Ванда Леонова - Женя не умел себя беречь

Последнее время Евгений Павлович тяжело болел. Если он, приходя, облокачивался на вешалку, она знала, что ему плохо. Но он старался не огорчать ее, всегда в таких случаях говорил: "Не волнуйся, Ванда, я просто хотел отдышаться".

ВСТРЕЧА НА ГАСТРОЛЯХ
Познакомились они в Свердловске. На улице. Случайно.
- Я училась в музыкально-педагогическом училище, а Женя с театром приехал в наш город на гастроли, - рассказала в интервью мне Ванда Владимировна. - Хорошо помню нашу первую встречу. Мы с подругой гуляли по улице Ленина, а Женя с друзьми-актёрами шёл нам навстречу и, как всегда он это делал, подтягивал брюки на ходу. Они нам сказали: "Мы хотим вас пригласить сегодня вечером на спектакль. Вы придёте?" Я ответила за себя и за свою подругу: "Да, с удовольствием!" И вечером мы пришли на спектакль, это были "Дни Турбиных". Они оставили нам пропуска у администратора, и мы сели в партер. Женя потом рассказывал, что они наблюдали за нами из-за занавеса. Он говорил, что я пришла очень нарядная, но не знала, куда деть руки - так волновалась.
После спектакля он пошел ее провожать. Они сидели на скамеечке, и он читал ей стихи Блока, Есенина. Они провели вместе три дня, а на четвертый театр улетел в Москву. И он ей звонил. А потом она приехала в Москву - знакомиться с его родителями.
ДАВАЙ ПОЖЕНИМСЯ
- Когда он вам сделал предложение?
- Женины родители жили в коммунальной квартире. А знаете, как было раньше в коммуналках: не дай Бог, что-то соседи скажут. Поэтому Женя познакомил меня с мамой своего друга, и я жила у неё. Ну и как-то Женя сказал: "Нам надо пожениться". Дней через пять он должен был уезжать на гастроли, и мы в этот же день пошли в обычный районный загс и расписались. Мои родители жили в другом городе и, честно говоря, были против того, что я выхожу замуж за актёра. Потом, конечно, они Женю очень полюбили. Но сначала категорически возражали против нашего брака. Но, мы всё равно поженились.


Она переехала в Москву, так и не окончив училище. На следующий год поступила на театроведческое отделение ГИТИСа. А в 1959 году у них родился сын Андрей. Первое время все вместе жили в общей квартире: родители Евгения Павловича, его старший брат, и они с сыном - в проходной комнате. Жили в тесноте, но не в обиде, потому что мама Евгения Павловича была очень гостеприимным человеком. Ее дом всегда был открыт для всех. В нем дневали и ночевали многочисленные родственники, кто-то приезжал из Клина, кто-то из деревни. Спали прямо на полу. Вместе ели, пили чай, и всегда в доме была какая-то радостная атмосфера.

ГОСТЕПРИИМНЫЙ ДОМ
- На кого был похож Евгений Павлович - на маму или папу?
- Женя в маму, такой же добрый, широкий. Мать Жени была очень добрая и от природы очень интеллигентная женщина. В университетах не училась, но была весьма начитанной, образованной и бесконечно любила свою семью. Эта её любовь, я думаю, передалась и Жене. Он безумно любил свой дом, обожал нас с Андрюшей… У нас тоже всю жизнь дом был открыт. Всегда после спектакля приходили друзья, сидели, разговаривали. Сейчас все это повторяется у Андрюши: у него тоже гостеприимный дом, он тоже любит друзей. Всегда у него люди, так же, как это было у нас с Женей: открывался холодильник, вытаскивались продукты, все жарилось, парилось - и на стол.
Конечно, первое время мы нуждались. Женя часто занимал деньги в театре. Потом он начал сниматься, стал хорошо зарабатывать, а деньги отдавал маме, потому что в семье всё было общее. Через какое-то время мы получили квартиру и долго не решались сказать Жениной маме, что собираемся переехать. Мы знали, что для неё это будет ударом.

УКРАЛ, ВЫПИЛ - В ТЮРЬМУ!
- В "Джентльменах удачи" он сыграл сразу три роли - директора детского сада, уголовного авторитета по кличке Доцент и директора детского сада, "косящего" под Доцента. Какая из них ему была интереснее?
- Я знаю, что интереснее ему была роль Доцента. Это была для него совершенно необычная роль, и она ему очень нравилась. Он ходил в Бутырку, наблюдал в глазок за уголовниками, что-то придумывал… А грима Женя действительно не признавал. Зачем грим, если он умел перевоплощаться внутренне?
ЛЕОНОВ ПРИЕХАЛ!
- В картине "Зигзаг удачи" Евгений Леонов сыграл роль фотографа Орешникова, который выиграл десять тысяч рублей - по тем временам фантастически крупную сумму. А в жизни Евгению Павловичу часто везло?
- Нет. С неба ему никогда ничего не падало. Он был работяга и всего добивался своим трудом. Адским, изнурительным трудом. Он работал на износ. Часто ездил с концертами, потому что на ту зарплату, которую он получал в театре, мы бы не смогли прожить.
В фильме "Полосатый рейс" Леонов сыграл горе-дрессировщика. А в жизни Евгений Павлович находил общий язык с животным?
- Женя очень любил и жалел животных. Он их просто обожал. У нас в доме вечно обитали какие-то приблудные кошки, собаки, и он всегда им был рад. Долгое время у нас жил бездомный кот Вася. Я ему сделала уголок около двери, и Женя его кормил. А однажды, на мой день рождения, кто-то принёс и поставил нам под дверь перевязанную ленточкой коробку со щенятами. Женя в это время был на гастролях в Болгарии. Я взяла этих семерых щенят, сделала им на кухне загородку, стала их кормить.
Через два дня приехал Женя. Я ему открываю дверь, он на меня посмотрел и говорит: "Ванда, что случилось?" Я ему всё рассказала, показала коробку с дворовыми щенками. Он говорит: "Чего ты расстраиваешься? Пускай поживут у нас немножко, а когда подрастут, я их отнесу на рынок и отдам каким-нибудь добрым людям". Сосед мне потом рассказывал: приехали они на рынок, Женю, конечно, все сразу окружили, кричат: "Леонов приехал!" Стали разбирать этих щенков. А он у всех спрашивал: "Вы хороший человек? Вот я вам отдаю собаку, но вы-то хороший человек?"

ТОСТУЕМЫЙ ПЬЕТ ДО ДНА!
- В "Осеннем марафоне" герой Леонова, помнится, смешивал водку с портвейном. А Евгений Павлович любил коктейли?
- Женя любил хороший коньяк, виски. Он был не против выпить, но никогда не был пьяницей. И он не пил, так, знаете, лишь бы выпить. Или как некоторые: сидеть и глушить водку стаканами. У него всегда было чувство меры. Когда к нам приходила соседка Тамара, он говорил: "Томик, хорошо, что ты пришла, сейчас мы сядем за стол - ты, Ванда и я - и выпьем". И мы садились, открывали какой-нибудь вкусненький коньячок, виски или водочку. И он, сколько хотел, столько и выпивал. Но никогда в жизни не напивался. Иногда говорил мне: "У меня есть желание выпить". Я никогда не возражала: "Ну, раз есть желание - выпей". Помню, однажды он позвонил мне на работу: "Знаешь, Ванда, я попросил дворника почистить наш ковёр, и мы сейчас с ним сидим и понемножку выпиваем".
НЕ ПОВЫШАЯ ГОЛОСА
- Одна из актёрских вершин Евгения Леонова - роль отца-Сарафанова в телефильме "Старший сын" по пьесе Вампилова. А каким отцом был сам Евгений Павлович - добрым или строгим?
- Нет, он не был строгим, и Андрюша, конечно, у нас избалован. Когда он родился, Женя снимался в Ленинграде и приехать не смог. А когда приехал, боялся Андрюшу взять на руки - такой маленький комочек. Конечно, он обожал сына. Привозил столько игрушек, что вся деревня Давыдково, где мы летом снимали дачу, снабжалась ими. Мы их дарили, оставляли, потому что нужна была грузовая машина, чтобы увезти их все с дачи.
Женя много работал, но если у него было свободное время, он с удовольствием гулял с сыном, играл с ним в футбол. Когда я повышала голос на Андрюшу, Женя всегда говорил: "Ванда, ты не права, все вопросы надо решать только добротой. Тебе потом это аукнется!" И он был прав.
- Евгений Леонов был непревзойденным комедийным актёром, а самому ему чувство юмора помогало переносить тяготы жизни?
- Да, он обладал большим чувством юмора, умел пошутить, хотя и не был таким, знаете, бездумным весельчаком. Когда я начинала о чём-то переживать, Женя всегда говорил: "Да ладно, Ванда, что ты из-за пустяков расстраиваешься, надо легче смотреть на всё". С возрастом, а точнее с болезнью, его психология изменилась. А после операции, которую ему сделали в Германии, он, конечно, стал другим человеком.

ДЕВЯТЬ ДНЕЙ ОДНОГО ГОДА
- Болезнь подкараулила его во время зарубежных гастролей?
- Да, это произошло совершенно неожиданно. Театр повёз на фестиваль спектакль "Диктатура совести". Они поехали-то всего на три дня. Вечером, после спектакля должны были улетать в Москву. А днём Женя вдруг начал очень сильно кашлять. У него и раньше такое бывало. И никто не знал, отчего он так кашляет. Врачи в таких случаях говорили, чтобы я ему ставила банки, горчичники, они считали, что это лёгкие. А это была сердечная недостаточность.
Решили показать его врачу, а по дороге в больницу Женя… скончался. Немцы сразу же подключили его к аппарату искусственного дыхания. Андрюша тоже был занят в этом спектакле, поэтому всё время был с отцом. Врачи сказали, чтобы Андрюша разговаривал с ним, пел, читал ему стихи, потому что хотя Женя был без сознания, он всё-таки мог что-то слышать. А вскоре и я прилетела туда. Врач сказал, что положение очень тяжелое, что у Жени обширнейший инфаркт. Нужно было срочно делать операцию.
Операция продолжалась четыре с половиной часа. После операции он пришёл в сознание, но был в очень тяжелом состоянии. Врачи сказали, что девятый день - самый опасный. Андрюша и я были всё время с ним. Но меня Женя почему-то не узнавал. Сидел, кушал и Андрюшу спрашивал: "Кто эта женщина? Чего она хочет?" Я у врача спрашивала: "Что же это такое: сына узнаёт, а меня нет?" Врач говорил: "Вы не волнуйтесь, неделя пройдет, и увидите, что он вас узнает". Прошёл третий день, пятый, седьмой, и слава Богу, девятый. Я захожу в палату, а он сидит такой похудевший, на меня смотрит и говорит: "Ванда, а ты-то здесь откуда?" Я говорю: "Да, я же всё время была здесь". "Надо же, - говорит он, - а ты у меня совсем из памяти выпала, я тебя не узнавал, думал, это какая-нибудь другая женщина". Как и говорили врачи, с каждым днём ему становилось всё лучше и лучше. И на десятый день после операции Женю перевели из хирургического отделения.

ЖИЗНЬ ПОСЛЕ СМЕРТИ
- Врачи не сказали вам, сколько он может прожить после операции?
- Нет. Когда я их спрашивала об этом, они отвечали: "Жизнь покажет". Судьба распорядилась так, что после операции Женя прожил пять с половиной лет. Мне кажется, врачи не надеялись, что он столько проживёт, так сильно у нёго было изношено сердце. Ну, и конечно, Женя не умел себя жалеть, беречь. Едва восстановившись после операции, он снова выкладывался полностью на спектаклях, на концертах. Приезжал домой и еле поднимался по лестнице - а там всего-то три ступеньки до лифта.
ОН ОБОЖАЛ ЦВЕТЫ И МЕД
- Его Винни-Пух, который покорил сердца детворы, как известно, обожал сладкое. А сам актёр был сладкоежкой?
- Нет, он не был сладкоежкой, но обожал мёд. Часто его покупал на рынке и с гастролей всегда привозил. И ещё Женя обожал цветы. Он из каждого города привозил охапки цветов. Если приезжал очень поздно, я говорила: "Женя, я сейчас разбирать не буду, оставим до завтра". И он бросал их в ванну и заливал водой. А утром мы их разбирали.
- Все его герои - земные, я бы даже сказал, привязанные к быту люди, а сам Евгений Павлович чувствовал себя уверенно в бытовых делах?
- Да. У нас весь быт был на Жене. Он ездил по магазинам, всё покупал сам. В субботу утром обычно ехал на рынок. Полрынка за ним бежало и кричало: "Леонов, покупай у меня!" Его часто обманывали, сдирали лишние деньги. Он приезжал на машине к дому, выгружал полные сумки продуктов. И пьяные грузчики (у нас во дворе столовая) несли эти сумки в дом. Потом говорили ему: "Палыч, а выпить дашь?"
Он любил вкусно поесть. У Жени был сильный диабет, и я всё время заботилась о его питании. Но когда меня не было дома, он мог наварить картошки, сделать пюре и съесть с целой селедкой. Любил, чтобы было много всего в холодильнике. И всегда ел с таким аппетитом и удовольствием, что даже, бывало, не хочется кушать, а всё равно сядешь с ним и начинаешь есть.

- Есть артисты, мастерство которых вызывает восхищение, изумление даже поклонение зрителей, но Леонов заслужил гораздо большее - всенародную любовь. Он стал народным не по званию, а по призванию…
- Да, его все очень любили. На улице часто останавливали, что-то спрашивали, и он всегда выслушивал человека. Он умел слушать и слышать других. Все в нашем доме его до сих пор вспоминают. Старушки, которые сидят на лавке, говорили мне: "Боже мой, каждый день, как пять часов наступает, мы думаем: где же Евгений Павлович, что же он не выходит с Тимошей гулять?" Нам подарили беспородного пса, и когда Женя поздно возвращался - с концерта или со спектакля - Тимоша всегда его встречал. И когда Женя умер, Тимоша еще долго при каждом шуме на лестнице вскакивал, подходил к двери, виляя хвостом. Он ждал Женю.
- Это правда, что Евгений Павлович умер в день спектакля?
- Да. Последнее время он часто говорил, что скоро умрёт. "Все мы смертны, - говорил Женя. - Хотя иногда я хочу жить, и кто знает, может быть, ещё моё семидесятилетие отпразднуем". Но до своего юбилея он не дожил. Из-за болезни у Жени в последние годы изменился характер, появилась какая-то повышенная нервозность. Он мог накричать, но тут же говорил: "Ванда ты меня извини, пожалуйста". Бывало, ругался и с Андрюшей, но тут же брал телефонную трубку и звонил ему: "Сынок, ты меня извини, я тут погорячился". Он, конечно, Андрюшу любил безумно, а когда родился внук, всю свою любовь перенёс на маленького Женечку. И в день смерти (он умер в 17.15) позвонил ему днём и сказал: "Ты знаешь, Женечка, я тебя очень сильно люблю".
Тот день был очень тяжёлым. Андрюша утром заехал за мной - мы собирались на рынок. Женя обычно в это время уже вставал, а тут он лежал. Я к нему подошла, говорю: "Женя, мы на рынок собираемся". Он попросил купить ему чего-нибудь вкусненького. Приехали мы с рынка, сели за стол кушать, и Женя вдруг говорит: "Ванда, почему ты мне ничего не купила?" И лицо у него стало такое обиженное, сердитое. Я говорю: "Женя, ну что ты, я тебе цыплёнка купила". Стала перечислять то, другое, третье. Но он не стал есть, разволновался, а потом сказал: "Я не могу взять себя в руки". И вышел из-за стола. Я легла отдохнуть - у меня очень сильно болела голова. Он лежал в другой комнате, но я слышала, что он как-то подозрительно кашлял: кхэ-кхэ-кхэ... как будто хотел прокашляться и не мог.
А потом он зашёл в мою комнату и сказал: "Сейчас Андрюшенька появится, надо собираться в театр". Надел рубашку, стал переодевать брюки - театральный костюм у него был дома - и вдруг пошатнулся и упал. Я подумала, что он на штанину наступил, и крикнула: "Женя, что случилось?" Подбежала к нему, а он выпрямился - и всё. В одну секунду его не стало. Приехали врачи, сказали, что это тромб.
Когда его не стало, я долго не могла говорить о нем, да и сейчас стараюсь не смотреть фильмы с его участием - тяжело. И вы знаете, я до сих пор его жду…

ПРЯМАЯ РЕЧЬ
Народный артист России Виктор Раков
- Когда я пришел в театр, то, конечно, уже знал, кто такой Евгений Павлович Леонов, но не ожидал, что окажусь с ним на одной площадке – съемочной или театральной. Это был настолько большой артист, что очень трудно передать масштаб его дарования. Сейчас у нас все звезды и гении, но Евгений Павлович действительно был настоящей звездой и гениальным артистом. Каждый раз, когда Леонов выходил на сцену, это было событие. Мы, молодые и среднего возраста артисты, не занятые в спектакле, стояли за кулисами и смотрели, как Евгений Павлович играет. Ни за кем больше, кроме Леонова, никто никогда не смотрел. Потому что всегда, когда он выходил на сцену, возникало ощущение, что вот-вот произойдет чудо. И чудо действительно происходило – чудо перевоплощения, взаимодействия его с другими артистами.
Самое удивительное, что при всей своей гениальности в жизни он был доступен, в нем не было никакого налета звездности и забронзовелости. И это к нему притягивало очень многих людей. Бывает так: артист хороший, а человек не очень. Он был и артистом великолепным, и очень хорошим человеком. Всегда помогал другим - и словом, и делом. Ездил в вышестоящие инстанции, чтобы пробить человеку квартиру или телефон – тогда это была проблема. Никогда никому не отказывал, если к нему обращались. Если говорить о главной теме его творчества, то мне кажется, что он нес добро. Добро и свет. Потому что он был очень светлым, очень добрым и очень великодушным человеком. И мне кажется, что Андрюша, сын Евгения Павловича, сегодня продолжает эту традицию. На мой взгляд, он преуспел в профессии и стал очень хорошим артистом.
"Ленком" бережно хранит память о Евгении Леонове. Вскоре после того, как Евгения Павловича не стало, в театре появилась международная премия имени Леонова. У нас существует благотворительный фонд Леонова. Когда в жизни работников театра происходят какие-то праздники или, наоборот, какие-то грустные события, люди пишут заявление и получают материальную помощь из этого фонда. Каждый год по итогам театрального сезона вручается премия Леонова - за лучшую мужскую, женскую роль и за роль второго плана. А лучшему театральному цеху вручается медаль с изображением Евгения Леонова, грамота и денежное вознаграждение. Так что Евгений Павлович остается с нами.