1108
6
Уже несколько раз слышал об этом эффекте, но если честно мне кажется, это какое то шулерство. Конкретных и четких объяснений нет, хотя вроде бы все пытаются изложить в научную теорию. А началось все казалось бы вот с такой истории или как везде утверждается научного ОПЫТА.
На японском острове Косима обитала колония диких обезьян, которых ученые кормили сладким картофелем (бататом), разбрасывая его по песку. Обезьянам нравился батат, но не нравился песок на нем. Сами знаете, животные не едят грязную пищу. И вот однажды 18-месячная самка Имо обнаружила, что может решить эту проблему, вымыв батат. Она научила этому трюку свою мать и других обезьян. А когда число научившихся мыть батат обезьян достигло 100, все обезьяны, жившие на близлежащих островах, вдруг, без какого бы то ни было внешнего побуждения, тоже начали мыть картофель.
Как такое может быть, спросите вы? В науке это явление получило название «эффект сотой обезьяны».
Как такое может быть, спросите вы? В науке это явление получило название «эффект сотой обезьяны».
Казалось бы, ничего сверхъестественного. Но дело в том, что несколько групп учёных наблюдали за обезьянами на совершенно разных островах. И в один момент, когда число обезьян, научившихся чистить бататы достигло определённого количество (условно — сто), все обезьяны на всех островах стали чистить бататы. Учитывая то, что между ними не было абсолютно никакого контакта, объяснить этот феномен становится очень трудно.
И произошло это со всеми обезьянами Японии, даже в зоопарках. Хотя неизвестно, возможно и во всём мире, но таких глобальных наблюдений не проводилось. Как же объяснить этот феномен? Многие связывают это явление с информационной оболочкой земли, либо с сигналами из космоса.
Версий много. Но доказать ни одну из теорий до сих пор не удалось. Вот что про это пишут.
И произошло это со всеми обезьянами Японии, даже в зоопарках. Хотя неизвестно, возможно и во всём мире, но таких глобальных наблюдений не проводилось. Как же объяснить этот феномен? Многие связывают это явление с информационной оболочкой земли, либо с сигналами из космоса.
Версий много. Но доказать ни одну из теорий до сих пор не удалось. Вот что про это пишут.
×
История об эффекте сотой обезьяны была опубликована в предисловии книги Лоуренса Блэра «Ритмы виденья» в 1975 году и распространилась с появлением книги Лайалла Уотсона (Lyall Watson) «Правила жизни» в 1979 году. В ней Уотсон повторяет историю Блэра, авторы описывают похожие сценарии. Они утверждают, что неизвестные учёные изучали макак на японском острове Якусима в 1952 году
У этих обезьян не было никакой возможности общения друг с другом, поэтому выводы ученых были сенсационными. По их мнению, для того чтобы какая-то популяция (например, человечество) получила новую информацию или сделала какое-то открытие, необходима критическая масса особей (людей), которые искали бы ответ на поставленный вопрос.
В глухом закарпатском селе, в небольшой деревушке, затерянной в горах, единственный музыкальный инструмент — скрипка, на ней играет и стар и млад. четырехлетний ребёнок берёт в руки скрипку и… Игорь Ойстрах рвёт на себе остатки волос. Так виртуозно играть просто невозможно! Кто ты учился, мальчик? — Нигде, у нас все так играют. Я смотрел как папа играет, взял смычок и тоже стал играть. Это не фантастика, это быль. Есть документальный фильм об этом.
Еще пример. Вы помните как 5 или 8 лет назад студенты учились кататься на сноуборде? Тогда все катались на лыжах, и сноуборд был в диковинку. Вставали на доску, даже имея уже навык катания на горных лыжах, долго и мучительно, с синяками и разбитыми боками. На третий или четвёртый день, кое как начинали спускаться со скрипом. Кто дадвно катается, тот помнит.
А что сейчас? Посмотрите, прошло всего несколько лет, сотая обезьянка научилась кататься на борде. Люди едут сами в первый же день! Почти сразу! Значит что-то произошло на полевом уровне? Ведь физически человек не изменился нисколько.
Еще пример. Сто лет назад Джонни Вейсмюллер (будущий Тарзан в кино) проплывает дистанцию 100 метров кролем быстрее всех в мире — за 1 минуту 22 секунды. Чемпион мира! Никто быстрее не плавает на всей планете.
Проходит всего 50 лет и 1 минута 22 секунды это только второй юношеский разряд по плаванию. Вы представляете, несколько миллионов человек на Земле спокойно могут проплыть стометровку быстрее, чем Джонни Вейсмюллер!
Можно ещё поразмышлять на эту тему. Обратимся к мировой истории. Многие великие изобретения были совершены абсолютно разными людьми в практически одно и тоже время. Взять тот же телефон. Разница всего в 2 часа. И ведь нет никаких сомнений в честности обоих изобретателей. Наверное, так бывает, что одинаковые идеи приходят в голову множеству людей, но не все их реализуют.
У этих обезьян не было никакой возможности общения друг с другом, поэтому выводы ученых были сенсационными. По их мнению, для того чтобы какая-то популяция (например, человечество) получила новую информацию или сделала какое-то открытие, необходима критическая масса особей (людей), которые искали бы ответ на поставленный вопрос.
В глухом закарпатском селе, в небольшой деревушке, затерянной в горах, единственный музыкальный инструмент — скрипка, на ней играет и стар и млад. четырехлетний ребёнок берёт в руки скрипку и… Игорь Ойстрах рвёт на себе остатки волос. Так виртуозно играть просто невозможно! Кто ты учился, мальчик? — Нигде, у нас все так играют. Я смотрел как папа играет, взял смычок и тоже стал играть. Это не фантастика, это быль. Есть документальный фильм об этом.
Еще пример. Вы помните как 5 или 8 лет назад студенты учились кататься на сноуборде? Тогда все катались на лыжах, и сноуборд был в диковинку. Вставали на доску, даже имея уже навык катания на горных лыжах, долго и мучительно, с синяками и разбитыми боками. На третий или четвёртый день, кое как начинали спускаться со скрипом. Кто дадвно катается, тот помнит.
А что сейчас? Посмотрите, прошло всего несколько лет, сотая обезьянка научилась кататься на борде. Люди едут сами в первый же день! Почти сразу! Значит что-то произошло на полевом уровне? Ведь физически человек не изменился нисколько.
Еще пример. Сто лет назад Джонни Вейсмюллер (будущий Тарзан в кино) проплывает дистанцию 100 метров кролем быстрее всех в мире — за 1 минуту 22 секунды. Чемпион мира! Никто быстрее не плавает на всей планете.
Проходит всего 50 лет и 1 минута 22 секунды это только второй юношеский разряд по плаванию. Вы представляете, несколько миллионов человек на Земле спокойно могут проплыть стометровку быстрее, чем Джонни Вейсмюллер!
Можно ещё поразмышлять на эту тему. Обратимся к мировой истории. Многие великие изобретения были совершены абсолютно разными людьми в практически одно и тоже время. Взять тот же телефон. Разница всего в 2 часа. И ведь нет никаких сомнений в честности обоих изобретателей. Наверное, так бывает, что одинаковые идеи приходят в голову множеству людей, но не все их реализуют.
Вот например «My Sweet Lord» — известнейшая песня бывшего гитариста The Beatles Джорджа Харрисона. «My Sweet Lord» занимает место в списке 500 величайших песен всех времён по версии журнала Rolling Stone. (Только две песни в истории музыки — «My Sweet Lord» и «Bohemian Rhapsody» группы The Queen — дважды достигли первой позиции в британских чартах). Но после выхода песни «My Sweet Lord» выяснилось, что она очень похожа на песню «He’s so fine» группы «Чиффонз». Последовал судебный процесс, в котором Харрисона признали виновным в неосознанном плагиате, и в марте 1971-го года все выплаты за запись песни были отменены. Харрисон очень расстроился и был вынужден потерять кучу денег.
Как можно объяснить все эти случаи изменения результатов при неизменных начальных условиях? Приводятся разные версии — телепатия, передача мысли на расстоянии…
Логичное объяснение такое: когда человек рождается, он гениален бесконечно, он знает и умеет уже абсолютно всё, как голографический слепок вселенной, у которой есть бесконечные запасы информации, навыков, умений. И сразу после рождения начинает забывать, разучиваться, информационные каналы закрываются, связь с Космосом, Вселенским Информационным Банком уменьшается. Ему начинают перекрывать каналы для общения с Бесконечностью.
Есть такая теория, что изначально человек умеет всё, потом всё забывает, и обучаясь например вождению, он просто вспоминает, лучше или хуже, быстее или медленнее, как он умел водить в оригинале. То же самое с иностранными языками, игрой на музыкальных инструментах, навыками в других науках и искусствах.
Если ребенок с самого детства погружается в мир, например скрипки, музыки, если он с пелёнок видит и слышит, что все вокруг играют как живут, легко и непринуждённо, то он просто ничего не забывает, то что знал уже и умел изначально, и играть на скрипке для него становится — это как дышать.
Вернёмся к случаю сотой обезьянки. Предположим, открываться может не широкий канал связи с Банком, но узкий, достаточный для прорыва на узком участке фронта. Одна обезьянка наладила помывку картофеля, информация об этом тонкой ниточкой пошла наверх, это очень слабое воздействие, и обратной связи пока нет.
Две, пять обезьянок, десять, стали делать то-же самое. Канал намного расширился. Но незначительно. 99 обзьянок. Канал уже широкий, мощный, но еще нет обратной связи, информация поступает только в одном направлении, условно — снизу вверх.
И вот сотая обезьянка присоединяется к остальным. Барьер взят, плотина прорывается, информация начинает циркулировать в ОБЕ СТОРОНЫ! Снизу-вверх и сверху-вниз.
Очевидно что обмен информацией происходит как-то избирательно, в зависимости от вида, обезьяны настроены на определенную (условно) частоту, еноты на другую, люди на свою. Эти потоки не пересекаются, а действуют неизвестным образом избирательно только своему виду.
Поэтому когда сотня обезьянок усилили и расширили канал в одну сторону, то он открылся и в другую, причем уже не узким рупором, а практически на весь земной шар! Перечитайте результаты эксперимента, это не фантастика, это можно проверить, ученые пишут об обезьянах на других островах, и даже в зоопарках в других странах.
В истории с обезьянами критической массой стала сотая обезьяна, которая захотела очистить грязный картофель. Как только она приступила к этой работе, критическая масса была достигнута, и барьер с потоков информации был снят. Новую информацию получили сразу все обезьяны, жившие на близлежащих островах.
Получается, что согласно этой закономерности, все научные открытия и достижения в нашей истории происходили именно тогда, когда количество исследователей достигало критической массы. Разумеется, для каждого открытия или новой информации существует своя критическая масса людей, занятых решением данной проблемой. Но в любом случае все Ньютоны, Менделеевы и Коперники — по сути, те же «сотые обезьяны» на пути открытий.
Выходит, что от каждого из нас зависит, во что мы в итоге трансформируемся как вид во времени. Возможно ли такое?
Одна фраза, одно фото, один видеоролик может изменить мир, если он затронет сердца миллионов. Может начаться война, может прекратиться война, может начаться революция, может зародиться общественное движение, может быть спасена человеческая жизнь, жизнь будущего лидера, который впоследствии изменит мир. Если в «кучу» урана добавить один протон, то может начаться цепная реакция и ядерный взрыв.
Как можно объяснить все эти случаи изменения результатов при неизменных начальных условиях? Приводятся разные версии — телепатия, передача мысли на расстоянии…
Логичное объяснение такое: когда человек рождается, он гениален бесконечно, он знает и умеет уже абсолютно всё, как голографический слепок вселенной, у которой есть бесконечные запасы информации, навыков, умений. И сразу после рождения начинает забывать, разучиваться, информационные каналы закрываются, связь с Космосом, Вселенским Информационным Банком уменьшается. Ему начинают перекрывать каналы для общения с Бесконечностью.
Есть такая теория, что изначально человек умеет всё, потом всё забывает, и обучаясь например вождению, он просто вспоминает, лучше или хуже, быстее или медленнее, как он умел водить в оригинале. То же самое с иностранными языками, игрой на музыкальных инструментах, навыками в других науках и искусствах.
Если ребенок с самого детства погружается в мир, например скрипки, музыки, если он с пелёнок видит и слышит, что все вокруг играют как живут, легко и непринуждённо, то он просто ничего не забывает, то что знал уже и умел изначально, и играть на скрипке для него становится — это как дышать.
Вернёмся к случаю сотой обезьянки. Предположим, открываться может не широкий канал связи с Банком, но узкий, достаточный для прорыва на узком участке фронта. Одна обезьянка наладила помывку картофеля, информация об этом тонкой ниточкой пошла наверх, это очень слабое воздействие, и обратной связи пока нет.
Две, пять обезьянок, десять, стали делать то-же самое. Канал намного расширился. Но незначительно. 99 обзьянок. Канал уже широкий, мощный, но еще нет обратной связи, информация поступает только в одном направлении, условно — снизу вверх.
И вот сотая обезьянка присоединяется к остальным. Барьер взят, плотина прорывается, информация начинает циркулировать в ОБЕ СТОРОНЫ! Снизу-вверх и сверху-вниз.
Очевидно что обмен информацией происходит как-то избирательно, в зависимости от вида, обезьяны настроены на определенную (условно) частоту, еноты на другую, люди на свою. Эти потоки не пересекаются, а действуют неизвестным образом избирательно только своему виду.
Поэтому когда сотня обезьянок усилили и расширили канал в одну сторону, то он открылся и в другую, причем уже не узким рупором, а практически на весь земной шар! Перечитайте результаты эксперимента, это не фантастика, это можно проверить, ученые пишут об обезьянах на других островах, и даже в зоопарках в других странах.
В истории с обезьянами критической массой стала сотая обезьяна, которая захотела очистить грязный картофель. Как только она приступила к этой работе, критическая масса была достигнута, и барьер с потоков информации был снят. Новую информацию получили сразу все обезьяны, жившие на близлежащих островах.
Получается, что согласно этой закономерности, все научные открытия и достижения в нашей истории происходили именно тогда, когда количество исследователей достигало критической массы. Разумеется, для каждого открытия или новой информации существует своя критическая масса людей, занятых решением данной проблемой. Но в любом случае все Ньютоны, Менделеевы и Коперники — по сути, те же «сотые обезьяны» на пути открытий.
Выходит, что от каждого из нас зависит, во что мы в итоге трансформируемся как вид во времени. Возможно ли такое?
Одна фраза, одно фото, один видеоролик может изменить мир, если он затронет сердца миллионов. Может начаться война, может прекратиться война, может начаться революция, может зародиться общественное движение, может быть спасена человеческая жизнь, жизнь будущего лидера, который впоследствии изменит мир. Если в «кучу» урана добавить один протон, то может начаться цепная реакция и ядерный взрыв.
Но это все были доводы сторонников, а теперь противники.
Вернемся опять к эксперименту.
Анализ соответствующей литературы Роном Амандсоном, опубликованный Обществом Скептиков, выявил ряд ключевых моментов, которые демистифицируют предполагаемый эффект.
Заявление о том, что внезапно и значительно увеличилось число обезьян, имеющих навык, было преувеличено. Навык стал распространяться среди младшего поколения обезьян, которые учились у взрослых; в то же время у взрослых обезьян, которые не знали как мыть батат, не было такой тенденции. Со смертью старых обезьян и рождением новых доля обученных, естественно, возросла. Промежутка времени между наблюдениями было достаточно для этого процесса.
Утверждения, что поведение вдруг внезапно распространилось на изолированные популяции обезьян, могут быть опровергнуты, учитывая тот факт, что по крайней мере одна обезьяна переплыла на остров к другой популяции и провела там около четырёх лет.
В середине 80-х Элейн Майерс (Elaine Myers) тщательно изучила все публикации японских ученых по рассматриваемым экспериментам и пришла к выводу, что ни о каком «эффекте сотой обезьяны» в них нет речи даже близко, и что данная история в трактовке Ватсона является сплошной выдумкой. При этом сам Ватсон признал, что он ни с кем из участвующих в этих экспериментах японских учёных не контактировал и что историю сотой обезьяны следует воспринимать как красивую метафору. Тем не менее, эта история продолжает активно цитироваться, и жить своей жизнью. Что же касается коллективного обучения приматов, то есть другие методики их перевоспитания, противоположные по смыслу описанному выше эффекту и более им понятные. Речь идет о традициях, которые очень трудно менять, особенно если ты один, а соблюдающих традицию намного больше.
Так, например, в качестве эксперимента ученые сажали в металлическую клетку пять обезьян и кормили их не вкусной пищей. В верхнем углу развешивали бананы, но чтобы добраться до них, нужно было наступить на пластину и тем самым подключить всю клетку к электрическому току. Обезьяны, конечно же, пытались добраться до бананов, но их било током и они отступали. В итоге, почти все поняли, что приближаться к бананам не очень приятно. Лишь одна оказалась непонятливой и продолжала попытки сорвать банан, но так как током било всех, то остальные обезъяны начали ее колотить за настырность. Битье подействовало, и глупышка прекратила дальнейшие попытки.
Затем ток в клетке отключили, и бананы можно было брать спокойно, но никто уже не пытался к ним подойти. Далее заменили одну обезьяну на новую и та естественно рванула к бананам, но ее тут же поколотили. Все ее попытки сорвать бананы не находили понимания среди остальных, в итоге и она угомонилась и перестала соваться к бананам. Постепенно заменили по одной всех остальных, в результате чего в клетке сидели обезьяны, которых ни разу не било током, но никто не пытался сорвать бананы, так как за это били сокамерники.
Обычно этот пример приводят для того, чтобы можно было наглядно пояснить, как можно изменить традиции в коллективе, если эти традиции неправильные. И вывод здесь был один, либо заменить сразу три обезьяны, либо посадить к четверым одну большую, которая будет всех остальных колотить и тем самым изменит привычки. И в том, и в другом случае битье определяло сознание.
Теперь вернемся к «эффекту сотой обезьяны». Впервые он был описан Ватсоном в начале 80-х. Может быть этот эффект был им выдуман потому, что хорошо ложился на известную научную гипотезу о едином энергоинформационном поле и едином групповом сознании. В дальнейшем история была подхвачена и пересказана ещё одним любителем мифотворчества Кейсом. Его книга так и называлась "Сотая обезьяна", а выводы, сделанные в ней из описанного Ватсоном эффекта, необоснованно распространялись на все человеческое общество. После книги Кейса этот эффект стал широко приниматься как общеизвестный факт, активно цитируемый мифологами, психологами и прочими. Самое поразительное то, что указанный эффект прочно вошел в науку и получил название "эффект сотой обезьяны".
Он стал применяться при рассмотрении человеческих отношений. Принималось что, для того чтобы какая-то группа людей получила новую информацию или сделала открытие, необходимо было образовать критическую массу ищущих ответ на поставленный вопрос. При этом необходимое количество людей могло не принадлежать упомянутой популяции. Однако, не все ученые безоговорочно принимали полученные таким образом результаты.
Вернемся опять к эксперименту.
Анализ соответствующей литературы Роном Амандсоном, опубликованный Обществом Скептиков, выявил ряд ключевых моментов, которые демистифицируют предполагаемый эффект.
Заявление о том, что внезапно и значительно увеличилось число обезьян, имеющих навык, было преувеличено. Навык стал распространяться среди младшего поколения обезьян, которые учились у взрослых; в то же время у взрослых обезьян, которые не знали как мыть батат, не было такой тенденции. Со смертью старых обезьян и рождением новых доля обученных, естественно, возросла. Промежутка времени между наблюдениями было достаточно для этого процесса.
Утверждения, что поведение вдруг внезапно распространилось на изолированные популяции обезьян, могут быть опровергнуты, учитывая тот факт, что по крайней мере одна обезьяна переплыла на остров к другой популяции и провела там около четырёх лет.
В середине 80-х Элейн Майерс (Elaine Myers) тщательно изучила все публикации японских ученых по рассматриваемым экспериментам и пришла к выводу, что ни о каком «эффекте сотой обезьяны» в них нет речи даже близко, и что данная история в трактовке Ватсона является сплошной выдумкой. При этом сам Ватсон признал, что он ни с кем из участвующих в этих экспериментах японских учёных не контактировал и что историю сотой обезьяны следует воспринимать как красивую метафору. Тем не менее, эта история продолжает активно цитироваться, и жить своей жизнью. Что же касается коллективного обучения приматов, то есть другие методики их перевоспитания, противоположные по смыслу описанному выше эффекту и более им понятные. Речь идет о традициях, которые очень трудно менять, особенно если ты один, а соблюдающих традицию намного больше.
Так, например, в качестве эксперимента ученые сажали в металлическую клетку пять обезьян и кормили их не вкусной пищей. В верхнем углу развешивали бананы, но чтобы добраться до них, нужно было наступить на пластину и тем самым подключить всю клетку к электрическому току. Обезьяны, конечно же, пытались добраться до бананов, но их било током и они отступали. В итоге, почти все поняли, что приближаться к бананам не очень приятно. Лишь одна оказалась непонятливой и продолжала попытки сорвать банан, но так как током било всех, то остальные обезъяны начали ее колотить за настырность. Битье подействовало, и глупышка прекратила дальнейшие попытки.
Затем ток в клетке отключили, и бананы можно было брать спокойно, но никто уже не пытался к ним подойти. Далее заменили одну обезьяну на новую и та естественно рванула к бананам, но ее тут же поколотили. Все ее попытки сорвать бананы не находили понимания среди остальных, в итоге и она угомонилась и перестала соваться к бананам. Постепенно заменили по одной всех остальных, в результате чего в клетке сидели обезьяны, которых ни разу не било током, но никто не пытался сорвать бананы, так как за это били сокамерники.
Обычно этот пример приводят для того, чтобы можно было наглядно пояснить, как можно изменить традиции в коллективе, если эти традиции неправильные. И вывод здесь был один, либо заменить сразу три обезьяны, либо посадить к четверым одну большую, которая будет всех остальных колотить и тем самым изменит привычки. И в том, и в другом случае битье определяло сознание.
Теперь вернемся к «эффекту сотой обезьяны». Впервые он был описан Ватсоном в начале 80-х. Может быть этот эффект был им выдуман потому, что хорошо ложился на известную научную гипотезу о едином энергоинформационном поле и едином групповом сознании. В дальнейшем история была подхвачена и пересказана ещё одним любителем мифотворчества Кейсом. Его книга так и называлась "Сотая обезьяна", а выводы, сделанные в ней из описанного Ватсоном эффекта, необоснованно распространялись на все человеческое общество. После книги Кейса этот эффект стал широко приниматься как общеизвестный факт, активно цитируемый мифологами, психологами и прочими. Самое поразительное то, что указанный эффект прочно вошел в науку и получил название "эффект сотой обезьяны".
Он стал применяться при рассмотрении человеческих отношений. Принималось что, для того чтобы какая-то группа людей получила новую информацию или сделала открытие, необходимо было образовать критическую массу ищущих ответ на поставленный вопрос. При этом необходимое количество людей могло не принадлежать упомянутой популяции. Однако, не все ученые безоговорочно принимали полученные таким образом результаты.
Эксперименты с людьми
Так группа австралийских и английских исследователей решила проверить гипотезу «сотой обезъяны» применительно к человеческой популяции. С этой целью было смонтировано общее панно из нескольких сотен разных размеров фотографий лиц англичан. Причем при первом взгляде на это панно можно было разглядеть без посторонней помощи только шесть или семь лиц. Затем в Австралии была отобрана группа жителей, принадлежащих к разным слоям населения, которые должны были за определенное время найти как можно больше лиц на представленном панно.
За то время, которое давалось испытуемым, в среднем, количество найденных лиц равнялось шести - десяти. Когда число опрашиваемых достигло несколько сот человек, и было точно зарегистрировано, что они видели, несколько исследователей поехали в Англию - на другой конец планеты, - и там показали эту же фотографию по внутреннему, кабельному телевидению Би-Би-Си, вещавшему только на Англию. Они тщательно показали телезрителям, где находятся все до единого лица на фотографии. Затем, через несколько минут после этой передачи, другие исследователи повторили эксперимент в первоначальном виде в Австралии с новыми испытуемыми. И вдруг люди начали легко находить большинство изображенных лиц.
В результате проведенного опыта ученые убедились в том, что люди обладают чем-то, что еще не было известно науке. Интересно, что аборигены Австралии всегда знали о такой «неизвестной» особенности человека, а именно, что существует энергетическое поле, объединяющее людей. Даже в нашем обществе мы наблюдали, как кто-то на одном конце планеты изобретает что-то очень сложное, а в это же самое время на другом конце Земли кто-то изобрел то же самое, используя те же принципы и идеи. Каждый изобретатель обычно говорил: «Ты украл это у меня. Это мое. Я первый сделал это». Случалось иногда и так, но для большинства дублирующих изобретений или открытий, идеи приходили к авторам индивидуально. Таким образом, после австралийского эксперимента ученые начали понимать: есть нечто, объединяющее всех нас и требующее дальнейшего всестороннего изучения. Что же касается «эффекта сотой обезьяны», то эту историю, по выражению самого автора (Лайэлла Ватсона), действительно следует воспринимать не более, чем красивую метафору.
Для обоснования подобных эффектов, биолог-теоретик Руперт Шелдрейк в 1981 году в своей книге "Новая наука жизни : гипотеза формообразующей причинности" предложил радикально новую теорию, объясняющую, как обучаются живые существа и как они изменяют форму. Гипотеза Шелдрейка состоит в следующем: если то или иное поведение повторяется достаточно часто, оно запечатлевается в неком "морфогенетическом (или формообразующем) поле". Это поле (для краткости "морфическое") обладает своего рода кумулятивной памятью, хранящей все, что происходило с данным видом в прошлом. Представители каждого вида (речь идет не только о биологических организмах, но также о молекулах, кристаллах и даже атомах) настроены на свое отдельное морфическое поле, которое простирается во времени и пространстве, проявляясь посредством процесса, называемого "морфический резонанс".
Представленная Шелдрейком теория объясняет, как могут произойти фундаментальные (или архетипические) изменения в человеческой психике. Сначала такие изменения в поведении или отношениях даются с трудом, но по мере того, как предлагаемую модель поведения перенимает все большее число индивидуумов, новым людям становится проще измениться – даже без прямого влияния со стороны окружающих. Согласно теории, люди посредством морфического резонанса настраиваются на новую модель в морфическом поле и испытывают все более сильное влияние с ее стороны, – это объясняет, почему со временем перемены даются все легче.
Сам Шелдрейк отмечает связь между своими идеями и теорией Карла Юнга. Но есть и важное отличие, выражающее то, что теорию Юнга применяют лишь в отношении человеческого опыта и человеческой коллективной памяти, а Шелдрейк предполагает, что подобный принцип действует во всей Вселенной, а не только в человеческой психике. Однако всеохватывающие предположения Шелдрейка на сегодняшний день не подтверждены опытами, а потому остаются в ранге гипотезы. По крайней мере, опыты с обезьянами не дали положительного ответа.
Что же касается человеческого общества, то здесь обсуждаемый эффект, возможно, в какой-то степени проявляется, но требует еще дополнительных экспериментальных исследований, хотя идеи Шелдрэйка и резонируют с широкой публикой и некоторыми физиками, такими как Дэвид Бом, Ганс-Питер Дюрр и другими.
Так группа австралийских и английских исследователей решила проверить гипотезу «сотой обезъяны» применительно к человеческой популяции. С этой целью было смонтировано общее панно из нескольких сотен разных размеров фотографий лиц англичан. Причем при первом взгляде на это панно можно было разглядеть без посторонней помощи только шесть или семь лиц. Затем в Австралии была отобрана группа жителей, принадлежащих к разным слоям населения, которые должны были за определенное время найти как можно больше лиц на представленном панно.
За то время, которое давалось испытуемым, в среднем, количество найденных лиц равнялось шести - десяти. Когда число опрашиваемых достигло несколько сот человек, и было точно зарегистрировано, что они видели, несколько исследователей поехали в Англию - на другой конец планеты, - и там показали эту же фотографию по внутреннему, кабельному телевидению Би-Би-Си, вещавшему только на Англию. Они тщательно показали телезрителям, где находятся все до единого лица на фотографии. Затем, через несколько минут после этой передачи, другие исследователи повторили эксперимент в первоначальном виде в Австралии с новыми испытуемыми. И вдруг люди начали легко находить большинство изображенных лиц.
В результате проведенного опыта ученые убедились в том, что люди обладают чем-то, что еще не было известно науке. Интересно, что аборигены Австралии всегда знали о такой «неизвестной» особенности человека, а именно, что существует энергетическое поле, объединяющее людей. Даже в нашем обществе мы наблюдали, как кто-то на одном конце планеты изобретает что-то очень сложное, а в это же самое время на другом конце Земли кто-то изобрел то же самое, используя те же принципы и идеи. Каждый изобретатель обычно говорил: «Ты украл это у меня. Это мое. Я первый сделал это». Случалось иногда и так, но для большинства дублирующих изобретений или открытий, идеи приходили к авторам индивидуально. Таким образом, после австралийского эксперимента ученые начали понимать: есть нечто, объединяющее всех нас и требующее дальнейшего всестороннего изучения. Что же касается «эффекта сотой обезьяны», то эту историю, по выражению самого автора (Лайэлла Ватсона), действительно следует воспринимать не более, чем красивую метафору.
Для обоснования подобных эффектов, биолог-теоретик Руперт Шелдрейк в 1981 году в своей книге "Новая наука жизни : гипотеза формообразующей причинности" предложил радикально новую теорию, объясняющую, как обучаются живые существа и как они изменяют форму. Гипотеза Шелдрейка состоит в следующем: если то или иное поведение повторяется достаточно часто, оно запечатлевается в неком "морфогенетическом (или формообразующем) поле". Это поле (для краткости "морфическое") обладает своего рода кумулятивной памятью, хранящей все, что происходило с данным видом в прошлом. Представители каждого вида (речь идет не только о биологических организмах, но также о молекулах, кристаллах и даже атомах) настроены на свое отдельное морфическое поле, которое простирается во времени и пространстве, проявляясь посредством процесса, называемого "морфический резонанс".
Представленная Шелдрейком теория объясняет, как могут произойти фундаментальные (или архетипические) изменения в человеческой психике. Сначала такие изменения в поведении или отношениях даются с трудом, но по мере того, как предлагаемую модель поведения перенимает все большее число индивидуумов, новым людям становится проще измениться – даже без прямого влияния со стороны окружающих. Согласно теории, люди посредством морфического резонанса настраиваются на новую модель в морфическом поле и испытывают все более сильное влияние с ее стороны, – это объясняет, почему со временем перемены даются все легче.
Сам Шелдрейк отмечает связь между своими идеями и теорией Карла Юнга. Но есть и важное отличие, выражающее то, что теорию Юнга применяют лишь в отношении человеческого опыта и человеческой коллективной памяти, а Шелдрейк предполагает, что подобный принцип действует во всей Вселенной, а не только в человеческой психике. Однако всеохватывающие предположения Шелдрейка на сегодняшний день не подтверждены опытами, а потому остаются в ранге гипотезы. По крайней мере, опыты с обезьянами не дали положительного ответа.
Что же касается человеческого общества, то здесь обсуждаемый эффект, возможно, в какой-то степени проявляется, но требует еще дополнительных экспериментальных исследований, хотя идеи Шелдрэйка и резонируют с широкой публикой и некоторыми физиками, такими как Дэвид Бом, Ганс-Питер Дюрр и другими.
Источник:
реклама
