вывез из России за тот же срок – 2326 млн золотых рублей (превышение за 26 лет доходов над инвестициями – на 513 млн золотых рублей). Ежегодно переводилось за границу выплат по процентам и погашениям займов до 500 млн золотых рублей. Ну, добавьте сюда и те деньги, что, будучи вырученными от продажи русского хлеба в Европе, затем тратились русскими барами ("внутренними иностранцами") за границей же или на покупки импортной роскоши. Для среднеурожайного 1909 года это, напомним, 320 млн рублей. В общем, выкачивали из той России денежек – будь здоров. Ежегодно. Как из настоящей колонии. Этак на миллиардик золотых рублей в годик.
Читаю в "Дуэли": "По данным статистики, в 1913 году в России более 12 млн человек (7,26% населения) были поражены эпидемиями холеры, дифтерии, сибирской язвы, чесотки. Ещё 9 млн человек страдали малярией, трахомой, коклюшем и т.д. Всего хронических больных заразными болезнями имелось 21 877 869 человек (13,2% населения страны).
На 10 000 человек населения в России имелось 1,6 врача, 1,7 фельдшера, 1,7 акушера и повивальной бабки. В сельской местности 1 врач приходился на 26 тыс. человек. В США врачей на 10 000 человек населения было в 4 раза больше, в Германии – в 2,7, в Англии – в 3,5, в Дании, Швеции, Бельгии, Голландии – в 3,2 раза больше.
Из каждой 1000 новорождённых в возрасте до 1 года в России умирало 263 ребёнка. Для сравнения: в Швеции умирало 70 детей до 1 года на каждую 1000 родившихся, в Англии – 108, в США и Франции – 112-115, в Италии – 138, в Германии – 151. То есть Россия превосходила по детской смертности страны Европы и США в 1,74-3,76 раза.
В России в 1913 году число учащихся во всех видах учебных заведений (включая духовные и военные) составляло 9,7 млн человек (60,6 человека на 1000 жителей). 70% детей и подростков были лишены возможности учиться. В России, по данным "Статистического ежегодника России", среди населения старше 9 лет (возраст поступления на учёбу) грамотных было 27% (без учёта Закавказья и Средней Азии). Для сравнения: в США даже среди негритянского населения грамотность достигала 56%. В США в 1913 году насчитывалось 18,3 млн учащихся (190,6 учащихся на 1000 жителей).
Для сравнения с Россией, имевшей 227-228 человек грамотных на 1000 населения (без учёта детей дошкольного возраста): Бельгия имела 998 грамотных на 1000 населения, Германия – 980, Англия – 816, Франция – 930, Австралия – 816, Австрия – 644, Венгрия – 524, Аргентина – 495, Италия – 440, Португалия – 214 человек.
Даже внутри России было неравенство: в Финляндии грамотных было 988 на 1000 человек населения (без детей дошкольного возраста), в Польше – 305, на Кавказе – 124, в Средней Азии – 53 человека. В Великороссии, Малороссии, Белоруссии, Сибири – 268 человек.
В российских вузах в 1913 году обучалось 127 423 человека, в США – 258 000 (в два раза больше, чем в России). В США имелось несколько десятков вузов уровня университета, в Англии – 18 университетов, в Германии – 22, во Франции – 14, в России – 8 университетов. На 1 университет в России приходилось около 20 млн жителей, в Англии – 2,5 млн, во Франции – 2,8 млн, в Германии – 3 млн жителей.
В России на 1000 человек населения было 1,7 учителя, в США – 5,45 учителя – в 3 с лишним раза больше. Благодаря известному циркуляру министра просвещения Делянова (во время царствования Александра III) "0 кухаркиных детях" был перекрыт доступ к образованию лицам из сословий крестьян и мещан. И хотя в 1911-1914 годах циркуляр фактически не действовал, тем не менее из 119 000 человек, обучавшихся в гимназиях, выходцы из крестьянских семей составляли 18 000 человек (15,12%). Во всех же учебных заведениях министерства просвещения (включая профессиональные, коммерческие и т.д.) крестьяне составляли около 15% учащихся (и это в стране, где 80% населения было крестьянским!!!). В кадетские корпуса, военные училища выходцы из крестьянских семей вообще не допускались…
…Не являлась Россия и лидером в мировом сельскохозяйственном производстве. Громадные просторы России позволяли ей производить большое количество зерна, но уровень агрокультуры, урожайность и продуктивность были низкими. В 1913 году, получив рекордный урожай зерновых – 80 млн тонн, – Россия на душу населения имела порядка 471 кг зерна. Англия, Франция, Германия имели около 430-440 кг, США – свыше 1000 кг, Канада – около 800 кг, Аргентина 1200 кг. Откуда берутся утверждения, что Россия производила зерна больше, чем другие страны вместе взятые? Ведь США произвели 96 млн тонн зерновых – больше, чем Россия…"
"…Урожайность в 1913 году с десятины составляла пудов (пшеница/рожь):
Россия – 55/56
Австрия – 89/92
Германия – 157/ 127
Бельгия – 168/147…"
"…Вспомните, на каких самолётах блистали Уточкин и Нестеров? "Ньюпор", "Фарман", "Бристоль-Бульдог", "Сопвич", "Фоккер". Англия, Франция, Бельгия, но только не Россия…
…На русских эсминцах, крейсерах и линкорах стояли немецкие и шведские турбины, английские гирокомпасы и дальномеры.
Я столь подробно разбираю отставания России не с целью посмаковать их. Нет. Я не менее многих горжусь Д.И. Менделеевым, К.Э. Циолковским, многими другими талантливыми учёными и инженерами. Я помню, что первые дизели и теплоходы были созданы в Коломне, я помню, что эсминцы типа "Новик" и русские паровозы считались эталонными, я помню, что Россия – родина радио, но, к сожалению, это были лишь лучики света в общей безрадостной картине.
Вспомним, что Менделеев и Сеченов (гордость России!) были забаллотированы в Академии наук (вот если бы они были немцами…), изобретатель радиосвязи Попов так и остался скромным преподавателем в военно-морской школе…"
"…Россия отнюдь не была тихой и богобоязненной страной высокой христианской морали и законности (сразу же после Февральской революции в 1917 г., когда Временное правительство отменило обязательное посещение молебнов, в русской армии, состоявшей в основном из крестьян, 70% солдат перестали посещать церковь.)
В Санкт-Петербурге в 1913 году число высших учебных заведений равнялось числу официально зарегистрированных публичных домов.
Вспомним великого князя Алексея Александровича, разворовавшего средства, отпущенные на строительство броненосцев типа "Бородино", в результате чего Россия к 1904 году вместо 10 броненосцев данного типа, находящихся в строю, имела всего 5. Да и то только строящихся.
…Ну и, наконец, предложу заявление премьер-министра царского правительства Коковцова для депутатов Четвёртой Государственной думы: "Разговоры о том, что Россия в 15-20 лет догонит страны с передовой культурой – это, господа, требование, которое не является серьёзным". А Коковцов знал, что говорил…
Если вы прочитаете трёхтомные воспоминания графа Сергея Юльевича Витте, коего называют самым лучшим министром финансов старой России, то увидите, что красной нитью через них проходят два окаянных вопроса: аграрный и проблема нехватки капиталов для развития промышленности. Из-за нехватки капиталов Витте пошёл на широкое привлечение в страну западных инвесторов, ввёл ради этого золотой рубль. Да-да, чтобы прибыли этих инвесторов были свободно конвертируемыми и легковывозимыми из страны.
Именно поэтому экономика страны стала полуколониальной. Чем больше работали русские, чем быстрее росло производство, тем больше денег выкачивалось иностранцами из России. В 1887-1913 годах Запад инвестировал в Россию 1783 млн золотых рублей. А вывез из России за тот же срок – 2326 млн золотых рублей (превышение за 26 лет доходов над инвестициями – на 513 млн золотых рублей). Ежегодно переводилось за границу выплат по процентам и погашениям займов до 500 млн золотых рублей. Ну, добавьте сюда и те деньги, что, будучи вырученными от продажи русского хлеба в Европе, затем тратились русскими барами ("внутренними иностранцами") за границей же или на покупки импортной роскоши. Для среднеурожайного 1909 года это, напомним, 320 млн рублей. В общем, выкачивали из той России денежек – будь здоров. Ежегодно. Как из настоящей колонии. Этак на миллиардик золотых рублей в годик.
Читаю в "Дуэли": "По данным статистики, в 1913 году в России более 12 млн человек (7,26% населения) были поражены эпидемиями холеры, дифтерии, сибирской язвы, чесотки. Ещё 9 млн человек страдали малярией, трахомой, коклюшем и т.д. Всего хронических больных заразными болезнями имелось 21 877 869 человек (13,2% населения страны).
На 10 000 человек населения в России имелось 1,6 врача, 1,7 фельдшера, 1,7 акушера и повивальной бабки. В сельской местности 1 врач приходился на 26 тыс. человек. В США врачей на 10 000 человек населения было в 4 раза больше, в Германии – в 2,7, в Англии – в 3,5, в Дании, Швеции, Бельгии, Голландии – в 3,2 раза больше.
Из каждой 1000 новорождённых в возрасте до 1 года в России умирало 263 ребёнка. Для сравнения: в Швеции умирало 70 детей до 1 года на каждую 1000 родившихся, в Англии – 108, в США и Франции – 112-115, в Италии – 138, в Германии – 151. То есть Россия превосходила по детской смертности страны Европы и США в 1,74-3,76 раза.
В России в 1913 году число учащихся во всех видах учебных заведений (включая духовные и военные) составляло 9,7 млн человек (60,6 человека на 1000 жителей). 70% детей и подростков были лишены возможности учиться. В России, по данным "Статистического ежегодника России", среди населения старше 9 лет (возраст поступления на учёбу) грамотных было 27% (без учёта Закавказья и Средней Азии). Для сравнения: в США даже среди негритянского населения грамотность достигала 56%. В США в 1913 году насчитывалось 18,3 млн учащихся (190,6 учащихся на 1000 жителей).
Для сравнения с Россией, имевшей 227-228 человек грамотных на 1000 населения (без учёта детей дошкольного возраста): Бельгия имела 998 грамотных на 1000 населения, Германия – 980, Англия – 816, Франция – 930, Австралия – 816, Австрия – 644, Венгрия – 524, Аргентина – 495, Италия – 440, Португалия – 214 человек.
Даже внутри России было неравенство: в Финляндии грамотных было 988 на 1000 человек населения (без детей дошкольного возраста), в Польше – 305, на Кавказе – 124, в Средней Азии – 53 человека. В Великороссии, Малороссии, Белоруссии, Сибири – 268 человек.
В российских вузах в 1913 году обучалось 127 423 человека, в США – 258 000 (в два раза больше, чем в России). В США имелось несколько десятков вузов уровня университета, в Англии – 18 университетов, в Германии – 22, во Франции – 14, в России – 8 университетов. На 1 университет в России приходилось около 20 млн жителей, в Англии – 2,5 млн, во Франции – 2,8 млн, в Германии – 3 млн жителей.
В России на 1000 человек населения было 1,7 учителя, в США – 5,45 учителя – в 3 с лишним раза больше. Благодаря известному циркуляру министра просвещения Делянова (во время царствования Александра III) "0 кухаркиных детях" был перекрыт доступ к образованию лицам из сословий крестьян и мещан. И хотя в 1911-1914 годах циркуляр фактически не действовал, тем не менее из 119 000 человек, обучавшихся в гимназиях, выходцы из крестьянских семей составляли 18 000 человек (15,12%). Во всех же учебных заведениях министерства просвещения (включая профессиональные, коммерческие и т.д.) крестьяне составляли около 15% учащихся (и это в стране, где 80% населения было крестьянским!!!). В кадетские корпуса, военные училища выходцы из крестьянских семей вообще не допускались…
…Не являлась Россия и лидером в мировом сельскохозяйственном производстве. Громадные просторы России позволяли ей производить большое количество зерна, но уровень агрокультуры, урожайность и продуктивность были низкими. В 1913 году, получив рекордный урожай зерновых – 80 млн тонн, – Россия на душу населения имела порядка 471 кг зерна. Англия, Франция, Германия имели около 430-440 кг, США – свыше 1000 кг, Канада – около 800 кг, Аргентина 1200 кг. Откуда берутся утверждения, что Россия производила зерна больше, чем другие страны вместе взятые? Ведь США произвели 96 млн тонн зерновых – больше, чем Россия…"
"…Урожайность в 1913 году с десятины составляла пудов (пшеница/рожь):
Россия – 55/56
Австрия – 89/92
Германия – 157/ 127
Бельгия – 168/147…"
"…Вспомните, на каких самолётах блистали Уточкин и Нестеров? "Ньюпор", "Фарман", "Бристоль-Бульдог", "Сопвич", "Фоккер". Англия, Франция, Бельгия, но только не Россия…
…На русских эсминцах, крейсерах и линкорах стояли немецкие и шведские турбины, английские гирокомпасы и дальномеры.
Я столь подробно разбираю отставания России не с целью посмаковать их. Нет. Я не менее многих горжусь Д.И. Менделеевым, К.Э. Циолковским, многими другими талантливыми учёными и инженерами. Я помню, что первые дизели и теплоходы были созданы в Коломне, я помню, что эсминцы типа "Новик" и русские паровозы считались эталонными, я помню, что Россия – родина радио, но, к сожалению, это были лишь лучики света в общей безрадостной картине.
Вспомним, что Менделеев и Сеченов (гордость России!) были забаллотированы в Академии наук (вот если бы они были немцами…), изобретатель радиосвязи Попов так и остался скромным преподавателем в военно-морской школе…"
"…Россия отнюдь не была тихой и богобоязненной страной высокой христианской морали и законности (сразу же после Февральской революции в 1917 г., когда Временное правительство отменило обязательное посещение молебнов, в русской армии, состоявшей в основном из крестьян, 70% солдат перестали посещать церковь.)
В Санкт-Петербурге в 1913 году число высших учебных заведений равнялось числу официально зарегистрированных публичных домов.
Вспомним великого князя Алексея Александровича, разворовавшего средства, отпущенные на строительство броненосцев типа "Бородино", в результате чего Россия к 1904 году вместо 10 броненосцев данного типа, находящихся в строю, имела всего 5. Да и то только строящихся.
…Ну и, наконец, предложу заявление премьер-министра царского правительства Коковцова для депутатов Четвёртой Государственной думы: "Разговоры о том, что Россия в 15-20 лет догонит страны с передовой культурой – это, господа, требование, которое не является серьёзным". А Коковцов знал, что говорил…
Как это ни прискорбно звучит для тех, кто пытается представить Россию страной, где господствовала патриархальная тишина и всеобщее братство между бедными и богатыми, надо отметить, что в стране шла упорная борьба, упоминание о которой столь немодно сейчас и которая называется борьбой классов.
По данным Четвёртой Государственной думы, с 1901 по 1914 год царские войска более 6000 раз открывали огонь, в том числе и артиллерийский, по митингам и демонстрациям рабочих, а также по сходам и шествиям крестьян. И это только по МИРНЫМ митингам, шествиям, сходам. Число жертв колебалось от 9 до тысячи человек. Всего же число жертв подобного рода "стрельб" превысило 180 тыс. В 1907-1910 году в каторжных централах погибло свыше 40 тысяч.
Всё написанное в этом материале должно дать нам ясную картину, почему события неизбежно шли к 1917 году, почему военная помощь Англии, Франции, США, Японии, предоставленная Колчаку, Деникину, Юденичу, Миллеру, прямая иностранная военная интервенция не смогли сломить большевиков. Данный материал даёт ответ, почему белое движение, контролируя летом 1918 года до 4/5 территории России, потерпело в итоге поражение.
Не террор ВЧК был этому причиной. Крестьянская Россия заключила негласный договор с большевиками – согласилась терпеть продразвёрстку, ВЧК, ЧОН, комбеды и т.д. и т.п., но при условии, что большевики ГАРАНТИРУЮТ НЕВОЗВРАЩЕНИЕ СТАРЫХ ПОРЯДКОВ. И этот поворот крестьянства к большевикам в 1918 году и обеспечил крушение Белого движения. Крестьянин, увидев Колчака и Деникина, белочехов и Краснова, понял, что его ждёт, и сделал свой выбор. А итогом этого выбора был Парад Победы, был полёт Гагарина, была одна из ДВУХ сверхдержав – СССР.
Нельзя мифологизировать прошлое. Иначе правда о нём превращается во всеразрушающий таран…"
Такая вот страна вступила в Первую мировую. Отсталая, раздираемая изнутри острейшими противоречиями. Не только в экономике дело-то было. Низшая раса воров продолжала самозабвенно грабить страну и показывать чудеса неэффективного менеджмента. Коррупция, други вы мои, всегда ведёт к полному бардаку в государственном управлении. В этом смысле накануне Первой мировой "элита" России не изменила своим привычкам, оставшимся со времён Крымской войны. Сама оборона "процветающей России 1913 года" превратилась в кормушку для казнокрадов и спекулянтов. Воровали на всём: хоть на создании нового флота, хоть на солдатском исподнем.
По данным Четвёртой Государственной думы, с 1901 по 1914 год царские войска более 6000 раз открывали огонь, в том числе и артиллерийский, по митингам и демонстрациям рабочих, а также по сходам и шествиям крестьян. И это только по МИРНЫМ митингам, шествиям, сходам. Число жертв колебалось от 9 до тысячи человек. Всего же число жертв подобного рода "стрельб" превысило 180 тыс. В 1907-1910 году в каторжных централах погибло свыше 40 тысяч.
Всё написанное в этом материале должно дать нам ясную картину, почему события неизбежно шли к 1917 году, почему военная помощь Англии, Франции, США, Японии, предоставленная Колчаку, Деникину, Юденичу, Миллеру, прямая иностранная военная интервенция не смогли сломить большевиков. Данный материал даёт ответ, почему белое движение, контролируя летом 1918 года до 4/5 территории России, потерпело в итоге поражение.
Не террор ВЧК был этому причиной. Крестьянская Россия заключила негласный договор с большевиками – согласилась терпеть продразвёрстку, ВЧК, ЧОН, комбеды и т.д. и т.п., но при условии, что большевики ГАРАНТИРУЮТ НЕВОЗВРАЩЕНИЕ СТАРЫХ ПОРЯДКОВ. И этот поворот крестьянства к большевикам в 1918 году и обеспечил крушение Белого движения. Крестьянин, увидев Колчака и Деникина, белочехов и Краснова, понял, что его ждёт, и сделал свой выбор. А итогом этого выбора был Парад Победы, был полёт Гагарина, была одна из ДВУХ сверхдержав – СССР.
Нельзя мифологизировать прошлое. Иначе правда о нём превращается во всеразрушающий таран…"
Такая вот страна вступила в Первую мировую. Отсталая, раздираемая изнутри острейшими противоречиями. Не только в экономике дело-то было. Низшая раса воров продолжала самозабвенно грабить страну и показывать чудеса неэффективного менеджмента. Коррупция, други вы мои, всегда ведёт к полному бардаку в государственном управлении. В этом смысле накануне Первой мировой "элита" России не изменила своим привычкам, оставшимся со времён Крымской войны. Сама оборона "процветающей России 1913 года" превратилась в кормушку для казнокрадов и спекулянтов. Воровали на всём: хоть на создании нового флота, хоть на солдатском исподнем.
Низшая раса и флот к 1914 году.
Пожалуй, нет более красноречивого свидетельства той деградации России под властью корыстолюбивой и бессовестной низшей расы, чем состояние дел в Военно-морском флоте империи к лету 1914 года. Ведь ВМФ – технически и организационно сложная система, он – сгусток наиновейших технологий всякой эпохи. А мы с вами, друзья, прекрасно знаем, что власть беспардонного ворья и сложные системы – вещи несовместные. Всё сложное и технологически продвинутое под властью низших существ непременно приходит в упадок. И флот здесь не исключение.
Не секрет, что царской России пришлось в 1914 году столкнуться с высокоорганизованным и весьма развитым в технологическом, индустриальном и организационном смыслах противником – Германией. И тут – если сравнивать военно-морские системы Второго рейха и Российской империи – получается нерадостная для нас картина. Приведём отрывок из во многом документального романа Леонида Соболева (бывшего царского флотского офицера) "Капитальный ремонт". Тираду, вложенную писателем в уста либерального, богатого юриста. Давайте углубимся в неё, чтобы понять не только состояние России в 1914 году, но и состояние РФ конца "нулевых годов", век спустя, ибо реалии весьма похожи.
"…А знаете ли вы, что командир владивостокского порта, контр-адмирал Греве приказал принять от поставщика двести с лишком тысяч пудов муки с жучком, хотя приёмная комиссия отказывалась её принимать? Сколько он взял с поставщика за своё приказание? Вы знаете, что из параграфа сумм, отпущенных на ремонт судов, ваше министерство ухитряется покупать мебель и люстры для квартиры начальника морского генерального штаба, строить оранжерею командиру порта в Николаеве, строить дачу вашему кронштадтскому божку Вирену? А какая свистопляска идёт вокруг подрядов на постройках ваших новых линейных кораблей, которых никак не могут построить вот уже пять лет! Четыре года назад были отпущены огромные деньги на постройку пяти новых миноносцев и трёх подводных лодок в Чёрном море. Где эти суда и эти деньги, спрашиваю я вас?
…Вот вам денежные показатели гения наших флотоводцев: содержание нашего флота обходится русскому народу что-то вроде семидесяти миллионов рублей в год. (Рубли 1914 года, когда постройка лёгкого крейсера обходилась в 7 млн целковых.) А немцы на эти же деньги содержат флот, вдвое больший, чем у нас… Вы тратите двадцать миллионов в год на плавание флота по Финскому заливу, а немцы на те же 20 миллионов гоняют по всем океанам шесть заграничных эскадр… Нам прожужжали уши, что урезывание морского бюджета вынуждает к постоянному некомплекту личного состава, а цифры беспощадно обличают ваше неуменье: у нас сорок семь тысяч матросов, а в Германии (на вдвое большем числе кораблей, не забудьте) – всего сорок шесть…
…Сравните тоннаж нашего и иностранного флотов, и вы увидите, что собственно боевых судов – если считать боевыми судами такие древние калоши, которые развалятся от одного залпа немецкого дредноута, всякие "Славы", "Цесаревичи", "Александры", которым в ту же субботу сто лет стукнет, и крейсера, которым в ту же субботу двести лет стукнет, – так боевых судов у нас 260 тысяч тонн. А небоевых – учебных судов, яхт – императорских, министерских, адмиральских, транспортов, портовых судов и прочих кораблей, никогда не имевших на борту пушки, – таких наберётся… 310 тысяч тонн. Вот часть разгадки! У Германии это соотношение выражается в цифрах – 610 тысяч тонн боевых судов и 90 небоевых. А у Англии… в списке флота состоит всего 19 тысяч тонн небоевых судов, то есть в пятнадцать раз меньше, чем у нас! И всю эту ораву надо комплектовать командой, тратить деньги на топливо, на ремонт, на краску…
…Штабы и адмиралы – вот ваша вторая бочка Данаид. Опять сравните цифры, всё время помня, что собственно флота, то есть кораблей, могущих вести бой, у нас вдвое меньше, чем у немцев. Но у них адмиралов – двенадцать, а у нас – двадцать пять! Но у них капитанов первого ранга восемьдесят, а у нас – полтораста!.. Иначе говоря, у них один высший начальник делает то, что у нас четыре. Посчитайте теперь, чего стоят народу три бездельника на каждом командном месте!
…Вы опять, как до Цусимы, за счёт флота содержите береговое ведомство, штаты, порты, адмиралтейство и дачи ваших адмиралов… Позор! Честное слово, мы задыхаемся в атмосфере бездарностей, взяток, преступлений! У нас связаны руки, заткнуты рты, мы не можем протестовать против засилья бюрократического генералитета…"
Такую гневную речь произносит адвокат в июле 1914-го, накануне войны. Правда, он и сам не без греха: фирма "Н.К. Гейслер и К", где он состоит в правлении, за взятку поставила флоту свои телефоны – втрое дороже японских и всемеро хуже.
Впечатляет? Ведь это совсем не вымысел. Действительно, с 1907 года Россия, как и весь мир, столкнулась со страшной проблемой: англичане начали строительство кораблей-дредноутов, разом превратив прежние броненосные флоты в бесполезный хлам. Если старые броненосцы – это плавучие крепости с четырьмя 305-мм орудиями в двух главных башнях и скоростью полного хода в 18 узлов, то дредноуты и линейные крейсера – это по восемь-четырнадцать 305-мм (или более крупных) пушек в четырёх башнях и скоростью в 21-27 узлов. Дредноут мог в одиночку расправиться с целой эскадрой старых броненосцев. Пользуясь преимуществом в скорости и превосходством в дальнобойности своих пушек, линкор или линкрейсер нового типа мог издали расстреливать броненосцы-додредноуты с безопасной для себя дистанции. Недаром всего один немецкий линкрейсер "Гебен", который англичане пропустили в Чёрное море летом 1914 года, вынудил весь Черноморский флот России держать в напряжении.
Так вот, нам нужно было срочно строить свои дредноуты. Англичане, сделав ход в гонке вооружений, пошли на решительный шаг – ещё до начала дредноутной эпопеи адмирал Фишер, став первым лордом Адмиралтейства в 1905 года, выдвинул план снятия с вооружения и переплавки 154 старых броненосцев и крейсеров. Отныне – только дредноуты, ибо "миллион муравьёв не сможет справиться с одним муравьедом". Ибо полторы сотни старых единиц только без толку пожирают бюджетные средства. А высвобожденные средства надо кидать на совершенно новые корабли.
С 1909 года началась лихорадочная гонка. К лету 1914 года Германия имела в строю 15 дредноутов (и 5 линейных крейсеров), Италия – два, Австро-Венгрия – три. Англия (осень 1914-го) – 17 дредноутов и 5 линкрейсеров. В Российской империи строилось и достраивалось 7 кораблей этого типа, ни один к войне закончить не удалось. На стапелях остались и четыре русских линейных крейсера. Лишь в ходе войны удалось достроить четыре балтийских и три черноморских линкора.
Почему это случилось? Потому что в России начальство воровало. Потому что ради воровства нужно было раздувать затраты на военный флот, и начальство сохраняло в строю громадное число небоевых судов плюс старые, бесполезные броненосцы. Например, "Пётр Великий", корабль 1870-х годов, который давно нужно было сделать музеем, продолжал служить учебным судном в составе Балтфлота. Оставались в его составе и другие додредноуты. Оно и понятно: огромная масса нестроевых судов и старых кораблей позволяла чиновникам "пилить и откусывать" от сумм, идущих на содержание всего этого бесполезного хлама. (Это в дополнение к общей промышленной отсталости царской России и к тому, что выручка от экспорта хлеба из неё в основном оседала за границей.) Коррупция к тому времени полностью овладела Российской империей.
А вот вам и результат: флот в Первую мировую ничем особым не блистал, достроенные дредноуты прятались в базах. Их команды потом и поднимут революционную бузу. А почему они стояли в гаванях? Да потому, что выйти в море им было почти невозможно. Они оказались закупоренными в тесном Финском заливе. Базу для действий в открытом океане – в нынешнем Мурманске – из-за коррупции в верхах не построили.
Таково истинное положение дел, а не та слащавая картинка, что рисует нынешний фильм "Адмиралъ".
К началу Первой мировой дредноуты продолжали строиться – вроде на отечественных Балтийском и Адмиралтейском заводах. Но с таким воровством и так медленно, что флотские офицеры говорили: "Уж лучше бы их в Англии "Виккерсу" заказали!"
Пожалуй, нет более красноречивого свидетельства той деградации России под властью корыстолюбивой и бессовестной низшей расы, чем состояние дел в Военно-морском флоте империи к лету 1914 года. Ведь ВМФ – технически и организационно сложная система, он – сгусток наиновейших технологий всякой эпохи. А мы с вами, друзья, прекрасно знаем, что власть беспардонного ворья и сложные системы – вещи несовместные. Всё сложное и технологически продвинутое под властью низших существ непременно приходит в упадок. И флот здесь не исключение.
Не секрет, что царской России пришлось в 1914 году столкнуться с высокоорганизованным и весьма развитым в технологическом, индустриальном и организационном смыслах противником – Германией. И тут – если сравнивать военно-морские системы Второго рейха и Российской империи – получается нерадостная для нас картина. Приведём отрывок из во многом документального романа Леонида Соболева (бывшего царского флотского офицера) "Капитальный ремонт". Тираду, вложенную писателем в уста либерального, богатого юриста. Давайте углубимся в неё, чтобы понять не только состояние России в 1914 году, но и состояние РФ конца "нулевых годов", век спустя, ибо реалии весьма похожи.
"…А знаете ли вы, что командир владивостокского порта, контр-адмирал Греве приказал принять от поставщика двести с лишком тысяч пудов муки с жучком, хотя приёмная комиссия отказывалась её принимать? Сколько он взял с поставщика за своё приказание? Вы знаете, что из параграфа сумм, отпущенных на ремонт судов, ваше министерство ухитряется покупать мебель и люстры для квартиры начальника морского генерального штаба, строить оранжерею командиру порта в Николаеве, строить дачу вашему кронштадтскому божку Вирену? А какая свистопляска идёт вокруг подрядов на постройках ваших новых линейных кораблей, которых никак не могут построить вот уже пять лет! Четыре года назад были отпущены огромные деньги на постройку пяти новых миноносцев и трёх подводных лодок в Чёрном море. Где эти суда и эти деньги, спрашиваю я вас?
…Вот вам денежные показатели гения наших флотоводцев: содержание нашего флота обходится русскому народу что-то вроде семидесяти миллионов рублей в год. (Рубли 1914 года, когда постройка лёгкого крейсера обходилась в 7 млн целковых.) А немцы на эти же деньги содержат флот, вдвое больший, чем у нас… Вы тратите двадцать миллионов в год на плавание флота по Финскому заливу, а немцы на те же 20 миллионов гоняют по всем океанам шесть заграничных эскадр… Нам прожужжали уши, что урезывание морского бюджета вынуждает к постоянному некомплекту личного состава, а цифры беспощадно обличают ваше неуменье: у нас сорок семь тысяч матросов, а в Германии (на вдвое большем числе кораблей, не забудьте) – всего сорок шесть…
…Сравните тоннаж нашего и иностранного флотов, и вы увидите, что собственно боевых судов – если считать боевыми судами такие древние калоши, которые развалятся от одного залпа немецкого дредноута, всякие "Славы", "Цесаревичи", "Александры", которым в ту же субботу сто лет стукнет, и крейсера, которым в ту же субботу двести лет стукнет, – так боевых судов у нас 260 тысяч тонн. А небоевых – учебных судов, яхт – императорских, министерских, адмиральских, транспортов, портовых судов и прочих кораблей, никогда не имевших на борту пушки, – таких наберётся… 310 тысяч тонн. Вот часть разгадки! У Германии это соотношение выражается в цифрах – 610 тысяч тонн боевых судов и 90 небоевых. А у Англии… в списке флота состоит всего 19 тысяч тонн небоевых судов, то есть в пятнадцать раз меньше, чем у нас! И всю эту ораву надо комплектовать командой, тратить деньги на топливо, на ремонт, на краску…
…Штабы и адмиралы – вот ваша вторая бочка Данаид. Опять сравните цифры, всё время помня, что собственно флота, то есть кораблей, могущих вести бой, у нас вдвое меньше, чем у немцев. Но у них адмиралов – двенадцать, а у нас – двадцать пять! Но у них капитанов первого ранга восемьдесят, а у нас – полтораста!.. Иначе говоря, у них один высший начальник делает то, что у нас четыре. Посчитайте теперь, чего стоят народу три бездельника на каждом командном месте!
…Вы опять, как до Цусимы, за счёт флота содержите береговое ведомство, штаты, порты, адмиралтейство и дачи ваших адмиралов… Позор! Честное слово, мы задыхаемся в атмосфере бездарностей, взяток, преступлений! У нас связаны руки, заткнуты рты, мы не можем протестовать против засилья бюрократического генералитета…"
Такую гневную речь произносит адвокат в июле 1914-го, накануне войны. Правда, он и сам не без греха: фирма "Н.К. Гейслер и К", где он состоит в правлении, за взятку поставила флоту свои телефоны – втрое дороже японских и всемеро хуже.
Впечатляет? Ведь это совсем не вымысел. Действительно, с 1907 года Россия, как и весь мир, столкнулась со страшной проблемой: англичане начали строительство кораблей-дредноутов, разом превратив прежние броненосные флоты в бесполезный хлам. Если старые броненосцы – это плавучие крепости с четырьмя 305-мм орудиями в двух главных башнях и скоростью полного хода в 18 узлов, то дредноуты и линейные крейсера – это по восемь-четырнадцать 305-мм (или более крупных) пушек в четырёх башнях и скоростью в 21-27 узлов. Дредноут мог в одиночку расправиться с целой эскадрой старых броненосцев. Пользуясь преимуществом в скорости и превосходством в дальнобойности своих пушек, линкор или линкрейсер нового типа мог издали расстреливать броненосцы-додредноуты с безопасной для себя дистанции. Недаром всего один немецкий линкрейсер "Гебен", который англичане пропустили в Чёрное море летом 1914 года, вынудил весь Черноморский флот России держать в напряжении.
Так вот, нам нужно было срочно строить свои дредноуты. Англичане, сделав ход в гонке вооружений, пошли на решительный шаг – ещё до начала дредноутной эпопеи адмирал Фишер, став первым лордом Адмиралтейства в 1905 года, выдвинул план снятия с вооружения и переплавки 154 старых броненосцев и крейсеров. Отныне – только дредноуты, ибо "миллион муравьёв не сможет справиться с одним муравьедом". Ибо полторы сотни старых единиц только без толку пожирают бюджетные средства. А высвобожденные средства надо кидать на совершенно новые корабли.
С 1909 года началась лихорадочная гонка. К лету 1914 года Германия имела в строю 15 дредноутов (и 5 линейных крейсеров), Италия – два, Австро-Венгрия – три. Англия (осень 1914-го) – 17 дредноутов и 5 линкрейсеров. В Российской империи строилось и достраивалось 7 кораблей этого типа, ни один к войне закончить не удалось. На стапелях остались и четыре русских линейных крейсера. Лишь в ходе войны удалось достроить четыре балтийских и три черноморских линкора.
Почему это случилось? Потому что в России начальство воровало. Потому что ради воровства нужно было раздувать затраты на военный флот, и начальство сохраняло в строю громадное число небоевых судов плюс старые, бесполезные броненосцы. Например, "Пётр Великий", корабль 1870-х годов, который давно нужно было сделать музеем, продолжал служить учебным судном в составе Балтфлота. Оставались в его составе и другие додредноуты. Оно и понятно: огромная масса нестроевых судов и старых кораблей позволяла чиновникам "пилить и откусывать" от сумм, идущих на содержание всего этого бесполезного хлама. (Это в дополнение к общей промышленной отсталости царской России и к тому, что выручка от экспорта хлеба из неё в основном оседала за границей.) Коррупция к тому времени полностью овладела Российской империей.
А вот вам и результат: флот в Первую мировую ничем особым не блистал, достроенные дредноуты прятались в базах. Их команды потом и поднимут революционную бузу. А почему они стояли в гаванях? Да потому, что выйти в море им было почти невозможно. Они оказались закупоренными в тесном Финском заливе. Базу для действий в открытом океане – в нынешнем Мурманске – из-за коррупции в верхах не построили.
Таково истинное положение дел, а не та слащавая картинка, что рисует нынешний фильм "Адмиралъ".
К началу Первой мировой дредноуты продолжали строиться – вроде на отечественных Балтийском и Адмиралтейском заводах. Но с таким воровством и так медленно, что флотские офицеры говорили: "Уж лучше бы их в Англии "Виккерсу" заказали!"
Линейные крейсера типа "Бородино" недостроенные из за отсутствия нужных пушек.
Академик Крылов вспоминает.
Конечно, в той России были и прекрасные люди, специалисты мирового уровня и пламенные патриоты. Один из них – крупный учёный-кораблестроитель, создатель науки о живучести судов Алексей Николаевич Крылов (1863-1945 гг.). При царе он – председатель Морского технического комитета и действительный член Академии наук, при Сталине – Герой Социалистического Труда и лауреат Сталинской премии, светило кораблестроения, автор множества научных работ в самых разных областях естествознания.
В царские годы Крылов выступал ярым поборником создания сверхсовременного русского флота. Но он столкнулся с атмосферой воровства и некомпетентности.
Именно Крылов разрабатывал проект дредноута русского типа. Он же предложил оригинальный ход: из-за технической отсталости России (она не могла делать паротурбинные установки для больших кораблей) объявить международный конкурс. Если победит иностранец, то поставить ему условие: деньги-то мы платим, но ты строишь линкоры в России, экспортируя сюда нужные технологии. В 1908 году первое место заняли немцы (фирма "Блом унд Фосс") и наш Балтийский завод. Но сделка с немцами (и получение от них передовых технологий) была сорвана: Франция, будучи кредитором царской России, подняла скандал. Дескать, не хочу, чтобы мои деньги доставались немцам. Премьер Столыпин потребовал от Морского министерства заплатить немцам отступного (они удовлетворились четвертью миллиона рублей) и передать строительство Балтийскому заводу в Петербурге. Благо, там всей инженерией заведовал гениальный профессор Иван Бубнов. Турбины пришлось брать у английской компании "Парсонс".
Но сразу же началось всякое дерьмо. Сначала пришлось отбивать попытку Морского министерства поставить на корабли устаревшие котлы Бельвиля, аналогичные тем, что были на броненосцах Цусимы. Отбили. Затем началась эпопея с закупкой необходимых сталей. Всего нужно было 20 тыс. тонн трёх сортов. Синдикат "Продамет" (монополия, объединявшая частноакционерные металлургические заводы страны) заломил цены на 25% выше, чем у казённых (государственных) заводов. Крылову потребовалось множество сил положить на то, чтобы сорвать грабёж. Он пригрозил применить против "Продамета" статью "Уложения о наказаниях уголовных и исправительных", карающую тюрьмой за "стачку на торгах при поставках и подрядах для казны". То есть за ценовой сговор. Слава богу, получилось, 2 миллиона казённых рублей были спасены. Но счастье, что "Продамет" нарвался на неподкупного Крылова. А ведь могло быть и иначе: взял бы высокий чин взятку – и закупили бы сталь у этих хищников.
Потом оказалось, что секретные документы – журналы заседаний Морского технического комитета – свободно утекают из министерства в прессу и всякому, кто хорошо заплатит. Основные тактико-технические задания на русские дредноуты оказались опубликованными в "Новом времени". Потом выяснится, что чиновник Морского министерства, заведовавший типографией, имея скромную зарплату в 900 рублей в год, попросту организовал тайную подписку на журналы технического комитета, сбывая эти сверхсекретные документы по 300 рублей за комплект. На этом он зарабатывал впятеро больше, чем морской министр империи. А комплекты секретных данных и совещаний были у всех владельцев крупных заводов, работавших по оборонному заказу. Как вы понимаете, немецкая и всякая прочая разведка наверняка тоже подписывалась на архисекретные журналы.
Постройка кораблей шла ни шатко ни валко.
Как в той Расее всё тонуло в коррупции низшей расы, показывает практика того же Крылова. В то время намечается постройка гигантских линейных крейсеров (быстроходных дредноутов) – "Измаила", "Кинбурна", "Бородино" и "Наварина". Но вот вопрос: надо ли оснащать их специальными цистернами Фрама, которые за счёт перекачки воды с борта на борт уменьшают качку судна? Решение проблемы поручается Крылову. Тот предлагает: давайте зафрахтуем немецкий пароход с такими цистернами (в России таких судов ещё не имелось) и выйдем в Атлантику, прихватив с собой измеритель качки и теодолит для определения высоты волн. Но вот беда: аппаратура – это 45 пудов. Чтобы не иметь проблем с иностранными таможнями, нужно выправить Крылову дипломатический паспорт, а на багаж с аппаратурой поставить печати Министерства иностранных дел России. Как на диппочту.
Казалось бы, дело – раз плюнуть. Тем более что речь идёт о деле государственной важности. Но Крылова в канцелярии МИДа футболят в Первый департамент. Мол, выдача дипломатических паспортов производится лишь по высочайшему соизволению! Крылов направляет стопы в Первый департамент, и его направляют во Второй департамент. А там его снова отправляют в канцелярию. Круг замыкается. Плюнув на всё, будущий сталинский академик находит в коридоре министерства курьера с красным носом, суёт ему пять рублей и говорит: надо, милейший, мне получить командировочный паспорт и пропуска на 15 мест багажа, чтобы на таможне не досматривали. Курьер улыбается: это вам к делопроизводителю Ивану Петровичу Васильеву нужно. И проводил Крылова в мелкому чиновнику.
Ещё пятнадцать рублей, и кораблестроителю мигом выписывают паспорт (который – "только по высочайшему соизволению"), а курьера отправляют на завод – опечатывать багаж пятнадцатью дипломатическими ярлыками.
Как видите, даже дела государственной важности – и те за взятки приходилось делать. (Кстати, как в нынешней РФ – для поставок оружия в Венесуэлу в 2005 г. тоже пришлось "заносить".) Но важно и другое: из Российской империи можно было вывезти дипломатической почтой всё что угодно всего за 20 рублей. И на месте инженера Крылова вполне можно представить агента иностранной разведки, вывозящего за границу кипы чертежей, а то и некоторые образцы техники. Скорее всего, такое тоже происходило. Мне вот невдомёк: и чего сейчас плачутся по "России, которую мы потеряли"? Ведь всё вернулось!
P.S. С линейными крейсерами типа "Бородино" и линейным кораблём "Император Александр III" случился и ещё один мягко говоря конфуз. Их планировалось вооружить 356-мм пушками. По 12 орудий на корабль. Но вдруг выяснилось, что Россия не может массово производить орудия калибра свыше 305-мм. В результате пришлось для "бородинцев" заказывать орудия в Англии. А линейный корабль перевооружать на заведомо худшие орудия, в 305-мм.
Академик Крылов вспоминает.
Конечно, в той России были и прекрасные люди, специалисты мирового уровня и пламенные патриоты. Один из них – крупный учёный-кораблестроитель, создатель науки о живучести судов Алексей Николаевич Крылов (1863-1945 гг.). При царе он – председатель Морского технического комитета и действительный член Академии наук, при Сталине – Герой Социалистического Труда и лауреат Сталинской премии, светило кораблестроения, автор множества научных работ в самых разных областях естествознания.
В царские годы Крылов выступал ярым поборником создания сверхсовременного русского флота. Но он столкнулся с атмосферой воровства и некомпетентности.
Именно Крылов разрабатывал проект дредноута русского типа. Он же предложил оригинальный ход: из-за технической отсталости России (она не могла делать паротурбинные установки для больших кораблей) объявить международный конкурс. Если победит иностранец, то поставить ему условие: деньги-то мы платим, но ты строишь линкоры в России, экспортируя сюда нужные технологии. В 1908 году первое место заняли немцы (фирма "Блом унд Фосс") и наш Балтийский завод. Но сделка с немцами (и получение от них передовых технологий) была сорвана: Франция, будучи кредитором царской России, подняла скандал. Дескать, не хочу, чтобы мои деньги доставались немцам. Премьер Столыпин потребовал от Морского министерства заплатить немцам отступного (они удовлетворились четвертью миллиона рублей) и передать строительство Балтийскому заводу в Петербурге. Благо, там всей инженерией заведовал гениальный профессор Иван Бубнов. Турбины пришлось брать у английской компании "Парсонс".
Но сразу же началось всякое дерьмо. Сначала пришлось отбивать попытку Морского министерства поставить на корабли устаревшие котлы Бельвиля, аналогичные тем, что были на броненосцах Цусимы. Отбили. Затем началась эпопея с закупкой необходимых сталей. Всего нужно было 20 тыс. тонн трёх сортов. Синдикат "Продамет" (монополия, объединявшая частноакционерные металлургические заводы страны) заломил цены на 25% выше, чем у казённых (государственных) заводов. Крылову потребовалось множество сил положить на то, чтобы сорвать грабёж. Он пригрозил применить против "Продамета" статью "Уложения о наказаниях уголовных и исправительных", карающую тюрьмой за "стачку на торгах при поставках и подрядах для казны". То есть за ценовой сговор. Слава богу, получилось, 2 миллиона казённых рублей были спасены. Но счастье, что "Продамет" нарвался на неподкупного Крылова. А ведь могло быть и иначе: взял бы высокий чин взятку – и закупили бы сталь у этих хищников.
Потом оказалось, что секретные документы – журналы заседаний Морского технического комитета – свободно утекают из министерства в прессу и всякому, кто хорошо заплатит. Основные тактико-технические задания на русские дредноуты оказались опубликованными в "Новом времени". Потом выяснится, что чиновник Морского министерства, заведовавший типографией, имея скромную зарплату в 900 рублей в год, попросту организовал тайную подписку на журналы технического комитета, сбывая эти сверхсекретные документы по 300 рублей за комплект. На этом он зарабатывал впятеро больше, чем морской министр империи. А комплекты секретных данных и совещаний были у всех владельцев крупных заводов, работавших по оборонному заказу. Как вы понимаете, немецкая и всякая прочая разведка наверняка тоже подписывалась на архисекретные журналы.
Постройка кораблей шла ни шатко ни валко.
Как в той Расее всё тонуло в коррупции низшей расы, показывает практика того же Крылова. В то время намечается постройка гигантских линейных крейсеров (быстроходных дредноутов) – "Измаила", "Кинбурна", "Бородино" и "Наварина". Но вот вопрос: надо ли оснащать их специальными цистернами Фрама, которые за счёт перекачки воды с борта на борт уменьшают качку судна? Решение проблемы поручается Крылову. Тот предлагает: давайте зафрахтуем немецкий пароход с такими цистернами (в России таких судов ещё не имелось) и выйдем в Атлантику, прихватив с собой измеритель качки и теодолит для определения высоты волн. Но вот беда: аппаратура – это 45 пудов. Чтобы не иметь проблем с иностранными таможнями, нужно выправить Крылову дипломатический паспорт, а на багаж с аппаратурой поставить печати Министерства иностранных дел России. Как на диппочту.
Казалось бы, дело – раз плюнуть. Тем более что речь идёт о деле государственной важности. Но Крылова в канцелярии МИДа футболят в Первый департамент. Мол, выдача дипломатических паспортов производится лишь по высочайшему соизволению! Крылов направляет стопы в Первый департамент, и его направляют во Второй департамент. А там его снова отправляют в канцелярию. Круг замыкается. Плюнув на всё, будущий сталинский академик находит в коридоре министерства курьера с красным носом, суёт ему пять рублей и говорит: надо, милейший, мне получить командировочный паспорт и пропуска на 15 мест багажа, чтобы на таможне не досматривали. Курьер улыбается: это вам к делопроизводителю Ивану Петровичу Васильеву нужно. И проводил Крылова в мелкому чиновнику.
Ещё пятнадцать рублей, и кораблестроителю мигом выписывают паспорт (который – "только по высочайшему соизволению"), а курьера отправляют на завод – опечатывать багаж пятнадцатью дипломатическими ярлыками.
Как видите, даже дела государственной важности – и те за взятки приходилось делать. (Кстати, как в нынешней РФ – для поставок оружия в Венесуэлу в 2005 г. тоже пришлось "заносить".) Но важно и другое: из Российской империи можно было вывезти дипломатической почтой всё что угодно всего за 20 рублей. И на месте инженера Крылова вполне можно представить агента иностранной разведки, вывозящего за границу кипы чертежей, а то и некоторые образцы техники. Скорее всего, такое тоже происходило. Мне вот невдомёк: и чего сейчас плачутся по "России, которую мы потеряли"? Ведь всё вернулось!
P.S. С линейными крейсерами типа "Бородино" и линейным кораблём "Император Александр III" случился и ещё один мягко говоря конфуз. Их планировалось вооружить 356-мм пушками. По 12 орудий на корабль. Но вдруг выяснилось, что Россия не может массово производить орудия калибра свыше 305-мм. В результате пришлось для "бородинцев" заказывать орудия в Англии. А линейный корабль перевооружать на заведомо худшие орудия, в 305-мм.
Линкор Император Александр III, который было решено достраивать с 12 дюймовыми пушками, вместо 14 дюймовых. Из-за отсутствия последних.
Бизнес на исподнем.
В мае 1913 года царь Николай II получил итоги ревизии сенатора Николая Гарина, проверявшего работу интендантских учреждений военного ведомства. Шла она аж с 1908 года. Вскрылась самая неприглядная правда о воровстве интендантов. Особенно – в Русско-японскую войну.
Собственно говоря, всё началось с того, что бывший служащий одного из армейских поставщиков, фирмы "Тиль и Ко", дал показания о махинациях в интендантских подрядах. Оказалось, что, поставляя обмундирование, компания подменяла добротные казённые материалы своими – гораздо худшего качества. При этом и кройку ткани делали так, чтобы получить изрядный "прикрой". Иной раз – до миллиона аршин бязи доходило. При этом клейма приёмной комиссии похищались и подделывались. При этом, собственно, армейские интенданты об этом прекрасно знали, но продолжали перекачивать бюджетные денежки ушлым дельцам из "Тиль и Ко". Доходило до смешного: контракт на поставку солдатского белья подписали 25 января 1906 года, первая партия ткани на его выполнение (по документам) пошла на фирму… 10 января, а первую партию из заказа фирма успела сдать военному министерству 2 января. То есть время как бы вспять текло. На недоуменный вопрос проверяющих "А из какого материала фирма шила исподнее?" интендантское управление с детской непосредственностью ответило: а из сэкономленных на прошлых заказах материалов. В общем, из того, что раньше "прикроями" своровали. Выяснилось, что фирма гнала армии чёрт знает как скроенные, короткие, с расходящимися полами шинели. Или мундиры и шаровары – узкие, безобразно скроенные, из низкокачественной ткани. И сапоги поставляли такие, что рвались очень быстро: солдаты на свои деньги предпочитали их делать у сапожников.
На местах интенданты тоже творили художества. Например, Двинская обмундировальная мастерская с 1903 года закупала материалы у одного-единственного поставщика: еврея Рафаловича. Причём по ценам, что в среднем вдвое превосходили действующие. Да ещё и в объёмах по самым предельным нормам расхода.
"Ах, еврейская поганая морда!" – воскликнут некоторые. А мы спросим: а почему рядом с этой мордой к позорному столбу не поставить ту русско-православную офицерскую морду, что покупала у еврея материалы по взвинченным вдвое ценам? Причём проверка показала, что заведующий мастерской и Рафалович "счесали" с бюджета миллионы рублей.
Извлекли на свет божий и деятельность Технического комитета при Главном интендантском управлении. Там делали свой бизнес: чтобы представить новые предметы обмундирования и снаряжения самому царю на утверждение, работа заказывалась лучшим частным мастерским – тогдашним Юдашкиным. Венценосец всё утверждал – и начиналось "серийное производство". Естественно, из худших материалов. С образцами их сличали каждый раз так, "как нужно". Чаще всего смотрели на внешний вид, куда реже – на качество исходного материала. Проверка же массовой продукции показала: вырабатывавшийся комитетом покрой обмундирования и белья оказался далёк от минимальных требований удобства и выгоды. Предпринимавшиеся по этому поводу изменения направлялись главным образом к получению с обмундировальных мастерских вознаграждения за то, чтобы их не беспокоили и всё оставили по-старому. Исподние брюки, например, в 1907 году разрывались по швам, когда солдат в них приседал. Шинели были найдены неуклюжими, новые мундиры – тесными в спине. В частях выданное солдатам обмундирование приходилось пригонять. А попросту говоря – переделывать. Приходилось перешивать и фуражки. Естественно, за казённый счёт. Зато поставщики наживались на "прикроенных" тканях.
Ну а интенданты за всё это брали взятки. Председатель Двинской приёмной комиссии действительный статский советник Домнин, например, с ходу потребовал увеличить полагающийся ему процент "отката", а строптивых карал бракованием поставок. В Киевской приёмной комиссии сидел душка-офицер – полковник Камсаракан. Его поставщики нежно любили: он даже не возмущался, когда "откат" запаздывал. Главный смотритель Тамбовского, а потом и Московского вещевого складов, полковник Ясинский, тоже был ещё тот добряк. Ему платили положенные полпроцента от стоимости принимаемых вещей, и он не пересчитывал бабки. Да так, что поставщики его иной раз и нагревали маленько. Да, по меркам нынешней РФ, Ясинский – просто белый голубь. Ему всего полупроцента хватало, а нынешние-то гребут десятками процентов. Впрочем, на жизнь хватало: получая с каждого аршина закупаемого у частников сукна по копейке, глава Московского вещевого склада имел 30 тысяч рублей в год. Во время Русско-японской войны этим складом командовал полковник Гирс. На отправке обмундирования на фронт он нажил себе сотни тысяч тех рублей (напоминаем: за 5 млн тогда можно было построить океанский пароход).
* * *
Ревизии сенатора Гарина и её документам радио "Свобода" посвятило одну из своих передач в мае 2007 г. Из её записи мы и берём эти факты…
* * *
Любопытные детали в "Москве и москвичах" сообщает Владимир Гиляровский. Русские интенданты и армейские поставщики во время войны с Японией спускали громадные деньги и в магазине Елисеева, и в самом крутом ресторане Москвы тех лет – в "Эрмитаже". Извозчики льстиво называли их "вась-сиясь" – "вашим сиятельством".
"Каждому приятно быть "вас-сиясем"!
Особенно много их появилось в Москве после японской войны. Это были поставщики на армию и их благодетели – интенданты. Их постепенный рост наблюдали приказчики магазина Елисеева, а в "Эрмитаж" они явились уже "вас-сиясями".
Был такой перед японской войной толстый штабс-капитан, произведённый лихачами от "Эрмитажа" в "вась-сиясь", хотя на погонах имелись всё те же штабс-капитанские четыре звёздочки и одна полоска. А до этого штабс-капитан ходил только пешком или таскался с ипподрома за пятак на конке. Потом он попал в какую-то комиссию и стал освобождать богатых людей от дальних путешествий на войну, а то и совсем от солдатской шинели, а его писарь, полуграмотный солдат, снимал дачу под Москвой для своей любовницы…
Худенькие офицерики в немодных шинельках бегали на скачки и на бега, играли в складчину, понтировали пешедралом с ипподромов, проиграв последнюю красненькую, торговались в Охотном при покупке фруктов, колбасы, и вдруг…
Японская война!
Ожили!
Стали сперва заходить к Елисееву, покупать варёную колбасу, яблоки… Потом икру… Мармелад и портвейн No 137. В магазине Елисеева наблюдательные приказчики примечали, как полнели, добрели и росли их интендантские покупатели. На извозчиках подъезжать стали. Потом на лихачах, а потом и в своих экипажах.
– Э… Э… А?.. Пришлите по этой записке мне… и добавьте, что найдёте нужным… И счёт. Знаете?.. – гудел начальственным "низким басом и запускал в небеса ананасом".
А потом ехал в "Эрмитаж", где уже сделался завсегдатаем вместе с десятками таких же, как он, "вась-сиясей", и мундирных, и штатских…
"Природное" барство проелось в "Эрмитаже", и выскочкам такую марку удержать было трудно, да и доходы с войной прекратились, а барские замашки остались. Чтоб прокатиться на лихаче от "Эрмитажа" до "Яра" да там, после эрмитажных деликатесов, поужинать с цыганками, венгерками и хористками Анны Захаровны – ежели кто по рубашечной части, – надо тысячи три солдат полураздеть: нитки гнилые, бухарка, рубаха-недомерок…
А ежели кто по шапочной части – тысячи две папах на вершок поменьше да на старой пакле вместо ватной подкладки надо построить.
А ежели кто по сапожной, так за одну поездку на лихаче десятки солдат в походе ноги потрут да ревматизм навечно приобретут.
В мае 1913 года царь Николай II получил итоги ревизии сенатора Николая Гарина, проверявшего работу интендантских учреждений военного ведомства. Шла она аж с 1908 года. Вскрылась самая неприглядная правда о воровстве интендантов. Особенно – в Русско-японскую войну.
Собственно говоря, всё началось с того, что бывший служащий одного из армейских поставщиков, фирмы "Тиль и Ко", дал показания о махинациях в интендантских подрядах. Оказалось, что, поставляя обмундирование, компания подменяла добротные казённые материалы своими – гораздо худшего качества. При этом и кройку ткани делали так, чтобы получить изрядный "прикрой". Иной раз – до миллиона аршин бязи доходило. При этом клейма приёмной комиссии похищались и подделывались. При этом, собственно, армейские интенданты об этом прекрасно знали, но продолжали перекачивать бюджетные денежки ушлым дельцам из "Тиль и Ко". Доходило до смешного: контракт на поставку солдатского белья подписали 25 января 1906 года, первая партия ткани на его выполнение (по документам) пошла на фирму… 10 января, а первую партию из заказа фирма успела сдать военному министерству 2 января. То есть время как бы вспять текло. На недоуменный вопрос проверяющих "А из какого материала фирма шила исподнее?" интендантское управление с детской непосредственностью ответило: а из сэкономленных на прошлых заказах материалов. В общем, из того, что раньше "прикроями" своровали. Выяснилось, что фирма гнала армии чёрт знает как скроенные, короткие, с расходящимися полами шинели. Или мундиры и шаровары – узкие, безобразно скроенные, из низкокачественной ткани. И сапоги поставляли такие, что рвались очень быстро: солдаты на свои деньги предпочитали их делать у сапожников.
На местах интенданты тоже творили художества. Например, Двинская обмундировальная мастерская с 1903 года закупала материалы у одного-единственного поставщика: еврея Рафаловича. Причём по ценам, что в среднем вдвое превосходили действующие. Да ещё и в объёмах по самым предельным нормам расхода.
"Ах, еврейская поганая морда!" – воскликнут некоторые. А мы спросим: а почему рядом с этой мордой к позорному столбу не поставить ту русско-православную офицерскую морду, что покупала у еврея материалы по взвинченным вдвое ценам? Причём проверка показала, что заведующий мастерской и Рафалович "счесали" с бюджета миллионы рублей.
Извлекли на свет божий и деятельность Технического комитета при Главном интендантском управлении. Там делали свой бизнес: чтобы представить новые предметы обмундирования и снаряжения самому царю на утверждение, работа заказывалась лучшим частным мастерским – тогдашним Юдашкиным. Венценосец всё утверждал – и начиналось "серийное производство". Естественно, из худших материалов. С образцами их сличали каждый раз так, "как нужно". Чаще всего смотрели на внешний вид, куда реже – на качество исходного материала. Проверка же массовой продукции показала: вырабатывавшийся комитетом покрой обмундирования и белья оказался далёк от минимальных требований удобства и выгоды. Предпринимавшиеся по этому поводу изменения направлялись главным образом к получению с обмундировальных мастерских вознаграждения за то, чтобы их не беспокоили и всё оставили по-старому. Исподние брюки, например, в 1907 году разрывались по швам, когда солдат в них приседал. Шинели были найдены неуклюжими, новые мундиры – тесными в спине. В частях выданное солдатам обмундирование приходилось пригонять. А попросту говоря – переделывать. Приходилось перешивать и фуражки. Естественно, за казённый счёт. Зато поставщики наживались на "прикроенных" тканях.
Ну а интенданты за всё это брали взятки. Председатель Двинской приёмной комиссии действительный статский советник Домнин, например, с ходу потребовал увеличить полагающийся ему процент "отката", а строптивых карал бракованием поставок. В Киевской приёмной комиссии сидел душка-офицер – полковник Камсаракан. Его поставщики нежно любили: он даже не возмущался, когда "откат" запаздывал. Главный смотритель Тамбовского, а потом и Московского вещевого складов, полковник Ясинский, тоже был ещё тот добряк. Ему платили положенные полпроцента от стоимости принимаемых вещей, и он не пересчитывал бабки. Да так, что поставщики его иной раз и нагревали маленько. Да, по меркам нынешней РФ, Ясинский – просто белый голубь. Ему всего полупроцента хватало, а нынешние-то гребут десятками процентов. Впрочем, на жизнь хватало: получая с каждого аршина закупаемого у частников сукна по копейке, глава Московского вещевого склада имел 30 тысяч рублей в год. Во время Русско-японской войны этим складом командовал полковник Гирс. На отправке обмундирования на фронт он нажил себе сотни тысяч тех рублей (напоминаем: за 5 млн тогда можно было построить океанский пароход).
* * *
Ревизии сенатора Гарина и её документам радио "Свобода" посвятило одну из своих передач в мае 2007 г. Из её записи мы и берём эти факты…
* * *
Любопытные детали в "Москве и москвичах" сообщает Владимир Гиляровский. Русские интенданты и армейские поставщики во время войны с Японией спускали громадные деньги и в магазине Елисеева, и в самом крутом ресторане Москвы тех лет – в "Эрмитаже". Извозчики льстиво называли их "вась-сиясь" – "вашим сиятельством".
"Каждому приятно быть "вас-сиясем"!
Особенно много их появилось в Москве после японской войны. Это были поставщики на армию и их благодетели – интенданты. Их постепенный рост наблюдали приказчики магазина Елисеева, а в "Эрмитаж" они явились уже "вас-сиясями".
Был такой перед японской войной толстый штабс-капитан, произведённый лихачами от "Эрмитажа" в "вась-сиясь", хотя на погонах имелись всё те же штабс-капитанские четыре звёздочки и одна полоска. А до этого штабс-капитан ходил только пешком или таскался с ипподрома за пятак на конке. Потом он попал в какую-то комиссию и стал освобождать богатых людей от дальних путешествий на войну, а то и совсем от солдатской шинели, а его писарь, полуграмотный солдат, снимал дачу под Москвой для своей любовницы…
Худенькие офицерики в немодных шинельках бегали на скачки и на бега, играли в складчину, понтировали пешедралом с ипподромов, проиграв последнюю красненькую, торговались в Охотном при покупке фруктов, колбасы, и вдруг…
Японская война!
Ожили!
Стали сперва заходить к Елисееву, покупать варёную колбасу, яблоки… Потом икру… Мармелад и портвейн No 137. В магазине Елисеева наблюдательные приказчики примечали, как полнели, добрели и росли их интендантские покупатели. На извозчиках подъезжать стали. Потом на лихачах, а потом и в своих экипажах.
– Э… Э… А?.. Пришлите по этой записке мне… и добавьте, что найдёте нужным… И счёт. Знаете?.. – гудел начальственным "низким басом и запускал в небеса ананасом".
А потом ехал в "Эрмитаж", где уже сделался завсегдатаем вместе с десятками таких же, как он, "вась-сиясей", и мундирных, и штатских…
"Природное" барство проелось в "Эрмитаже", и выскочкам такую марку удержать было трудно, да и доходы с войной прекратились, а барские замашки остались. Чтоб прокатиться на лихаче от "Эрмитажа" до "Яра" да там, после эрмитажных деликатесов, поужинать с цыганками, венгерками и хористками Анны Захаровны – ежели кто по рубашечной части, – надо тысячи три солдат полураздеть: нитки гнилые, бухарка, рубаха-недомерок…
А ежели кто по шапочной части – тысячи две папах на вершок поменьше да на старой пакле вместо ватной подкладки надо построить.
А ежели кто по сапожной, так за одну поездку на лихаче десятки солдат в походе ноги потрут да ревматизм навечно приобретут.
И ходили солдаты полураздетые, в протухлых, плешивых полушубках, в то время как интендантские "васъ-сияси" "на шёпоте дутом" с крашеными дульцинеями по "Ярам" ездили… За счёт полушубков ротонды собольи покупали им и котиковые манто.
И кушали господа интендантские "вась-сияси" деликатесы заграничные, а в армию шла мука с червями…"
Таким образом, крали не только на постройке дредноутов и на содержании ВМФ, но и на солдатском обмундировании гешефты творили. И тут евреи хорошо сотрудничали и с русскими купчинами, и с православными дворянами-офицерами. Ничем не брезговали. А мы ещё потом удивляться будем: и откуда это у немцев в войну оказались, например, подробнейшие планы русских крепостей в Польше? Да они их просто купили у распрекрасных царских офицеров.
А ведь это было только начало! В ходе Крымской, Русско-турецкой и Русско-японской войн воровские банды интендантов и поставщиков наживались на тыловом обеспечении армии. А дальше количество перешло в качество: в Первую мировую пошла нажива на артиллерийских боеприпасах. Эту историю мы поведаем в дальнейшем. А пока скажем: в отличие от сапог с бумажными подмётками и тесных мундиров нехватка снарядов психологически сломает русскую армию.
Дело, по большому счёту, не в солдатском белье. От воровства на исподних штанах страна сама по себе не разваливается. Дело – в принципе, в самом воровстве, в привычке жить не честным трудом, а за счёт грабежа страны и нации. Начинается-то с малого, но большим завершается. Ибо сегодня воруют на пошиве солдатских кальсон, а завтра делают грязный бизнес на снарядах и человеческих жизнях. А ещё полшажка – и продают страну иностранным покупателям, и неважно, кто это: еврейские финансисты, американцы, англичане, французы или масоны ложи "Великий Восток". Что, в общем, и произошло. Да и не только на подштанниках к 1913 году воровали, читатель, и на поставках стали для линейных кораблей пытались наживаться, наплевав на национальные интересы.
И вот что мне, читатель, думается. Сегодня масса либерастического люду, как и в начале XX века, снова твердит о том, будто государство – плохой хозяин, а чиновники – твари безответственные. Что они страну разоряют. Казалось бы, вся эта глава подтверждает сей тезис. Ан нет! Посмотрите на Германию: у них-то чиновники тем же флотом управляли в два раза эффективнее царско-русских бюрократов.
Дело не в бюрократии, а в низшей расе. Когда она у власти, хоть приватизируй всё, хоть национализируй, хоть регулируй, хоть дерегулируй – результат будет один. Воровство и неэффективность. А если у власти – люди высшей расы, то чиновники из граждан такого сорта получаются такие, что по менеджерскому искусству никакому частнику не уступят. И в царской России, и в РФ наших дней беда одна: всевластие существ низшей расы. Мародёров и клептократов.
Дописываю эти строки и горько усмехаюсь. Боже, как реалии современной, "остаточной" России походят на реалии России царской! Ничего нового не придумано – прежнее воровство вернулось в утроенном масштабе. В 90-е годы мне случилось расследовать дела о продовольственных поставках для армии РФ. Знали бы вы, из какого дерьма тогда делались консервы для наших солдат и по каким ценам эта тушёнка поставлялась в войска! Или как позже, с приходом "поднимателей с колен", цены на поставки накручивались за счёт того, что начальство создавало свои фирмы-посредники, которые вставлялись в схемы закупок между производителями и министерством. Или как таким же образом торговали космическими аппаратами. А эпопеи с научно-исследовательскими и опытно-конструкторскими работами для оборонных надобностей?
В бело-сине-красной РФ могущественные люди, скупившие за гроши уже убитые годами "реформ" НИИ, выбивали из военного начальства огромные деньги на создание якобы новых образцов вооружения. Поскольку оборонные наука и промышленность в РФ развалены, ничего нового создать уже нельзя: конструкторы – глубокие старики, опытно-промышленная база с 1991 года разрушена. Но деньги "осваивались", воры делили их между собой. А когда приближался момент предъявления государству итога работы, разведка вдруг доносила, что в США совершён новый прорыв в вооружениях. А значит, нужно начинать уже новые НИОКРы, ибо прежние якобы устарели, а потому нужны новые деньги из казны.
А этот случай, что прогремел летом 2009 года? Молодой мерзавец, "фигура из президентского кадрового резерва", возглавляя большую электростанцию, нагло её грабил. Текущий ремонт станции стоит 50 миллионов рублей, а он записывал в бухгалтерии 400 миллионов, отдавая заказ на ремонт своей же подставной фирме. И клал в свой карман 350 миллионов. А подобный случай на Украине, на Южноукраинской АЭС?
И так везде на обломках России/СССР. Все начальники воруют, тащат, грызут, обгладывают нашу страну. Они – клептократы, существа низшей расы. За годы советской власти мы забыли о том, что они есть. Но вот во всей своей мерзости вернулась "Россия-которую-мы-потеряли" – и возвратились существа низшей расы мародёров. Они правят нами сегодня, и они же погоняли русскими в начале XX столетия.
Под их "славным" управлением несчастная Россия и втравилась в страшную Первую мировую войну. Со вполне предсказуемым результатом. Причём именно разнузданная коррупция – если брать её в самом широком смысле этого слова – и довела страну до катастрофы 1917 года.
Автор: Максим Калашников
И кушали господа интендантские "вась-сияси" деликатесы заграничные, а в армию шла мука с червями…"
Таким образом, крали не только на постройке дредноутов и на содержании ВМФ, но и на солдатском обмундировании гешефты творили. И тут евреи хорошо сотрудничали и с русскими купчинами, и с православными дворянами-офицерами. Ничем не брезговали. А мы ещё потом удивляться будем: и откуда это у немцев в войну оказались, например, подробнейшие планы русских крепостей в Польше? Да они их просто купили у распрекрасных царских офицеров.
А ведь это было только начало! В ходе Крымской, Русско-турецкой и Русско-японской войн воровские банды интендантов и поставщиков наживались на тыловом обеспечении армии. А дальше количество перешло в качество: в Первую мировую пошла нажива на артиллерийских боеприпасах. Эту историю мы поведаем в дальнейшем. А пока скажем: в отличие от сапог с бумажными подмётками и тесных мундиров нехватка снарядов психологически сломает русскую армию.
Дело, по большому счёту, не в солдатском белье. От воровства на исподних штанах страна сама по себе не разваливается. Дело – в принципе, в самом воровстве, в привычке жить не честным трудом, а за счёт грабежа страны и нации. Начинается-то с малого, но большим завершается. Ибо сегодня воруют на пошиве солдатских кальсон, а завтра делают грязный бизнес на снарядах и человеческих жизнях. А ещё полшажка – и продают страну иностранным покупателям, и неважно, кто это: еврейские финансисты, американцы, англичане, французы или масоны ложи "Великий Восток". Что, в общем, и произошло. Да и не только на подштанниках к 1913 году воровали, читатель, и на поставках стали для линейных кораблей пытались наживаться, наплевав на национальные интересы.
И вот что мне, читатель, думается. Сегодня масса либерастического люду, как и в начале XX века, снова твердит о том, будто государство – плохой хозяин, а чиновники – твари безответственные. Что они страну разоряют. Казалось бы, вся эта глава подтверждает сей тезис. Ан нет! Посмотрите на Германию: у них-то чиновники тем же флотом управляли в два раза эффективнее царско-русских бюрократов.
Дело не в бюрократии, а в низшей расе. Когда она у власти, хоть приватизируй всё, хоть национализируй, хоть регулируй, хоть дерегулируй – результат будет один. Воровство и неэффективность. А если у власти – люди высшей расы, то чиновники из граждан такого сорта получаются такие, что по менеджерскому искусству никакому частнику не уступят. И в царской России, и в РФ наших дней беда одна: всевластие существ низшей расы. Мародёров и клептократов.
Дописываю эти строки и горько усмехаюсь. Боже, как реалии современной, "остаточной" России походят на реалии России царской! Ничего нового не придумано – прежнее воровство вернулось в утроенном масштабе. В 90-е годы мне случилось расследовать дела о продовольственных поставках для армии РФ. Знали бы вы, из какого дерьма тогда делались консервы для наших солдат и по каким ценам эта тушёнка поставлялась в войска! Или как позже, с приходом "поднимателей с колен", цены на поставки накручивались за счёт того, что начальство создавало свои фирмы-посредники, которые вставлялись в схемы закупок между производителями и министерством. Или как таким же образом торговали космическими аппаратами. А эпопеи с научно-исследовательскими и опытно-конструкторскими работами для оборонных надобностей?
В бело-сине-красной РФ могущественные люди, скупившие за гроши уже убитые годами "реформ" НИИ, выбивали из военного начальства огромные деньги на создание якобы новых образцов вооружения. Поскольку оборонные наука и промышленность в РФ развалены, ничего нового создать уже нельзя: конструкторы – глубокие старики, опытно-промышленная база с 1991 года разрушена. Но деньги "осваивались", воры делили их между собой. А когда приближался момент предъявления государству итога работы, разведка вдруг доносила, что в США совершён новый прорыв в вооружениях. А значит, нужно начинать уже новые НИОКРы, ибо прежние якобы устарели, а потому нужны новые деньги из казны.
А этот случай, что прогремел летом 2009 года? Молодой мерзавец, "фигура из президентского кадрового резерва", возглавляя большую электростанцию, нагло её грабил. Текущий ремонт станции стоит 50 миллионов рублей, а он записывал в бухгалтерии 400 миллионов, отдавая заказ на ремонт своей же подставной фирме. И клал в свой карман 350 миллионов. А подобный случай на Украине, на Южноукраинской АЭС?
И так везде на обломках России/СССР. Все начальники воруют, тащат, грызут, обгладывают нашу страну. Они – клептократы, существа низшей расы. За годы советской власти мы забыли о том, что они есть. Но вот во всей своей мерзости вернулась "Россия-которую-мы-потеряли" – и возвратились существа низшей расы мародёров. Они правят нами сегодня, и они же погоняли русскими в начале XX столетия.
Под их "славным" управлением несчастная Россия и втравилась в страшную Первую мировую войну. Со вполне предсказуемым результатом. Причём именно разнузданная коррупция – если брать её в самом широком смысле этого слова – и довела страну до катастрофы 1917 года.
Автор: Максим Калашников
Источник:
Собственно этой цитатой можно было бы и закончить грустное повествование о царской России, пожалуй можно было бы ещё добавить и сословное общество, то есть родившись сыном прачки, сыном прачки ты и умрёшь, это только в придуманном любителями французских булок мире тогда было всё прекрасно.
Да гражданская война закончилась.20 век показал неспособность командной экономики и прочих изысков коммунизма конкурировать со рыночной экономикой ,коммунизм как идеология проиграл . Но неймется товарищам Шариковым .
А вот ваш бред он от лукавого.