10992
1
Предлагаю, друзья, задуматься над тем, как вырванная из контекста фраза меняет свой смысл на предложенном ниже примере. Сейчас, когда информационная война лавинообразно набирает обороты, это кажется особенно актуальным...
.
Текст, приведенный далее, взят с портала Проза.ру – крупнейшего русскоязычного литературного портала, посвященного современной прозе.
.
Смерть одного человека — трагедия, смерть миллионов — статистика
.
Эта фраза часто используется, как иллюстрация кровожадности И.В. Сталина. Но это не так. Ни по происхождению фразы, ни по обстоятельствам ее употребления.
Популярность эта фраза приобрела из-за романа Ремарка «Черный обелиск», написанного в 1956 году: «Но, видно, всегда так бывает: смерть одного человека — это смерть, а смерть двух миллионов — только статистика». Однако и Ремарк, скорее всего не является ее автором, а вероятнее всего позаимствовал ее у публициста времен Веймарской республики Тухольского. В эссе «Franz: sischer Witz» тот писал:
«Der Krieg? Ich kann das nicht so schrecklich finden! Der Tod eines Menschen: das ist eine Katastrophe. Hunderttausend Tote: das ist eine Statistik!»
Война? Я нахожу это не очень-то и ужасным! Смерть одного человека: это катастрофа. Сотня тысяч мертвецов: это статистика!
И тем не менее, Сталин действительно произнес эту фразу. Но в условиях и интонациях, в корне меняющих отношение к ней, и нравственному облику Сталина.
Произошло это в первые дни Великой Отечественной Войны, когда шел разбор причин столь ужасающих потерь Красной Армии и молниеносного продвижения вермахта вглубь СССР. Встал вопрос о наказании виновных. В их числе был командующий войсками Западного округа генерал Павлов и ряд других командиров высшего комсостава. Сталин считал, что именно эти люди виновны в потерях. Некоторые, особо фанатичные, большевики склонялись даже к мысли, что присутствует факт предательства. Тем не менее, версия предательства не получила поддержки и серьезно не рассматривалась в дальнейшем. Вывод в отношении комсостава состоял в том, что они проявили преступную беспечность и халатность.
Когда Сталин озвучил это мнение, то некоторые члены Советского Правительства заметили, что это трагедия этих командиров, а не вина… И вот тогда, Сталин сказал с вопросительными интонациями: «Гибель одного человека - трагедия. А гибель тысяч людей статистика?».
.
Текст, приведенный далее, взят с портала Проза.ру – крупнейшего русскоязычного литературного портала, посвященного современной прозе.
.
Смерть одного человека — трагедия, смерть миллионов — статистика
.
Эта фраза часто используется, как иллюстрация кровожадности И.В. Сталина. Но это не так. Ни по происхождению фразы, ни по обстоятельствам ее употребления.
Популярность эта фраза приобрела из-за романа Ремарка «Черный обелиск», написанного в 1956 году: «Но, видно, всегда так бывает: смерть одного человека — это смерть, а смерть двух миллионов — только статистика». Однако и Ремарк, скорее всего не является ее автором, а вероятнее всего позаимствовал ее у публициста времен Веймарской республики Тухольского. В эссе «Franz: sischer Witz» тот писал:
«Der Krieg? Ich kann das nicht so schrecklich finden! Der Tod eines Menschen: das ist eine Katastrophe. Hunderttausend Tote: das ist eine Statistik!»
Война? Я нахожу это не очень-то и ужасным! Смерть одного человека: это катастрофа. Сотня тысяч мертвецов: это статистика!
И тем не менее, Сталин действительно произнес эту фразу. Но в условиях и интонациях, в корне меняющих отношение к ней, и нравственному облику Сталина.
Произошло это в первые дни Великой Отечественной Войны, когда шел разбор причин столь ужасающих потерь Красной Армии и молниеносного продвижения вермахта вглубь СССР. Встал вопрос о наказании виновных. В их числе был командующий войсками Западного округа генерал Павлов и ряд других командиров высшего комсостава. Сталин считал, что именно эти люди виновны в потерях. Некоторые, особо фанатичные, большевики склонялись даже к мысли, что присутствует факт предательства. Тем не менее, версия предательства не получила поддержки и серьезно не рассматривалась в дальнейшем. Вывод в отношении комсостава состоял в том, что они проявили преступную беспечность и халатность.
Когда Сталин озвучил это мнение, то некоторые члены Советского Правительства заметили, что это трагедия этих командиров, а не вина… И вот тогда, Сталин сказал с вопросительными интонациями: «Гибель одного человека - трагедия. А гибель тысяч людей статистика?».
Все равно плюсую, так как тема действительно актуальная. Так даже из безобидного детского стишка можно сделать фразу: я хочу напиться, а пузатый убежал.
Сам - историк по образованию, научный редактор, знаю что к чему. Но здесь, кажется, - не место для высокоумных дискуссий со ссылками на источники, литературу и пр. Оставим это для научных журналов. (Их, кстати, только в системе РАН больше ста по всем дисциплинам и они загибаются... Поддержите лучше их, а не меня спрашивайте. ;))
Этот ублюдок много чего наговорил, и контекстная "реабилитация" одного его высказывания ничего не меняет, примитивный зверек так и останется примитивным зверьком. Еще больше этот гаденыш натворил и свидетельством тому и статистика, и судьбы отдельных семей, людей, народов России-СССР.
- Вас тогда не было - не вам судить...
Больше он никогда такие разговоры не поддерживал.
Легко кого-то опорочить, приписав ему то, чего он не говорит или выдернув из контекста.
Оправдание - кропотливая работа. А изложение в доступной форме - вдвойне
пример: "из всех искусств ... кино является для нас важнейшим" Ленин
полный текст: "из всех искусств цирк и кино являются для нас важнейшими". если вспомнить уровень фильмов начала прошлого века (игра актеров тогда не сильно отличалась от клоунады) - высказывание приобретает совсем другой смысл
Кстати, помните характерное бендеровское "религия - опиум ДЛЯ народа"?.. Там ведь то же. Маркс написал: "Религия - опиум народа", не имея в виду наркотик, а предполагая болеутоляющее...
Но известно кто - прекрасно жонглируют словами, понятиями, выражениями и пр. Видимо, лучше, чем мы...
«К критике гегелевской философии права» Карла Маркса (1818—1883): «Религия это вздох угнетенной твари, сердце бессердечного мира, подобно трму как она — дух бездушных порядков. Религия есть опиум народа».
"Так называемая религия действует, как опий. Она приглушает боль вместо того, чтобы придать силу"