1812
1
Пенсионеру Чумовому очень не нравилось то, что глава налоговой службы Кузец прямо рядом с его дачей выстроил своё родовое поместье. В свою очередь, Кузец вообще не понимал, зачем ему нужен дачный участок пенсионера Чумового справа от фасада (если смотреть со стороны гаражных ворот). Такое полнейшее взаимонепонимание не могло не вылиться в открытый конфликт.
Налоговик Кузец был неотличимо похож на одного бывшего министра, только тот сидел, а Кузец, наоборот, ходил. С такой же недовольной миной.
Поразмыслив, налоговик Кузец отправился на переговоры к пенсионеру Чумовому. Он предложил определенную сумму в долларах за то, чтобы Чумовой передал ему права на свою собственность и убрался восвояси в город – нянчить внуков. Чумовой отказался от предложения, и, в качестве резюме по результатам переговоров, схватил со стены старую берданку и пафосно отстрелил Кузецу ширинку на кожаных штанах, в коих Кузец имел обыкновение рассекать по своему поместью.
Громко матерясь и угрожая Чумовому расплатой, Кузец убрался с его территории кратчайшим путём – через грядки с укропом. Вечером он перетер тему с хорошим знакомым из коллекторской шараги «Росвзыск», и тот пообещал прислать братков, которым не впервой укрощать пенсионеров.
На ближних подступах «Бумер» с братками застрял три раза, причем в третий – навсегда (срезая путь, водитель повел машину через ручей, глубина которого оказалась по пояс, если стоять на крышу «Бумера»). Пока Кузец спасал братков, пенсионер Чумовой проник в его дом и с его же собственного мобильника вызвал полицию.
Полиция приехала другой дорогой и застала «подозрительных личностей» в тот момент, когда они пытались согреться после купания, откупорив бутылку водки в гостиной налоговика Кузеца. При них обнаружилось больше огнестрельного оружия, чем разрешено законом, так что наряд счел необходимым доставить гостей господина Кузеца в отделение.
Братки пытались отговориться, что приехали без злого умысла, а хотят просто подсушиться и попариться в сауне, но командир наряда пообещал, что их обязательно подсушат в КПЗ, а вместо сауны там отличная параша. Недоумевая, почему сержант полагает, что параша, пусть и отличная, может послужить достойной заменой сауне, бригада разместилась в полицейском «Уазике».
Когда огни «Уазика» растаяли вдали, Кузец широким шагом отправился бить морду пенсионеру. Но Чумовой спрятался в избе и повесил на дверь бумажку с надписью «Открывается на себя». Налоговик Кузец так никогда и не узнал, что дверь открывалась внутрь. Ободрав себе все пальцы, он взял свое охотничье ружье, и, со второго раза попав в сарай пенсионера Чумового, вынудил трухлявую постройку развалиться навсегда.
Пенсионер Чумовой воевал на фронте, и на попытку раскачать ситуацию не повелся. Вместо этого ночью он, вооружившись старыми солдатскими кусачками, обстриг колючую проволоку с забора Кузеца и аккуратно разложил «нарезку» прямо перед гаражными воротами последнего.
Наутро, попытавшись выехать через эти ворота, налоговик проткнул все четыре колеса своего джипа, а, выйдя из машины, заодно проколол себе два кроссовка и обе ноги. Пока Кузец, истекая кровью, звонил в «скорую помощь», Чумовой посредством взятки в две бутылки «Столичной» подкупил тракториста Сидорова И.И., дабы тот сломал свой старый трактор прямо на дороге, по которой предстояло проехать машине «скорой». В результате предпринятых Чумовым действий, медикам пришлось добираться к пострадавшему пешком, волоча с собой тяжелые носилки.
Пострадавший Кузец от госпитализации отказался (медики его поддержали: раны не серьезные, а переть на себе тушу 110 кило - пусть Гиппократ сам). У налоговика созрел план жестокой мести.
Изготовив специальную котлету с отравой, Кузец предложил это угощение кошке, постоянно отиравшейся на участке Чумового и принятой Кузецом за личное животное пенсионера. Как оказалось, ошибочно. Кошка, едва не издохшая в страшнейших мучениях, принадлежала предпринимателю Бабаеву, который проживал тремя участками дальше, носил кроссовки на два размера больше, чем Кузец, и вдобавок обслуживался именно в его налоговой.
Выйдя из комы, животное проявило признаки потери памяти и показаний дать не смогло. Бабаев с огромной кувалдой в руках пришел к Чумовому и потребовал сообщить, КТО и ЧЕМ накормил его излюбленную кисоньку, и пенсионер театральным жестом указал в сторону поместья Кузеца и сказал, что «этот мерзавец давно на кошку глаз положил». Бабаев заглянул на огонек к Кузецу и несколько раз положил кувалду ему на голову.
За оставшийся вечер Кузец извел в доме весь анальгин и все расходные материалы для холодных примочек на огромные шишки, украсившие его череп после знакомства с кувалдой Бабаева. Тем временем пенсионер Чумовой ловко подложил в биотуалет Кузеца самодельную бомбу.
В половине первого ночи главналоговик нетвердым шагом направлялся в биотуалет с целью выполнить очищение кишечника, но, не успел он преодолеть и половину пути, как мощный взрыв очистил его участок от биотуалета.
Аналитически оценив возможные последствия своей партизанской деятельности, пенсионер Чумовой приступил к маневру «заманивание противника». Он купил билет на вечернюю электричку до Москвы и весь день готовил свой участок к возможному вторжению. При помощи лески, протянутой через печную трубу и огородное пугало до калитки, он создал систему «ответный удар».
Суть этой системы заключалась в следующем: как только калитка будет открыта, тяжелое грузило сорвется с лески и врежется в пришельца где-то примерно между глаз. В качестве грузила пенсионер использовал свою самую матёрую чугунную сковородку. На случай, если этого окажется недостаточно, Чумовой трудолюбиво выкопал на ведущей к дому тропинке целых три ямы глубиной в полтора метра и аккуратно прикрыл их старыми простынками, поверх которых набросал дерна.
Кузец, хромающий на обе ноги и испытывающий легкое головокружение с приступами тошноты, также не собирался ночевать в родовом поместье. Мужественно борясь с общим недомоганием, он установил медвежий капкан, самострел, бьющий дробью, с инфракрасным датчиком приближения, полил крыльцо оливковым маслом, а в прихожей поближе к двери установил стул с утыканным гвоздями сидением – чисто на всякий случай. Не понаслышке зная суровый, несгибаемый характер пенсионера Чумового, Кузец вполне допускал, что тот, вопреки капкану, самострелу и намасленному крыльцу, всё же проберется внутрь дома. Здесь ему наверняка захочется присесть и немного передохнуть. Ну что же, мягкой посадки!
С наступлением темноты ни Чумового, ни Кузеца в их владениях не было. Этот факт не укрылся от вора Кукубяко, который твердо вознамерился чем-нибудь поживиться сначала в одном, а затем и в другом доме. В глухую полночь он перемахнул через забор Кузеца (ходили слухи, что там денег жопой жуй) и начал движение к окнам коттеджа из красного кирпича…
Он как раз достал из внутреннего кармана мини-ломик и пару раз взмахнул им, разминая локтевой сустав, когда на его левой щиколотке с лязгом сомкнулась стальная пасть медвежьего капкана. Едва не взвыв от неожиданной боли, Кукубяко заплясал на одной ноге и тут же был засечен самострелом. Мощный залп начисто снёс все его джинсы и превратил любимые семейные трусы Кукубяко в нелепые лохмотья. Вне себя от бешенства, Кукубяко рывком взобрался на крыльцо. Тут же его плененная нога поехала на масле, молниеносно вознеслась вверх, нанеся грабителю сокрушительный удар в лоб; выполнив тройное сальто, несчастный мешком костей откатился обратно к забору.
Кукубяко был человеком, мыслящим трезво. Он понял, что здесь ему ловить нечего – чертовы чиновники умеют обезопасить свою собственность. С отвращением разжав капкан, он отшвырнул его подальше и двинулся грабить пенсионера Чумового. Потянув на себя калитку, Кукубяко услышал свист чего-то тяжелого, несущегося сквозь ночной воздух, и в следующий миг встретился с чугунной сковородкой.
Очнувшись, он долго не мог вспомнить, кто он и что он. Потом память прояснилась, и Кукубяко на четвереньках, чтобы избежать летающих смертоносных предметов, пополз по тропинке к чернеющему во мраке дому пенсионера. На четвереньках же он и приземлился на дно первой ямы. Уже ничему не удивляясь, он выкарабкался на поверхность и продолжил своё путешествие. Буквально через полметра ему вновь пришлось испытать неприятное чувство свободного падения. С мыслью о том, что всё это начинает здорово надоедать, он вновь вылез наверх. И через четыре секунды снова ушел вниз.
Высунув голову из третьей ямы, Кукубяко прикинул оставшееся расстояние и возможное количество подстерегающих его ям и других ловушек. Ну уж нет, на сегодня с него хватит. Последовательно упав в две предыдущие ямы, он выбрался на свободу и взглядом, полным ненависти, окинул оба места своих несостоявшихся преступлений.
- Чума на оба ваши дома! – процедил он и поплелся прочь. Ему надо было срочно показаться врачу.
…Лихо подрезав на повороте старый «Запорожец», за рулем которого пенсионер Чумовой возвращался из Москвы посмотреть, что получилось, Кузец на четвертой скорости помчался по извилистой дороге – он тоже хотел посмотреть, что у него получилось. Увиденное его вполне удовлетворило: кто-то явно побывал в его поместье. Капкан… вот он, сработал, самострел… вот он, разряжен, на крыльце следы от чьей-то пробуксовки. Замок вроде бы не тронут – значит, гнусному старикану мало не показалось. Открыв дверь, Кузец швырнул в гостиную сумку с прикупленным про запас пивом, достал сигареты и с сардонической усмешкой уселся на ближайший стул…
Припарковав свой «Запорожец», пенсионер Чумовой долго стоял, вслушиваясь в дикие вопли, доносящиеся из поместья Кузеца. Потом вопли постепенно затихли, и пенсионер, подобрав с грядки отлетевшую сковородку, хранящую на себе вмятину в форме лобных долей чьей-то головый, и осторожно обходя ямы с сорванной маскировкой, отправился заварить себе кружку горячего ароматного чаю.
Вскоре к Чумовому пришел, едва волоча ноги и перевязанную толстым слоем бинтов задницу, Кузец и сказал следующее:
- Так, папаша, короче, в натуре. Мне тут твоя избушка на курьих ножках в хрен не уперлась! Ко мне тёлки-сотрудницы ездят, и серьезные люди, а ты ландшафт портишь! Или сваливай отсюда по добру, или всё – нанимаю киллера! Въехал в тему?! Сроку тебе – двое суток!
И Кузец ударил по столу, заставив всё на нем подпрыгнуть и опрокинув себе на штаны кружку горячего ароматного чаю. Страдая от тяжелого ожога, он удалился обратно в своё поместье.
Пенсионер Чумовой уложился в одни сутки и продал свой участок (шесть соток) вместе со всей недвижимостью олигарху Дохорковскому, который за следующие сутки снёс старую избушку Чумового бульдозерами и приступил к закладке фундамента под модерновый общественный платный туалет со множеством очко-мест. Это строительство производилось компанией Дохорковского в рамках развития инфраструктуры нового проекта компании: «Платные туалеты – «Помочись и облегчись!»».
На шоссе, перед поворотом на дачный комплекс, установили огромный плакат, предлагающий услуги страждущим «всего в пяти минутах езды». Дорогу привели в порядок и утыкали ее обочины указателями направления. Возведение туалета было завершено в рекордно короткие сроки. Пока Кузец, обалдевший от такого неожиданного развития событий, пытался посчитать налогооблагаемую базу, строители выполнили последний тюнинг объекта, и трубы дерьмостока оказались нацелены точно на поместье Кузеца.
Великолепно отделанный, со всеми удобствами, включая небольшое кафе и наносушилки для рук, туалет пользовался огромной популярностью среди автомобилистов. Кузец, по совету своего адвоката, сидел за столом в беседке и писал официальную жалобу на имя губернатора, когда оператор дерьмослива произвел первый пробный сброс «отходов производства».
Жалоба промокла насквозь и развалилась, а налоговик Кузец едва доплыл до своего гаража. Впрочем, запустить двигатель верного джипа ему так и не удалось – тот и сам нахлебался жидких отходов до полной неработоспособности.
Кузец помыл руки в туалете, выпил на завалявшуюся в кармане мелочь кофе с пирожным и уехал домой. Больше он никогда не возвращался в своё родовое поместье, затопленное по самую спутниковую антенну.
Олег Новгородов
Поразмыслив, налоговик Кузец отправился на переговоры к пенсионеру Чумовому. Он предложил определенную сумму в долларах за то, чтобы Чумовой передал ему права на свою собственность и убрался восвояси в город – нянчить внуков. Чумовой отказался от предложения, и, в качестве резюме по результатам переговоров, схватил со стены старую берданку и пафосно отстрелил Кузецу ширинку на кожаных штанах, в коих Кузец имел обыкновение рассекать по своему поместью.
Громко матерясь и угрожая Чумовому расплатой, Кузец убрался с его территории кратчайшим путём – через грядки с укропом. Вечером он перетер тему с хорошим знакомым из коллекторской шараги «Росвзыск», и тот пообещал прислать братков, которым не впервой укрощать пенсионеров.
На ближних подступах «Бумер» с братками застрял три раза, причем в третий – навсегда (срезая путь, водитель повел машину через ручей, глубина которого оказалась по пояс, если стоять на крышу «Бумера»). Пока Кузец спасал братков, пенсионер Чумовой проник в его дом и с его же собственного мобильника вызвал полицию.
Полиция приехала другой дорогой и застала «подозрительных личностей» в тот момент, когда они пытались согреться после купания, откупорив бутылку водки в гостиной налоговика Кузеца. При них обнаружилось больше огнестрельного оружия, чем разрешено законом, так что наряд счел необходимым доставить гостей господина Кузеца в отделение.
Братки пытались отговориться, что приехали без злого умысла, а хотят просто подсушиться и попариться в сауне, но командир наряда пообещал, что их обязательно подсушат в КПЗ, а вместо сауны там отличная параша. Недоумевая, почему сержант полагает, что параша, пусть и отличная, может послужить достойной заменой сауне, бригада разместилась в полицейском «Уазике».
Когда огни «Уазика» растаяли вдали, Кузец широким шагом отправился бить морду пенсионеру. Но Чумовой спрятался в избе и повесил на дверь бумажку с надписью «Открывается на себя». Налоговик Кузец так никогда и не узнал, что дверь открывалась внутрь. Ободрав себе все пальцы, он взял свое охотничье ружье, и, со второго раза попав в сарай пенсионера Чумового, вынудил трухлявую постройку развалиться навсегда.
Пенсионер Чумовой воевал на фронте, и на попытку раскачать ситуацию не повелся. Вместо этого ночью он, вооружившись старыми солдатскими кусачками, обстриг колючую проволоку с забора Кузеца и аккуратно разложил «нарезку» прямо перед гаражными воротами последнего.
Наутро, попытавшись выехать через эти ворота, налоговик проткнул все четыре колеса своего джипа, а, выйдя из машины, заодно проколол себе два кроссовка и обе ноги. Пока Кузец, истекая кровью, звонил в «скорую помощь», Чумовой посредством взятки в две бутылки «Столичной» подкупил тракториста Сидорова И.И., дабы тот сломал свой старый трактор прямо на дороге, по которой предстояло проехать машине «скорой». В результате предпринятых Чумовым действий, медикам пришлось добираться к пострадавшему пешком, волоча с собой тяжелые носилки.
Пострадавший Кузец от госпитализации отказался (медики его поддержали: раны не серьезные, а переть на себе тушу 110 кило - пусть Гиппократ сам). У налоговика созрел план жестокой мести.
Изготовив специальную котлету с отравой, Кузец предложил это угощение кошке, постоянно отиравшейся на участке Чумового и принятой Кузецом за личное животное пенсионера. Как оказалось, ошибочно. Кошка, едва не издохшая в страшнейших мучениях, принадлежала предпринимателю Бабаеву, который проживал тремя участками дальше, носил кроссовки на два размера больше, чем Кузец, и вдобавок обслуживался именно в его налоговой.
Выйдя из комы, животное проявило признаки потери памяти и показаний дать не смогло. Бабаев с огромной кувалдой в руках пришел к Чумовому и потребовал сообщить, КТО и ЧЕМ накормил его излюбленную кисоньку, и пенсионер театральным жестом указал в сторону поместья Кузеца и сказал, что «этот мерзавец давно на кошку глаз положил». Бабаев заглянул на огонек к Кузецу и несколько раз положил кувалду ему на голову.
За оставшийся вечер Кузец извел в доме весь анальгин и все расходные материалы для холодных примочек на огромные шишки, украсившие его череп после знакомства с кувалдой Бабаева. Тем временем пенсионер Чумовой ловко подложил в биотуалет Кузеца самодельную бомбу.
В половине первого ночи главналоговик нетвердым шагом направлялся в биотуалет с целью выполнить очищение кишечника, но, не успел он преодолеть и половину пути, как мощный взрыв очистил его участок от биотуалета.
Аналитически оценив возможные последствия своей партизанской деятельности, пенсионер Чумовой приступил к маневру «заманивание противника». Он купил билет на вечернюю электричку до Москвы и весь день готовил свой участок к возможному вторжению. При помощи лески, протянутой через печную трубу и огородное пугало до калитки, он создал систему «ответный удар».
Суть этой системы заключалась в следующем: как только калитка будет открыта, тяжелое грузило сорвется с лески и врежется в пришельца где-то примерно между глаз. В качестве грузила пенсионер использовал свою самую матёрую чугунную сковородку. На случай, если этого окажется недостаточно, Чумовой трудолюбиво выкопал на ведущей к дому тропинке целых три ямы глубиной в полтора метра и аккуратно прикрыл их старыми простынками, поверх которых набросал дерна.
Кузец, хромающий на обе ноги и испытывающий легкое головокружение с приступами тошноты, также не собирался ночевать в родовом поместье. Мужественно борясь с общим недомоганием, он установил медвежий капкан, самострел, бьющий дробью, с инфракрасным датчиком приближения, полил крыльцо оливковым маслом, а в прихожей поближе к двери установил стул с утыканным гвоздями сидением – чисто на всякий случай. Не понаслышке зная суровый, несгибаемый характер пенсионера Чумового, Кузец вполне допускал, что тот, вопреки капкану, самострелу и намасленному крыльцу, всё же проберется внутрь дома. Здесь ему наверняка захочется присесть и немного передохнуть. Ну что же, мягкой посадки!
С наступлением темноты ни Чумового, ни Кузеца в их владениях не было. Этот факт не укрылся от вора Кукубяко, который твердо вознамерился чем-нибудь поживиться сначала в одном, а затем и в другом доме. В глухую полночь он перемахнул через забор Кузеца (ходили слухи, что там денег жопой жуй) и начал движение к окнам коттеджа из красного кирпича…
Он как раз достал из внутреннего кармана мини-ломик и пару раз взмахнул им, разминая локтевой сустав, когда на его левой щиколотке с лязгом сомкнулась стальная пасть медвежьего капкана. Едва не взвыв от неожиданной боли, Кукубяко заплясал на одной ноге и тут же был засечен самострелом. Мощный залп начисто снёс все его джинсы и превратил любимые семейные трусы Кукубяко в нелепые лохмотья. Вне себя от бешенства, Кукубяко рывком взобрался на крыльцо. Тут же его плененная нога поехала на масле, молниеносно вознеслась вверх, нанеся грабителю сокрушительный удар в лоб; выполнив тройное сальто, несчастный мешком костей откатился обратно к забору.
Кукубяко был человеком, мыслящим трезво. Он понял, что здесь ему ловить нечего – чертовы чиновники умеют обезопасить свою собственность. С отвращением разжав капкан, он отшвырнул его подальше и двинулся грабить пенсионера Чумового. Потянув на себя калитку, Кукубяко услышал свист чего-то тяжелого, несущегося сквозь ночной воздух, и в следующий миг встретился с чугунной сковородкой.
Очнувшись, он долго не мог вспомнить, кто он и что он. Потом память прояснилась, и Кукубяко на четвереньках, чтобы избежать летающих смертоносных предметов, пополз по тропинке к чернеющему во мраке дому пенсионера. На четвереньках же он и приземлился на дно первой ямы. Уже ничему не удивляясь, он выкарабкался на поверхность и продолжил своё путешествие. Буквально через полметра ему вновь пришлось испытать неприятное чувство свободного падения. С мыслью о том, что всё это начинает здорово надоедать, он вновь вылез наверх. И через четыре секунды снова ушел вниз.
Высунув голову из третьей ямы, Кукубяко прикинул оставшееся расстояние и возможное количество подстерегающих его ям и других ловушек. Ну уж нет, на сегодня с него хватит. Последовательно упав в две предыдущие ямы, он выбрался на свободу и взглядом, полным ненависти, окинул оба места своих несостоявшихся преступлений.
- Чума на оба ваши дома! – процедил он и поплелся прочь. Ему надо было срочно показаться врачу.
…Лихо подрезав на повороте старый «Запорожец», за рулем которого пенсионер Чумовой возвращался из Москвы посмотреть, что получилось, Кузец на четвертой скорости помчался по извилистой дороге – он тоже хотел посмотреть, что у него получилось. Увиденное его вполне удовлетворило: кто-то явно побывал в его поместье. Капкан… вот он, сработал, самострел… вот он, разряжен, на крыльце следы от чьей-то пробуксовки. Замок вроде бы не тронут – значит, гнусному старикану мало не показалось. Открыв дверь, Кузец швырнул в гостиную сумку с прикупленным про запас пивом, достал сигареты и с сардонической усмешкой уселся на ближайший стул…
Припарковав свой «Запорожец», пенсионер Чумовой долго стоял, вслушиваясь в дикие вопли, доносящиеся из поместья Кузеца. Потом вопли постепенно затихли, и пенсионер, подобрав с грядки отлетевшую сковородку, хранящую на себе вмятину в форме лобных долей чьей-то головый, и осторожно обходя ямы с сорванной маскировкой, отправился заварить себе кружку горячего ароматного чаю.
Вскоре к Чумовому пришел, едва волоча ноги и перевязанную толстым слоем бинтов задницу, Кузец и сказал следующее:
- Так, папаша, короче, в натуре. Мне тут твоя избушка на курьих ножках в хрен не уперлась! Ко мне тёлки-сотрудницы ездят, и серьезные люди, а ты ландшафт портишь! Или сваливай отсюда по добру, или всё – нанимаю киллера! Въехал в тему?! Сроку тебе – двое суток!
И Кузец ударил по столу, заставив всё на нем подпрыгнуть и опрокинув себе на штаны кружку горячего ароматного чаю. Страдая от тяжелого ожога, он удалился обратно в своё поместье.
Пенсионер Чумовой уложился в одни сутки и продал свой участок (шесть соток) вместе со всей недвижимостью олигарху Дохорковскому, который за следующие сутки снёс старую избушку Чумового бульдозерами и приступил к закладке фундамента под модерновый общественный платный туалет со множеством очко-мест. Это строительство производилось компанией Дохорковского в рамках развития инфраструктуры нового проекта компании: «Платные туалеты – «Помочись и облегчись!»».
На шоссе, перед поворотом на дачный комплекс, установили огромный плакат, предлагающий услуги страждущим «всего в пяти минутах езды». Дорогу привели в порядок и утыкали ее обочины указателями направления. Возведение туалета было завершено в рекордно короткие сроки. Пока Кузец, обалдевший от такого неожиданного развития событий, пытался посчитать налогооблагаемую базу, строители выполнили последний тюнинг объекта, и трубы дерьмостока оказались нацелены точно на поместье Кузеца.
Великолепно отделанный, со всеми удобствами, включая небольшое кафе и наносушилки для рук, туалет пользовался огромной популярностью среди автомобилистов. Кузец, по совету своего адвоката, сидел за столом в беседке и писал официальную жалобу на имя губернатора, когда оператор дерьмослива произвел первый пробный сброс «отходов производства».
Жалоба промокла насквозь и развалилась, а налоговик Кузец едва доплыл до своего гаража. Впрочем, запустить двигатель верного джипа ему так и не удалось – тот и сам нахлебался жидких отходов до полной неработоспособности.
Кузец помыл руки в туалете, выпил на завалявшуюся в кармане мелочь кофе с пирожным и уехал домой. Больше он никогда не возвращался в своё родовое поместье, затопленное по самую спутниковую антенну.
Олег Новгородов
