15674
4
Есть тяжкое заблуждение, что не бывает женщин - маньяков, на самом деле, женщины в жестокости зачастую переплёвывают мужчин. Здесь подборка лишь четырёх самых жестоких убийц. Но их намного больше, в следующий раз постараюсь дополнить этот список. А пока предлагаю вам самим вспомнить знаменитых маньячек и по обсуждать это в комментариях.
Аме́лия Эли́забет Да́йер, рождена 1837г., казнена 10 июня 1896.
британская преступница, считающаяся самой массовой детоубийцей в истории, совершавшая свои преступления в Викторианскую эпоху и по роду занятий бывшая так называемым бэби-фермером[1][2]. Она была осуждена и казнена через повешение за совершение одного убийства, однако сейчас считается, что на деле она ответственна за убийства множества других детей — возможно, четырёхсот или больше — на протяжении двадцати лет.
В возрасте около 13 лет, после смерти матери, Амелия переехала в Бристоль и поселилась у тетушки, которая отдала ее учиться в корсетную мастерскую. Отец ее умер в 1859 году, а его дело перешло к старшему брату Амелии.
Через несколько лет, в 1861-м, 24-летняя Амелия вышла замуж за человека много старше ее - ее мужу Джорджу Томасу (George Thomas) было к моменту свадьбы 59 лет. Известно, что во время церемонии бракосочетания супруг ее сбавил себе десяток лет, в то время как невеста немного прибавила, чтобы разница в возрасте не была столь пугающей.
По настоянию мужа Амелия пошла учиться, а после стала работать медсестрой, что в те времена было очень респектабельным делом. Она освоила многие полезные медицинские навыки, в том числе и некоторые тонкости акушерства, которые в те времена могли принести очень неплохой доход.
Так, принимая роды у незамужних женщин, можно было за плату хранить их бесчестие в тайне, а после брать и устраивать их детей на содержание, также, разумеется, за плату.
В тот период Амелия сдружилась с Эллен Дэйн (Ellen Dane), которая и научила ее тонкостям ведения этого бизнеса. Сама Эллен вскоре вынуждена была уехать из страны, так как ею уже очень интересовались власти, а Амелия осталась, приняв на себя заботу о 'детях' Эллен.
Вскоре Амелия родила дочь, и в тот же период скончался ее муж, так, молодая женщина с маленьким ребенком оказалась в довольно сложном финансовом положении. Однако, она уже все знала про 'бизнес', а потому, не мучаясь долго, она принялась искать себе 'клиентов'. Здесь, кстати, очень пригодились ее образованность, респектабельность и медицинское образование - люди видели перед собой профессионально обученную медсестру, порядочную молодую даму, которой было вовсе не страшно доверить све несчастное, незаконнорожденное дите. Так, получая по 10 фунтов и коробку с одеждой на год за каждого ребенка, Амелия вскоре устроила у себя настоящую детскую ферму.бизнес Амелии Дайер процветал в течение 10 лет после смерти ее мужа, и лишь в 1879 году она попала под подозрение полиции, а вскоре была арестована по причине высокой смертности детей.
Как бы парадоксально это ни звучало, но за свои деяния Дайер получила… 6 месяцев каторги - суд признал ее виновной лишь в 'пренебрежении', и приговор оказался баснословно мягким.
Выйдя на свободу, женщина предприняла попытку продолжить бизнес, однако все с самого начала пошло не так гладко - отдавшая ей ребенка гувернантка вскоре пришла навестить его и заметила, что вместо ее ребенка Амелия подсунула ей другого. Впрочем, из столь щекотливого положения ей удалось выйти довольно легко - Амелия наглоталась опиума и симулировала суицид, а после этого ее поместили в психиатрическую лечебницу, вместо того, чтобы отдать под суд.Наблюдаясь в клинике амбулаторно, Амелия продолжила свое дело, и количество загубленных детей все возрастало.
Далее Амелия Дайер ступила еще дальше на пути детоубийства и перестала пользоваться услугами врачей для освидетельствования смертей малюток, а начала избавляться от тел сама.
В 1893-м врачи признали ее вменяемой окончательно, дочь ее уже выросла и вышла замуж, и она перебралась на Кенсингтон-Роуд, в Ридинге (Kensington Road, Reading, Berkshire), а дочь отправила в Лондон.
Очередным ребенком стала дочка буфетчицы Эвелины Мармон (Evelina Marmon). Мать очень переживала за малышку, однако добропорядочной на вид Дайер она поверила, и была обескуражена, когда через короткое время та не ответила на ее письмо. Естественно, своей дочки она никогда более не увидела, как не увидели своих детей и еще несколько несчастных, загнанных обстоятельствами жизни матерей. Зато труп младенца нашел в марте 1896 года бурлак на Темзе, который и отнес тельце в полиц
ию. Вскоре след вывел полицейских на Амелию. Ее взяли под наблюдение, и вскоре доказательств хватило на арест, кроме того, вместе с ней по делу пошли дочь и зять.
Очень скоро всплыла и самая страшная цифра, когда-либо звучавшая в связи с массовыми убийствами детей - Амелия обвинялась в убийстве 400 детей.
Судебный процесс начался 22 мая 1896 года и окончился смертным приговором.
Амелия Дайер была повешена в Ньюгейтской тюрьме (Newgate Prison) 10 июня 1896 года, ровно в 9 утра. Последними словами преступницы были: 'Мне нечего сказать'.
Бесспорно, преступления Амелии Дайер превосходят своей бесчеловечностью самые страшные деяния самых страшных маньяков в истории человечества, а что касается дам-убийц, она стала несомненной 'чемпионкой' в викторианской Англии.
британская преступница, считающаяся самой массовой детоубийцей в истории, совершавшая свои преступления в Викторианскую эпоху и по роду занятий бывшая так называемым бэби-фермером[1][2]. Она была осуждена и казнена через повешение за совершение одного убийства, однако сейчас считается, что на деле она ответственна за убийства множества других детей — возможно, четырёхсот или больше — на протяжении двадцати лет.
В возрасте около 13 лет, после смерти матери, Амелия переехала в Бристоль и поселилась у тетушки, которая отдала ее учиться в корсетную мастерскую. Отец ее умер в 1859 году, а его дело перешло к старшему брату Амелии.
Через несколько лет, в 1861-м, 24-летняя Амелия вышла замуж за человека много старше ее - ее мужу Джорджу Томасу (George Thomas) было к моменту свадьбы 59 лет. Известно, что во время церемонии бракосочетания супруг ее сбавил себе десяток лет, в то время как невеста немного прибавила, чтобы разница в возрасте не была столь пугающей.
По настоянию мужа Амелия пошла учиться, а после стала работать медсестрой, что в те времена было очень респектабельным делом. Она освоила многие полезные медицинские навыки, в том числе и некоторые тонкости акушерства, которые в те времена могли принести очень неплохой доход.
Так, принимая роды у незамужних женщин, можно было за плату хранить их бесчестие в тайне, а после брать и устраивать их детей на содержание, также, разумеется, за плату.
В тот период Амелия сдружилась с Эллен Дэйн (Ellen Dane), которая и научила ее тонкостям ведения этого бизнеса. Сама Эллен вскоре вынуждена была уехать из страны, так как ею уже очень интересовались власти, а Амелия осталась, приняв на себя заботу о 'детях' Эллен.
Вскоре Амелия родила дочь, и в тот же период скончался ее муж, так, молодая женщина с маленьким ребенком оказалась в довольно сложном финансовом положении. Однако, она уже все знала про 'бизнес', а потому, не мучаясь долго, она принялась искать себе 'клиентов'. Здесь, кстати, очень пригодились ее образованность, респектабельность и медицинское образование - люди видели перед собой профессионально обученную медсестру, порядочную молодую даму, которой было вовсе не страшно доверить све несчастное, незаконнорожденное дите. Так, получая по 10 фунтов и коробку с одеждой на год за каждого ребенка, Амелия вскоре устроила у себя настоящую детскую ферму.бизнес Амелии Дайер процветал в течение 10 лет после смерти ее мужа, и лишь в 1879 году она попала под подозрение полиции, а вскоре была арестована по причине высокой смертности детей.
Как бы парадоксально это ни звучало, но за свои деяния Дайер получила… 6 месяцев каторги - суд признал ее виновной лишь в 'пренебрежении', и приговор оказался баснословно мягким.
Выйдя на свободу, женщина предприняла попытку продолжить бизнес, однако все с самого начала пошло не так гладко - отдавшая ей ребенка гувернантка вскоре пришла навестить его и заметила, что вместо ее ребенка Амелия подсунула ей другого. Впрочем, из столь щекотливого положения ей удалось выйти довольно легко - Амелия наглоталась опиума и симулировала суицид, а после этого ее поместили в психиатрическую лечебницу, вместо того, чтобы отдать под суд.Наблюдаясь в клинике амбулаторно, Амелия продолжила свое дело, и количество загубленных детей все возрастало.
Далее Амелия Дайер ступила еще дальше на пути детоубийства и перестала пользоваться услугами врачей для освидетельствования смертей малюток, а начала избавляться от тел сама.
В 1893-м врачи признали ее вменяемой окончательно, дочь ее уже выросла и вышла замуж, и она перебралась на Кенсингтон-Роуд, в Ридинге (Kensington Road, Reading, Berkshire), а дочь отправила в Лондон.
Очередным ребенком стала дочка буфетчицы Эвелины Мармон (Evelina Marmon). Мать очень переживала за малышку, однако добропорядочной на вид Дайер она поверила, и была обескуражена, когда через короткое время та не ответила на ее письмо. Естественно, своей дочки она никогда более не увидела, как не увидели своих детей и еще несколько несчастных, загнанных обстоятельствами жизни матерей. Зато труп младенца нашел в марте 1896 года бурлак на Темзе, который и отнес тельце в полиц
ию. Вскоре след вывел полицейских на Амелию. Ее взяли под наблюдение, и вскоре доказательств хватило на арест, кроме того, вместе с ней по делу пошли дочь и зять.
Очень скоро всплыла и самая страшная цифра, когда-либо звучавшая в связи с массовыми убийствами детей - Амелия обвинялась в убийстве 400 детей.
Судебный процесс начался 22 мая 1896 года и окончился смертным приговором.
Амелия Дайер была повешена в Ньюгейтской тюрьме (Newgate Prison) 10 июня 1896 года, ровно в 9 утра. Последними словами преступницы были: 'Мне нечего сказать'.
Бесспорно, преступления Амелии Дайер превосходят своей бесчеловечностью самые страшные деяния самых страшных маньяков в истории человечества, а что касается дам-убийц, она стала несомненной 'чемпионкой' в викторианской Англии.
Белль Соренсен Ганнесс, рождена 11 ноября 1859года, погибла 28 апреля 1908 (?)
Прозище: «Адская Белль»,«Чёрная вдова».
Она убила большинство своих знакомых ухажёров, а также двух своих дочерей — Миртл и Люси. Возможно, она также причастна к смерти обоих её мужей и всех детей. Мотивом преступлений Ганнесс было завладение страховкой, деньгами и другими ценностями, кроме того — устранение свидетелей. По некоторым данным она убила от 25 до 40 человек в течение нескольких десятилетий.
Вообще она была крупной женщиной, ростом в 173 см, и весом под 90 кг, но это нисколько не мешало ей быть популярной у мужского пола и выйти замуж в 1884 году за Мэдса Дитли. Пытались держать кондитерский магазин в Чикаго, но дела не пошли, магазин неожиданно сгорел, они забрали страховку и переехали в другой район. Она родила ему 4-х детей - Кэролайн, Аксель, Миртл и Люси.
Однако, Кэролайн и Аксель умерли в младенчестве, офиц. от острого колита, но позже утверждалось, что были отравлены, за них родители тоже получили страховку. Муж неожиданно скончался в 1900 году, семейный врач подозревал стрихнин, но написал сердечную недостаточность. Родственники мужа обвинили ее в отравлении, но не доказали. Страховые компании выплатили ей 217 000$, с помощью которых, она купила ферму на окраине Ла Порте, штат Индиана. И там снова оказался норвежский иммигрант, живший по соседству, - Peter Gunness, они поженились в 1902 году. У Петера были 2 дочки, одна довольно быстро умерла. Оба их дома неожиданно сгорели, они получили страховку и переехали в город, в дом на Мак-Кланг-роуд. Но опять очень скоро, муж поранился в сарае – шлифовальный станок пробил ему череп. Его брат, забрал к себе его оставшуюся дочь.
По страховке получила всего 4000$. Местные жители стали сильно сомневаться, что ее муж мог быть таким неуклюжим.Однако, она опять была беременна (в 1903 году, сын, Филипп, родился) и присяжных заседателей, это убедило в ее невиновности, несмотря на то, что дочь первого мужа прямо всем заявила, что мачеха отравила ее отца. И даже более того, один из присяжных Рэй Ламфер, сильно увлекся ей и в 1906 году сделал предложение руки и сердца. Рэя она динамила долго, подала объявление в газете: «Миловидная и обеспеченная вдовушка ищет нового супруга со своим немалым состоянием». Из нескольких претендентов, первым подошел Джон Мо, прибывший из штата Миннесота. Он привес с собой более 1000 $, Бэль соседям представила его, как своего двоюродного брата. И в течение недели после его приезда, он исчез. Затем прибыл Джордж Андерсон из штата Миссури, который, опять-таки был иммигрантом из Норвегии. Они было сговорились уже о браке, и о том, что он будет покрывать все расходы, но как-то его однажды напугало зловещее выражение ее лица, и следующим же поездом он убежал обратно в Миссури.За 1907 год, также приезжало и исчезало еще много мужчин. С 1908 года сохранилось ее одно любовное послание некоему Andrew Helgelien, где она писала, что любит его больше всего на свете и ни о ком так не мечтает.
И после такого письма, мужчина не устоял и помчался к ней на крыльях любви вместе со всеми своими сбережениями в виде чека на 2 900$, чек Бэль обналичила вскоре, а сладкого мужчины больше никто не видел. Рэй Ламфер начинал откровенно злиться на ее холодность, она продолжала и дальше приглашать мужчин, он начал истерить, и она его подстрелила (не насмерть), на суде сказала, что он был маньяк сумасшедший, который ее постоянно донимал угрозами и домогательствами, типа самозащита была. Врачи, установили, что мужик вполне в своем уме, и всех отпустили.Но его больная любовь не кончилась (есть такой тип людей, патологически влюбляющийся в убийц, он был одним из них. Он продолжал преследовать ее тайно и явно, от злости настучал брату исчезнувшего Andrew Helgelien, - который тоже стал донимать Бэль расспросами, и даже заставил ее принимать участие в поиске пропавших без вести, в итоге, она этому брату даже счет предъявила за отнятое время. Рэй Ламфер не успокаивался, говорят, и правда сошел с ума, а она жаловалась на него шерифу, что боится за свою жизнь и за жизнь своих детей, типа он угрожал убить ее и сжечь ее дом. На деле, она сама собиралась сжечь свой дом, свалить на него, и снова собрать страховку.Пока Ламфер бесился, по дому ей помогал Джо Мэксон, но она как-то забыла о том, что он в доме, и что в доме дети, и подожгла дом, Джо Мэксону удалось выпрыгнуть из окна и позвать пожарных, но было поздно. В том же, 1908 году, в подвале обнаружили останки 4-х трупов. Среди которых женщина без головы (поначалу подумали, что это сама хозяйка) и 3-е детей, неведомо от кого и своих ли.
Соседи тут же припомнили угрозы Ламфера. На суде, поначалу он все отрицал, и сказал, что Бэль сбежала из города, но его все равно осудили за поджог и убийство. Позже стали объявляться данные и свидетели о ее странной жизни и исчезнувших мужчинах. Начали копать землю на ее ферме, и обнаружили там захоронения почти всех пропавших, включая падчерицу от 1-го брака. Но Рэй Ламфер взял вину на себя, был приговорен аж к 20-ти годам, но умер в тюрьме от туберкулеза уже через год, в 1909. А 14 января 1910 года, священник который исповедовал его при смерти, рассказал его некоторые тайны, что, да, любил ее, потому помогал хоронить тела, убитых ее. Большинство жертв она убивала, подмешав им яд в кофе, иногда особо изощренно, снотворное в пищу, - и голову в мясорубку. Иногда она доводила мужиков до кровати и в порыве страсти усыпляла их хлороформом, затем тащила их в подвал и производила вскрытие, останки скармливала свиньям. А вскрытию ее научил ее второй муж как раз – мясник Петер Ганс… Детей она тоже задушила хлороформом, а обезглавленная женщина была приглашенной экономкой, ее одели в одежды Бэль и даже вставили зубы, как у Бэль. И Бэль сбежала одна. По его расчетам у нее должно было быть около 250 000$, что в пересчете на нынешние расценки около - 6,3 млн. $!
Ее искали долго и безуспешно, но по всему США то там, то здесь вспыхивала информация, что ее видели, особенно утверждали, что в 1931 году, Бэль жила в Миссисипи одна, конечно же местами, также же исчезали люди и находились обезглавленные трупы. Она стала легендой американского уголовного фольклора, как «женщина Синяя Борода». Она так никогда и не была обнаружена, и следствие конечное разошлось во мнении, правда ли она убежала, или ее все-таки убил Ламфер...... ?
Прозище: «Адская Белль»,«Чёрная вдова».
Она убила большинство своих знакомых ухажёров, а также двух своих дочерей — Миртл и Люси. Возможно, она также причастна к смерти обоих её мужей и всех детей. Мотивом преступлений Ганнесс было завладение страховкой, деньгами и другими ценностями, кроме того — устранение свидетелей. По некоторым данным она убила от 25 до 40 человек в течение нескольких десятилетий.
Вообще она была крупной женщиной, ростом в 173 см, и весом под 90 кг, но это нисколько не мешало ей быть популярной у мужского пола и выйти замуж в 1884 году за Мэдса Дитли. Пытались держать кондитерский магазин в Чикаго, но дела не пошли, магазин неожиданно сгорел, они забрали страховку и переехали в другой район. Она родила ему 4-х детей - Кэролайн, Аксель, Миртл и Люси.
Однако, Кэролайн и Аксель умерли в младенчестве, офиц. от острого колита, но позже утверждалось, что были отравлены, за них родители тоже получили страховку. Муж неожиданно скончался в 1900 году, семейный врач подозревал стрихнин, но написал сердечную недостаточность. Родственники мужа обвинили ее в отравлении, но не доказали. Страховые компании выплатили ей 217 000$, с помощью которых, она купила ферму на окраине Ла Порте, штат Индиана. И там снова оказался норвежский иммигрант, живший по соседству, - Peter Gunness, они поженились в 1902 году. У Петера были 2 дочки, одна довольно быстро умерла. Оба их дома неожиданно сгорели, они получили страховку и переехали в город, в дом на Мак-Кланг-роуд. Но опять очень скоро, муж поранился в сарае – шлифовальный станок пробил ему череп. Его брат, забрал к себе его оставшуюся дочь.
По страховке получила всего 4000$. Местные жители стали сильно сомневаться, что ее муж мог быть таким неуклюжим.Однако, она опять была беременна (в 1903 году, сын, Филипп, родился) и присяжных заседателей, это убедило в ее невиновности, несмотря на то, что дочь первого мужа прямо всем заявила, что мачеха отравила ее отца. И даже более того, один из присяжных Рэй Ламфер, сильно увлекся ей и в 1906 году сделал предложение руки и сердца. Рэя она динамила долго, подала объявление в газете: «Миловидная и обеспеченная вдовушка ищет нового супруга со своим немалым состоянием». Из нескольких претендентов, первым подошел Джон Мо, прибывший из штата Миннесота. Он привес с собой более 1000 $, Бэль соседям представила его, как своего двоюродного брата. И в течение недели после его приезда, он исчез. Затем прибыл Джордж Андерсон из штата Миссури, который, опять-таки был иммигрантом из Норвегии. Они было сговорились уже о браке, и о том, что он будет покрывать все расходы, но как-то его однажды напугало зловещее выражение ее лица, и следующим же поездом он убежал обратно в Миссури.За 1907 год, также приезжало и исчезало еще много мужчин. С 1908 года сохранилось ее одно любовное послание некоему Andrew Helgelien, где она писала, что любит его больше всего на свете и ни о ком так не мечтает.
И после такого письма, мужчина не устоял и помчался к ней на крыльях любви вместе со всеми своими сбережениями в виде чека на 2 900$, чек Бэль обналичила вскоре, а сладкого мужчины больше никто не видел. Рэй Ламфер начинал откровенно злиться на ее холодность, она продолжала и дальше приглашать мужчин, он начал истерить, и она его подстрелила (не насмерть), на суде сказала, что он был маньяк сумасшедший, который ее постоянно донимал угрозами и домогательствами, типа самозащита была. Врачи, установили, что мужик вполне в своем уме, и всех отпустили.Но его больная любовь не кончилась (есть такой тип людей, патологически влюбляющийся в убийц, он был одним из них. Он продолжал преследовать ее тайно и явно, от злости настучал брату исчезнувшего Andrew Helgelien, - который тоже стал донимать Бэль расспросами, и даже заставил ее принимать участие в поиске пропавших без вести, в итоге, она этому брату даже счет предъявила за отнятое время. Рэй Ламфер не успокаивался, говорят, и правда сошел с ума, а она жаловалась на него шерифу, что боится за свою жизнь и за жизнь своих детей, типа он угрожал убить ее и сжечь ее дом. На деле, она сама собиралась сжечь свой дом, свалить на него, и снова собрать страховку.Пока Ламфер бесился, по дому ей помогал Джо Мэксон, но она как-то забыла о том, что он в доме, и что в доме дети, и подожгла дом, Джо Мэксону удалось выпрыгнуть из окна и позвать пожарных, но было поздно. В том же, 1908 году, в подвале обнаружили останки 4-х трупов. Среди которых женщина без головы (поначалу подумали, что это сама хозяйка) и 3-е детей, неведомо от кого и своих ли.
Соседи тут же припомнили угрозы Ламфера. На суде, поначалу он все отрицал, и сказал, что Бэль сбежала из города, но его все равно осудили за поджог и убийство. Позже стали объявляться данные и свидетели о ее странной жизни и исчезнувших мужчинах. Начали копать землю на ее ферме, и обнаружили там захоронения почти всех пропавших, включая падчерицу от 1-го брака. Но Рэй Ламфер взял вину на себя, был приговорен аж к 20-ти годам, но умер в тюрьме от туберкулеза уже через год, в 1909. А 14 января 1910 года, священник который исповедовал его при смерти, рассказал его некоторые тайны, что, да, любил ее, потому помогал хоронить тела, убитых ее. Большинство жертв она убивала, подмешав им яд в кофе, иногда особо изощренно, снотворное в пищу, - и голову в мясорубку. Иногда она доводила мужиков до кровати и в порыве страсти усыпляла их хлороформом, затем тащила их в подвал и производила вскрытие, останки скармливала свиньям. А вскрытию ее научил ее второй муж как раз – мясник Петер Ганс… Детей она тоже задушила хлороформом, а обезглавленная женщина была приглашенной экономкой, ее одели в одежды Бэль и даже вставили зубы, как у Бэль. И Бэль сбежала одна. По его расчетам у нее должно было быть около 250 000$, что в пересчете на нынешние расценки около - 6,3 млн. $!
Ее искали долго и безуспешно, но по всему США то там, то здесь вспыхивала информация, что ее видели, особенно утверждали, что в 1931 году, Бэль жила в Миссисипи одна, конечно же местами, также же исчезали люди и находились обезглавленные трупы. Она стала легендой американского уголовного фольклора, как «женщина Синяя Борода». Она так никогда и не была обнаружена, и следствие конечное разошлось во мнении, правда ли она убежала, или ее все-таки убил Ламфер...... ?
Эржебет Батори. Родилась 7 августа 1560, Ньирбатор, Королевство Венгрия — 21 августа 1614, замок Чейте, Королевство Венгрия), называемая также Чахтицкая пани или Кровавая Графиня — венгерская графиня, племянница Стефана Батория, печально знаменитая массовыми убийствами молодых девушек.
Большинство подлинных документов о семье Батори были уничтожены по приказу властей, дабы не тревожить народ. Сохранился оригинал допроса свидетелей с 300 подписями, подтверждающими убийства молодых девушек. Своим прозвищем «кровавая графиня Батори» Елизавета обязана одному весьма туманному обстоятельству. В 1610 году до двора Габсбургов начали доходить мрачные слухи о массовых убийствах молодых девушек, якобы происходивших в Чахтицком замке, принадлежавшем графине. Следует отметить, что аристократы того времени имели право распоряжаться жизнью своих слуг, однако масштабы злодеяний, приписываемых Батори, побудили императора Матвея принять решение. Дьёрь Турзо (граф и палатин Венгрии) был послан расследовать дело «кровавой графини Батори». Во главе вооруженного отряда 29 декабря 1610 года Турзо ворвался в Чахтицкий замок где, как утверждают, застал на месте преступления саму графиню и ее доверенных подручных. Согласно версии обвинения, Елизавета убивала девушек (в основном, местных крестьянок) между 1585 и 1610 годами. Зачем потребовалось Елизавете Батори мучить и убивать молодых девушек? Ответ прост – графине приписывают занятия чернокнижием или попросту вампиризм: чтобы сохранить молодость и красоту, она принимала кровавые ванны. В ожидании суда графиню заперли в подвале собственного замка. Однако род Батори был очень известным и влиятельным, поэтому судебного процесса не было. Опекаемая прислугой, Чахтицкая пани более 3,5 лет прожила в подземной темнице и скончалась в ночь на 21 августа 1614 года. Подручных графини Батори судили в Бритчанском замке (в резиденции палатина Турзо) 2-го января 1611 года. Служанки Елизаветы – Илона Йо, Дорота Сентеш и Катарина Беницка были сожжены заживо, предварительно им отрубили пальцы рук.
Большинство подлинных документов о семье Батори были уничтожены по приказу властей, дабы не тревожить народ. Сохранился оригинал допроса свидетелей с 300 подписями, подтверждающими убийства молодых девушек. Своим прозвищем «кровавая графиня Батори» Елизавета обязана одному весьма туманному обстоятельству. В 1610 году до двора Габсбургов начали доходить мрачные слухи о массовых убийствах молодых девушек, якобы происходивших в Чахтицком замке, принадлежавшем графине. Следует отметить, что аристократы того времени имели право распоряжаться жизнью своих слуг, однако масштабы злодеяний, приписываемых Батори, побудили императора Матвея принять решение. Дьёрь Турзо (граф и палатин Венгрии) был послан расследовать дело «кровавой графини Батори». Во главе вооруженного отряда 29 декабря 1610 года Турзо ворвался в Чахтицкий замок где, как утверждают, застал на месте преступления саму графиню и ее доверенных подручных. Согласно версии обвинения, Елизавета убивала девушек (в основном, местных крестьянок) между 1585 и 1610 годами. Зачем потребовалось Елизавете Батори мучить и убивать молодых девушек? Ответ прост – графине приписывают занятия чернокнижием или попросту вампиризм: чтобы сохранить молодость и красоту, она принимала кровавые ванны. В ожидании суда графиню заперли в подвале собственного замка. Однако род Батори был очень известным и влиятельным, поэтому судебного процесса не было. Опекаемая прислугой, Чахтицкая пани более 3,5 лет прожила в подземной темнице и скончалась в ночь на 21 августа 1614 года. Подручных графини Батори судили в Бритчанском замке (в резиденции палатина Турзо) 2-го января 1611 года. Служанки Елизаветы – Илона Йо, Дорота Сентеш и Катарина Беницка были сожжены заживо, предварительно им отрубили пальцы рук.
Да́рья Никола́евна Салтыко́ва по прозвищу Салтычи́ха. Дата рождения 11 (22) марта 1730, дата смерти 27 ноября (9 декабря) 1801 (71 год). Русская помещица, вошедшая в историю как изощрённая садистка и серийная убийца нескольких десятков подвластных ей крепостных крестьян. Решением Сената и императрицы Екатерины Второй была лишена достоинства столбовой дворянки и приговорена к пожизненному заключению в монастырской тюрьме, где и умерла.Овдовев в возрасте двадцати шести лет, получила в своё полное владение около шестисот крестьян в поместьях, расположенных в Московской, Вологодской и Костромской губерниях. Следователь по делу вдовы Салтыковой, надворный советник Волков, основываясь на данных домовых книг самой подозреваемой, составил список из 138 фамилий крепостных, судьбу которых предстояло выяснить. Согласно официальным записям 50 человек считались «умершими от болезней», 72 человека — «безвестно отсутствовали», 16 считались «выехавшими к мужу» или «ушедшими в бега». По показаниям крепостных крестьян, полученным во время «повальных обысков» в имении и деревнях помещицы, Салтыковой было убито 75 человек, в основном женщин и девушек.При жизни мужа за Салтычихой не замечалось особой склонности к рукоприкладству. Это была ещё цветущая и притом весьма набожная женщина, потому о характере психического заболевания Салтыковой можно только догадываться. С одной стороны она вела себя как верующий человек, с другой — совершала садистические преступления. Одним из возможных диагнозов может быть «эпилептоидная психопатия». Примерно через полгода после смерти мужа она начала регулярно избивать, преимущественно поленом, прислугу. Основными поводами для наказания были недобросовестность в мытье полов или стирке. Истязания начинались с того, что она наносила провинившейся крестьянке удары попавшимся под руку предметом (чаще всего это было полено). Провинившуюся затем пороли конюхи и гайдуки, порой до смерти. Постепенно тяжесть наносимых таким способом ран становилась сильнее, а сами побои — продолжительнее и изощреннее. Салтычиха могла облить жертву кипятком или опалить ей волосы на голове. Также она использовала для истязаний горячие щипцы для завивки волос, которыми хватала жертву за уши. Часто таскала людей за волосы и при этом била их головой о стену длительное время. Многие убитые ею, по словам свидетелей, не имели волос на голове; Салтычиха рвала волосы пальцами, что свидетельствует о её немалой физической силе. Жертв морили голодом и привязывали голыми на морозе. Салтычиха любила убивать невест, которые в ближайшее время собирались выйти замуж. В ноябре 1759 г. в ходе растянувшейся почти на сутки пытки был убит молодой слуга Хрисанф Андреев, а в сентябре 1761 г. Салтыкова собственноручно забила мальчика Лукьяна Михеева.В одном эпизоде досталось от Салтычихи и дворянину. Землемер Николай Тютчев — дед поэта Фёдора Тютчева — длительное время состоял с ней в любовных отношениях, но потом решил жениться на девице Панютиной. Салтычиха решила сжечь дом Панютиной и дала своим людям серы, пороха и паклю. Но люди испугались. Когда Тютчев и Панютина уже поженились и ехали в свою орловскую вотчину, Салтычиха приказала своим крестьянам убить их. Однако, вместо этого крестьяне сообщили об угрозе самому Тютчеву.Первоначальные жалобы крестьян привели лишь к наказаниям жалобщиков, поскольку у Салтычихи было много влиятельных родственников, и ей удавалось подкупать должностных лиц. Но двум крестьянам, Савелию Мартынову и Ермолаю Ильину, жён которых она убила, в 1762 году всё же удалось передать жалобу только что вступившей на престол Екатерине II.Хотя Салтычиха принадлежала к знатному роду, Екатерина II использовала её дело в качестве показательного процесса, который ознаменовал новую эпоху законности. Московской юстиц-коллегией было произведено следствие, продолжавшееся шесть лет. Следствием занимался безродный чиновник Степан Волков и его помощник надворный советник князь Дмитрий Цицианов. Они проанализировали счётные книги Салтычихи, что позволило установить круг подкупленных чиновников. Следователи также изучили записи о движении крепостных душ, в которых было отмечено, какие крестьяне были проданы, кто был отправлен на заработки и кто умер.
Было выявлено много подозрительных записей о смертях. Так, например, двадцатилетняя девушка могла поступить на работу в качестве прислуги и через несколько недель умереть. Согласно записям, у Ермолая Ильина (одного из жалобщиков, который служил конюхом) умерло подряд три жены. Некоторых крестьянок будто бы отпускали в родные деревни, после чего они тут же умирали или пропадали без вести.Изучение архивов канцелярии московского гражданского губернатора, московского полицеймейстера и Сыскного приказа выявило 21 жалобу, поданную на Салтычиху её крепостными. Все жалобщики были возвращены помещице, которая произвела над ними самосуд.
Салтычиху взяли под стражу. При допросах применялась угроза пытки (разрешение на пытку получено не было), но она ни в чём не созналась. Малоэффективной оказалась и пытка известного разбойника в присутствии Салтычихи с извещением, что она будет следующая. Возможно, она была осведомлена о том, что пытки к ней применены не будут. Не сработали и уговоры раскаяться священника московской церкви Николая Чудотворца Дмитрия Васильева.Затем был произведён повальный обыск в московском доме Салтычихи и в Троицком, сопровождавшийся опросом сотен свидетелей. Были обнаружены бухгалтерские книги, содержавшие информацию о взятках чиновникам московской администрации, а опрошенные рассказали об убийствах, сообщили даты и имена жертв.Взятки получили начальник полицеймейстерской канцелярии Молчанов, прокурор Сыскного приказа Хвощинский, присутствующие Сыскного приказа Вельяминов-Зернов и Михайловский, секретарь Тайной конторы Яров, актуариус Сыскного приказа Пафнутьев. Весной 1765 года следствие в московской Юстиц-коллегии было формально окончено и направлено для дальнейшего рассмотрения в 6-й Департамент Правительствующего сената. По итогам следствия Волков пришёл к заключению, что Дарья Салтыкова «несомненно повинна» в смерти 38 человек и «оставлена в подозрении» относительно виновности в смерти ещё 26 человек.2 октября 1768 года Екатерина II направила в Сенат указ, в котором очень подробно описала как наложенное на Салтыкову наказание, так и порядок его отправления. На полях этого указа рукою Екатерины возле слова она поставлено он. Есть версия, что императрица хотела сказать, что Салтыкова недостойна называться женщиной. Салтыкова Дарья Николаевна была приговорена:
к лишению дворянского звания;
к пожизненному запрету именоваться родом отца или мужа (запрещалось указывать своё дворянское происхождение и родственные связи с иными дворянскими фамилиями);
к отбыванию в течение часа особого «поносительного зрелища», в ходе которого осуждённой надлежало простоять на эшафоте прикованной к столбу с надписью над головой «мучительница и душегубица»;
к пожизненному заключению в подземной тюрьме без света и человеческого общения (свет дозволялся только во время приёма пищи, а разговор — только с начальником караула и женщиной-монахиней).
Помимо этого, императрица своим указом от 2 октября 1768 года постановила вернуть двум сыновьям всё имущество матери, до той поры находившееся в опекунском управлении. Также указывалось предать наказанию ссылкой на каторжные работы сообщников Дарьи Салтыковой (священника села Троицкого Степана Петрова, одного из «гайдуков» и конюха помещицы).
Наказание осуждённой «Дарьи Николаевой дочери» было исполнено 17 октября 1768 года на Красной площади в Москве. В московском Ивановском женском монастыре, куда прибыла осуждённая после наказания на Красной площади, для неё была приготовлена особая камера, названная «покаянной». Высота отрытого в грунте помещения не превышала трёх аршин (то есть 2,1 метра), оно полностью находилось ниже поверхности земли, что исключало всякую возможность попадания внутрь дневного света. Узница содержалась в полной темноте, лишь на время приёма пищи ей передавался свечной огарок. Салтычихе не дозволялись прогулки, ей было запрещено получать и передавать корреспонденцию. По крупным церковным праздникам её выводили из тюрьмы и отводили к небольшому окошку в стене храма, через которое она могла прослушать литургию. Жёсткий режим содержания продлился 11 лет, после чего был ослаблен: осуждённая была переведена в каменную пристройку к храму с окном. Посетителям храма было дозволено смотреть в окно и даже разговаривать с узницей. По словам историка, «Салтыкова, когда бывало соберутся любопытные у окошечка за железною решёткой её застенка, ругалась, плевала и совала палку сквозь открытое в летнюю пору окошечко». После смерти заключённой её камера была приспособлена под ризницу. Провела в тюрьме тридцать три года и умерла 27 ноября 1801 года. Похоронена на кладбище Донского монастыря, где была похоронена вся её родня. Надгробье сохранилось.
Было выявлено много подозрительных записей о смертях. Так, например, двадцатилетняя девушка могла поступить на работу в качестве прислуги и через несколько недель умереть. Согласно записям, у Ермолая Ильина (одного из жалобщиков, который служил конюхом) умерло подряд три жены. Некоторых крестьянок будто бы отпускали в родные деревни, после чего они тут же умирали или пропадали без вести.Изучение архивов канцелярии московского гражданского губернатора, московского полицеймейстера и Сыскного приказа выявило 21 жалобу, поданную на Салтычиху её крепостными. Все жалобщики были возвращены помещице, которая произвела над ними самосуд.
Салтычиху взяли под стражу. При допросах применялась угроза пытки (разрешение на пытку получено не было), но она ни в чём не созналась. Малоэффективной оказалась и пытка известного разбойника в присутствии Салтычихи с извещением, что она будет следующая. Возможно, она была осведомлена о том, что пытки к ней применены не будут. Не сработали и уговоры раскаяться священника московской церкви Николая Чудотворца Дмитрия Васильева.Затем был произведён повальный обыск в московском доме Салтычихи и в Троицком, сопровождавшийся опросом сотен свидетелей. Были обнаружены бухгалтерские книги, содержавшие информацию о взятках чиновникам московской администрации, а опрошенные рассказали об убийствах, сообщили даты и имена жертв.Взятки получили начальник полицеймейстерской канцелярии Молчанов, прокурор Сыскного приказа Хвощинский, присутствующие Сыскного приказа Вельяминов-Зернов и Михайловский, секретарь Тайной конторы Яров, актуариус Сыскного приказа Пафнутьев. Весной 1765 года следствие в московской Юстиц-коллегии было формально окончено и направлено для дальнейшего рассмотрения в 6-й Департамент Правительствующего сената. По итогам следствия Волков пришёл к заключению, что Дарья Салтыкова «несомненно повинна» в смерти 38 человек и «оставлена в подозрении» относительно виновности в смерти ещё 26 человек.2 октября 1768 года Екатерина II направила в Сенат указ, в котором очень подробно описала как наложенное на Салтыкову наказание, так и порядок его отправления. На полях этого указа рукою Екатерины возле слова она поставлено он. Есть версия, что императрица хотела сказать, что Салтыкова недостойна называться женщиной. Салтыкова Дарья Николаевна была приговорена:
к лишению дворянского звания;
к пожизненному запрету именоваться родом отца или мужа (запрещалось указывать своё дворянское происхождение и родственные связи с иными дворянскими фамилиями);
к отбыванию в течение часа особого «поносительного зрелища», в ходе которого осуждённой надлежало простоять на эшафоте прикованной к столбу с надписью над головой «мучительница и душегубица»;
к пожизненному заключению в подземной тюрьме без света и человеческого общения (свет дозволялся только во время приёма пищи, а разговор — только с начальником караула и женщиной-монахиней).
Помимо этого, императрица своим указом от 2 октября 1768 года постановила вернуть двум сыновьям всё имущество матери, до той поры находившееся в опекунском управлении. Также указывалось предать наказанию ссылкой на каторжные работы сообщников Дарьи Салтыковой (священника села Троицкого Степана Петрова, одного из «гайдуков» и конюха помещицы).
Наказание осуждённой «Дарьи Николаевой дочери» было исполнено 17 октября 1768 года на Красной площади в Москве. В московском Ивановском женском монастыре, куда прибыла осуждённая после наказания на Красной площади, для неё была приготовлена особая камера, названная «покаянной». Высота отрытого в грунте помещения не превышала трёх аршин (то есть 2,1 метра), оно полностью находилось ниже поверхности земли, что исключало всякую возможность попадания внутрь дневного света. Узница содержалась в полной темноте, лишь на время приёма пищи ей передавался свечной огарок. Салтычихе не дозволялись прогулки, ей было запрещено получать и передавать корреспонденцию. По крупным церковным праздникам её выводили из тюрьмы и отводили к небольшому окошку в стене храма, через которое она могла прослушать литургию. Жёсткий режим содержания продлился 11 лет, после чего был ослаблен: осуждённая была переведена в каменную пристройку к храму с окном. Посетителям храма было дозволено смотреть в окно и даже разговаривать с узницей. По словам историка, «Салтыкова, когда бывало соберутся любопытные у окошечка за железною решёткой её застенка, ругалась, плевала и совала палку сквозь открытое в летнюю пору окошечко». После смерти заключённой её камера была приспособлена под ризницу. Провела в тюрьме тридцать три года и умерла 27 ноября 1801 года. Похоронена на кладбище Донского монастыря, где была похоронена вся её родня. Надгробье сохранилось.
Ссылки по теме:
- Мужикам нужно только одно ?
- Великолепная Мата Хари
- Мир не без добрых людей: исповедь эмигрантки
- Почему ирландским женщинам XIX века нельзя было пить чай?
- Прохоров сливает Ройзмана
Пост интересный.