3495
20
С просторов интернета.
Кама — одна из крупнейших рек в России, берущая исток на севере Удмуртии и несущая свои воды через Кировскую область и Пермский край с последующим впадением в Волгу в Татарстане. По некоторым данным, именно Кама ранее являлась матерью-рекой и по количеству притоков, длине и полноводности превосходит Волгу и именно Волга впадает в Каму а не наоборот, как принято считать…
Кама — одна из крупнейших рек в России, берущая исток на севере Удмуртии и несущая свои воды через Кировскую область и Пермский край с последующим впадением в Волгу в Татарстане. По некоторым данным, именно Кама ранее являлась матерью-рекой и по количеству притоков, длине и полноводности превосходит Волгу и именно Волга впадает в Каму а не наоборот, как принято считать…
Но оставим споры учёным и обратимся к нашему путешествию по этой реке, а именно по наиболее красивой её части в верхнем течении, от п. Афанасьево до д. Волосница, что вблизи п. Рудничный Верхнекамского района Кировской области.
Маршрут протяжённостью примерно 200 километров по реке давно задумывался нами ещё с момента первого сплава на байдарке в 2012 по примерно половине от намеченного сейчас.
Мой напарник в путешествии и хозяин большой металлической лодки казанки с мощным мотором Виктор Цылёв с воодушевлением отнёсся к предложению исследовать Каму.
Погожим августовским вечером 2014 года мы погрузили лодку и весь скарб в заранее заказанную грузовую машину «Валдай» и отправились по дороге на Афанасьево.
Тремя часами позже в предночных сумерках мы уже спускали лодку на воду недалеко от автомобильного моста через Каму в вышеуказанном посёлке. Чтобы встать на ночлег, нам во что бы то ни стало нужно было проплыть пару-тройку километров, дабы оставить позади берега Афанасьевские.
Ночь опустилась на тихие берега реки, укутав плотным туманом двоих путников в лодке.
Из-за плохой видимости и узкой, мелкой реки, к помощи мотора прибегать не пришлось, мы неспешно продирались на вёслах сквозь густой туман и травы, всюду затянувшие русло. Стрекотание ночных кузнечиков и сверчков, плеск редких больших рыбин, домики с огоньками окон по берегам, то и дело попадающиеся мостки, выходящие в реку, и десятки утлых лодчонок, раскиданных у воды. Такой предстала Кама в посёлке Афанасьево, нам, вглядывающимся в красоту сквозь темноту августовской ночи, вслушивающихся в звуки ночной реки и прибрежной полосы.
Чуть дальше мы увидели огоньки костров — это местные детишки, притянутые неведомой силой реки в этот глухой ночной час, сидят стайкой у костра, рассказывают истории. Мы проплываем мимо в мутном свете полной луны, временами пробивающемся сквозь облака и туман, и заливающей призрачным светом сказочные берега, и ребятишек, уютно устроившихся у костра.
Но вот огни посёлка позади, и решено искать подходящий берег для ночёвки.
Причаливаем к показавшемуся подходящим крутояру и, освещая путь фонариками, находим костровище, оставленное рыбаками, да пару-тройку досок горбыля, как нельзя кстати.
Разжигаем костёр, варим ужин из припасов, ставим палатку.
Посидев немного у костра, заползаем в спальники. Сквозь стенки палатки тускло светят сполохи догорающего костра, звуки ночи умиротворяют и навевают лёгкий крепкий сон, который бывает только на природе, где свежего воздуха столько что кружится голова.
Ну разве можно долго спать на природе, особенно когда вокруг такая красота.
Маршрут протяжённостью примерно 200 километров по реке давно задумывался нами ещё с момента первого сплава на байдарке в 2012 по примерно половине от намеченного сейчас.
Мой напарник в путешествии и хозяин большой металлической лодки казанки с мощным мотором Виктор Цылёв с воодушевлением отнёсся к предложению исследовать Каму.
Погожим августовским вечером 2014 года мы погрузили лодку и весь скарб в заранее заказанную грузовую машину «Валдай» и отправились по дороге на Афанасьево.
Тремя часами позже в предночных сумерках мы уже спускали лодку на воду недалеко от автомобильного моста через Каму в вышеуказанном посёлке. Чтобы встать на ночлег, нам во что бы то ни стало нужно было проплыть пару-тройку километров, дабы оставить позади берега Афанасьевские.
Ночь опустилась на тихие берега реки, укутав плотным туманом двоих путников в лодке.
Из-за плохой видимости и узкой, мелкой реки, к помощи мотора прибегать не пришлось, мы неспешно продирались на вёслах сквозь густой туман и травы, всюду затянувшие русло. Стрекотание ночных кузнечиков и сверчков, плеск редких больших рыбин, домики с огоньками окон по берегам, то и дело попадающиеся мостки, выходящие в реку, и десятки утлых лодчонок, раскиданных у воды. Такой предстала Кама в посёлке Афанасьево, нам, вглядывающимся в красоту сквозь темноту августовской ночи, вслушивающихся в звуки ночной реки и прибрежной полосы.
Чуть дальше мы увидели огоньки костров — это местные детишки, притянутые неведомой силой реки в этот глухой ночной час, сидят стайкой у костра, рассказывают истории. Мы проплываем мимо в мутном свете полной луны, временами пробивающемся сквозь облака и туман, и заливающей призрачным светом сказочные берега, и ребятишек, уютно устроившихся у костра.
Но вот огни посёлка позади, и решено искать подходящий берег для ночёвки.
Причаливаем к показавшемуся подходящим крутояру и, освещая путь фонариками, находим костровище, оставленное рыбаками, да пару-тройку досок горбыля, как нельзя кстати.
Разжигаем костёр, варим ужин из припасов, ставим палатку.
Посидев немного у костра, заползаем в спальники. Сквозь стенки палатки тускло светят сполохи догорающего костра, звуки ночи умиротворяют и навевают лёгкий крепкий сон, который бывает только на природе, где свежего воздуха столько что кружится голова.
Ну разве можно долго спать на природе, особенно когда вокруг такая красота.
×
Ну какое путешествие начинается без чая у костра, наспех умывшись и добыв огонь варим ароматный напиток и наслаждаемся свежестью туманного утра, а сквозь дымку уже видны проблески восходящего солнца.
Но пора в путь, впереди почти 200 километров интереснейшей реки и разнообразных Камских пейзажей.
Быстрая и мелкая река подхватывает нашу лодку и несёт сквозь высокие травы, журча перекатами и сверкая тысячами мокрых от росы паутинок.
Быстрая и мелкая река подхватывает нашу лодку и несёт сквозь высокие травы, журча перекатами и сверкая тысячами мокрых от росы паутинок.
А вода, насколько она здесь прозрачна и чиста, рыбёшки как на ладони снуют у дна, поблёскивая от пробивающихся сквозь воду солнечных лучей.
Большое по современным меркам стадо коровок плещущихся в воде возвещают о скором приближении к большому населённому пункту. Тучи кровососущих летающих и жужжащих облепили бедных коровок ищущих спасения от них и дневного солнца в воде, попутно поедая кувшинки.
Где-то среди холмов показывается большой красивый посёлок раскинувшийся по берегу Камы, это Бисерово.
Рыбаки теперь встречаются не только на воде в деревянных лодочках, подчас самодельных долблёнках, но и по берегам реки.
Вот слышится плеск и гомон, это местная ребятня закрывает сезон купания.
Рыбаки теперь встречаются не только на воде в деревянных лодочках, подчас самодельных долблёнках, но и по берегам реки.
Вот слышится плеск и гомон, это местная ребятня закрывает сезон купания.
Уже на закате проплывая мимо одной из заброшенных деревень, видим пожилую женщину в лодке. Подплыв поближе, здороваемся и завязывается разговор. Женщина эта оказывается очень приятной, общительной и рассказывает нам, что родом она отсюда.
Неодолимая тяга и ностальгия по родным местам, воспоминания детства и молодости, привели её в старый полуразрушенный дом, где она уже несколько дней «заживает». Ходит в лес по грибы и ягоды, да вот как сейчас тихонько рыбачит с лодки на вечерней зорьке. Волна огромного уважения прокатывается в наших сердцах к этой усталой рыбачке встретившейся на реке.
Неодолимая тяга и ностальгия по родным местам, воспоминания детства и молодости, привели её в старый полуразрушенный дом, где она уже несколько дней «заживает». Ходит в лес по грибы и ягоды, да вот как сейчас тихонько рыбачит с лодки на вечерней зорьке. Волна огромного уважения прокатывается в наших сердцах к этой усталой рыбачке встретившейся на реке.
Ещё много можно было спросить у неё, чем жили в этих местах, как, да что, но река уже вновь подхватила нас очередным перекатом унося всё дальше от провожающей нас с улыбкой и тоской во взгляде рыбачки.
Вот та деревня в которой ещё не так вроде бы и давно кипела жизнь, а теперь всё поросло быльём и даже сама река словно бы решила поглотить остатки человеческого жилья, подмывая каждый год берег и ветхие заброшенные дома на нём.
Вот та деревня в которой ещё не так вроде бы и давно кипела жизнь, а теперь всё поросло быльём и даже сама река словно бы решила поглотить остатки человеческого жилья, подмывая каждый год берег и ветхие заброшенные дома на нём.
Взобравшись на высокий берег обозреваю окрестности. Холмы, поросшие лесом, река, всё так же устланная по краям пушистыми травами, свежий запах луга да стрекотание кузнечиков, а сверху словно застыли в безветрии облака на фоне долгого августовского вечера и почти закатившегося светила.
Ещё засветло проплываем некое подобие подтопленного древнего то ли катера, то ли парохода, что когда то сновали весной по большой от паводка реке, а ныне вот так гниют в воде, либо что чаще давно порезаны в металлолом. Ржавые бока и серп с молотом и звездой в сгущающихся сумерках напоминают нам о былом величии этих мест, тонкой нитью соединяя наше сознание с прошлым.
Проплыв посёлок Бор, оставшийся немного в стороне от реки находим красивое и удобное для ночёвки место и разбиваем лагерь.
Ночью сквозь сон слышим грохот, выкарабкавшись из палатки видим в небе зарево от салютов, это в посёлке видимо так отмечают чью-то свадьбу
Встав спозаранку мы обнаруживаем пренеприятнейшую мелочь, досадно мешающую путешествию больше чем тучи до этого досаждавших комаров. Погода испортилась и небо затянуло серыми тучами, принёсшими то и дело начинающийся и оканчивающийся мелкий моросящий дождик.
Ночью сквозь сон слышим грохот, выкарабкавшись из палатки видим в небе зарево от салютов, это в посёлке видимо так отмечают чью-то свадьбу
Встав спозаранку мы обнаруживаем пренеприятнейшую мелочь, досадно мешающую путешествию больше чем тучи до этого досаждавших комаров. Погода испортилась и небо затянуло серыми тучами, принёсшими то и дело начинающийся и оканчивающийся мелкий моросящий дождик.
Начался второй день нашего путешествия по изумительной красоты реке Кама.
Кутаясь в плащах, мы всё чаще заводим мотор оттого что река стала здесь несколько шире и глубже, хотя по-прежнему изобилует перекатами и травянистыми отмелями. Всё чаще встречается и довольно крупный галечник на дне, что опасно для винта и заставляет порою очень резко глушить мотор и закидывать его в лодку.
Хотя максимальная скорость с мотором не превышает 30 километров в час, но на воде это кажется очень быстро, и говорят что при зацепе винта за валун на такой скорости задний борт может вырвать вместе с мотором, а незадачливые пассажиры ещё долго будут лететь в воздухе вперёд лодки, пока не плюхнутся в воду.
Всё ближе Верхнекамский район, лодочки с рыбаками здесь уже не утлые и деревянные, им на смену приходят резиновые с мощными моторами.
Мимо проплывает одна из последних Афанасьевских деревенек с звучным названием Часовня.
Кутаясь в плащах, мы всё чаще заводим мотор оттого что река стала здесь несколько шире и глубже, хотя по-прежнему изобилует перекатами и травянистыми отмелями. Всё чаще встречается и довольно крупный галечник на дне, что опасно для винта и заставляет порою очень резко глушить мотор и закидывать его в лодку.
Хотя максимальная скорость с мотором не превышает 30 километров в час, но на воде это кажется очень быстро, и говорят что при зацепе винта за валун на такой скорости задний борт может вырвать вместе с мотором, а незадачливые пассажиры ещё долго будут лететь в воздухе вперёд лодки, пока не плюхнутся в воду.
Всё ближе Верхнекамский район, лодочки с рыбаками здесь уже не утлые и деревянные, им на смену приходят резиновые с мощными моторами.
Мимо проплывает одна из последних Афанасьевских деревенек с звучным названием Часовня.
Вот из-за поворота показывается крупное деревянное строение с кучей хоз-построек и гордо реющим государственным флагом на крыше, это кордон промысловиков на Мининской.
Дальше два самых больших на Каме каменистых переката, издали шумящих стремительно несущейся водой и нам открывается настоящая местная диковинка. Место с названием Бельцы.
Высокий сосновый бор сходит здесь к берегам Камы обрываясь высокой отвесной стеной к каменистому берегу.
Всюду раскиданы валуны, а обрыв нависает словно скала. Чувствуется близость батюшки Урала.
Высокий сосновый бор сходит здесь к берегам Камы обрываясь высокой отвесной стеной к каменистому берегу.
Всюду раскиданы валуны, а обрыв нависает словно скала. Чувствуется близость батюшки Урала.
Изгиб красавицы Камы, вечерняя дымка у горизонта, тёплые лучи заходящего солнца ласкают лицо и освещают огромную багряную тучу и сполохи вдали. Она туча ещё даст о себе знать этой ночью.
Спустившись вниз решили ещё немного проплыть вниз по течению, и остановились ночевать на поросшей травой косе, сильно вдавшейся в русло, река в этом месте огибала выступ и мы словно были на острове где кругом вода.
Варим вкуснейший суп, достаём прочие вкусности из запасённых припасов, глоток крепкого спиртного перед ужином с устатку после трудного дня…идиллия.
Спустившись вниз решили ещё немного проплыть вниз по течению, и остановились ночевать на поросшей травой косе, сильно вдавшейся в русло, река в этом месте огибала выступ и мы словно были на острове где кругом вода.
Варим вкуснейший суп, достаём прочие вкусности из запасённых припасов, глоток крепкого спиртного перед ужином с устатку после трудного дня…идиллия.
Среди ночи нас будит шум и грохот, наруже настоящее светопреставление, порывы шквального ветра стремятся сбросить нашу палатку в реку. В чём есть мы выскакиваем из спальников, оскальзываясь и падая, под проливным дождём, ударами грома и яркими сполохами молний пытаемся закрепить наше единственное убежище. Адреналин? Да, это конечно весело, но тогда было не до веселья, видеть бы сейчас мои глаза, носящегося по траве в одних трусах, под струями воды, хлещущёй с неба, в почти полной темноте озаряемой лишь молниями ударяющими где-то совсем рядом, ветер и скользкая трава, вкупе с растяжками от палатки сбивали с ног и вот я уже опять лицом в пол.
Прошло какое-то время, палатка таки была закреплена, плёнка уже не улетала, обнажая водопроницаемый брезент, да и гроза поутихла, мы вновь забрались в уютное убежище и тут же уснули, организм просто выключил сознание после пережитого стресса.
Поутру встали позже, отсыпались после ночных потрясений, солнце уже ярко освещало место ночёвки, и в его лучах река была сегодня особенно красива.
Прошло какое-то время, палатка таки была закреплена, плёнка уже не улетала, обнажая водопроницаемый брезент, да и гроза поутихла, мы вновь забрались в уютное убежище и тут же уснули, организм просто выключил сознание после пережитого стресса.
Поутру встали позже, отсыпались после ночных потрясений, солнце уже ярко освещало место ночёвки, и в его лучах река была сегодня особенно красива.
Источник:
Метки: природа России самобытность
Я служил недалеко от города в середине 70-х прошлого века.
Бродил в Перми по набережной Камы! Впечатления от реки на всю жизнь.
угу - ща Волга в Оку будет впадать..
Нет, скорее, где-то всё-таки Волга "выпадает" из Камы